Остаться в живых.

Адехи ждал своего часа. Со стороны США, недалеко от границы, его неразличимый силуэт в желтом "Кадиллаке" был не виден за тонированными стеклами. У него было все готово, все выверено до мелочей. Осталось позвонить Блуму, чтобы тащил сюда свой бюрократический зад и забирал товар. Но не весь. Он твердо решил не отдавать ему гитариста. Адехи понимал, что это неправильно, и работа так не делается, но ему было плевать, он решил отойти от дел. Он держал в руках сотовый и набирал номер. - Алло. Груз прибудет на место к утру. Да, все пятеро. Нет, обстоятельства изменились, черненького я забираю сразу. Троих уберу. Я знаю, что договор был на двух. Нет. Не обсуждается. Хм, ты мне угрожаешь? - Адехи рассмеялся. - Слушай внимательно меня, вылизанная сволочь. Я на тебя и твою контору собирал материал больше десяти лет. И если хоть что-то из моего досье увидит свет, это будет такая бомба, что взрыв снесет "Лавочку" за пару недель, контору прикроют, а через полгода вам инкриминируют в суде такие преступления, что вы угодите за решетку до конца своих дней. У меня есть все: отчеты, фото, магнитофонные записи, копии документов. Я уже больше трех лет имею доступ к твоему компьютеру. Ты считаешь меня полным придурком, способным только искать и убивать? Кретином, которого можно послать, и он принесет добычу? Ты очень ошибаешься на мой счет. – Это невозможно, – выдавил Блум, уже понимая, что тут не блеф, уже чувствуя, как холодная незримая рука сдавливает ему горло. - Зачем он тебе? - Я хочу узнать, каков он. Мы станем с ним друзьями. Тебе достаточно такого ответа? - Слушай, Адехи, а ты не преувеличиваешь свои возможности? Сейчас ты ведешь себя далеко не как профессионал. Может, ты уже давно сдулся? Ты сейчас ставишь свою похоть выше долга. Киллер, взяв деньги, не отменяет заказ. Это закон. Ты умер в профессиональном плане, как только решил забрать себе желанную игрушку. - Возможно, ты прав. Возможно, я сдулся... признаться, не ждал от тебя такого оборота. Я не собираюсь уничтожать ни тебя, ни контору, слава Богу, не вчера родился. Просто мне нужен этот мужчина. А тебе еще понадоблюсь я, мы крепко с тобой повязаны и много чего и кого похоронили, и не только в переносном смысле. Так что смирись. - Ладно... только надо все сделать быстро. Помни, что они расправились с вооруженным отрядом. Ричард Блум отключился, он так сильно сжимал трубку телефона, что у него побелели костяшки пальцев. Он никак не мог примириться с мыслью, что этот маньяк посвящен во все тайны конторы. И спокойно пасется в его компьютере. Он стал опасен и для самого Блума. *** Двое суток в грузовике показались адом. Жара и духота. Девчонки, обколотые наркотой, с отобранными документами, бесправные и обманутые. Некоторых продали свои же собственные родители. Их везли в притон, откуда они уже не смогут выбраться. Ребята сами себя уговаривали, что всем помочь они не смогут, им бы самим из всего этого дерьма выпутаться, и чего нервы мотать за совершенно посторонних для них девчонок. Они отдали им свою воду и еду, это единственное, чем парни смогли им как-то помочь. На границе их досматривать и правда не стали, ни с одной стороны. Все было поставлено на широкую ногу. Уже в Америке на трассе их остановил Адехи, он догнал грузовик и что-то показывал водителю на ходу. Тот, открыв окно, стал спрашивать, чего ему нужно. - Колесо, колесо! - орал ему индеец. - Чего? Не слышу! - Колесо у тебя сейчас отлетит! - кричал Адехи. Пришлось останавливаться. Бандиты не успели ничего понять. Адехи застрелил обоих и запихал в свою машину. - Ну и придурки. Срабатывает как всегда. Оставив машину на обочине, Адехи сел за руль грузовика. Ему начали стучать в кабину и спрашивать, в чем дело, что случилось. Отодвинув заслонку, которую специально сделали для общения, крикнул, что все нормально, и они скоро доберутся до места. Съехав с шоссе, он отъехал вглубь пустыни, где его ждал Hummer, заботливо прикрытый от палящего солнца. Остановив грузовик, он достал из сумки баллончик с газом. Это был яд, бесцветный и очень сильный. Он парализовал всю мускулатуру, и человек умирал от остановки сердца в течение пятнадцати минут, если не дать противоядие. Надев на себя респиратор, он отодвинул заслонку и впрыснул в кузов грузовика струю газа, подождав, впрыснул еще раз. Вылез из кабины и, отойдя подальше, закурил... посмотрел на часы. - Пора. Открыв кузов и запрыгнув в него, нашел Шнайдера, бывшего без сознания. Он взял его как куклу и выбросил на улицу. Рихарда поднял на руки и аккуратно снес вниз, положив рядом с другом. Достав приготовленные шприцы, вколол каждому из них укол. Они были без сознания еще какое-то время, и он успел их крепко связать. Шнайдеру он засунул кляп и положил барабанщика в багажник. Рихарда просто связал, не стал ему кляп ставить, и положил его на заднее сидение машины. Адехи не смог удержаться, он начал гладить Круспе, щупать, расстегнул ему рубашку и начал облизывать, еле себя сдерживая, чтобы не начать кусать. Когда он поднялся, чтобы спустить штаны, пуля вошла ему в мозг и вылетела через правый глаз, забрызгав кровью и серой массой все стекло. Рухнув навзничь на Рихарда, привел того в чувство. Гитарист открыл глаза, и первое, что он увидел, было изуродованное лицо с пустой глазницей, из которой стекала жижа и капала ему на щеку. - АААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА! - он почувствовал, как чужое тело начало сползать с него, и отключился. Бросив мертвого индейца на землю, Блум смотрел на него и улыбался. - Ты был на сто процентов прав. Я считаю тебя полным придурком, способным только искать и убивать. Кретином, которого можно послать, и он принесет добычу. Тьфу! - Блум плюнул на тело и, махнув рукой, подозвал солдат. - Этого и второго из багажника в фургон. Сам сел на пассажирское сидение рядом с водителем, а пара солдат разместились с ребятами в кузове. Они уезжали, оставив грузовик с умирающими людьми.