Всё что от тебя останется - я унесу с собой

Брюнетка через силу оборачивается и видит за спиной Дазая. Сердце почему-то сжимает удивительно сильный страх. Проглотив ком в горле, Ясу ещё раз осматривает ситуацию. Томоко готов нажать на курок в любую секунду, а Осаму же смело смотрит ему в глаза, пряча руки в кармане джинс. Мысль, что шатена убьют, теперь почему-то не приводит в восторг, а заставляет испытывать вовсе противоположные чувства, такие как: непонятный страх и дикую злость. Абэ и не думала, что может так злиться… Но это была какая-то необычная злость. — Зачем ты пришёл? — тихо, почти шёпотом, выдаёт девушка, уткнув взгляд в пол, осматривая лужу собственной крови. И как она ещё в сознании? — Я…, — начал шатен, но был чуть ли не сразу перебит на полуслове. — Уходи! Ты…, — Ясу тяжело вздыхает, сама не понимая, что на неё нашло, — ты мне противен! Пусть меня лучше застрелят, чем тот факт, что мне спасёт жизнь такой лицемер, как ты!       «Лишь бы он успел уйти…» — проносится в мыслях, после чего она тяжело вздыхает и сжимает ладони в кулачки. Единственное, что Абэ сейчас чувствует чётко и ясно — это запах собственной крови и то, какое горячее и тяжёлое её тело… Тяжело даже моргать. На несколько секунд наступает неловкое молчание, пока издали не послышались знакомые голоса, хотя в сознании Ясу всё было настолько расплывчато, что она даже не поняла, что происходит. — Ну, наконец-то! — выкрикнул Дазай, доставая из-за спины пистолет. — Танидзаки, «Мелкий снег»! Шатен быстро выскочил немного вбок, и послышалось несколько чётких выстрелов, после чего из девушки будто-бы выжали последние силы, и перед глазами всё поплыло.

***

Поморщившись от солнца, Ясу очнулась. Лежала она в обычной больничной палате, но что важнее, возле кровати стоял Дазай. Было странно, но его выражение лица выражало глубочайшее безразличие. Оглядев парня, она заметила ещё кое-что, в правой руке он держал пистолет. — Дазай? — окликнула брюнетка его по имени, но слова бесшумно растворились в тишине, заставляя её вздрогнуть. — Пора заканчивать с этим, Ясу-чан, ты должна вернуться, — он наводит на неё дуло пистолета, но через секунду переводит на себя, и в комнате слышится глухой выстрел.

***

— Нет! — выкрикивает Абэ, просыпаясь от кошмара. Она автоматически протягивает руку вперёд, поднимаясь и не до конца опомнившись, но единственное, что ей удаётся ухватить — это воздух. Просидев в таком положении примерно минуту, девушка начинает быстро прокручивать в голове последние события, после чего судорожно начинает осматривать бедро, которое недавно было подстрелено. — Неужели зажило? — спрашивает сиреневоглазая у самой себя, видя только небольшое пятнышко на месте, где была рана. Она оглядывается и понимает, что вовсе не в больничной палате, а в какой-то неизвестной ей комнате. Быстро поднявшись, брюнетка подошла к двери, которая была похожа на одну из тех, в агентстве. Точно, похоже Ясу находится в медпункте агенства. Медленно нажав ручку, она остановилась, из зала послышался женский смех. — Вы очень умны раз уж решили не терять времени и сразу доложить в агенство о нахождении Коямы, — сказал до боли знакомый голос, после чего по зданию прошлась ещё одна волна звонкого девичьего смеха. Отбросив все сомнения, Абэ резко открыла дверь, захотев «полюбоваться» на даму, в чей адрес полетели такие лестные похвалы… От Дазая. Снова почему-то её охватила злость, но уже какая-то другая: неописуемая злость, хотелось сразу прибить, и его, и ту особу, что так оживлённо смеётся.       «Почему этот раздражающий смех, как ни странно кажется мне таким знакомым? Пожалуй, мне просто мерещится», — пронеслось в мыслях, после чего брюнетка чуть ли не с разгону влетела в кабинет и увидела кокетливо улыбающегося Осаму, который не мог оторвать взгляда от девушки, что сидела напротив. Её блондинистые волосы аккуратно спадали с плеч и достигали спины, а бирюзовые, даже через чур, глаза внимательно оглядывали собеседника. На розовых губах цвела улыбка, что почему-то раздражало. Хоть кожа и не выделялась особой бледностью, но очень гармонично выглядела на фоне. Также стоит отметить миниатюрность блондинки, рост которой уверенно достигал ста шестидесяти сантиметров. Ошеломлённо брюнетка оглядывала её, после чего по коже пробежали лютые мурашки. Растерянно остановившись, Ясу лишь беззвучно прошептала: «Миа».