Драконий приемыш

Драко проснулся от того, что по лицу бродил солнечный луч. Чихнув, сел, потягиваясь и ощущая необычное чувство – во всем теле. Это было похоже на то, как будто каждую частичку его тела хорошенько промыли изнутри и снаружи. Он снова плюхнулся на кровать, вспоминая минувший день. Сначала был ритуал… а потом.. потом он.. летал… и услышал Зов. Девушка позвала его… А потом он уснул на ее коленях… Драко почувствовал, как горят щеки и уши, когда в памяти всплыл чуть хрипловатый грудной голос, ласково, правда, немного необычно называющий его по имени. Дрейк. Вот как она называла его – Дрейк. Он хмыкнул – новое имя ему нравилось. Среди прочих сведений в той энциклопедии он нашел упоминание о корсаре – по сути, морском разбойнике, получившем дворянство из рук королевы… Фрэнсис Дрейк. Так звали того человека. А что, хорошее имя. Сильное. Да и звучит куда лучше, чем прежнее. Организм прозрачно намекнул, что стоит встать хотя бы ради того, чтобы не устраивать безобразие в постели. Потянувшись снова, он поднялся и, накинув халат, отправился в ванную. Зеркало отразило симпатичного юношу с легким серебристо-белым пушком на голове, серыми в прозелень глазами и породистыми чертами лица. Он узнавал и не узнавал себя. Он стал лучше, старше и чище. Изменения коснулись не только внешности – но и тела – оно стало крепче и сильнее. Скинув одежду в корзину для стирки, забрался в ванну и включил душ. Флаконы с шампунями и гелями сменились – запах стал более мужской. Древесные, морские ноты… Вымывшись с ног до головы – и даже немного волосы – пока бывшие пушком, но обещавшие вырасти, он в полотенце вернулся в комнату и оделся. Светлые брюки, футболка с рисунком трав… Почему-то это показалось правильным. Сжав пальцы руки в кулак, сосредоточился – и на коже проступил зеленоватый узор. С этим он разберется.. но ощущения куда приятней, чем от Метки. Полностью готовый, он спустился вниз – где его ждал завтрак и.. Миллисента. – Да о тебя прикуривать можно! Он вздрогнул, ощущая, как пылают щеки, и встречаясь взглядом с Жаном. – Ну вы и устроили вчера… Да, вы Истинная пара.. не часто такое увидишь, если честно. – А что это? – Ты садись ешь – а я расскажу. На завтрак была каша, что-то вроде мясного рулета, яйца, овощной салат, к утреннему чаю полагался джем и тосты. От запахов у него проснулся просто волчий аппетит, и Драко (или теперь все же Дрейк?) с удивлением обнаружил, что смел немаленькую тарелку каши вприкуску с рулетом, три яйца всмятку, салатик и заполировал все это пятью тостами с джемом и чашкой чая с молоком. При этом тяжести не было – а была такая удовлетворенная сытость. На удивленный взгляд Жан ответил: – Ты потратил кучу энергии – к тому же твоя вторая форма требует питания. – И я всегда буду так? – А чем плохо? Мужчина должен нормально питаться – не как птичка – а нормально, мальчик, – в голосе Жана на последних словах лязгнула сталь. – Ну.. понятно. – И вообще – что за дурацкая мода – три зернышка в день? Ага, а потом хрен родишь.. – Леди должна… Жан ответил – не слишком приличными словами – куда и что должна леди. – В Кланах кладут на этот бред – и потому семьи у нас большие, а дети здоровые и талантливые. – Понятно…А то.. черное.. что это было? – Ну.. кто-то в вашем роду – но не основатель, хватил какое-то мощное проклятье – более того, оно пошло развиваться в потомках. А Метка поставила жирную точку. У тебя детей уже могло не быть… – Если бы осталось как осталось? – Да. Опять же – я не знаю точно, как оно все у вас – но кровь могла начать просто мстить за гибель по родству. Он представил, содрогнулся. – А теперь? – Ну… ты и Милли – Истинная пара. Такое не часто бывает – так что… Он промолчал, смутившись. После завтрака их отправили погулять. Ноги как-то сами привели его к густо оплетенной диким виноградом беседке. Там было прохладно и сумрачно. И там кто-то был. – Простите… я могу войти? В беседке кто-то пошевелился, а потом голосом Миллисенты ответили: – Да… я не против… Он вошел в беседку – внутри было прохладнее, и глаза быстро привыкли к сумраку. Девушка сидела с ногами на скамье, широкие юбки скрывали ноги, на голове был головной убор, похожий на тюрбан. – Ты прячешься здесь…почему? – Я привыкла.. Ты знаешь, как относятся к дурной крови в Кланах? – Нет.. но догадываюсь… – Мне еще повезло… у меня целая половина крови Кланов… И то… Папа защищал меня как мог… оберегал… Не уберег… Девушка отвела взгляд. Он промолчал – те, кто ратовал за чистоту крови и что маглов.. людей надо пасти как скот.. это, кажется, называлось "потерять связь с реальностью"? Жан показал ему, чего успели достичь люди. Если соединить лучшее от магии и техники – прогресс будет во благо для всех… – Дрейк… скажи.. ты не считаешь меня уродиной? Он вздрогнул, вынырнув из мыслей, и посмотрел на девушку. Сейчас она выглядела еще экзотичней, чем до Обряда. – Сними.. с головы.. это… и пойдем на свет… Миллисента сперва вяло поупиралась, но на свет вышла и даже сняла тюрбан. В свете солнца отрастающие волосы отливали густым золотом, при том что сами были очень красивого орехового тона. Кожа золотилась загаром, а янтарные глаза загадочно мерцали под ресницами. Аккуратный носик и, может, чуть большеватый рот с красивыми губами дополняли картину. Экзотичности придавало то, что волосы пока ореолом покрывали голову, открывая заостренные ушки. – Я не считаю тебя уродиной. Тот, кто сказал так – глуп и слеп. Милли... – от волнения у него пресекся голос. – Милли… ты красивая.. правда… Теперь уже смутилась девушка. – Мне говорили, что ушастая уродка.. что такую, как я, даже по Сговору не возьмут. – Не знаю, кто там кого по какому сговору не возьмет… а я готов поклясться, что говорю правду. Миллисента, ты – очень красивая. Вот. А чтобы ты поверила – магия подтвердит мои слова… Люмос! Нокс! Палочки у него не было – а выкрикнул он слова в юношеской запальчивости – но над пальцами руки вспыхнуло и погасло зеленоватое пламя, а на тыльной стороне руки проступил узор – вроде круговой печати. – Ты.. и правда.. так думаешь… Девушка была потрясена и обрадована. А он рад, что теперь она не грустит и не прячется.