Дикий полдень, или уборка века

Давайте представим, что я, обычная, ничем особо не примечательная девочка-подросток, оказалась на необитаемом острове с Майклом Джексоном и живу там с ним уже долгое время. Я вот уже представила, так что давайте я расскажу вам, как мы живем. Вот, к примеру, один день из нашей жизни. Это был самый обычный день, то ли пятница, то ли понедельник. Обычно первым просыпается Майкл, поскольку я часто спихиваю его с кровати - я брыкаюсь во сне. Но в этот раз первой проснулась я, поскольку добрыкалась до того, что сама слетела с кровати. Грохот от моего падения разбудил нашего ручного попугая Пифагора, который тут же начал орать что-то вроде:"Разогрев духовки не требуется! Поливать три раза в день!". Я хотела заползти под одеяло и попробовать досмотреть свой прерванный сон, но попугай так разошелся, что разбудил моего ненаглядного. Пока Майкл протирал глаза, я бросила в наглую птицу подушкой. Не попала, конечно, так что подушка вылетела в окно нашего домика на дереве и застряла в ветвях. Пришлось идти доставать, но это уже потом. Я попыталась притвориться спящей, чтобы Майкл первым пошел на кухню и сделал нам кофе, но он меня раскусил. Да, его уже на такие штучки не разведешь. А может, свою роль сыграло потрескивание веток, поймавших мою подушку. Хотя, в общем-то, кто бы поверил, что можно не проснуться от криков коварного Пифагора. Все же я старательно жмурилась, пока Майкл не стянул с меня одеяло. - Доброе утро, Келли (допустим, меня зовут так), - сказал он, победоносно улыбаясь, - Не притворяйся, я знаю, что ты не спишь. Я слышал, как ты бросила подушку в Пифагора, так что не ленись и сделай нам кофе. Я и так его делаю каждое утро. Я недовольно замычала, пытаясь натянуть на себя одеяло. - Не каждое утро, - возразила я. - Ну, может, и не каждое, - неохотно согласился Майкл, - Но все же почаще, чем ты. Так что давай, просыпайся и бегом на кухню. Заодно и подушку достанешь по дороге. Ну все, Келли, подъем! Келли! Я лишь ворчливо натягиваю на себя одеяло. - Не заставляй меня прибегать к крайним мерам, - сказал Майкл, и я почти увидела его коварную улыбку, отчего слегка насторожилась. - Нет, так не честно! - Почему не честно? Не все же тебе спать до обеда. Я тоже хочу. И вообще, ты ведь уже не хочешь спать. - Хочу! - Нет, не хочешь. - Хочу! - А я говорю - нет! И тут этот наглец начал щекотать меня! Да, вы только представьте! Самым наинаглейшим образом! Знает же, что я ужасно боюсь щекотки. Я пыталась сопротивляться, но у меня ничего не получилось. Да, хоть я и проворная, но в таких делах Майкл всегда побеждает. В общем, в итоге я, едва снова не брякнувшись с кровати и не заехав Майклу коленкой в нос (нечаянно, конечно - он ведь знает, что в таких ситуациях я себя не контролирую), нехотя встала и стала спускаться по узкой деревянной лестнице, ведущей на кухню. - Тогда ты заправляешь кровати! - крикнула я, забросив наверх подобранную по пути подушку. - Само собой, - отозвался Майкл. Судя по его голосу, подушка каким-то мистическим образом приземлилась как раз на него. Спустившись на кухню, я умылась, раз пять зевнула, умылась еще раз и поползла заваривать кофе. Его мы варим в маленькой глиняной посудинке на горячих камнях. А что поделаешь, когда вокруг ни плиты, ни электричества, а разжигать костер с утра лень? Впрочем, разжигать все-таки приходится, ибо на камнях кофе вариться отказывается. Пока он варился на огне, я сбегала в джунгли за фруктами, заодно и проверив свои охотничьи угодья. Нет, сама я ни на кого не охочусь, а вот если встречу леопарда, поймавшего кого-нибудь, бегу и отбираю. Все же лучше, чем самой кого-нибудь... Конечно, я потом честно отдаю леопарду его долю, хотя порой он так пугается, что может за ней и не вернуться. Впрочем, когда я в этот раз обходила свои охотничьи угодья, встреченные мною леопарды лишь пожимали лапами - мол, мяса нет. Или им повезло так же, как мне, или уже сами все схомячили. В общем, Келли сегодня осталась без бифштекса. Ну ладно, Майкл же как-то без них обходится. Бывает, вечерами у костра он признается, что немного скучает по курочке, но курей, насколько я знаю, здесь не водится, а остальное мясо он есть отказывается. Упертый парень. Ну да ладно, мне больше достанется. Когда я вернулась на кухню с полными руками фруктов, Майкл уже спускался, напевая что-то по пути. Я вывалила фрукты на стол. - Завтрак! - крикнула я, созывая остальных наших товарищей. Первым отозвался Пифагор. - Баранина! Устрицы! Пельмени! - кричал он на лету, плюхаясь на стол и вгрызаясь в первый попавшийся фрукт манго. Потом к нам подтянулись остальные наши питомцы - обезьянка Брунгильда, питон Гоша и крокодил Вася. Где-то в кустах по-привычке затрещали леопарды, хотя и знали, что сегодня мяса не будет. Когда все расселись вокруг стола, стало совершенно тихо, если не считать чавканья набитых фруктами ртов. Гоша и Вася, конечно, от фруктов скромно отказывались, но они не теряли надежду поймать Пифагора или Брунгильду. Прибежал еще мой ручной тарантул Роджер, но ему здесь поживиться было нечем, так что он просто сидел у меня на плече. - Доброе утро, кстати, - сказала я, вспомнив, что так и не ответила утром Майклу, - И вам, зверье, тоже. - Да-да, и зверью тоже, - сказал Майкл, безжалостно выжимая сок из апельсина в скорлупку от кокоса, - Чем планируешь заняться? - Думаю пойти поиграть с акулами, - ответила я, - Они там, наверное, уже заскучали. - Это да, - сказал Майкл, - А ты помнишь, какой сегодня день? - А? Чего? - насторожилась я, - Нет, конечно. Ты же у нас ответственный за календарь. Я даже не знаю, какой сейчас месяц. Здесь же не бывает зимы. Недавно, вроде, был декабрь. - Да, сейчас восемнадцатое декабря, - сказал Майкл, - А какой день недели, помнишь? Я задумалась. - Может, пятница... Хотя нет, пятница была... Вчера была суббота... О нет! - внезапно меня осенило, - Воскресенье! Нет, только не это! - Да, моя дорогая, именно! - Не-е-ет! - Да! По воскресеньям мы делали уборку. На этой неделе была моя очередь. Так что об акулах и прочих развлечениях на сегодня можно было забыть. - А ты что будешь делать? - хмуро спросила я. - Придумаю что-нибудь, - сказал Майкл, - Пойду, порепетирую. Тебе ведь нравится смотреть, как я танцую? - Нравится-то нравится, - вяло ответила я, - Но... Это ж мне отмывать всю нашу спальню, кухню, прихожую, чистить жердочку Пифа, складывать книги, камушки, чашечки и палочки! Хорошо хоть ванной у нас нет - ее нам благополучно заменяет водопад неподалеку. Но все равно, одни полы чего стоят! У нас же их тысячи! - Не тысячи, а всего три, - поправил Майкл, - Да ладно тебе, мы ведь и так особо не мусорим. - Да, но... - я сделала печальные глазки, - Майкл, ты ведь будешь сегодня читать на тихом часу? - Конечно, родная, обязательно! - Спасибо. Когда завтрак был окончен, я попрощалась с Майклом и всей нашей живностью (кроме Пифагора, разумеется) и, оставшись наедине со всем нашим беспорядком, начала разрабатывать план действий. Сначала, конечно, следовало расставить по местам всякую мелочь типа книжек, камушков, чашечек и тому подобных вещей. С этим я справилась довольно быстро. Чуть менее быстро я отполировала жердочку Пифагора. Но осталось самое страшное - полы. Вымыть их можно было только с помощью плодов так называемого Мыльного дерева - не знаю, кто как его зовет, а мы зовем так. Дерево это росло на другом конце острова, так что путь туда был неблизким. Собравшись с духом, я взяла с собой самодельную авоську и выпрыгнула в окно, соскочив на землю по веткам. В лесу было довольно весело. Пели птички, трещали насекомые, у меня под ногами хрустели веточки и листья. Все прекрасно. Я даже не стала есть в дорогу - еда здесь растет на каждом кусту. Вот я добралась до полянки леопардов. Котяры лишь бросили на меня надменные взгляды, по которым я поняла, что они все-таки что-то поймали, но, казалось, знали, что мне некогда за ними бегать, и теперь лишь молча злорадствовали. Я на всякий случай показала им язык и двинулась дальше. А тем временем, как мне потом рассказывал Майкл, у него все было совершенно спокойно. Он уже натанцевался всласть и теперь сидел в тени банановых листьев, посадив себе на плечи Гошу и почесывая пяткой Васю. Брунгильда бегала по песку и собирала ракушки. В общем, все тихо-мирно. Как и у меня. Я забрела в самую чащу, где меня окружали лишь деревья и мошкара. Мошкару я отгоняла пучком травы, а деревья мне особо не мешали, да и что с ними поделаешь? Вдруг мне послышались чьи-то шаги в кустах. Я остановилась и прислушалась. Ничего. Решив, что это балуются леопарды, я махнула рукой, отогнав очередной ком мошкары, и двинулась дальше. Но вот шорох повторился, уже ближе. Я насторожилась. Остановившись, я стала пристально вглядываться в кусты. И вдруг из-за них на меня выскочила Гуля... Я не рассказывала вам о Гуле? Видимо, нет. Так вот, Гуля - это огромная рыжая тигра, которая, в отличие от леопардов, совсем меня не боится. Не знаю, откуда она на нашем острове, тигры же вроде не водятся на островах, но она здесь есть и все тут. Может, плыла на корабле, потерпевшем крушение где-то неподалеку. В общем, она здесь есть. Это огромная рыжая зверюга, рядом с которой леопарды кажутся стайкой воробьев. Уж она-то не станет смотреть на язык, который я ей покажу... Итак, на меня выскочила эта самая Гуля. Вид у нее был невеселый. Секунду помедлив в нерешительности, я вдруг неожиданно для самой себя стартонула с резвостью профессионального атлета куда глаза глядят, главное, в противоположную от Гули сторону. Гуля, конечно, поскакала за мной. Я неслась, не разбирая дороги, фантастическим образом не спотыкаясь о многочисленные препятствия типа кустов, корней деревьев и мелкую живность. Я бежала, в глубине души даже надеясь встретить леопардов. И вот передо мной возникло прекрасное ветвистое дерево. Зная, что тигры по деревьям не лазают, я вскочила на него и лезла до тех пор, пока не закачалась на самой его верхушке. Гуля закружила подо мной, как рыжая акула. Но я ее уже не боялась, хотя язык решила не показывать. Отдышавшись, я вдруг с удивлением обнаружила, что качаюсь на макушке того самого Мыльного дерева, которое искала. И почти сразу же за этим обнаружила, что посеяла авоську. А нет, не посеяла. Вон она, под ногами у Гули. Черт! Ну и день сегодня! Будет, что Майклу рассказать, когда вернусь. А Майкл по-прежнему нежился в тени бананового дерева, перебирая ракушки, которые ему насобирала Брунгильда. Но вот Гуле, кажется, надоело караулить меня, и она ускакала в чащу. Очевидно, умная тигра поняла, что я в ее присутствии спускаться не собираюсь, и вскоре меня покинула. Когда шелест кустов перестал быть слышимым, я спустилась за авоськой и, схватив ее, снова проворно влезла на дерево. Знаю я Гулю. В общем, заполучив авоську, я принялась бодро набивать ее плодами. Увлекшись, я совсем забыла об осторожности. И очень зря. Потому что, когда я спустилась снова, я поняла, почему убежала Гуля. А у Майкла по-прежнему все было хорошо. До тех пор, пока Брунгильда, увлеченная поисками ракушек, не швырнула вставший на ее пути камень, по стечению обстоятельств приземлившийся прямо на нос Васе. Встревоженный крокодил, дежуривший неподалеку от аппетитной кладоискательницы, окончательно потерял терпение и, разинув пасть, кинулся к ней. Мартышка, однако, сама оказалась не промах и стала с воплями швырять в крокодила камушки, палки, крабов, - все, что подворачивалось под лапу. Майкл побежал их разнимать, отчего встревоженный Гоша, не желая покидать насиженного места, крепко обвился вокруг его шеи. Ну, не то чтобы очень крепко, но снять его не удалось. Оставив питона на шее, Майкл продолжил движение по направлению к дерущимся. Однако, как только он приблизился к ним, хвост питона (а Гоша был весьма внушительных размеров) шлепнулся на голову Васе. Крокодил обиделся и вцепился в самый кончик хвоста питона. Разозлившись, змей бросился на крокодила, но тут в него ненароком прилетел брошенный мартышкой камешек. Обиженный питон забыл о крокодиле и бросился на Брунгильду. Однако мартышка, как я уже говорила, была отнюдь не промах, так что питона встретила с распростертыми объятиями и, схватив его за шею лапками, начала душить. Вреда это ему не причинило, но до мартышки змей добраться уже не мог. Все это произошло так быстро, что Майкл успел лишь начать растаскивать мартышку и питона, когда они сцепились. Идиллия кончилась. А я тем временем стояла почти нос к носу с громадным черным быком. Или буйволом. Вот так сюрприз. Не знала, что у нас на острове есть еще и буйволы. В общем, это чудо посмотрело на меня так пристально, что я сразу почуяла недоброе. Осмотрев себя с головы до ног, я вдруг обнаружила, что на мне моя любимая парадно-выходная красная футболка... Да, нарядилась я на уборку. В общем, гонка моя продолжилась. Правда, теперь я точно бежала по направлению к дому. На бегу я орала так, что меня услышали леопарды и кинулись врассыпную. Я вбежала на пляж, застав Майкла, Брунгильду, Гошу и Васю так, как они были: мартышка с питоном душили друг друга, Майкл старательно, но не очень эффективно разнимал их, питон все крепче обвивался вокруг его шеи, приводимый в ярость зубами крокодила, крепко державшими его за хвост. Однако когда появилась я, вопящая во все горло, все четыре пары глаз уставились на меня. - Там... Этот... Черный... Большой такой... - мямлила я, от волнения говоря все громче, - Там буйвол! Настоящий огромный живой буйвол! - Что? - удивился Майкл, - Разве на этом острове есть буйволы? - Да вон же он! - вопила я, указывая на лес, - Видишь? Живность поняла опасность первой и, бросив грызть друг друга, рванула кто куда. Вася плюхнулся в море, Брунгильда рванула к нам домой, Гоша целиком обвился вокруг Майкла и, будь у него веки, наверное, зажмурился бы. Я схватила Майкла за руку и потащила к нам домой. Буйвол уже догонял нас по пляжу, когда мы взлетели в нашу спальню, самую верхнюю часть дома. Несколько раз бычара треснулся рогами о ствол, после чего, яростно мыча, стал бить его копытами. Тем временем я помогала Майклу снять с шеи испуганного питона. - Откуда мне было знать, что на этом острове есть буйвол? - оправдывалась я. - Я тебя не виню, просто, - мы наконец оторвали Гошу и шлепнули его на кровать, после чего он сразу же забился под одеяло, - Просто я не устаю удивляться тому, как много нового ты здесь находишь. Гулю, помнится, тоже ты нашла. - Да я, я. - я задумчиво посмотрела на него, - Слушай, а у вас тут что произошло? - Потом расскажу. Лучшее давай придумаем, что делать с буйволом, пока он не разнес наше жилище. - Да ну, не разнесет, дерево же такое... - в этот момент нас ощутимо тряхнул очередной удар быка, - Ну, или кто его знает. - Есть у меня одна идея, - сказал Майкл, - Но тебе, боюсь, не понравится... Увидев, как он смотрел на мою майку, я все поняла. - Что??? Нет, только не ее! Я же так ее люблю! Она же со мной почти всю мою жизнь! - А наш дом ты любишь? Я вздохнула. Решение и правда было не из простых. В конце концов я сдалась. - Злая кукушка сидит на суку! - выкрикнул вдруг Пифагор, о котором я едва не забыла. - Пусть он не подглядывает! - возмутилась я. - Ладно-ладно, он не будет, - пообещал Майкл, завешивая попугаю обзор полотенцем. Переодевшись, я посмотрела на свою любимую футболку в последний раз и, зажмурившись, бросила ее быку. Он вдруг так приветливо замахал хвостом, точно огромная дворняжка, после чего, поймав мою футболку, в мгновение ока сжевал ее. Я едва не упала в обморок. - Ты спасла нас, - сказал Майкл. - Нет, - ответила я, глядя вслед исчезнувшей футболке, - Это она спасла нас. В тот день, хотите - верьте, хотите - нет, больше ничего не случилось. Тихий час был шикарен. Майкл почитал мне очередную главу кровавого детектива, после чего, выспавшись, мы вместе закончили уборку. На ночь я почитала ему Питера Пэна. Не оригинал, но почти. Майкл помнит его наизусть и сам записал в толстой тетрадке. Ее я и читала ему перед сном. То же было и с моими книгами, хотя читать их было сложнее в связи с особенностями моего почерка. Эта ночь была тиха, как никогда. И, как никогда, я была ей рада.