Осознание

— Эй, Тянь, дай мне что-нибудь. Сам сюда притащил, вот и веди себя, как примерный хозяин, — рыжий поневоле оказался в уже давно знакомой квартире, которая повторно успела пропитаться запахом дыма от сигарет в ней живущего. Вот уже которую неделю Хэ приглашал к себе Гуаньшаня. Вернее использовал метод добровольно-принудительно, заставляя Мо явиться на его территорию. Их похождения продолжались больше месяца. И Тянь стал привыкать к рыжему. И привык настолько сильно, что теперь они проводили в его квартире почти каждый день. Гуаньшань смирился, но одно оставалось неизменным. Оказываясь в чужой квартире, принимая там душ или оставаясь на ночь, или если испачкал свою одежду, он без зазрения совести обращался к хозяину. Сначала «дай что-нибудь из одежды», потом «одолжи футболку и шорты», «или толстовку», «я возьму твою кружку, она удобная», «я же просил не ходить босым по холодному полу, для этого есть тапки» и всякое в этом духе. — Что будешь на ужин? — звучало в конце второго месяца. Они вместе засыпали, просыпались, умывались, завтракали, и никто не заметил, как со временем Мо можно сказать, переехал к нему. Здесь были его вещи, его запах и он сам. Так прошел не один месяц. И не два, и не три. Они успели закончить школу, закончили высшие учебные заведения и нашли работы своей мечты. И сейчас в понедельник утром, провожая Хэ, рыжий неосознанно произнес следующие слова: — До вечера, милый, — и поцеловал в губы. Раньше инициатором их поцелуев был только Тянь, а теперь... кажется, теперь всё немного не так, как раньше. Как только до Гуаньшаня дошло, какое действие он совершил, приправив заботливыми словами, он тут же покраснел, приседая и стараясь спрятать свое смущенное выражение лица. — Блять!.. Хэ удивленно уставился на эту картину, а после разулся и усмехнувшись, прижал рыжего к себе. — И я тебя люблю, малыш Мо. — Ты... придурок. Иди уже на свою работу. Тянь посмотрел в глаза напротив и легонько поцеловал в губы, намереваясь продолжить после своих слов: — Сегодня, пожалуй, я уже никуда не пойду.