Мы больше чем друзья

Через три-четыре дня, утром. Ёжик пошёл в больницу навестить Кроша. По пути он встретил Нюшу и Бараша и у них завязался разговор. — Привет, Ёжик, — спокойно, с ноткой грусти, сказала Нюша. — Мы узнали что произошло, — монотонно дополнил Бараш. — Мы сожалеем, — произнесли они одновременно. «Как будто заучивали», — подумал Ёжик и размеренно ответил: — Я к Крошу в больницу, не хотите со мной? Но они покачали головой, в знак отрицания. Он с ними попрощался и пошёл дальше.

***

Уже когда Ёжик зашёл в больницу, то сразу подошёл к секретарше, говорящий по телефону. Только он хотел спросить в какой палате Крош, но она протянула руку, будто показывала, что надо подождать секунду. Бросив трубку, она спросила: — О чём нужна справка? — сказала секретарша глубоким голосом, подняв бровь в знак недоумевания. — Эм… Можете сказать в какой плате Крош Морковкин? — спросил я, подняв взгляд. — А вы кем являетесь для него? — с недоверием спросила она. — Я его близкий друг, — тихо пробубнил Ежик эти четыре слова, но про себя подумал: — Ага, ага, друг, конечно. После этих двух гребаных поцелуев, я не могу его называть просто близкий друг… Это уже френдзона какая-то. Во время моих размышлений, секретарша пыталась вывести меня из транса. — Ау… Земля вызывает Юпитер, — раздраженно сказала она, пытаясь привлечь мое внимание, — Придите на связь! — ААА… Что? — вздрогнув, спросил Ежик. — Ой, молодой человек, не орите… Говорю второй этаж 9 палата, — ответила секретарша, фыркнув на меня. — С…Спасибо… — поблагодарив, он двинулся к лестнице. Уже в палате Ежик увидел Кроша. Он спал и он, чтобы его не будить, сел рядом и включил «малиновый закат» в наушниках, но не заметил как уснул. Через какое-то время Ежик почувствовал тормошение за плечо. — Ёжик… ЁЖИК!!! Говорил ему знакомый голос. Он открыл глаза и увидел Кроша, который был слишком близок с его лицом. — Спасибо, что навестил, Ёжик, — тихо сказал Крош с лёгкой улыбкой. Ежик покраснел и случайно дёрнулся. Он успокоил его и они разговорились о том случае, болтали примерно минут двадцать, не меньше. И вдруг — Ёжидзе… Если бы я умер, то не смог бы это сказать… — произнес Крош с улыбкой. — Что… Сказать? Он посмотрел на Кроша как на идиота. — Я люблю тебя, Ёжик. Он схватил его за щёки и поцеловал. Жар их губ встретился. Крош уже хотел отстраниться, но Ежик впился в его плечи и безобидный поцелуй превратился в поцелуй с языком. Было ощущение, будто это мгновение длилось целую вечность.