Серый цвет моих крыльев

      Стакан воды как дождь в пустыне, такой желанный и нихера не помогающий превратить горы песка в оазис. Именно так можно охарактеризовать состояние моего рта на утро. Кажется безобидное пиво, а как вставило, чувствую лёгкий дурман в голове даже сейчас. Сила притяжения подушки, да от всей постельки настолько невероятная, что оторвать своё тельце просто не могу. Бодун накрыл не по-детски.       — Ты как? — спрашивает меня черноволосая ведьма. А как её ещё назвать? Мими свежа, бодра и весела, будто вчера она не воду огненную пила, а так суперполезными смузи баловалась. Ну точно ведьма!       — Будто меня грузовик сбил, а над моим бренным телом коты поиздевались, нассав в рот, — мне даже говорить больно, язык как тёрка. А она ржёт!       — Если шутишь, а значит всё нормально. На, выпей это средство от похмелья по моему фирменному рецепту. Поставит на ноги, не доходя до дна. И собирайся, иначе тебя реально грузовик переедет, знаешь, такой с фарами… алыми. Он не терпит опозданий — вставай! — тянет за руку моё бренное тело соседка.       — Какой строгий папочка, — язвлю, пытаясь сидеть не пошатываясь и выпить чудо-средство Мими.       О господитыбожемой, это зелье пить невозможно просто. Мало того что цвет мягко говоря отталкивает, так и запах от него исходит, будто коты потрудились и там. Но под пристальным взглядом этой ведьмы- надзирателя, закрывая нос и глаза, представляя, что это просто кофе с молоком и корицей, а не детская неожиданность, мужественно делаю глоток. Блять, сейчас стошнит. Вот прям чувствую: несите таз, ща Эдгара позову. Но подруга берёт ситуацию в свои руки — запрокидывает мою голову и вливает содержимое в горло. Я горю внутри: это как смешать перец чили со жжёной карамелью — сладко и страшно. Невозмутимо Мими протягивает ещё один стакан, на этот раз с простой водой. Вырываю его из рук и жадно пью такую вкусную воду впервые в жизни. Я наслаждаюсь каждым глотком, чувствую весь путь её от губ к желудку. Она тушит пожар и дарит чувство зарождающегося оазиса внутри моего песчаного тела. Походу попускает…       — Ожила? Теперь бегом одевайся. Надо что-то сексуальное тебе подобрать… — лепечет, роясь в своём шкафу, эта сестра нифига не милосердья, ибо смерть моя милость сейчас.       — Схерали? Мне на ринг, не на свидание, — возмущению нет предела, особенно когда вещички летят мне прямо в лицо, кроссовки так вообще порадовали: пяткой в нос, ебать везучая. «Не сквернословь» — о, блять, вернулась.       — Сиськи отвлекут от лица! Одевайся, детка, в зале сегодня будет горячо, — почти насильно меня переодевает Мими в платье-рубашку с открытыми плечами и чёрные лосины под кожу, предварительно заставила надеть спортивный топ с пуш-апом.       — Странный наборчик, — застёгиваю все кнопки, чтобы не показывать топ.       — Зато тебе очень идёт. И ключицы прикроет от адской гончей, — улыбается Мими.       Расплываюсь в самодовольной улыбке, зашла моя шуточка таки. Всё, Люци, отныне и навеки ты адская гончая, я так решила. И пока он меня реально не покусал, надо доставить свой, совершенно не интересующий его, зад в спортзал, где, судя по топу, мне придется махать клаками и молчать. А может у Мими и конфетка мятная есть?       Стою в лёгком ахуе: мы одни на весь зал. Я и мой личный адски сексуальный тренер-палач. Вот какого чёрта он без футболки? Вот в жизни не поверю, что гардеробчек маленький и всё в стирке. Мало того что меня ещё немного пошатывает от похмелья, жижа ведьмы Мими не столь целебна, как хотелось, вкус котов во рту не исчез, так этот аспид коралловый во всю демонстрирует свою офигенную такую физическую форму, покрытую невероятно тонкой, филигранной, ювелирно точной работой мастера по тату. Ебу дать можно в этом зале. Я залипла.       — Что впервые видишь татуированный торс? — система сбоя не даёт, особенно когда говорит единственный на всё помещение голос самодовольный, самовлюблённый, самомнящий. Вот урод!       — А кто сказал что я на тебя смотрю? — дура ты Вики, вот ничего лучше не пришло на твой затуманенный ум, очнись вы одни тут.       — Слюни стекавшие по подбородку, — говорит мне Люций почти в плотную подошедший ко мне. — Мими потрудилась?       Одной рукой он лезет в карман штанов и чем-то шелестит, вызывая у меня недопонимание всей ситуации, а другой проводит по моим волосам останавливая движение на шеи. Поднимает большим пальцем мой подбородок и скользит им по контуру лица. В его движениях есть что-то хищное, манящее, стараюсь даже не дышать, одурманена его действиями и затуманенным взглядом. Но пальцы Люцифера ловко перемещаются на мою челюсть сжимая её, вынуждая приоткрыть рот. Он забрасывает туда маленький шарик и резко перемещает пальцы на подбородок, поднимая голову ещё выше под звук клацанья зубов.       — Спасибо, но, — о мятный леденец, я о тебе мечтала даже после почищенных зубов два раза. — Прости за такой удар, Люций — я не теку по тебе, — стараюсь сказать максимально язвительно и даже строю соответствующую моську, но демон и не думает обижаться, наоборот, он подходит максимально близко, касаясь своей кожей моего платья, от чего приходится запрокинуть голову назад, чтобы не прервать зрительный контакт.       — Проверим это в другой обстановке, — говорит демон томным голосом, расплываясь в улыбке чеширского кота, склонившись надо мной. — Раздевайся!       Глаза мои блюдца диаметром тарелки, совсем обнаглел пернатый. На последнем слове он хватает меня за грудки и в прямом смысле разрывает на мне рубашку, было бы эпичнее, конечно, если бы вместо кнопок были бы пуговицы, красиво разлетевшиеся по залу, но сейчас это меня мало интересует ведь его хитрый, полный азарта взгляд приковывает топ. Мими явно что-то знала!       — Ты, что совсем ахуел? — и пока его рука держит ворот рубашки, я ловким движением выворачиваю её кисть, точнее выламываю большой палец. Это больно, по себе знаю, но татуированное чудо по-прежнему улыбается и, кажется, всё происходящие ему вообще нравится. Тут то я окончательно выпадаю в осадок. Что творится в его больной голове?       — На ринг, Вики! — хватает мня за руку Аленький и тащит в сторону натянутых канатов.       Какой тут ринг? Я тебя ща тут на матах уделовать буду. И только начала атаку месячного котёнка против взрослой пантеры, (уворачивается, сука, от любого моего удара, будто мысли читает), как нас решили прервать вошедшие в спортзал остальные ученики во главе с, мать его, господитыбожемой, он ахуеть какой огромный, учителем. Демон на головы две выше Люцифера, да и в плечах пошире будет в раза полтора как минимум. Я таращусь на него, не моргая: глаза янтарного цвета, глубокий шрам на всю щеку, но не это приковывает взгляд, а массивные, завитые вниз, бараньи рога золотисто-красного цвета, на одном из которых весит женская серьга, а другой со сломанным кончиком. Длинные волосы огненно- рыжего цвета спадают крупными локонами, на оголённые плечи. Здесь что принято быть полуголым? Весь торс покрыт татуировками в стиле маори только бордового цвета, от чего кажется, что рисунки сделаны кровью, наверное, врагов его.       — Люцифер, хочешь эту малышку на растерзание? Дай ей хоть размяться, — вот если не учитывать внешний вид учителя и голос как у Джигурды, а читать между строк: он добряк, ибо смотрит на меня сочувствующе, будто хочет спасти меня от адской гончей, а интонация заботливая, даже доброжелательная. Офигеть полностью с несостыковочкой его образа головореза позволяют и поступки. Демон не только дал мне время на разминку, растяжку и вообще настроиться на работу, но и всячески отсекал любые попытки Люцифера вмешаться хоть в один из моих процессов.       Дальше мы перешли к самой интересной части занятия — спарринги. Первой мне в пару попала Лора, что просто горела желанием подправить мне макияж в синий тонах. Все три раунда были короткими и увенчались моей победой, используя исключительно приёмы самообороны. Куда курице до орла.       — Перерыв. Вики с… Как тебя? Мими с твоим. Лора к Ости, — координирует нас демон, как оказалось его звали Ксерон. Узнала я это от вечно возмущавшегося Люцифера на очередное пресечение нашего совместного появления на ринг. Сегодня демоны дрались с демонами, а непризнанные лишь показывали свои навыки в бою с такими же серокрылыми.       После пятиминутного отдыха я ближе познакомилась с напарником моей ведьмы — Максом. Занятный экземпляр: красив собой, говорит приятно уху, а глазки Мими горят невероятным азартом глядя на него. Жаль расстраивать соседку, но дерётся он на уровне уличных разборок: сила есть, но как ею пользоваться не знает. Три раунда — три победы. Несмотря на бодун, я в ударе.       — А ты молодец Непризнанная, с тобой Люцифер занимался? — приглашает меня отдохнуть на лавке Ксерон.       — Кто со мной только не занимался. Но нет, Люцифер в обучении участия не принимал. Это всё мои земные знания: курсы самообороны и восточные боевые искусства. Наград нет, все мои пояса белые, ибо в соревнованиях я не участвовала, — тараторю в ответ.       — Почему? Есть талант, — демон сводит брови, но не отрывает взгляда от происходящего на ринге.       — Физическое насилие не моё, — развожу ладони в стороны и пожимаю плечами, наблюдая за Ксероном.       — Я заметил, пацифистка ты наша, — учитель разворачивается и смотрит мне прямо в глаза, медлит секунду и выдаёт: — Это же ты уделала Бальта!       Глаза расширяются от удивления, чем выдают правдивое подтверждения слов учителя.       — Вы хотели сказать Алекса? Может это всего лишь случайная победа? — ёрничаю я.       — У тебя были разные подходы в бою с ним. Первый самооборона, второй единоборства. Что же было третьим, не поделишься? — усмехается, но без капли яда, учитель. Он явно видел наш бой.       — Это был брейк-данс. Движение твист. Немного модернизированное под ситуацию, — объяснения совсем его не удивляют, но вызывают каплю уважения в глазах.       — Ты думаешь головой во время поединка, опасный соперник, — заканчивает разговор со мной и обращается ко всему залу. — Перерыв на полчаса. Демоны приведите себя в порядок: у вас задание против ангелов, непризнанные будут продолжать отрабатывать удары. Выполнять! Люций, подойди.       Раздавши команды, Ксерон удаляется с Аленьким в дальний угол зала, а значит, я спокойно могу протянуть ножки на лавке и наслаждаться не только заслуженным отдыхом, но и последующими часами отсутствия чернокрылого нарцисса.       — Ты действительно научилась этому всему на земле? — вальяжно подходит Бальтазар и без приглашения садится рядом. Я скоро с плакатом в руках буду ходить.       — Вики, ты в моей команде, — не даёт мне ответить самый надоедливый голос в мире, обладатель которого широким шагом направляется к нам.       — Цвет крыльев тебя не смущает, нет? — язвлю я, продолжая сидеть на лавке и надеяться на минуты покоя.       — Нет, поощрительный приз от Ксерона: ты на задании с нами как будущий демон. Поднимай свой зад! — командует мной Люцифер.       — Может, ты, Вики, хочешь в мою команду? — тактично спрашивает Бальтазар, смотря в глаза пришедшему демону.       — Нет! Не хочет, — отвечает за меня наставничек.       — Вот именно не хочу…       — Да кто тебя спрашивает? — не даёт мне закончить фразу Аленький.       — Он спрашивает, а отвечаю я вам двоим, — раздражительно шиплю в глаза Люциферу, стоя во весь свой невысокий рост. Далее разговор не продлился, ибо меня как обычно просто потянули силой вслед за собой.       Само задание не было сложным: обезвредить или отвлечь ангелов и забрать артефакт с маленькой часовни, сделанной внутри скалы. Ничего особенного кроме самой нашей компании супергероев не было: Брюс Уэйн он же Люцифер во всю спорил с Суперменом — Бальтазаром (сам напросился к нам, аргументируя, что он лучший выбор, чем Ади), где кого поставить и как вообще появиться на открытой поляне; Робин в роли Мими встревала всегда, когда спор накалялся до мордобоя, и лишь Ости, скорее всезнайка, чем боец, встревала периодически, поддерживая более выгодный вариант для победы. Походу в этой вселенной DC я дворецкий, ибо внимания на меня не обращали. Всё же бразды правления вырвал себе Бетмен, каждый раз напоминая Кларку Кенту о провале их прошлой миссии против Дино.       — Этот новенький просто тёмная лошадка. Не знаешь чего ждать. С виду ангел, но ведёт себя как нам подобный, — констатирует Ости. — Может ты, Люций, им займёшься?       — Нет, я против Дино. Это личное, — отрезает демон.       — Но я хотела против него, — возмущается Мими. — Я уделаю его, дай мне шанс.       В итоге все хотят быть против моего любимого, а я хочу быть с ним. Как же мне не хватает его объятий, поцелуев, даже просто взгляда в мою сторону. Я сильно-сильно соскучилась по своему милому сердцу ангелу. Вот что я здесь забыла?       — Эй, ты вообще нас слушаешь? — пихает меня Ости. Видимо сильно я задумалась.       — Нет, конечно, вообще не в ебец, что я тут делаю… Блять! То есть да! Да! Я вас слушаю внимательно…очень, — просто офигенно так спалилась, мать его.       — Так кто на себя возьмёт новенького? — устало выдыхает Люцифер, обводя глазами всю нашу команду недосупергероев.       — Давай я. Как минимум появление непризнанной в компании демонов на этом задание вызовет удивление у всех. А мне пары секунд хватит, чтобы начать разговор или ударить в зависимости от ситуации. В любом случае отвлечь смогу, — пытаюсь срочно реабилитироваться в глазах чёрнокрылых.       — Люц, она права! Элемент неожиданности может сработать. Его никогда не было на факультете демонов, может, Вики правильный вариант, — поддерживает меня Ости, убеждая тем самым Бетмена в верности решения.       — Не думал, что твою головушку могут посещать хорошие идеи, — обращается Люций с фирменной насмешкой ко мне.       — Для меня вообще новость, что ты думаешь, — чисто машинально отвечаю колкостью ему.       — Тебе пора научиться пользоваться оружием или держать язык за зубами, — шипит прямо в лицо задетый аспид.       — Будем ля-ля разводить или план выполнять? — не обращая внимания на угрозу справа, задаю риторический вопрос.       — Дело говоришь, куколка. Полетели, — поднимается с места Бальт, заставляя всех последовать его примеру.       Прекрасная открытая зелёная поляна, немного в стороне которой, находится та самая часовня в скале. Один ангел сидит на крыше, другой, мой, стоит у двери, думаю, что остальные во главе с Дино, внутри помещения.       Выхожу первой, как пушечное мясо, чем сразу привлекаю внимания нужного мне белокрылого.       — Оливер? — я ахуела на месте. Вот прям стою как вкопанная с открытым ртом и глазами блюдцами. Даже не знаю, чему больше удивилась: нашей встречи тут или такому не подходящему ему цвету перьев.       — Ты?.. Как т-ты?.. Ты умер?.. Но к-когда? Мы же только….       — Непризнанная, какого хрена ты здесь делаешь?.. Уокер? — раздражение меняет полное недоумение, вызванное встречей со мной.       — Я умерла… просто. — вырвалось неосознанно из моих губ.       — Как видишь я тоже, сладкая моя, — говорит светловолосый парень, направляясь ко мне.       Последние слова возвращают меня из транса удивлений, и я начинаю слышать вопящий благим матом жопный радар. Бежать не выход, но вариант. Разворачиваю на 180 градусов и бегом руки в ноги, волосы назад, но одним сильным взмахом крыльев одноклассник догоняет меня. Вот же курица, у тебя тоже крылья есть, если ими махать, то даже полететь сможешь.       Он, как и в школьные времена, силой тащит меня в часовню. Видимо, знает место хорошо, иначе как объяснить, что заталкивает в самую маленькую плохо освещаемую комнатку. Панический страх сковывает меня стальными холодными цепями. Тело покрывается мурашками и даже пробивает мелкая дрожь. Крылья, сложенные за спиной, уткнулись в мокрый сырой камень стен. Мне страшно по-настоящему. А вот пернатые конечности Оливера угрожающе закрывают собой стенки по бокам, от чего он кажется на много больше, а каморка ещё меньше. Безумный оскал красуется на его ангельском лице, в зелёных глазах пляшут опасные черти, что заставляют меня вжиматься в стену и выставлять перед собой руки и правое колено, дабы сохранить хоть какую-то защитную дистанцию. Но воспоминание шутит со мной жестоко.       Как в прошлый раз, Оливер делает шаг правой ногой вперёд и хватает мою левую руку, поднимая её. Свою правую руку он проводит по моему поднятому бедру и останавливает ближе к попе, вжимаясь всем телом в меня, и тем же мерзким тоном шепчет на ушко:       — Я представлял нашу встречу тысячу раз. О, как же я мечтал о ней. О тебе в этой самой позе, так же упирающей рукой в мою грудь. Нравится?.. Мы снова в маленькой комнатушечке, где нам, на этот раз, не помешают братья Беннеты. Ви, ты сводишь меня с ума до сих пор! — он дышит прерывисто и шумно, я даже чувствую его возбуждение. Шею обдаёт жаром, а лёгкий, предвкушающей продолжения поцелуй в мочку уха, сподвигает меня к попыткам вырваться из его объятий. Но все они тщетны, пробуждая новую волну паники: вспомнила, где я.       У меня клаустрофобия с детства.       Однажды Нейт во время игры в прятки запер меня в невысоком узком шкафчике. Кто же знал, что именно туда его мама, тогда еще начинающий модельер, убрала свой сломанный манекен с недошитым платьем. Решение спрятаться там было спонтанным, ибо нас уже начали искать, а мы не нашли себе место. Вот Нейт, как настоящий маленький джентльмен, уступил укрытие подруге, надёжно припрятав и дверь шкафчика, подперев её картонной большой коробкой, а сам отвлёк беду на себя в виде водящей ищейки. Как только мальчики выбежали из комнаты, я зашевелилась следом в надежде спасти моего героя. Тут-то на меня и упал злосчастный манекен в платье с кучей иголок и булавок. Пытавшись с него выбраться, я только сильнее запуталась в длинной юбке и укололась. Меня накрыло настоящей паникой. Я даже кричать не могла, открытым ртом хватая воздух, по щёчкам текли слёзы и начало трусить от страха. Меня нашли последней, когда фобия намертво сковала стальными цепями, навечно поселившись в сердце. Больше я в прятки не играла. Папа тогда очень испугался моего вида: красные опухшие глаза с застывшим ужасом, сопли ручьём и много мелких кровавых пятен на лице и руках. Нейт после этого целый месяц извинялся.        В три года у меня развился панический страх замкнутого тёмного пространства. Я лечилась и даже успешно, но все равно не в каждый чулан войду. Зато не боюсь пауков и змей!       Оливер знал о моей фобии и часто пользовался этим в школе, закрывая меня то в подсобке, то в коморке, иногда присоединяясь. Зачастую меня открывали спустя пару минут братья Беннеты, а после старший из них выписывал люлей своему товарищу по футбольной команде. Но здесь нет моего вечного героя и единомышленника, и надежды на спасение тоже нет. Лишь спермотоксикоз в глазах бывшего одноклассника и панический страх в моих. Он целует шею, отмечая её солёный вкус, крепче сжимает бедро и напирает всем весом на меня. Что ж Вики, пора взрослеть и оставить все страхи в детстве… нет, в прошлой жизни. Ты мертва почти месяц, действуй!       Собираю всю волю в кулак и просто ору настолько громко, насколько позволяют мои голосовые связки, пусть после этого я охрипну на веки, но надо сделать хоть что-то. Мой крик прекращает действия Оливера, вызывая смятение на его лице. Дверь вырывается вместе с креплением и стеной, кто-то с рыком вытаскивает ангела наружу. А я пробкой вылетаю в открытый проём. Мне срочно нужен воздух.       — Я ничего бы ей не сделал. В конце концов, Дино, я ангел! Я просто закрыл непризнанную от демонов, — оправдывается Оливер на ступеньках часовни, указывая на компанию чернокрылых рядом со мной.       — Молодец, Вики, справилась с заданием, девочка моя маленькая, — подходит ко мне, подбрасывая в руках артефакт, Люцифер. Под изумлённый взгляд Дино, поднимает меня с колен и, держа за талию, уводит от лишних вопросов. — Она наш пятый игрок. До встречи.