Сорвался

Накахара открыл глаза, все плывёт. Поморгав пару раз, вроде, все встало на свои места. Он в комнате, везде висят плакаты с крутыми машинами, напротив него тёмная дубовая дверь, слева стол с чёрным ноутбуком и пару тетрадями, пенал и пара карандашей рядом. Над столом висит книжная полка, на полке книжки: начиная от манги, а заканчивая зарубежной классикой, несколько коллекционных машинок. Рядом со столом стоит дорогое кресло с колесиками, чёрного цвета. Справа стоит, на удивление, большая одноместная кровать.Чуть дальше кровати стоит большой шкаф, почти до потолка, цвета двери. Чуя быстро смекнул, что он находится в комнате своего друга, возможно даже лучшего, единственного, это был Осаму Дазая. Рыжеволосый захотел встать, но понял что его руки держат на месте, он повернулся и увидел, что руки, сзади него, прикованы к батареи толстым слоем скотча. Накахара продолжал быть в смятении и продолжал пытаться освободить свои руки, до того момента, как та самая дубовая дверь не отворилась, и в комнату не вошёл её хозяин. Дазай как всегда держал безразличие ко всему, но как увидел друга пробудившимся - явно воодушевился. Осаму подошёл к другу, который был отвлечен своими руками, и присел перед ним. - Хорошо завязал? - с ноткой насмешки спросил он у друга. - Да не то слово! - раздражённо ответил Накахара - Дазай, херов ты мудак, какого хуя тут происходит?! - уже потеряв надежду в ближайшее время освободить свои руки, Чуя решил переключиться на друга. - А, то есть ты не помнишь?... Хотя, после того как я тебя долбанул, удивительно что ты проснулся сейчас, - Осаму усмехнулся. - Чел, какого черта, ты че творишь, мудила, развяжи, блять, и че происходит?! - начал вопить Арахабаки, за что ему заткнули рот. - Закрой рот и не кричи, а то заткну. Что происходит? Похищение. Зачем? Хочу тебя, заебали уже эти тупые телки, вечно им что-то надо. Сказать что Чуя был в ахуе, ничего не сказать, ситуация описывалась как "пиздец". Долго Чуя не думал, так как скотч на его руках отрезали и он упал мордой в пол. Сил не было, он был овощем. Его взяли за волосы и потащили из комнаты, ударившись головой об косяк двери, Накахара потерял сознание. Свет, яркий, холодный воздух дует по ногам. Накахара приоткрыл свои голубые очи. Он связанный сидел на стуле, руки болели, над ним висела лампочка, рядом стояла тумбочка с чем то непонятным, раскиданные железки, картонки и другой хлам . - «Подвал? Нет, не похоже, что это за место?Не могу говорить, кляп, как его снять?» - быстро оглядываясь, думал Накахара. - Хей, Слизняк. Знаешь, я тут подумал. Если меня иногда бьёт мудак Мори, то почему же я не могу ударить того кто назовёт меня "папочкой"? Могу. Мы с тобой часто дерёмся, в шутку, - начал говорить Осаму, после последней фразы его лицо стало серьёзным, - Но меня раздражает в этих мини драках одно, то что ты можешь двигаться и сейчас у тебя этой возможности нет, - Дазай подошёл в плотную, резко взял Чую за лицо, стянув губы и щеки в виде «рыбки» , приблизился в плотную - Начнём же веселье? - не ждя ответа, суицидник взял лежавшую армотуру и со всей силы долбанул по ноге друга, послышался хруст, ещё удар, и ещё, и ещё, и ещё, нога стала темно-фиолетового цвета. Накахара смачно кричал в кляп, но слышались как мычание. - Что что сказать хочешь? Я тебя не понял, скажи что я мастерски сделал твою кость непригодной к использованию, давай, я жду, - уже с каким-то безумием начал говорить Осаму - А может лучше сразу, ампутировать?! - на лице появилась улыбка, он вытащил кляп из-за рта Накахары. - Ты - больной ублюдок! Чтоб тебя менты выебали, мудак, блядина, выберусь и тебе не жить, урод! - боль, сквозь появившиеся слезы начал кричать Арахабаки. Дазай расстроился. - Много говоришь, исправим - лицо Осаму стало серьёзным, он взял из тумбочки старые ножницы, взял Чую за затылок. Накахара начал брыкаться, за что Осаму ударил его по уху и слегка вывел его из строя, Чуя ненадолго присмирел. Дазай с силой открыл рот Арахабаки, схватил за язык и лёгким движением отрезал кусок мышцы, крик на все помещение, кровь на зубах. - Боже, как ты сейчас выглядишь сексуально, не выдержать - Дазай поцеловал друга, в засос, все зубы, губы в крови друга. Солёный и одновременно железный привкус крови сводил с ума Осаму, ему хотелось больше крови, больше страданий друга и начал кусать губы. Через несколько минут это были уже не губы обычного парня, а мясная каша, Дазай даже смог откусить небольшую часть. Вся одежда в крови. - Хей, малыш Чу-чу, это когда-то твой язык, хочешь я сделаю его красивее? Знаю что хочешь. Чуя на удивление держался ещё в сознание, но крик, мычание, слезы и кровь залили его полностью, он не мог даже смотреть на друга. - Смотри на меня, слизняк, иначе сломаю шею и сможешь смотреть только в одно место! Дазай схватил Чуи за лицо и насильно заставил смотреть в одну точку. Суицидник взял ножницы и начал вырезать из языка своего друга сердечко. - Боль-лучший способ выразить свою любовь, - закончив, шатен начал протирать сердечком из языка по лицу рыжеволосого, оставляя красные следы. - Тебе до ужаса идёт красный, боль, безумие, это так заводит. Не долго думая, Осаму толкнул ножку стула от чего тот упал вместе с Накахарой, упал чётко на сломанную ногу. Упал неудачно, сломав себе ребер. - Ты выглядишь таким жалким, ну что, не такой крутой как на прогулках? - сказал Дазай ударив со всей силы в грудную зону Чуи, хруст, сломана ключица и ребро - Я вижу что тебе нравится боль, да, ублюдыш? - ещё один удар. Дазай присел, скинул стул с Чуи, руки все так же связаны. Накахара попытался ползти, но удар по спине решил все, сломав пару позвонков. Дазаю нравился Чуя, а сейчас он был без ума от него такой беспомощный, жалкий, как насекомое перед смертью. В штанах стало тесно. Осаму взял нож с тумбочки, взял Накахару за щеку и отрезал кусок от неё. Кровь, красивый алый цвет, капли словно маленькие рубины, самое дорогое, что есть у человека и теперь этим владеет Дазай, он владеет Накахарой. Быстро сняв с себя штаны и боксеры от "BOSS" он засунул обе руки в рот, чтоб Чуя не закрыл его, а орган в эту дырку в щеке. Начал двигаться, крики друга не прекращались ни на секунду, душераздирающие вопли. Разрядка. Дазай, вытащив орган из-за рта Чуи, а следом и окровавленные по локоть руки, стянул джинсы с друга. - Знаешь, я конечно люблю когда ты страдаешь, ты выглядишь ещё соблазнительней в эти моменты, но на сухую я входить не буду, - после этих слов, Дазай начал растягивать Чуи своими влажными от крови пальцами. Кровь - лучшая смазка. Через минуту растяжки, Накахара вошёл по основание. Мурашки по всему телу, как будто торнадо, цунами прошлось по спине. - Малыш Чу-чу, ты замечательная игрушка, лучше чем другие! - Чуть ли не крича сказал Осаму, двигался быстрее и быстрее. Спустя минут двадцать пять произошла разрядка. Но Чуя до этого момента не дотянул, слишком много крови потерял. Дазай вытащил член из Накахары, натянул джинсы и застегнул бляшку ремня. - Хорошая кукла, правда хилая. Осаму, надев перчатки, вылил прозрачную жидкость на друга, которая оставила на полу радужные разводы. Снял окровавленную одежду и перчатки, кинул на друга, уже мёртвого друга, зажёг спичку, следом кинул в жидкость. Пламя. Яркое, отливающее в красное, отныне и навсегда любимый цвет, цвет драгоценных камней. Чуя был не первый и уж точно не последний.