пытка бамбуком

толчок в грудь. акааши давится своим же вздохом, чувствуя соленую влагу на губах и глядя на яркие фары. шаг вперед и тебя нет. я тебя ненавижу. лицо у бокуто серьезное, но кейджи все равно видит издевательскую насмешку— уже въелась намертво. машина проезжает настолько близко, что от громкого сигнала у акааши будто лопаются ушные перепонки и сердечные мышцы тоже. сердце ничего не держит, оно сейчас выскочет. остановись, иначе я вырву тебя собственноручно. акааши смотрит только на бокуто, хотя он— последнее, что парень вообще хочет видеть в своей жизни. крик так и рвется наружу, останавливаясь где-то в районе горла.

говорят, привыкнуть к боли нельзя. что ж, кейджи, видимо, то самое исключение, подтверждающее правило.

он привык, но сейчас, когда твою и так жалкую жизнь случайно может переехать какой-нибудь дедуля на машине среднего класса, потому что твой парень— псих и авантюрист, акааши по вискам бьет истерика. громкая такая истерика, мокрая, абсолютно некрасивая, но бокуто нравится. губы краснее, в глазах абсолютная безысходность, грудь тяжело поднимается и длинные пальцы чуть подрагивают. под желтым светом единственного, в радиусе 10 метров, фонаря, это выглядит еще лучше. красота. когда трасса остается пустой, котаро делает шаг вперед. хищник. акааши думает, что он сейчас вцепится в его шею, инстинктивно отступая назад и дрожа всем телом. -хэй, детка, не плачь. уйдиуйдиуйди. акааши кажется, что он сейчас захлебнется. хочется сорвать голосовые связки, кричать парню в лицо, бить его в грудь и расцарапать глазницы. а лучше самому себе, ведь факт , что твой личный кошмар течет по венам вместо крови, позволяя жить, унизительно. унизительно так любить. -я ненавижу тебя.. -перестань, это была шутка. ты правда так сильно испугался? акааши глотает соленые слезы под чужой смешок. испугался ли? ха, не представляешь, сколько всего начинаешь бояться под твоим крылом. от грозы не дрожишь, когда понимаешь, что от человека, который стоит перед тобой, вероятность получить вред в десятки раз больше. от дождя хотя бы можно скрыться. голос звучит до мерзости хрипло и жалобно, когда кейджи прижимают к груди. -зачем, бокуто? зачем ты это делаешь? от прикосновений хочется сбежать и одновременно в них тонуть. от запаха хочется вырезать себе вены и постоянно его чувстовать.

от этой недолюбви хочется сжечь бокуто и сгореть дотла самому.

кейджи чувствует, как его желудок собирается вывернуться наизнанку, когда большая мозолистая ладонь берет за подбородок и заставляет на себя смотреть. бокуто гладит мокрое от слез лицо большим пальцем. пытается нежно, наверное, хотя кейджи думает, что занимается самоубеждением, ведь его прикосновения все равно царапают. а потом бокуто улыбается. -а почему нет, кейджи? и акааши не знает, куда еще хуже.