No Light

— Ну и иди. Это же здорово, — уверенно сказал Нэд. Питер уже не удивлялся тому, что услышав все про стрелка, кафе, его вопросы касательно УДАРа и обсудив это, Нэд вернулся к самому важному по его мнению — переписке Питера и предложению погулять вечером. — Не знаю, — неуверенно протянул Питер. — Она мне понравилась, но… меня смущает, что она живет с командиром Рамлоу. Это не очень хорошая идея. Ты бы его видел, — продолжил он. — Ты же сам говорил, что она какая-то грустная. И ей кто-то нужен. — Говорил. — И тебя пугает какой-то командир Рамлоу? Пфф… Питер ехал в автобусе, смотрел на друга в видеочате, слушал через наушники и только сейчас заметил, что две женщины не без интереса слушали его разговор о Кейси. Питер смущенно посмотрел на них, вспомнив все, что он говорил про обед, про нее, про Рамлоу, заявку в друзья и отвернулся к окну. — Я позже напишу тебе, — тише сказал Питер и завершил вызов. Остаток пути он решил не разговаривать. Когда Питер прибыл на одну из тренировочных баз Щ.И.Т.а, то сразу направился в раздевалку. Он предполагал, что это будет обычный день, а его приход оставят без внимания, но случилось нечто другое. Как только он зашел, все замолчали, начали улыбаться и переглядываться. Питер достал наушники из ушей, осмотрел присутствующих со смесью интереса и опасения, снял рюкзак с плеча. — Всем доброе утро, — поздоровался Питер. — Доброе, дохляк, — поздоровался Хантер, Питер заметил, что другой боец непонимающе на него взглянул. — Ой, перестань пялить на меня своими хлополками, — обратился он к нему. — Дохляк у нас с дочкой Рамлоу по свиданиям ходит. — Это… — Питер хотел сказать, что это было не свидание, просто дружеская встреча, но слух ухватился за слово «дочка». Как-то такого расклада он не предполагал. — Че? — удивленно спросил кто-то из присутствующих. — Ты про вчерашнюю девчулю из кафе? — Да, — подтвердил Хантер. — Рамлоу оформлял какие-то документы в кадрах. Вписывал ее в страховку, и девчонки не смогли удержать язык за зубами, — продолжил он. — Особенно после вчерашнего. Нагулял командир по молодости. Питер внимательно слушал разговор, усваивая информацию. С одной стороны, он получил ответ на свой вопрос. С другой, этот ответ нравился ему меньше того, что он нашел сам. — Это не свидание, — договорил Питер, хотя смысла в этом уже не было. Его информация, как и он сам, никого не волновали. Питер решил, что просто молча переоденется и выйдет подальше от подобного обсуждения, дождется всех в зале. Когда он выходил из раздевалки, то столкнулся с Броком, но ничего не сказал ему. Из раздевалки по-прежнему доносились отголоски обсуждения, к которым прислушался и Брок. Он стоял еще несколько секунд и зашел. Питер хотел идти, но вдруг услышал тишину. Странную, нехорошую, немного зловещую. Он стоял в коридоре, но эта атмосфера настигала и его. Казалось, что он слышал, как дышал каждый, кто находился внутри раздевалки. Брок ничего не говорил. Питер разглядел его спину в проходе. Через несколько секунд бойцы начали выходить из раздевалки молча. На памяти Питера это была самая странная тренировка. Никаких комментариев, никаких лишних разговоров. Только голос Рамлоу и четкие ответы остальных. Питеру стало не по себе от такой атмосферы, но за собой он заметил, что невольно стал выкладываться больше. К концу тренировки Питер даже заметил, что Брок наблюдал и за ним. Питер много думал о встречи, о последствиях, но решил, что ничего страшного произойти не могло. В назначенное время он стоял во дворе Рамлоу, смотрел на часы и ждал, пока выйдет Кейси. Она появилась во время, с собакой и просьбой не уходить далеко от дома. — Мне все еще жутко после вчерашнего, — пояснила Кейси, словно извинялась. Они решили гулять в районе. Питер лишь кивнул, понимая, что какая-то такая реакция и должна быть у людей на подобное. Это его обычно тянет в самый эпицентр преступлений. — Ты заснула вчера? — поинтересовался он, вспомнив, что девушка много жаловалась на отсутствие сна. — Вроде того. Но Шелдон проснулся, когда Брок начал собираться и… я уже не смогла заново уснуть. Погулять с ним сходила. Питера снова резануло, что Кейси назвала Брока по имени. А учитывая информацию, которой он располагал, вопрос просто просился выйти наружу. — Что? — непонимающе спросила Кейси. И судя по этому вопрос, Питер понял, что все было написано у него на лице. — Ты извини меня. Это не мое дело, но… Брок твой… отчим? — спросил Питер, подумав, что такой расклад наиболее подходил ситуации. Ему показалось, что Кейси даже немного испугалась вопроса. Она посмотрела на Питера и опустила голову, поджала губы. — Я… Ты… можешь не говорить, если не хочешь. Просто… прости, я…. Я невольно думаю об этом. Мой мозг такой. Видит что-то непонятное, ищет ответ… Знала бы ты сколько у меня проблем из-за этого…. Кейси снова взглянула на Питера. С небольшим самодовольством Питер заметил, что его слова вызвали легкую улыбку Кейси. — Все нормально, — ответила Кейси, замолчала. Питер заметил, что она думала, стоило ли ему говорить дальше, что у нее в голове. — Наверное надо начать с кем-то говорить об этом, — больше сама себе сказала Кейси. — Я неплохой вариант, — добавил Питер. — Умею слушать и все такое. Я сейчас закрою свой вечно болтающий рот и ты сама убедишься. Кейси улыбнулась. Питер хотел сказать, мол, видишь, молчу, но решил, что куда показательней просто молчать. — Брок — мой отец, — ответила Кейси. — Моя мама… у нее был рак и… ее больше нет. Они с Броком расстались еще до того, как мама узнала о беременности. Она не сообщила ему. Когда болезнь начала набирать оборот, то… встал вопрос о моем дальнейшем существовании и… детективы адвоката нашли Брока, сообщили ему обо мне и… мы вроде как привыкаем друг к другу, — продолжила она. Питер понял, что из-за ответа Кейси у него появилось еще больше вопросов. Но он сказал лишь: — Мне жаль, что твоей мамы больше нет. — Спасибо, — ответила Кейси. — Можешь спросить что-то, если хочешь. — Уверена? — Я игнорирую всех из своего города. Мне нужна репетиция перед их вопросами. Так что давай. Питер кивнул, начал упорядочивать все в своей голове. — Ты знаешь, почему она не сообщила ему? — Да. Мы говорили о нем. Мама сказала, что хочет попытаться найти его, и все объяснила. Он не сделал ей ничего плохого. Просто… они разные. Мама никогда не любила насилие, оружие, все эти военные вещи, а у Брока это часть жизни. Он тогда был в боевой группе, проходил учение, собирался куда-то. Она уже не помнила куда. Для него без боли, насилия порядка не достичь. Даже мир — это результат войны. Мама верила в другое. Она думала, что у них могут возникнуть проблемы с моим воспитанием. И… ей просто не нравилось все это. Она была согласна, что это не очень честно, но… у него специфическая работа, опасная и… она не хотела объяснять мне, где он, почему. Или почему однажды, может, не вернется. Питер кивнул. — И как тебе у него? — Нормально, — пожав плечами, ответила Кейси. — Знаешь, он забрал меня, хоть я была как снег на голову, уступил спальню, разрешил взять Шелдона, оставляет деньги на еду, докупил всякие мелочи. Но… мы не общаемся. Ему это вроде и не особо нужно. Хотя его и дома-то почти никогда нет, но он сразу предупредил об этом. И я не жалуюсь. Я благодарна ему за то, что он сделал, понимаю, что все могло быть намного хуже, но… — Тебе одиноко здесь? — договорил Питер. Кейси кивнула. — Мои родители умерли, когда я был маленький. Тетя взяла меня к себе. Я не сравниваю ситуации. Ее-то я знал, и поговорить она любитель, но… я могу понять, как тяжело менять свою жизнь вот так. Питер заметил, что глаза Кейси были уже мокрые от слез. Он понял, что она пыталась сказать какие-то слова соболезнования, но это не получалось. — Спасибо, — ответил он, давая понять, что понял попытку. Кейси быстро закивала, протерла рукой лицо, Питер вдруг ощутил в себе потребность обнять ее, успокоить, проявить сочувствие. — Я… — начал он, не решаясь просто сделать это, — я могу тебя обнять? — Было бы очень кстати, — тише произнесла Кейси. Питер сделал шаг вперед, обнял Кейси, почувствовал, что она положила голову ему на грудь. Он хотел сказать слова успокоения, но увидел, как на противоположной стороне затормозила черная машина, которую он уже видел, уходя с тренировочной базы. Переднее стекло открылось, и Питер понял, что водитель узнал его. —Вот же черт, — тихо сказал Питер, растеряв все остальные мысли.