«Last reason»

***

Утром я проснулась в крепких объятиях Тома, мне было непривычно рядом с ним, ведь Хазз был со мной. Весь вечер он успокаивал меня, пока я, не переставая, плакала, понимая, как больно было Харрисону. Я до сих пор не верила в то, что я действительно отказалась от него. Как по щелчку забыла всё то, что нас когда-то связывало. Вчера он был прав, чертовски прав, когда говорил, что делал для меня всё. Я ужасный человек и, наверно, Хазз меня ненавидит. Он отказался от своего лучшего друга ради меня, перестал с ним общаться, и всё из-за меня. А я продолжала любить Тома, надеясь залечить рану, знаете кем? Харрисоном. Да, чёрт возьми. И теперь, я еще больше убеждаюсь в том, что настоящий монстр тут я. Думаю, будет лучше всем, если я пропаду, так ведь? Том и Хазз помирятся, будут жить своей жизнью, а я останусь девушкой, с которой они пару лет были знакомы. Так будет легче всем. Сейчас довольно раннее утро, поэтому у меня есть отличный шанс уйти. Аккуратно убираю его руки и поднимаюсь с кровати. Рядом с дверью стоял чемодан, который вчера не смогла распаковать, это и к лучшему, не буду много времени тратить. Умывшись и переодевшись, я подошла к Тому. Он сладко спал. Оставив нежный поцелуй на его щеке, я вышла из дома.

***

И вот, я стою в аэропорту Хитроу, судорожно сжимаю в руках ручку чемодана, от волнения кусаю губы, а мои глаза бегают вокруг людей. Наконец, девушка озвучивает рейс и, в последний раз обернувшись, я направляюсь к самолету. Целых десять часов перелета очень утомили меня: всё тело ломило, голова, казалось, трещит по швам, веки потяжелели и будто были весом целую тонну. Устало смотрю в окно самолета и слабо улыбаюсь, когда самолет идет на посадку. Тут довольно поздно, ну и собственно поэтому темно, как в гробу. Лишь фонари освещают аэропорт. И вот долгожданное: «Самолет совершил посадку в Лас-Вегас. Аэропорт Норт-Лас-Вегас.» Усталость как рукой сняло. Я встряхнулась и быстро направилась к выходу. Пройдя в аэропорт, я сразу же увидела знакомое лицо. — Би! — радостно крикнула, падая в объятия сестры. — Как я рада тебя видеть! — воскликнула я, осматривая её. — Не могу сказать того же. — фыркнула она, и мы оба рассмеялись. — Пойдем? — я кивнула, и мы направились к её машине. Загрузив в машину мой чемодан, мы сели в машину. — Как прошел перелет? — спрашивает Бьянка, и машина трогается. — Если честно, то десятичасовой перелет чуть не убил меня. — она усмехнулась. — Слабачка, как обычно. — усмехается она. — Эй, я пролетела больше пяти тысяч миль, пролетела чуть ли не всю северную часть Атлантического океана, и это не учитывая того, над сколькими шататами мы пролетели. И всё это ради тебя! А ты говоришь, что я слабачка?! — восклицаю я, сгибая брови к переносице. — Признаю, ты не слабачка. Но зануда. — бросаю на нее гневный взгляд, и она смеется. Не отвожу взгляд от окна машины, ночная красота этого города просто завораживает. Я много читала об этом городе, тут много казино, отелей, а концерты и шоу чуть ли не каждый день. Как мне сказала Бьянка, мы направляемся в отель, который находиться на улице Фримонт Стрит, в Даунтауне. Доехав туда, я быстро вышла из машины и с такими глазами рассматривала здание, что, казалось, мои глаза выкатятся из орбит. Перед моим носом щелкнули два пальца, возвращая меня в реальность. — Аккуратнее, вдруг челюсть спадет. — шутит она, и я останавливаюсь с высоко поднятой головой, осматривая здание. — Four Queens. — большими буквами написано название отеля. Я могла бы стоять так еще целую вечность, но Бьянка тянет меня за руку и мы заходим в отель. И у меня почти челюсть отпадает: эту красоту надо видеть. — Мистер Хьюго, доброго времени суток. — обращается она к консьержу. — О, мисс Прескотт, рад вас снова видеть! — широко улыбаясь, говорит старик. И мы заходим в лифт. Би нажимает на нужный этаж, и коробка лифта движется вверх. Железный двери открываются, когда он доходит до нужного этажа. Найдя дверь нашего номера, она открывает её, пропуская меня вперед. Зайдя туда, я офигеваю еще больше. — Это сколько нужно иметь денег, чтобы каждый день тут жить? — поставив чемодан, прохожу вглубь номера. — Хм, 1.260$ в месяц. (95.865₽) — резко оборачиваюсь к ней. — Скажи мне честно, ты банк ограбила или начала торговать наркотой? — складываю руки на груди, хмуря брови. — Начала работать, гений. — отмахивается она, вводя меня в ступор.

***

— Так ты скажешь, по какой конкретно причине ты прилетела сюда? — закатываю глаза и чиркаю зажигалкой, держа между зубов сигарету. — Хотела увидеть тебя. — прохожу на балкон, локтями опираясь на перила. — Ты? Увидеть меня? Хах, не смеши. Пролететь дохрена тысяч миль, чтобы повидаться со мной, оставив учебу, совершенно не похоже на Сидни. Так что не пытайся меня обмануть. — тяжело выдыхаю сигаретный дым, а она становится рядом со мной. — Курить — плохо. Ты знаешь? — спрашивает она, а я поворачиваюсь к ней. — Да, плохо. Но причина, по которой я курю — ещё хуже. — кусаю губы, зажав между пальцев сигарету. — Расскажешь? — тяжело вздохнув, начинаю свой долгий рассказ.

***

— Ты не думала, что поступаешь неправильно? — спрашивает она, гладя мое плечо. — У меня не было выбора. — оправдываюсь я. — Выбор есть всегда, а ты отказалась от человека, который действительно любил тебя. — кусаю внутреннюю часть щеки, пытаясь молчать. — Ты извини меня, но, думаю, тебе стоит перестать причинять боль. Остановись. — выбрасываю сигарету. — Почему я должна останавливаться, если никто не сделал того же, когда причиняли боль мне? — неожиданно для себя, сказала я. — Если тебя когда-то разбили, то это не значит, что нужно ранить всех. А уж тем более того, кто помогал тебе лечить раны. — и только сейчас до меня доходит правильность её слов. Кристальными глазами смотрю на неё. Она крепко обнимает меня, и я тихо всхлипываю.