Над водопадом

В этой части Облачных Глубин Цзинь Лин был впервые. Прежде — только внизу, где водопад рушился в небольшое озерцо и дальше струился уже неторопливо, смешиваясь с ледяной водой подземных источников. Оттуда казалось, что весь склон до вершины зарос столь густым лесом, что через него невозможно пробраться. Но сейчас Цзинь Лин поднимался следом за Лань Сычжуем по едва заметной каменистой тропинке, выход на которую ни за что не нашёл бы сам, и в груди у него сладко подрагивало от предвкушения чего-то нового. Неизвестного. Потому что Лань Сычжуй сказал: «Я покажу тебе тайное место, о котором никто не знает», — и отвёл взгляд, смутившись, и с этой минуты Цзинь Лин не мог думать ни о чём, кроме его обещания. За последний год он так часто бывал в Облачных Глубинах, что уже не мог себе врать: прилетал не «куда», а «к кому». Отводить глаза окружающим ещё как-то удавалось. Только Вэй Усянь, чтоб его Фея обслюнявила, улыбался понимающе, да Лань Цзиньи подозрительно часто находил предлоги оставить их с Лань Сычжуем наедине. А дядя даже поощрял. Говорил: пусть видят, что в Гусу Лань тебе рады. Полезно. И сам часто прилетал обсуждать с главой клана какие-то свои дела — предварительно уточнив, что Вэй Усянь с Лань Ванцзи снова где-то путешествуют. Цзинь Лин с Лань Сычжуем уже почти сговорились заманить Цзян Ваньиня с Вэй Усянем в какое-нибудь тихое место, запереть и выбросить ключ. Как дети, ну невозможно же. Они о многом легко сговаривались, во многом легко понимали друг друга, и, когда Цзинь Лин впервые понял, что скучает по Лань Сычжую, что при встрече не может отвести глаз, что это — возможно — уже не совсем чистая и благородная дружба двух равных друг другу юношей, ему не понадобилось ничего объяснять. Просто Лань Сычжуй задержал его руку в своей чуть дольше обычного и опустил глаза — какие у него были ресницы, словно тушью нарисованы! — и у Цзинь Лина замерло дыхание, а сердце пустилось вскачь. Не нужно было никаких слов. Они уже целовались один раз, осторожно и почти целомудренно, не решаясь на что-то большее. «Я слышал, есть книги, — сказал Лань Сычжуй. — Где всё описано. Если смогу…» Цзинь Лин подумал, что знает, у кого Лань Сычжуй собирался стащить эти книги. Поэтому отвечать не стал. А теперь Лань Сычжуй вёл его вверх по тропе, туда, где, по его словам, над водопадом была каменная впадина, вода в которой за день прогревалась на солнце и становилась совсем тёплой. Где они будут вдвоём. И… если Лань Сычжуй раздобыл всё-таки те книги… Он услышал голоса и дёрнул Лань Сычжуя за руку в тот же миг, когда тот и сам остановился. Кто-то разговаривал впереди, там, куда они направлялись; звуки разносились над водой ясно и отчётливо, и даже шумящий внизу водопад их не заглушал. — Вас радует столь тесный контакт между нашими орденами? — Скажете, что вас — нет? — Я думаю, это более чем очевидно. — Всё в ваших руках, глава клана Лань. В ваших руках. Глава клана Лань — Лань Сичэнь? Он там что, обсуждает с кем-то дела ордена? А они чуть не вломились… и как бы пришлось тогда объясняться? Лань Сычжуй осторожно приподнялся над кустами, чтобы посмотреть. И тут же упал обратно. И лицо у него было странное. — Ну? — дёрнул его за рукав Цзинь Лин. — Тебе… наверное… лучше не смотреть, — медленно произнёс Лань Сычжуй. Но Цзинь Лин, конечно, взглянул. И сразу пожалел об этом. Его дядя и Лань Сичэнь, глава ордена Гусу Лань, сидели в каменной чаше у края водопада, по пояс в воде. Цзинь Лин понимал, конечно, что они должны быть голыми — кто же лезет в воду одетым. И вряд ли двое взрослых мужчин станут стесняться друг друга. Но чтобы сидеть так близко, почти касаясь друг друга грудью, дядя должен был оседлать бёдра Лань Сичэня. Или устроиться между его раздвинутых ног. И они. Всё ещё. Были. Голые. И, кажется, обсуждали не совсем дела орденов. Цзинь Лин плюхнулся на землю рядом с Лань Сычжуем и глубоко вдохнул, чувствуя, как горит лицо. — Они… — Да. Лань Сычжуй глядел прямо перед собой, щёки его тоже порозовели. Ох, да, конечно. Ведь и его дядя тоже... и не просто дядя, а сам Цзэу-цзюнь, один из двух Нефритов клана Лань, чистый и непорочный... думали все. А оказалось. Оказалось. Цзинь Лин нащупал ладонь Лань Сычжуя и утешающе сжал. Лицо Лань Сычжуя не дрогнуло, но в ладонь Цзинь Лина он вцепился, как утопающий. — Я не знал, что он здесь, — сказал Цзинь Лин. Прозвучало как оправдание. — Саньду Шэншоу часто бывает в Облачных Глубинах, — отстранённо ответил Лань Сычжуй. Пальцы его казались окаменевшими. — Почему же он мне… — начал было Цзинь Лин и тут же понял, почему дядя не говорил ему, что тоже будет здесь. Он и сам-то старался прилетать в Облачные Глубины тайком, чтобы не привлекать лишнего внимания. Сперва Вэй Усянь. Потом они с Лань Сычжуем. А теперь ещё и дядя. Если почтенный Лань Цижэнь узнает, его, наверное, удар хватит. Он и на Вэй Усяня-то ругался, что тот сбил Лань Ванцзи с пути истинной добродетели, а уж тут… Цзинь Лин нервно хихикнул и закусил губу. От водопада снова послышались голоса: — Несгибаемый глава клана Цзян. Как бы вас склонить-то… на свою сторону. Или на любую… — Попробуйте. Ваша аргументация… достаточно тверда. — Готов ознакомиться с ней глубже? — Да... м-м, да, пожалуй. Цзинь Лину захотелось провалиться сквозь землю. Лицо горело то ли от смущения, то ли от осознания, чем занимаются двое в воде (и один из них — его дядя!). Судя по тому, как сжимал его пальцы Лань Сычжуй, он испытывал примерно то же самое. Голоса сменились плеском воды. — Куда ты? — Масло. — Вот же оно. Снова плеск, уже тише. — Приподнимись. — Сейчас, подожди... — О-ох... Ваньинь. Как с тобой хорошо. Больше Цзинь Лин вынести не мог — вскочил и бросился прочь, таща Лань Сычжуя за собой. Он не собирался слушать, как его дядя… как его дядю… Тем более — этого дядю. Они остановились уже почти на половине дороги вниз. Растерянные, не глядящие друг на друга и не знающие, что сказать. — Никому, — выдавил наконец Цзинь Лин. — Никому не говори об этом. Лань Сычжуй кивнул. Цзинь Лин помолчал ещё немного. — Ладно, — сказал наконец Сычжуй. — Могло быть хуже. Представь, если бы мы пришли туда первыми? «А мы собирались?..» — подумал Цзинь Лин, и лицо вновь обожгло. И пальцы Лань Сычжуя в его ладони вдруг показались невероятно горячими. Он взглянул — Лань Сычжуй не поднимал глаз, но краснел, как мак. Они и правда собирались. — А тут… — Цзинь Лин кашлянул, почему-то вдруг охрипнув. — Тут нет других… тайных мест? Лань Сычжуй стиснул его руку ещё сильнее и погладил ладонь большим пальцем. — Есть. Я покажу.