Остаться в живых.

"Риха-а-а-ард!" - услышал радостный крик в своей голове Круспе, как только его привели в комнату выше этажом и оставили одного. "Нелли! Как же я рад, что ты рядом!" - ответил мысленно гитарист, осматривая помещение. "Вроде, все то же, камеру, естественно, починили, суки, падлы, мрази. Будут теперь меня проверять и рассматривать под микроскопом Доктор Зло и Доктор Смерть". "Ты чего там ругаешься?" - тут же спросила Нелли. "Да ничего, я вспомнил, как тут стулом махал.". "Не хочешь говорить? Ладно, сама посмотрю. А зачем ты дверь нюхаешь?". - Хватит копаться в моей голове! - Рихард накричал на девчонку в голос. "Блум мне рассказал, что нас отравили, только мне и Шнаю дали противоядие, а их бросили там в пустыне умирать. Дверь нюхаю - запах чувствую Тилля и Шная.". "Не верь, он врет, друзья твои живы. Рихард Круспе, слушайте меня внимательно, я уже просканировала башку этого самого Блума, и в ней крутится только одна мысль - как вы, шесть мудил, его задолбали. Друзей твоих среди мертвых девушек не было. И где они, он не знает.". "Ну и среди живых они пока не объявлялись," - вздохнул гитарист и опустился на пол рядом с дверью. "Они живы!". "Ага, успокаиваешь меня?". "Нет, они живы и живут у "Доктора Зло". "Чего?". "Рих, а как это тебя так быстро перевели сюда? Я ничего сделать не успела," - перевела пока разговор Нелли. "Меня требует главный "Доктор Зло", нос его мой интересует. И мне пригрозил главный "Доктор Смерть": если я ему что-то расскажу про похищения и убийства, то он убьет Шнайдера. Бред какой-то.". "Сядь лучше.". "Я сижу.". "За стенкой моей комнаты живут двое мужчин, которые очень сильно друг друга любят, и один из них беременный. АААААА!" - завизжало от радости в голове Рихарда. "АААААА! Это правда?!" - вместе с ней кричал гитарист. "Чистейшая правда, я с ними пока в контакт не вступала, смотрю бошки тут работающих. Удерем мы легко, и, кстати, нам поможет "Доктор Зло". Это наимилейший, наидобрейший человек, который думает, как помочь вам всем сбежать. А Оливер, Пауль и Флаке сейчас у него дома живут. Вчера все собрались. И не ори от радости, внимание привлечешь.". "Как? Ну-ка, рассказывай, давай, а где они были все это время, как там Пауль?". "Не знаю, он об этом не думал, я к нему не попадаю, мной баба заниматься будет, скоро поведут к ней. Я успела глянуть, когда он мимо проходил. А ты сам спроси у доктора, он к тебе скоро зайдет. Ну, чего? Давай Шная и Тилля оповещать, что мы тут.". "Я хочу на это посмотреть, ты помнишь, как меня напугала?" - Круспе радовался как ребенок, что все живы, и Пауль жив, его самый дорогой на свете человек. "Хым, да, помню. Я тебе потом покажу, все, я тебя отпускаю и иду в Шнайдера.". "Нелли...". "Чего?". "Скажи им, что я их очень люблю.". "Ладно.". И она покинула разум Рихарда. Круспе бы все сейчас отдал за встречу с Паулем. Он очень соскучился по нему, по его всегда веселым глазам, по лучезарной улыбке, его губам, его запаху, его рукам, которые так нежно обнимали и гладили. Рихард пошел в спальню и уселся на кровать. Сам себя обнял и закрыл глаза. Он представил, что это Ландерс его обнимает, Рихард погладил свои предплечья и лег на спину, его ладони, спрятавшись под рубашкой, ласкали грудь, задевая соски. Они твердели и становились более чувствительны. Он выгибался и облизывал губы, представляя, что это делает с ним Пауль. Шепча его имя, он гладил свое тело. Рихарду стало ужасно жарко, и он скинул с себя дурацкую белую одежду и накрылся простыней, зная, что за ним наблюдают, но ему было пофиг, главное все живы, и он скоро увидит Ландерса. Раздевшись, он продолжил прерванное занятие, его ладони ласкали кожу, а мозг рисовал картины. Он был сейчас не один в постели, а с Паулем. Рихард поднес ладонь к губам и, приоткрыв рот, вложил между губ указательный палец, проведя им по влажному языку, оставил на своем теле влажную дорожку до соска, который сжал, и выгнулся от приятного ощущения, волной нахлынувшего на него. Простыня съехала, обнажив красивую накачанную грудь. В другой комнате за ним наблюдали солдаты, они, бросив все свои дела, просто прилипли к экрану. - Не, ну ты смотри, чего творит. Я хоть и конченый гетеросексуал, но его бы трахнул, - говорил один. - Да его бы все трахнули, не мешай. Во, во, смотри, рука ниже пошла, сейчас он себя за член возьмет! Ё-маё! Ну и порнуха! Рихард скинул с себя эту дурацкую простынь, его рука гладила торс, а вторая сжимала яички и ласкала вход в попку. Не переставая шептать имя Пауля, он согнул в коленях ноги и расставил их пошире. Рука с тела опустилась на головку, и Рихард большим пальцем размазал по ней смазку. Он гладил свой член то оголяя, то закрывая головку. Она была влажная и блестела от смазки, кроме того по комнате распространялся запах возбужденного мужчины, который еще сильнее возбудил Рихарда. Его ладонь начала ритмично двигаться вдоль члена, второй рукой он средним пальцем проник себе в анус и, сгибая его, пытался достать простату, для удобства приподнимая бедра вверх. Он шумно дышал, глаза были плотно закрыты, из приоткрытых губ периодически выглядывал кончик языка и, смачивая губы, заставлял их блестеть. Чтобы получить больше удовольствия, Рихард расслаблял и сжимал свою дырочку, расставляя ноги пошире и покачивая бедрами. - Да, давай, еще, Пауль... - шептал Рихард, представляя, что его трахает Ландерс. - М-м-м-м... - издал он стон. У Рихарда все плыло перед глазами. Казалось, член разорвется. Наслаждение волнами проходило по телу от паха в мозг и уже где-то там, собравшись в пучочек света, взорвалось и откатилось назад. Рихард кончал, он терял сознание, его сперма брызгала и брызгала на загорелое тело. Вынув руку из попки, он размазал сперму по себе и, раскинув руки, отдыхал, лежа навзничь на кровати. На его лице было написано удовольствие и экстаз. - Фух, нихрена себе, - солдаты, кончив с Круспе все вместе, повытаскивали руки из своих штанов. - В чем дело? Чем вы тут занимаетесь? - раздался позади них голос профессора Эвана Питерса. - Ах, какой кошмар! Как вам не стыдно! Подглядываете за человеком и сами... - доктор, возмущаясь, ушел. Подойдя к Ришиной комнате, он постучал, дав время тому одеться. И, войдя вместе с солдатом, представился. - Я доктор Эван, буду с вами работать. Рихард протянул руку для приветствия. - Нет, милый человек, вы сначала помойте руки, - отстранился ученый. Круспе улыбнулся и пошел в ванну. Доктор через секунду двинулся за ним. - Все ваши живы, - быстро сказал он. - Я знаю, - сказал Круспе. Ученый вытаращился на него. - Откуда? Но, ладно, потом. Сейчас о другом. Он отчитал Рихарда за бесплатный концерт, им устроенный для охраны. - Вы сошли с ума? Вы что устроили? За вами все время наблюдают. Как вам не стыдно? - Вот не стыдно. Представьте себе, - улыбался совершенно счастливый Круспе, встав "руки в боки" и отставив одну ногу вперед. "Все живы, Пауль жив. А на остальное наплевать.". - Хм, ладно, вы взрослый мужчина, решать вам, а сейчас пройдемте со мной. Когда они проходили мимо комнаты охраны, все высыпали посмотреть на героя утреннего шоу. Круспе им улыбнулся и подмигнул. Ребята - молодые солдаты покраснели и шмыгнули обратно в комнату. За всем этим действом наблюдал Ричард Блум. "Да, натерплюсь я с этим уродом. И ведь зовут козла - как меня. Интересно, а что он устроил на этот раз, чего это охрана такая взъерепененная?". Он пристально смотрел на Рихарда Когда он проходил мимо, хотелось ему напомнить о договоре. Но Круспе послал ему поцелуй и облизал верхнюю губу. Блум опешил и не смог ничего сказать. "Сволочь какая!". А Рихарда прямо распирало на всякие гадости, он был безумно счастлив, и ему хотелось насолить всем, кто его пленил. В кабинете доктора он начал все рассматривать и трогать, его заинтересовало обилие колбочек и скляночек, он, как маленький ребенок, тут же нашкодил, уронив одну реторту, и забрызгал себе все белое одеяние желтой вонючей жидкостью. "Ну вот, выглядит как будто обоссался.". - Рихард, ну что вы в самом деле? Идите быстро сюда. А вы, молодой человек, останьтесь у дверей или лучше выйдите вон, - обратился доктор к солдату. - Не могу, у меня приказ: с этим вас одного не оставлять. - Ну, хорошо, стойте там у дверей и ничего не трогайте. А вы садитесь, - док показал Рихарду на стул. - Я все знаю и хочу вам помочь, говорить можно только у меня в кабинете. Вам привет от ваших. Рихард улыбнулся. - Спасибо. Передайте Паулю, что я скучаю. - Хорошо. А теперь давайте о вашем носе, мне же нужно создать вид бурной деятельности, чтобы Блум ничего не заподозрил. Рихард рассказывал, как у него это проявлялось: не сразу, постепенно, как он начал различать запахи. Как он чувствует выделенный адреналин, феромоны, запах своих друзей. Доктор все записывал, он постоянно задавал Рихарду вопросы и очень внимательно его выслушивал. Взял у него кровь на анализ, заглянул ему в нос, засунув в ноздрю железную расширялку. Опять все скрупулезно записав, посмотрел на парня. - Откуда вы все знаете? - он неожиданно задал вопрос. - Не могу пока сказать, не моя тайна. Но я вам обещаю, вы все узнаете. Распросив Рихарда еще о его здоровье и самочувствии, поинтересовался, где он был все это время. - Ниже этажом, там комнаты и кровати с привязями, меня, правда, недолго привязным держали. - Значит, это правда, - вздохнул ученый. - Правда, правда, только я вам ничего не говорил, я с острова сегодня ночью прибыл. Иначе Блум Шнайдера обещал убить. Доктор сидел, открыв рот. - Над этим нужно поразмыслить, а вам пока придется вернуться к себе, мой дорогой. Пойдемте, я зайду к Тиллю и Шнайдеру. И вы со мной. Наплевать на Блума. - Нет, док, не нужно нагнетать обстановку, просто привет от меня передавайте и про ребят наших расскажите. - Ну, может, вы и правы. Хорошо, - вздохнул док. - Ну, пойдемте? Они вышли из кабинета и отправились в отсек с комнатами, где жили испытуемые. Рихарда отвели к себе, а док пошел к Тиллю и Шнайдеру. Когда док вошел в комнату, как всегда предварительно постучав, то просто опешил от увиденного. В спальне, никого не видя и ничего не слыша, мужчины занимались сексом. Они избрали оптимальную позу, лежа на боку. Было видно, что Шнайдер очень нежно двигается, чтобы не причинить вреда партнеру. Он гладил его по волосам и целовал в шею, трогая самым кончиком языка мочку уха. Врач ушел на кухню и стал ждать, когда ребята закончат, прерывать он их не решился. "Да что сегодня за утро такое?". *** Возвращаясь с тестов, Нелли обратила внимание на оживленность, творившуюся в их блоке. Все улыбались и кидали взгляды друг на друга. Она залезла в голову к первому попавшемуся ей на глаза солдату и увидела потрясающую картинку. Рихард на кровати мастурбирует и изнемогает от оргазма. "Вот тебе раз! Ну развратник, интересно, чего это на него вдруг нашло?". Когда ее, наконец, оставили одну, она связалась с Рихардом. "Ты чего это устроил? Там все как с цепи сорвались!". "Ничего, задолбало меня все," - пробурчал Рихард. "Ну ты красавец, я тебе скажу, это надо же так эротично дрочить. А-ха-ха-ха!" "С тобой я на эту тему говорить не буду. Маленькая еще.". "Ой, ой, ой, там, откуда мои корни, девушки выходят замуж в четырнадцать лет.". "А откуда мои корни, то в восемнадцать. Ты мне в дочки годишься, не приставай.". "Ладно, папочка, замяли. Будешь смотреть мое знакомство с твоими друзьями?". "Да! Конечно, жду не дождусь уже, когда ты предложишь". Нелли послала Рихарду воспоминания о своем времяпровождении внутри Шнайдеровского сознания. *** Сидя на кухне и завтракая соком с печеньем, Тилль и Шнайдер разговаривали. "Привет, Дум", - Нелли вошла очень аккуратно в мозг Шнайдера, он даже ничего не почувствовал. Шнайдер замолк на полуслове и обернулся. - Ну, чего ты замолчал? - спросил Тилль. "Если потерял мысль, то ты говорил о Блуме, как его можно захватить в заложники," - опять раздалось у него в голове. Шнайдер встал из-за стола и выглянул в комнату. Лицо у него вытянулось от удивления. "Нет никого, странно..." - Чего с тобой, кого ты там все пытаешься увидеть? - спрашивал его Тилль, не понимая поведения любовника. Шнайдер вернулся на свое место и уставился на собеседника. Тот, как ни в чем не бывало, уплетал за обе щеки крекеры. - Шань, ты чего? - опять спросил Тилль. "Да, чего ты? Привет тебе от Рихарда". Шнайдер вскочил и посмотрел под стол, потом опять ушел в комнату. "Не ищи меня, я у тебя в голове.". Барабанщик бросился в ванну к зеркалу и стал рассматривать волосы, перебирая их руками. "А-ха-ха-ха-ха, ну и рожа у тебя! Я Нелли, я телепат. Кстати, я очень хорошо знаю Рихарда Круспе". - Ти-и-и-илль!!! - заорал Шнайдер. - Ты чего? Чего кричишь? Кого ты все ищешь? - опять начал задавать вопросы Тилль, входя в ванну. - Нам привет от Круспе, - выдал Шнай. - Хм, от кого такая передача потрясающая? - От хуйни у меня в голове, - продолжал разглядывать себя в зеркале Дум. "Я бы попросила. Я молодая и очень красивая девушка, а не хуйня. Смотри.". Лицо Шнайдера стало меняться. Волосы собрались в хвостик, кожа приняла темный цвет, губы стали пухленькими, из зеркала на барабанщика смотрела девушка. - АААААААА! Блять! - Шнайдер дунул в спальню и зарылся под подушки и одеяла. - Да что с тобой?! - Тилль вошел к нему и, сев на кровать, начал выуживать Шнайдера наружу. - Тилль, я стал бабой-негром. Уйди, - причитал несчастный. - Чего? - удивился ничего не понимающий Тилль. "Я не негр, а латиноамериканка. Я в соседней с вами комнате, я телепат.". - Тилль, что у меня с лицом? - спросил Шнай, выбравшись из-под подушек. - Нормальное, очень красивое у тебя лицо. - Я негр? - Ты дурак, - засмеялся Тилль. "Вот, вот, правильно. Дурак и есть. Я тебе еще раз говорю, я с тобой общаюсь при помощи мысли. А у тебя в голове сплошные матюки". - Тилль, я слышу голос. У меня в голове голос, - бедный барабанщик смотрел на любовника круглыми от ужаса глазами. - Иди ко мне, ты чего, какой голос? Это он нам от Рихи приветы передает? - Тилль обнял своего любимого и начал гладить его по волосам. "Ты давай только не возбуждайся и не отвлекайся. Мы с Круспе рядом с вами, моя комната рядом с вашей, а Рихина от вас через мою. Закрой глаза, я тебе покажу.". Шнайдер затих и пытался даже не дышать. На миг он увидел Рихарда, сидящего на кровати в белой одежде. "Он, кстати, просил вам передать, что вас очень любит.". - Тилль, нас Рихард любит. - Любит, я знаю, мы тоже его любим, - успокаивал Тилль Шнайдера. "Ой, как с тобой сложно. Чего ты никак в меня поверить не можешь?". Дум вскочил на ноги на кровати. - А как я в тебя поверить должен, можно подумать у меня в голове каждый день девушки болтают! - во время этой тирады Шнай смотрел на Тилля. - А почему ты в меня не должен верить? И что там у тебя за девушки? - Тилль поднялся, не сводя взгляд со Шнайдера. "Еще раз сказать кто я?" - злилась Нелли. - Я уже понял, ты телепат. - Я? - Тилль открыл рот и положил себе на грудь руку. "Все ваши живы, сейчас они в городе и находятся в доме профессора Эвана.". - Что? Ребята живы? Все? - обрадовался Шнайдер. - Хм, какие ребята живы? Шань, ты чего? - Тилль был ошарашен поведением друга. "Мы скоро сможем сбежать, док нам поможет, поговори с ним, когда он придет". - Да, нам нужно поговорить. И все рассказать, - Шнай лыбился во весь рот. - Хорошо, мой дорогой, давай поговорим. Все, все мне расскажи, - Тилль взял Шнайдера за руку и начал поглаживать. - И передай, пожалуйста, Ришке от нас привет. - Хорошо, я передам, только успокойся, - Тилль начал переживать, он никак не мог вникнуть в суть разговора. "Ну слава Богу! Короче, объясни все Тиллю, я боюсь его напугать, в положении человек все-таки, кхм, и как вас угораздило, ха-ха-ха! Я позже с тобой свяжусь, за мной пришли.". - Я очень тебя буду ждать и все объясню, - Шнай спрыгнул с кровати и обнял Тилля. - А чего ждать то? Я вот он, тут весь, даже меня немножко больше. - Тилль, ты знаешь, что это все значит? - Нет, я ваще нихера, ничего не понимаю последние тридцать минут. - Я тебя безумно люблю и хочу. Мы обязательно вырвемся отсюда, - Шнайдер начал целовать Тилля напористо и страстно, что не позволял себе делать после предупреждения доктора. Он затянул его в кровать и начал раздевать. В этот момент картинка пропала. "Эй, на самом интересном месте остановила!" - возмутился Круспе. "Да за мной пришли, и то я схитрила и задержалась, типа в туалет хочу.". "Блин!". *** - Шань, милый... - шептал Тилль и прижимал его к себе. - Тилль, я очень аккуратно, не наврежу, я уже не могу просто. - Давай, мой хороший, любимый, мальчик мой... Мужчины впились в губы друг друга и не могли насытится поцелуем, им стало наплевать на всякие запреты, они жаждали друг друга, хотели заняться сексом и насладится страстью, которую они все это время сдерживали. Шнайдер очень нежно обращался с любимым, у него как стопор срабатывал внутри. Аккуратно введя свой член неглубоко, чтобы не задеть матку и не навредить ребенку, он двигался осторожно и несильно, сам при этом изнывая от желания. - Тилль, я люблю тебя, очень сильно люблю, - шептал Шнайдер, прерываясь на поцелуи. Тот млел от его слов и гладил стройное бедро любовника, которым он прижимался к его заду, иногда заводя руку подальше и сжимая его ягодицу. В это время их застал доктор. Они его даже не заметили. Шнайдер гладил Тилля по сильным рукам, сжимая в ладони его плечо, его губы вбирали в себя мочку уха, и язык щекотал ее, отчего у Тилля бежали мурашки по коже. Его рука спустилась вниз, и Шнайдер взял крепко стоящий орган Тилля, нежно массируя его, он вынул свой член и начал водить им снаружи, задевая клитор. Тилль уже не мог сдержаться, и оргазм захватил его в свой плен. Волны наслаждения заставляли мышцы внизу живота сжиматься, сперма выстреливала на чистые простыни, Шнайдер, войдя снова в горячее лоно, чувствовал все сокращения, не сдержавшись, углубился на всю длину. Обвив Тилля руками, он очень сильно прижался к нему и, издавая протяжные стоны удовольствия, кончал в любимого, его потрясывало от наслаждения и счастья. - Любимый, мой любимый... - шептал Шнайдер, не выпуская Тилля из своих объятий. Рука Тилля гладила бедра барабанщика, дотянувшись до ягодиц, он ласкал нежную кожу и прижимал его ближе и ближе, не давая выйти из себя. - Вот таким ты мне нравишься больше, не пугай меня дурацкими разговорами, - улыбался Тилль. - Я не с тобой разговаривал, а с Нелли. Она телепат, и ее поселили рядом с нами в комнату. Я ее даже видел. Нам привет от Рихи, - шептал Дум на ухо Тиллю, гладя его грудь и не вынимая своего члена. - Все, блять, приехали, Шнай, какой телепат? - Тилль стал серьезен и развернулся к любовнику лицом. - Ну, такой... такая... я сам сначала не поверил, испугался. - Кхм, кхм, - раздалось с кухни. - Ой, кто там? - спросил Шнайдер. - Это Эван Питерс. Я вас уже давно жду. Мужчины посмотрели друг на друга, их лица вытянулись, и они прижали ладони к губам, всем своим видом показывая, что попали. - Сейчас схлопочем по первое число, - шепнул Шнай. Тилль улыбнулся и притянул любовника к себе, поцеловал в губы. - Ничего, прорвемся. Одевшись, они вышли к доктору. Вид у них был нашкодивших детей, очень счастливых детей. Доктор не смог ругать этих двух влюбленных мужчин, попавших в совершенно не свойственную им ситуацию. - Эх, - только и сказал он им. Все прошли на кухню и уселись за стол. - Я виделся с Рихардом Круспе. Вам от него привет, а еще все ваши остальные друзья живы. Правда Оливера и Кристиана сильно покусали пчелы, а Пауль подрался в местном баре, и ему рассекли бровь. Но они приходят в себя. Я знаю, что здесь происходит, каким образом вас забрали с острова, что тех троих хотели убить, и они просто чудом выжили. Вот теперь нужно решать, как вас вызволить. - Спасибо, док, за приятную новость. Правда, мы уже знаем, что Риха тут, и что наши живы, и что вы хотите нам помочь, - сказал Шнайдер. - Рихард все знает, вы все знаете, каким образом вам это удается, интересно, сидя взаперти, быть в курсе последних событий?! - Мы пока сказать не можем. - Да, да, это не ваша тайна, но я потом все обязательно узнаю... - Точно, док, - улыбнулся Шнайдер. - Я, если честно, тоже ничего не знаю и понять не могу. Так что добро пожаловать в мой клуб, док, - сказал Тилль. - Ладно, мне пора. Вы себя нормально чувствуете? - обратился смущенный доктор к Тиллю. - Ничего не тянет, не болит, после... кхм, секса?! - Не, все нормально, ничего не болит. - Ну вы бы воздержались, срок уж больно большой. Доктор вышел из комнаты и закрыл за собой дверь на замок. Он отправился к себе домой, рассказывать все новым друзьям. - Давай теперь по порядку, что еще за телепат. - Не знаю, девушка, с Рихой знакома, она мне толком ничего не объяснила. Я ее в голове у себя слышал, голос как через наушники идет, только если их поглубже засунуть. Ей пришлось уйти, подождем, она еще свяжется со мной или с тобой. - Шань, не пугай меня, почему ты спрашивал, негр ты или нет? - Она мне себя показала. - Что значит себя показала? И ты мне на вопрос не ответил. - Я в зеркале увидел у себя ее лицо. - А она черная? - спрашивал, не веря, Тилль. Он все равно думал, что Шнай тронулся. - Латинос. Молодая, лет семнадцать. - Да быть такого не может, что ты тут сочиняешь?! - разозлился вдруг Тилль на любовника. - А чего это ты на меня раскричался?! "Быть не может!". На себя посмотри, живой пример того, чего не может быть, - завелся Шнайдер. - Мальчики, не ругайтесь, - раздался голос сразу в двух головах. Шнайдер улыбнулся. "Наконец!". А Тилль, вскочив, начал смотреть по сторонам. - Во! Ты тоже ее слышишь? "Слышит, но не верит. Шнай, хочешь Рихарда увидеть, только Тилля предупреди, и закройте глаза. Я правда так еще не делала, попробую одновременно войти в сознание вас всех троих и у себя в голове показать вам с Тиллем картинку.". - Что ты мне сейчас говорила, Тилль не слышал? - спросил Шнай. "Нет. Давай, сам объясняй, все, мне нужно сосредоточится, не отвлекай меня.". - Чего я не слышал? Чего происходит, я не понимаю. - Сечас нам с тобой покажут Риху, - Шнайдер сиял от счастья. - Шаня, я прям боюсь, когда Кузькину мать грозятся показать - страшно, а тут самого Риху показать хотят. - Пошли на диван, сядем и закроем глаза. - Ага, и уснем. Нормально. Пошли, обормот. Напридумывает вечно, - ворчал Тилль, прижимая к себе Шнайдера и целуя его в губы, тот ответил на поцелуй, и они, забыв обо всем, стояли, закрыв глаза, наслаждаясь близостью. Мужчины начали снова возбуждаться, они чаще задышали, руки сильнее притягивали к себе партнера, и в этот момент у обоих перед глазами возник голый Круспе, который пытался отстирать в раковине пятна со своих штанов. - Риш, привет, - случайно вырвалось у Шнайдера. - Ой, Риха голый, - произнес Тилль. Рихард дернулся и, улыбнувшись, подумал: "Привет, мои дорогие...". "Ребята, очень сложно, мне отдохнуть нужно, я вас пока разъединю.". Связь внезапно прервалась. - Это что такое было? - спросил Тилль. Шнадер пожал плечами. - Вот это круто, сильная девочка, с ней не только сбежать можно, а мир поработить, - наконец, поверил в происходящие Тилль. *** Рихард вышел из ванной совершенно раздетый, неся в руках мокрые штаны, он их хотел повесить на спинку кровати. В комнате его ждал Бредли - парень, который был в "Лавочке" главным по хозяйству. Отведя от обнаженного гитариста взгляд, подал ему чистую одежду. - Ну зачем вы стираете, вам нужно только попросить было. - А мне, может, скучно, может, я так развлекаюсь, тешу мое женское начало... - Рихард подошел в плотную к Бредли и последние слова шепнул ему на ухо настолько близко, что чувствовал запах его геля для бритья. - Мхм... Герр Круспе, мне идти нужно... - несчастный, смущенный Бредли заметался, не сразу найдя выход из комнаты. Солдат, стоящий у двери, еле сдерживался, чтобы не заржать в полный голос, Рихард смотрел на все и ехидно улыбался. Когда, наконец, его покинули гости, он оделся в чистую одежду. "Я знаю, как использовать эротик-шоу в твоем безупречном исполнении. Только я думаю, надо порепетировать. Ты просто бесподобен, сукин сын.". "Ты опять начинаешь? Чего там надумала, рассказывай.". "Устроишь опять супер стриптиз в спальне с жутким порно такое, чтобы оторваться нельзя было.". "Слушай, девочка, ты поаккуратней.". "Да ты дослушай, вся охрана кинется со своих постов в комнату с телевизорами, я не знаю, как она называется, все бросят свои посты, я тебе это гарантирую, в это время док отопрет меня и ребят, все, этаж наш. Оружие мы заберем, и дальше дело техники. Провернем все ночью, когда Блум уедет домой. Вырубим электричество, лифт снизу заблокируется, ну а по дороге нам двери сами открывать станут, я об этом позабочусь.". "Нормальный план, а что дальше?". "Ну а дальше работа Оливера, Пауля и Флаке. Как дока увидишь, ему про это расскажи, он дома еще с ребятами все обмозгует. А я пока к ребятам загляну и расскажу про план.". "Ладно, давай.". По "Лавочке" распространился слух, что у них есть необычный пациент, который обалденно показывает стриптиз и развлекается, устраивая эротик-шоу с элементами порно. История переходила из уст в уста, обрастая немыслимыми подробностями, все хотели посмотреть на необычного красавца, и о дисциплине не могло быть речи. До Блума история дошла жутко приукрашенной, как будто Бредли сделал минет Рихарду, а солдат дрочил на все это, смотря. Естественно, не поверив в это, он решил навестить Круспе. Ворвавшись к нему в комнату, начал разговор. Ему очень хотелось от него избавиться, он его жутко бесил, но он не мог. Приходилось сдерживаться. - Герр Круспе, что вы себе позволяете? - А чего, собственно, я себе такого позволяю? Вы меня просили ничего доку не говорить, я и не говорю, чего не так? - Вы устраиваете тут стриптиз, смущаете персонал, ставите в неловкое положение работников. - Опа, приехали, - Рихард вальяжно развалился на стуле на кухне, взял трубочку и сунул в стакан с соком. Блум смотрел на эти манипуляции, не понимая, чего Рихард задумал. - Я тут, между прочим, пленник, отпустите меня, и проблем не будет, - сказал Рихард, проведя кончиком языка вокруг соломинки, и прикрыв глаза, томно посмотрел на Блума. "Рих, я сейчас тебе помогу, мне самой поржать охота!". "Давай, девочка!". Рихард подошел вплотную к Блуму и потрогал узел его галстука, того захлестнула ярость, и он выхватил пистолет. Причинить вреда он не успел, в дело вступила Нелли. Блум поднес ствол к губам и облизал кончик ствола. - Смотри, какая прелесть, кольт, калибр 45 миллиметров, разрывные пули, гладкий длинный ствол. - Настоящий мужик, любишь оружие. - Да, трахни меня им, давай поиграем в необычные мужские игры, - томно, низким голосом попросил Блум и прижался к Рихарду. "Давай, Рихард, не бойся, ты себе не представляешь, что сейчас творится в коридоре. Народ с ума сошел, все у экранов прилипли," - говорила Нелли в голове Рихарда. - Ну, давай, давай, чего ты встал как вкопанный, трахни меня, - Блум вынул все пули из пистолета и сунул его Рихарду в руку. "Давай, Круспе, устрой шоу!" - подбадривала его Нелли. "Вспомни, как он над вами всеми издевался.". Рихард развернул Блума к столу и толкнул, Блум, приспустив брюки, облокотился и, развернув голову к Круспе, просил: - Ну, давай, чего ты ждешь? - Облизывай, - Рихард сунул ему дуло пистолета в рот. Солдат открыл дверь комнаты и позвал туда народ, персонал столпился в коридоре в предвкушении необыкновенного зрелища. Все хотели видеть, как их босса будут жарить его же пушкой. Рихард приставил смоченное дуло пистолета к анусу Блума. - Да... — прошептал Блум. - И не сбивайся с ритма, Круспе. Не сбивайся. Или я буду убивать твоих друзей, всех до одного. Ты веришь мне? - скулил стоящий раком Блум. Рихард принялся за дело. Дуло вошло в него, причинив ему дикую боль. Но Блум не почувствовал ее, то ли от возбуждения, то ли Нелли постаралась. Вполне возможно, потом он сесть не сможет, но сейчас он вопил от удовольствия как течная самка. - Нравится? - спросил Рихард, водя оружием в заднице Блума. - Я знал, что тебе понравится, мешок с дерьмом! Тебе нравится, когда он ходит у тебя в жопе? Скажи "да"! Скажи "да" или отправишься прямо в ад, сука, последний патрон ты, говнюк, не вынул! - Да... — прохныкал Блум. - Хочешь, чтобы я продолжал?! Нелли отпустила сознание Блума, и он с ужасом понял, что натворил, а как это произошло, он понять не мог. - Я еще раз спрашиваю, хочешь, чтобы я продолжал?! Блум не хотел. Несмотря на возбуждение. Но он знал, что нельзя отказываться, он сам загнал себя в эту ситуацию. - Да. - Я не прикоснусь к твоему херу, сука! Дрочи его сам, зачем Бог дал тебе две руки?! Сколько это продолжалось? Блум не знал. Минута, час, век — какая разница? у него появилась уверенность, что в момент оргазма он ощутит сразу две вещи: горячий ручеек спермы, выходящий из его члена и пулю, разрывающую ему внутренности. Последняя клизма. Потом бедра Блума напряглись, и из пениса рванулся прерывистый поток спермы. Рука его стала скользкой, словно на нее надели резиновую перчатку. Через мгновение пистолет был вытащен. Молчаливые слезы облегчения брызнули из глаз Блума. Он не боялся смерти, во всяком случае ради службы или долга, но он не хотел погибнуть в этой комнате от рук психопата, да еще таким позорным способом. Раздались аплодисменты и крики "Вау!". - А теперь я уйду, - Блум подтянул свои брюки, выхватил пистолет из рук Круспе и убежал в свой кабинет, сгорая от стыда. Он не понимал, что это на него нашло. Но он хотел умереть. Круспе стал героем дня. - Ну ты даешь, парень! - уходя, зрители сжимали кулаки и поднимали их вверх, давая понять, что они за Круспе горой. "Молодец. Покажу картинку Шнаю с Тиллем, им понравится!". Рихард увидел сперму на полу и столе. - Бре-е-едли, иди убирай, - а сам вальяжной походкой, виляя пятой точкой, отправился в душ.