Первоклассный товар

Мальчишка стоял у зеркала и плавными движениями снимал макияж, напевая себе под нос какую-то мелодию. Из-за ярких теней ватный диск, пропитанный мицеллярной водой, после двух движений по коже приобрел розово-фиолетовый цвет вперемешку с черным от туши. — А это нормально, что ты красишься? — Чуя внимательно наблюдал за ловкими манипуляциями ребенка. — Да, — проведя новым куском ваты по тонкой линии губ, Ацуши снял помаду, она чуть размазалась по щеке. Перевернув диск обратной стороной, мальчик ловко стер остатки. — Что-то не так? Накахара ничего не ответил и лишь кинул непонимающий взгляд. — Сколько времени? — поинтересовался Накаджима, не отводя взгляд от зеркала. — Половина одиннадцатого утра. Закончив с процедурой, Ацуши сложил все использованные диски в полиэтиленовый пакет и отложил его в сторону. Он открыл выдвижной ящик стола и достал оттуда небольшой, как показалось Чуе, черный пенал. Окунув туда свою руку, он вынул небольшую прямоугольную коробочку, которую рыжеволосый не смог идентифицировать. Также Ацуши достал какой-то флакон бежевого цвета, несколько карандашей и еще пару непонятных для Чуи вещей. — Где моя пудра? — озадачено произнес Ацуши. Мальчик начал активно рыскать пенал, попутно вытаскивая содержимое. — В косметичке нет, — он до конца раскрыл выдвижной ящик и начал шарить там. — И тут нет! Ацуши подбежал к тумбочке. Он выкладывал вещи с полки на пол, что-то недовольно бормоча. — Здесь тоже... — он отпустил голову и поник. — Это была новая пудра. Сестрица с меня три шкуры сдерет! — Сестра? — переспросил рыжеволосый, видя панику соседа. — У тебя здесь сестра? — Нет же. Кое-сан мой... наш сутенер... — он аккуратно сложил назад извлеченные вещи и плюхнулся на свое место. — В отличии от других, сестрица добрая, но очень строгая... Когда сестрица злится, ее даже мужчины боятся. Чуя встал с кровати и подошел к Ацуши, который, кажется, с трудом сдерживал слезы. Мальчик грустно взглянул на подошедшего соседа. Его глаза блестели, будто он держится из последних сил. В какой-то момент он все же сорвался. Всматриваясь в рыдающее лицо Накаджимы, Накахара заметил, что радужка глаз мальчика имеет необычный цвет. Сперва он подумал, что Ацуши носит линзы. — Это линзы? — Ты о чем? — мальчик шмыгнул носом. Чуя указал пальцем на свои глаза, жестом показывая, что имел в виду. — А-а. Так ты об этом, — рукавом кимоно Ацуши стер слезы. — Это с рождения. Один клиент сказал, что у меня гетерохромия, — кинув взгляд на время, он недовольно фыркнул. — Мне нужно собираться, скоро Акутагава придет. Накаджима встал с кровати, поправил смявшееся кимоно и подошел обратно к столику. Хлопнув пару раз по своим щекам, Ацуши посмотрел в зеркало. В отражении было недовольное лицо мальчика. — Чуя-кун, у тебя есть пудра? — он нанес тональную основу и маленьким спонжем начал распределять крем по лицу. — Нет. — Значит так, — охранник без стука распахнул дверь комнаты и остановился в проеме. — Приводите себя в порядок и через десять минут во второй зал, — мужчина ушел, даже не прикрыв за собой. Все произошло неожиданно быстро, и Чуя едва смог понять, что это было адресовано ему с Ацуши. Рыжеволосый продолжил сидеть на месте, тем временем как его сосед ускорился в нанесении макияжа. В его руках лежала та самая прямоугольная вещичка, предназначение которой Накахара так и не смог понять. Она была раскрыта и Ацуши что-то внимательно разглядывал в ней. Он окунул туда маленькую кисточку и затем нанес содержимое на веки. Быстренько закончив с глазами, мальчик приступил к губам. Точно, тени, как Накахара мог забыть. Чуя наблюдал за движениями ребенка. Он умело наносил помаду и аккуратно подводил губы. Его мейкап создавал иллюзию, что мальчишка — девушка двадцати лет, только очевидные детские черты выдавали возраст. Матовый цвет помады подходил к цвету теней. Накаджима удачно подобрал комбинацию и выглядел утонченно. — Чуя-кун, а ты чего сидишь? — завершив образ, Ацуши убрал косметичку с ее содержимым обратно в выдвижной ящик. — А я что-то должен делать? — Сестрица давала тебе одежду? — Нет, — смутно понимая, что от него хотят, рыжеволосый осмотрел свою одежду. — Мои вещи целые, правда, постирать нужно. — Не знаю, — Накаджима сложил руки на талию. — Будет ли рад Дазай-сан тому, что ты выглядишь подобным образом? Если за твой вид отчитают сестрицу, тебе одним выговором не обойтись. — Ты знаешь Дазая? — неожиданно для самого себя Чуя схватил Ацуши за запястье и с силой сжал его. — Отведи меня к нему. — Что? — Накаджима освободил руку из хватки Накахары. — Я знаю его только потому что он наш директор и босс. С Дазай-саном мне приходилось видеться только несколько раз, — разминая запястье, которое немного болело, мальчик посмотрел на время. — Нам пора. Ацуши последний раз взглянул в зеркало. Локоны серебристых волос чутка потрепались. Накаджима снял канзаши и положил украшение на столик. Небольшой расческой мальчик привел волосы в порядок и уложил челку так, чтобы она не мешалась на лице, закрепив ее заколкой. — Выходи, Чуя-кун, — Ацуши указал на выход. — Я покажу, где второй зал.

***

Выйдя в коридор, парни прошли совсем немного, буквально одну комнату, как перед ними предстала большая дверь. Ничего не указывало, что конкретно находилось за ней — в отличии от других комнат, на этой не было таблички. — Здесь, — Накаджима потянул за ручку и, распахнув дверь, дал проход Чуе. Как и ожидалось, в помещении было ужасное освещение. Две слабые лампы явно не подходили в роль осветительных приборов для хоть и не большого, но все же зала. По углам развешены светодиодные лампы, но они не горели. Войдя внутрь, рыжеволосого встретили двое мужчин. Судя по их одеянию, это охранники из кабинета босса, с которыми Чуя встречался вчера. Схватив парня, они повели его к группе таких же напуганных и ничего не понимающих подростков, в большинстве которых были рыдающие иностранные девушки. Накахара не успел отреагировать, как его поставили в линию. Чуя ничего не понимал. Он озадачено смотрел на охранников, на других подростков и на Ацуши, которого, кстати, никто не тронул и он спокойно прошел мимо, скрывшись за второй дверью. — Ацуши! — парень окликнул мальчика, на что тот никак не отреагировал. Чуя хотел подойти к Накаджиме и расспросить о происходящем. Но стоило сдвинуться на несколько шагов вперед, как лицо приняло несильный удар, отчего Чуя пошатнулся назад. Схватившись за пораненное место, рыжеволосый понял, что его нос начал кровоточить. Парень инстинктивно прикрыл его рукой, не давая крови капать на пол. Подростки рядом тут же затихли. Кто-то просто напуганный, а кто-то со слезами на глазах, смотрел на Накахару, и никто не осмелился помочь. Он стоял с разбитым носом, рукавом зеленой ветровки стараясь предотвратить кровотечение, пачкая свою одежду. — Мистер Дазай сейчас придет, — сказал какой-то мужчина, закурив сигарету. Он не был похож на охранника, и спокойно сидел на кресле, наблюдая за всем. — Внимательно слушайте, что он скажет. Вопросы не задавайте и не шумите. Один из охранников подошел к первой девушке и, разодрав ее футболку, оголил тело, оставив нетронутым лишь бюстгальтер. Паника нарастала. Кто-то попытался двинуться с места, но таких быстро ловили, давали пощечину и ставили на место, сдирая верхнюю одежду. Чуя понял, что ему следует раздеться самому, чтобы не пополнить список гематом на своем лице. Все еще прикрывая нос, парень снял ветровку, а затем футболку, оголив торс. — Ситуация крайне проста, — слух Накахары уловил до ужаса знакомый голос. Шатен, попивая односолодовый виски из стакана рокса, вальяжно вошел внутрь, осматривая новоприбывших, в том числе и Чую, одарив парня ухмылкой. — Многие из вас хотели богатой жизни в Японии? — Дазай повернул первую дрожащую девушку спиной и осмотрел ее тело. — Вы ее получили. Но это стоит денег, — он подошел к следующей и поступил с ней так же: повернул спиной и осмотрел, накидывая цену и рассматривая товар. — Документы, виза, перелет, питание — все это вливается в кругленькую сумму. Сейчас каждый из вас должен нам десятки тысяч долларов, а кто-то даже миллионы, — шатен окинул взгляд на Накахару. — Плюс проценты и прочие расходы. Так что, до тех пор, пока вы не расплатитесь, а порой это занимает несколько лет, — осмотрев тело Чуи, он повернул его лицом к себе и посмотрел на разбитый, окровавленный нос. — Вы — наша собственность. То же самое и с должниками, только у вас проценты больше. Дазай ухмыльнулся и присел на стул, стоявший у небольшой барной стойки. — Но я не собираюсь вас угнетать. Мы с вами партнеры, у нас такой бизнес, — он отпил немного виски. — Но учтите, что если один из вас попытается сбежать, и это у него выйдет, кому-то все равно придется расплачиваться. Мы о вас все знаем: где вы живете, количество родственников, их деятельность. Если кого-то потянет на подвиги, — карие глаза вновь окинули фигуру Накахары. — это поставит под угрозу наш бизнес. Лучше сдержите себя, иначе кто-то, допустим, ваш близкий родственник, серьезно пострадает. Поставив бокал на столешницу барной стойки, Дазай указал на первых трех девушек и отдал приказ сидящему мужчине: — Этих троих в Йокосуку, — он указал на трех брюнеток. — А их в Токио. И чтобы никаких синяков и ссадин, клиенты не любят побитый товар, — Осаму встал с места и подошел к Чуе, положив руку на плечо парня. — Этот уже знает порядок, так что не переусердствуйте в разъяснении правил. Он останется здесь и сейчас же приступает к работе, я сам отведу его к клиенту. Остальных отправляйте по списку: Канадзава, Киото, Кобе и Асахикава. Дазай впихнул в руки Чуи кимоно и потащил того обратно в комнату.

***

— Сейчас ты переоденешься и последуешь за мной, — шатен распахнул дверь, пропуская вперед Чую. — Надеюсь, умеешь надевать кимоно? Рыжеволосый вошел внутрь в свою комнату, за ним последовал директор, попутно заперев за собой дверь. — Не умею. Красное кимоно с рисунком камелий было длинным и не подходило парню по размеру. Чуя буквально держал его в руках, то и дело подымая с пола упавшие края. Руки тряслись. Мышечная память напомнила Накахаре о вчерашней встречи. Живот свело от боли. Недовольно сверкнув карими глазами, Дазай подошел к Чуе и забрал из его рук кимоно. — Я тоже не умею, — шатен улыбнулся и бросил одежду на кровать. — Но у тебя клиент, и ты все равно пойдешь к нему. Раз Кое-сан сейчас не здесь, я разрешаю тебе надеть повседневное барахло, — мужчина открыл ящик прикроватной тумбочки Ацуши, достал оттуда юбку и синий топ. — Надевай это, — Дазай протянул аккуратно сложенную одежду. — Но это вещи Ацуши, — парень все равно взял. — Тебя не должно волновать, — Дазай указал на лицо Чуи. — Вытри кровь и скрой синяк. Я подожду тут, пока ты переоденешься и накрасишься. Карие глаза не отводили взгляда от Чуи. Они наблюдали за каждым движением парня, будто хищник, изучающий жертву. Он даже не скрывал того факта, что заглядывается на торс и ягодицы. Чуя неловко отвел взгляд в стену. Он парень, и ему, в принципе, легко переодеваться при представителе того же пола, но когда на тебя так пристально смотрят, становится не по себе, будто подростка заперли в одной комнате с раскрепощенным педофилом. Накахара снял черные джинсы и аккуратно сложил их на кровать к остальной одежде. Парень неуклюже надел юбку, пару раз чуть не упав, пока натягивал узкую ткань. С топиком тоже пришлось повозиться. Кроп-топ слишком короткий, он с трудом прикрывал грудь и жал по бокам, чуть сдавливая грудную клетку. Чуя подошел к зеркалу и посмотрел в отражение. «Ужасно», — подумал парень, видя себя в зеркале. Одет не в вещи, а тряпки. Будь Накахара девушкой, ему, может быть, подошла бы эта одежда, но он — особь мужского пола, это в любом случае выглядит неправильно и, в некоторой мере, отвратительно. Но Осаму так не думает. Мужчина не отводил взгляд от Чуи, пока тот неуверенно наносил макияж, впервые держа в руках косметику. Парень путался и использовал некоторые вещи не правильно, еще и пристальное наблюдение чужих глаз напрягало. Хорошенько натерев себя разными средствами Ацуши, Накахара с огромным трудом смог что-либо сделать со своим лицом: тональным кремом закрыл синяк, и, криво-косо, но нанес тени и помаду. Макияж оставлял желать лучшего. Но чего еще ожидать? Парень впервые промышляет подобным, тем более на скорую руку. — Это выглядит... мерзко, — Чуя смотрит в отражение и видит то, что не хотел бы видеть больше никогда. — Надевай, — Дазай указал на стоящие в углу туфли: черная обувь на очень высоком каблуке и не менее высокой платформе. Кажется, такие туфли носят стриптизерши, спокойно передвигаясь в них по бару и танцуя на шесте. — Это? — переспросил голубоглазый, смотря на стрипы. — Я в них ноги переломаю. — Надевай. Пришлось выполнять. Чуя поднял туфли. В сравнении с другой обувью, стрипы весили значительно больше. Поразительно, как девушки могут в них свободно танцевать, раз даже парню они показались тяжелыми. Накахара присел на кровать и поставил обувь на пол. Он засунул ноги в туфли, которые, на удивление, подходили по размеру. Впервые в жизни стопы Чуи были согнуты под таким углом, а ведь он просто сидит. Зафиксировав стрипы на ногах, Чуя попытался встать, что, как и ожидалось, не увенчалась никаким успехом. Он упал обратно на кровать. Повторив попытку еще несколько раз, парень понял, что эта обувь точно не предназначена для него. Чуя было хотел снять туфли, но уловив на себе недовольный и задержанный взгляд Осаму, отпустил идею самовольничества и повторил попытку вновь. «Да он издевается, — думает Чуя, с трудом удерживая равновесие. — На них ведь даже стоять невозможно!» — Не стой на месте, — Дазай открыл дверь, выйдя в коридор. — Скоро прибудет клиент. Недовольно цокнув, рыжеволосый все же пошел к выходу. Сейчас он больше похож на пьяного подростка, пытающегося пешком добраться домой, нежели на проститутку, идущую к клиенту. «Какой позор... — юбка задиралась от каждого движения, и парень спускал ее обратно, одновременно пытаясь не упасть. — Хуже и быть не может». Добираться до выхода было целым испытанием. Дойдя до двери, Чуя схватился за нее, переводя дыхание. — Входи, — Дазай схватил Чую за руку и затащил парня в комнату напротив с золотой табличкой "VIP 2". Взору голубых глаз предстала вполне приличная комната: коралловые бархатистые обои, ковровое покрытие, большая, двухспальная кровать посреди комнаты, заправленная в шелковое постельное белье; по обеим бокам кровати висят декоративные светильники, в углу помещения стоит столик с двумя бокалами шампанского. Войдя сюда и не скажешь, что находишься в борделе. — Ложись, — Дазай указал на расстеленную кровать. Чуя мотнул головой, не желая выполнять приказ. Он прекрасно осознавал, что если ляжет, то с его телом произойдет что-то ужасное, что-то намного хуже, чем просто побои. На самом деле, если бы вместо босса был бы какой-нибудь охранник или Кое, Чуя бы провернул более явное сопротивление и попытался бы сбежать. Дазай молча подошел к Чуе и, схватив его за волосы, швырнул на кровать. Он подошел к парню и, достав из кармана пиджака наручники, приковал сопротивляющегося к металлическим прутьям изголовья. Пока Чуя ерзал, пытаясь высвободиться, Дазай успел достать шприц и наполнить его какой-то жидкостью. — Что это?! — Небольшие излишки, — мужчина с силой задрал голову Чуи и вонзил иголку в его кожу. — Это усмирит твой пыл. Дазай встал с кровати, достал сотовый телефон из кармана брюк и набрал чей-то номер. — Товар готов. Можете приводить клиента.

***

Через пятнадцать минут в комнату вошел какой-то мужчина. Он не был похож на охранника или сутенера, у него было более расслабленное лицо и явные признаки возрастной категории за тридцать пять: плешь на голове, немного лишнего веса и пот, перебитый дешевым дезодорантом. — Тут ровно восемь тысяч, — он протянул сверток денег. — Один час, — Осаму, стоявший у входа, забрал деньги и удалился из комнаты, оставив Чую наедине с клиентом. Заперев за Дазаем дверь, мужчина начал подходить к кровати, попутно расстегивая свою клетчатую рубашку. Пуговица за пуговицей, он подходил все ближе и ближе. — Ваш босс не соврал, ты действительно выглядишь превосходно, — клиент навис над Чуей, запустив свою руку прямиком под юбку. Ехидно ухмыльнувшись, он провел кончиком языка по скуле парня. — Каково нетронутое подростковое тело в постели? Задрав ткань юбки выше, мужчина схватился обеими руками за бедра Накахары и закинул его ноги себе на плечи. Массируя ягодицы подростка, клиент время от времени царапал кожу парня, оставляя небольшие красные следы от ногтей. Он лапал подростка, трогая его бедра, торс, грудь, шею. А Чуя не мог сопротивляться: большая доза виагры вперемешку с каким-то слабым наркотиком делают свое дело. Накахара мог лишь сжимать руки в кулак, надеясь на скорое окончания этого ада. Резко по телу Чуи прошла дрожь. Отпустив взгляд он увидел, как мужчина гладит и трогает его промежность сквозь тонкую ткань нижнего белья. — Убери... — с трудом выдавил из себя Чуя. — Свои руки. Не обращая внимания, мужчина потирает головку члена рыжеволосого, вызывая у того предэякулят и заставляя закатывать глаза. Накахара чувствует, как большой палец клиента и ткань нижнего белья невесомо касаются сжатой дырки, изредка надавливая. — Ты готов к самому интересному? — хриплым голосом прошептал мужчина. — Тебе понравится, малыш, — он улыбнулся, показывая свои желтоватые и слегка кривые зубы. Он снял с парня нижнее белье, оголив его промежность. Шлепнув Накахару по левой ягодице, мужчина резко вставил два покрытых смазкой пальца в узкий проход, заставляя тело парня прогнуться в пояснице. Чуя широко распахнул глаза и приоткрыл рот в протяжном стоне. — Потише, шлюшка, — клиент явно не был в восторге от такой реакции. Он не очень сильно, но ощутимо ударил Накахару по щеке и закрыл чужой рот свободной рукой. — Мне сказали, что ты тихий и послушный. Я буду аккуратным, только если ты будешь молчать. Чуе оставалось лишь незаметно кивнуть головой. Мужчина продолжал двигать пальцами, медленно мучительно растягивая парня. Сгибать их было трудно даже со смазкой, подростковая узкость дает о себе знать. Накахаре же оставалось только закатывать глаза и сжимать челюсть, когда чужие пальцы проходили по чувствительной зоне, вызывая волну наслаждения по всему телу. Вдоволь насладившись первой реакцией, мужчина начал расстегивать свои джинсы. Он с вожделением смотрел на возбужденного и напуганного Чую — такое выражение на подростковом лице заводит. Он спустил штаны вместе с боксерами, освобождая колом стоящий член. — Сейчас тебе будет приятно, малыш. Мужчина надел презерватив и провел пальцами в смазке по нему, резко вошел в парня, заставляя того вскрикнуть от боли и получить вторую пощечину. — Я же сказал замолчать, — рявкнул он, приблизившись к лицу Чуи. Слезы рефлекторно потекли по щеке. Накахара закрыл глаза, не желая встречаться взглядом с мужчиной. Он сжимал член клиента внутри, делая себе только хуже. Не собираясь медлить, мужчина начал ускоряться, входя полностью и попадая ровно по простате. Противные звуки хлюпа и шлепков двух тел заставляли Накахару морщиться от отвращения, в то время как его клиент получал сплошное удовольствие. Спустя некоторое время рыжеволосый почувствовал, как член мужчины начал пульсировать внутри него. Клиент вышел, а затем резко толкнулся назад, доставляя Чуе острую боль, которая волной прошлась по всему телу. Мужчина взял в руку член парня, который также был возбужден, и двумя движениями вверх-вниз заставил Чую кончить, испачкав спермой себе живот и одежду. Клиент не заставил себя долго ждать и кончил следом внутрь подростка. Высунув член, он раздвинул чужие ягодицы, открывая себе обзор на прекрасное зрелище: презерватив предательски порвался и из узкой дырочки сочилась кровь вместе со спермой и смазкой, стекая по бедрам и капая на постель.