Драконий приемыш

В комнате мало что изменилось – хлопотали вокруг Жана и девушки. Поставив поднос на столик, кивнул: – Вот.. чай и еда.. – Спасибо.. нейм… Девушка как-то странно улыбнулась – не размыкая губ. Драко кивнул и подошел к Жану. Отмытый от крови, он стал выглядеть.. лучше. – Как вы? – Жить.. буду.. Ты молодец.. не растерялся… – Кэльвин помог. – Он.. привычный… а ты.. молодец… – Не напрягайся, – в беседу вклинился Рауль. – Тебе надо поспать, а утром мы все обсудим. – Хорошо… – Я тебя устрою в медблоке… и посижу с тобой. И не пугай нас так больше… – Не буду.. Рауль легко подхватил обклеенного пластырями и замотанного бинтами Жана и куда-то унес, а Мартин, пофыркав о "некоторых неумных всеспасителях", повел остальных на кухню – кормить ужином и готовить вообще. На кухне Мартин чисто по-армейски припряг их – "ты чистить, ты – резать, ты.. гладь кота и просто сиди тут". Переглянувшись с Кэльвином, Драко выбрал "резать" – это он умел лучше. Все же на зельеварении получалось хорошо. – Что? Уже интересно – чего он такой красивый пришел? – А?..да… – Потому что придурок прекраснодушный. Сколько раз говорили – не лезь ты к этим в одиночку. Нимб, что ли, жмет? Так и убить могут… – Его могли.. убить? – Могли. На Отречении от Клана навтыкали так, что еще страшней выглядел… В этот раз он, походу, защищался. – На.. Отречении? А что это? – Ну.. Ты хоть что-то почитать успел про Кланы? – Успел. Шотландцы от вас научились? – Пледы и прочее? От нас. Ну вот.. тут некоторым моча в голову прилетела.. вместе с горшками, не иначе. Потому что такую дурь я б на трезвянку не придумал. – Такое и на пьяную голову не придумаешь. В кухню вдвинулся Рауль. Стало ОЧЕНЬ тесно. – Спит. Обмазан, забинтован. Уколот – и спит. Там его эти… страшненькие. – Ну, присмотрят… Так о чем я.. так вот, Отречение. У вас как поступают с теми, у кого с происхождением непорядок? – Ну.. с гобелена выжигают.. Предателями Крови называют… – А у нас Отрекают от Клана. Зачастую – вот так вот… – Жестоко… – Если.. такое случается в Кланах Верных – то просто выставляют с небольшим количеством вещей. Дальше такой выживает сам. Но это надо совершить нечто совсем неприемлемое. – А в других? – А в Отрекшихся – причина простая: смешанная с другой расой кровь. Все. – Дико как-то… – Но у них так. Хотя да – дичь. Совместными усилиями ужин был приготовлен, и его решили накрыть в гостиной. Когда сели ужинать – причем девушка оказалась каким-то образом рядом с Драко, на верху лестницы, ведущей вниз, показался Жан. – Ты же должен спать! – Ага.. с моим метаболизмом и той ерундой… – Тогда не спеши… – Не спешу… Рауль все же встал внизу лестницы, подстраховывая, и не зря – на последних ступеньках Жана повело, и Рауль поймал его. – Пойдем.. посидишь тогда с нами. Рауль довел Жана до стола и усадил рядом с собой. Драко посмотрел на него – выглядел опекун.. жутко. Половина лица – сплошной кровоподтек, били явно чтобы изувечить, глаз закрыт, губы… тоже разбиты… ссадины.. царапины…и под одеждой их еще больше. Но зрячий глаз смотрит остро и чуть ехидно, что дает надежду на выздоровление. – Нашу гостью зовут Миллисента Грей-Джонс. Ну, это согласно бумагам. Настоящее только имя – Миллисента, Клановая принадлежность – Клан Сипухи, да, совушка ты наша? Да. Папа оттуда. Наполовину. Мама у нас эльфийка, поэтому уши острые. А Глава Клана – мудак. Да, Рауль, он мудак, поскольку девочка – его внучка, и поступать с ней может именно последний… – Я понял. Он очень плохой человек. Жан вздохнул и сделал глоток теплого молока. – Поэтому Милли живет пока что тут, пока ей делают документы и ищут место, куда эти куры недощипанные не прилетят никогда. Названная Миллисента наконец подняла взгляд от тарелки, и Драко обомлел - таких красивых глаз он не видел. Большие – что называется "на пол-лица", красивого разреза с приподнятыми к вискам уголками, теплого янтарного цвета, темнеющего к зрачку, и с длинными и густыми ресницами, чуть отливающими золотом на свету. В голове мелькнула мысль – а зачем она такую красоту за очками прячет? Миллисента как-то от внимания резко смутилась, а Драко с горящим лицом уткнулся в тарелку тоже. Над столом повисла заинтригованная тишина.