Одна метка до конца жизни

Денис уже битый час сидел в комнате своей младшей сестры и размышляет, глядя в окно, за которым часто громыхает гроза. Изредка комнату освещает свет молний, что позволяет разглядеть ту самую грань между маской сестры и настоящей Сашей. Почему-то именно об этом сейчас думал Денис. Всегда находясь дома, а тем более в комнате сестры, парень не мог оставаться полностью безразличным ко всему, он будто вновь становился мальчиком двенадцати лет, с очередными синяками, которые оставил отец и не менее болезненной раной в душе от матери. Волков ощущал себя парнишкой, который должен сохранить статус родителей в глазах сестренки и обуздать её страх. Но он не мог обеспечить полностью ни того, ни другого. Он просто, как трус, сбегал к сестре, запирая дверь и поудобнее устраивался в кресле, размещённом у противоположной окну стены, смотря в окно, пока сестра делала уроки, читала, играла или ложилась спать. Делала хоть что-нибудь, только бы не замечать криков родителей за дверью на первом этаже. --Чёрт! — испуганно вскрикнул парень, когда ветер снёс хрупкую щеколду, распахнув форточку, впуская в комнату холод, шум улицы, полетели капли дождя. Парень встал, закрыл форточку и заметил измятую бумажку на столе у окна. Сначала альфа не принял её во внимание, но ему показалась знакомой эта… Страница из записной книжки двухлетней давности. Денис вспомнил строки, которые перечитывал, и не раз, а самое главное вспомнил, что случилось из-за событий описанных в них. Тот случай навсегда изменил его сестру. Правда, он так и не понял в какую сторону. Положив скомканный лист на место, Волков вернулся на кресло и снова развалился на нем, глядя в окно. Парень снова осознал, что он мог предотвратить тот случай, но ему было всё равно. Он сбежал из этого дома и его ничего больше не волновало. Хотя, кого он обманывает? Его волновала Кристина. Только эта наглая бета, которую он не хотел взять, а которую хотел защитить. И ту в итоге потерял! А потом обеих встретил там. Оттуда они вышли другими, по крайней мере, все сразу поняли это по его сестре, а по Крис было сложнее понять, но изменения были. Парень снова прокручивал в голове события двухлетней давности, а заодно и сегодняшнего вечера, думал над тем, что его может ждать дальше. «Кристину однажды я уже потерял, как и Сашу» — думал Волков -"Что я могу сделать теперь? Могу потерять снова или удержать. Но как? Крис меня, наверное, видеть не хочет». Завибрировавший в кармане штанов телефон оповестил о пришедшем СМС. Это была Саша.

23:28 Саша сестра (ебобо):

Привет, придурошный! Я сейчас с девками. Крис успокоилась. На тебя почти не злится. Приезжай через полторы или две недели. Как раз у тебя и у Кат пройдет гон. Когда вернешься устроим праздник в честь воссоединения убойной парочки;)

23:29 Вы: Ок. Созвонимся утром. Уже довольно поздно. Дождь не прекращался, спать не хотелось. Денис знал, что его отец сейчас сидит в зале на первом этаже и смотрит телевизор. Денис не очень одобрял отца за разные поступки, но понимал, что отец есть отец, к тому же помимо плохого Волков-старший дал сыну достаточно хорошего, поэтому сейчас парень шагал по лестнице, желая поговорить с отцом. О чём именно? Сказать не мог даже сам Денис, но этот разговор казался особенно важным после долгого времени разлуки. Как бы сильно это осознание не ранило альфу, но у него действительно дрожали колени от волнения или страха. Он действительно отвык от столь близкого контакта с ним, поэтому даже чтобы сесть рядом с Владимиром ему потребовались некоторые усилия. Мужчина же смотрел в экран, освещающий комнату вместо основного света, даже не окинув сына взглядом. -Извини, что не предупредил вас с мамой о том, что приеду сегодня, да ещё и так поздно. — попытался начать диалог Денис, успешно скрывая дрожь в голосе. -Без проблем, сынок. — сладким, елейным и слегка заискивающим тоном произнес Владимир. По шее Дена пробежались мурашки. Вокруг словно похолодало, а перед ним будто сидел более молодой отец. -Сынок, я ведь не хочу вам зла, милый мой. — отец в успокаивающем жесте потрепал его по волосам большой ладонью, взъерошив и без того лохматую шевелюру, грустно улыбнувшись сыну -А ты просто попал под горячую руку, понимаешь… — улыбка в один момент исчезла с лица, он потёр переносицу пальцами. -Мама не должна была говорить это. Денис захныкал и резко вскочил с дивана, убегая в комнату сестры. На глаза навернулись слёзы. Он хромал, а на шее, даже с тусклым освещением, был виден свежий лиловый синяк. -Сынок, Денис, подожди, прошу! — воскликнул в след Владимир. -Как тебе одному живётся? — поинтересовался старший Волков, окинув сына беглым взглядом. -Что же ты решил приехать к своим старикам вдруг? -Хорошо, мне не дают заскучать. — Денис несмело улыбнулся. «А может в этот раз всё будет иначе?» — вдруг подумал он. — «Отец ведь мог измениться.» -Ты давно не навещал нас. — хмуро заметил отец. Понял ли он, что второй его вопрос проигнорирован или даже не заметил? -Мама часто говорит о тебе. Перед ним будто сидел совершенно иной человек, не тот, который терроризировал всю семью своими выходками. -Мы с ней созваниваемся иногда. Отец хмыкнул: -Удивлён, что ты вернулся, после того инцидента. Ты ведь никогда не берёшь ответственность за поступки. Младшего словно током поразило, он вздрогнул и взглянул на дверь, что не укрылось от внимания. -Сбежишь и в этот раз? Денис вскочил с дивана и громко сказал, наконец посмотрев отцу в глаза: -Это не моя вина, разве не ясно? — процедил он. Гнев нахлынул с новой силой. -Я не последний, кто приложил руку, но явно не первый. Отец встал следом: -И на что ты намекаешь? — рявкнул он. -Ты винишь меня в том, что моя родная дочь пыталась убить себя? Меня? -Ты приложил больше усилий, отец. Громкий хлопок разнёсся эхом по дому. Денис схватился за щеку, по которой пришлась пощёчина громоздкой руки с кольцом, поднимая взгляд на разъярённого отца. -Извинись, сейчас же! — заорал Владимир, в комнате родителей зажегся свет. Денис проигнорировал его, вновь возвращаясь в комнату сестры, запираясь. Всю ночь он надеялся, чтобы хрупкая щеколда на двери не подвела под натиском ударов отца, спрятала его от криков Владимира и напутствий Ангелины. Дождь и ветер успокоились лишь под утро. Денис заснул в кресле, игнорируя боль и запёкшуюся кровь на щеке. Он вновь ощущал себя маленьким мальчиком, запертом в доме, из которого сложно выбраться.

***

-Катерина! Тащи гитару! Мне скучно! -кричала на весь дом Кристина, которая вылакала две бутылки виски и под утро принялась опустошать бутыль самогона, которую «позаимствовала» у соседа-дачника несколько дней назад. -Ну бля-я! — протянула с раздражением из другой комнаты альфа -Иди спать! -Кат! Я завтра полностью поддамся, только сыграй ей уже на гитаре! — взмолилась Саша, стоя у плиты и что-то активно помешивая. -Ла-адно! Но твои слова я запомню! — более оживленно прокричала девушка. За всю ночь Кристина не сомкнула глаз и тихо, мирно пила алкоголь. Часам к трем воссоединённая пара решила лечь спать. Их примеру хотела последовать и Саша, но молящий взгляд выпившей Кристины и небольшая плата заставили её терпеть пьяные разговоры девушки за обеденным столом до самого утра. И вот сейчас, в семь утра, Кристина решается разбудить Катерину, чтобы та сыграла на гитаре. Честно говоря, это была самая «пьяная» мысль девушки. Соловьева вообще умела пить и находится при этом в состоянии, побуждающем спать уткнувшись лицом в салат. Катерина вошла в кухню через пятнадцать минут после пробуждения. В руках у неё была классическая гитара с чёрным корпусом и белым грифом. Одета девушка была в самое свободные вещи, что были в этом доме: чёрная футболка размеров на пять больше нужной с пятнами от хлора и спортивные, как их называла Скворцова, треники синего цвета. Было чувство, будто девушка тонула в одежде своего старшего брата, отца или парня. -Э! Не на этой! Тащи электронную! — требовала начинающая алкоголичка, увидев подругу с обычной гитарой. -Ты знаешь какой у меня перегруз на ней сейчас? — ошеломлённо спросила альфа, глядя в затуманенные глаза. -В курсе! Поэтому и прошу! — удостоверила старшекурсница. -Может все-же отоспишься? — пыталась разбудить остатки разума в девушке Катерина. -Я стекла как трезвышко! — запинаясь поведала бета. -Оке-е-ей! — проскулила девушка, направляясь к двери -Саня, ты мне теперь полную власть должна! — обратилась к не спавшей девушке альфа. -Согласна на всё! Только угомони её! — взмолилась девушка у плиты. -Замётано! — ободрилась гитаристка. Альфа выбежала из кухни. Кристина опустошила очередной стакан и задала довольно любопытный вопрос. -Почему ты ей это позволяешь? Саша на время задумалась. В голову полезли воспоминания о некоторых инцидентах несколько лет назад. Девушка сама не верила, что может быть такой слабой. Через минуту последовал твердый ответ: -Потому что нам обеим это нужно. Кристина мало поняла, что до неё хотели донести, но некую суть её опьянённый разум уловил. В это время в помещение вернулась Катерина. Сейчас в руках у неё была уже электрогитара и следом волочился усилитель. -Что сыграть? — спросила девушка, удобно усевшись на стуле. --Импровиз-ваз-вуазируй! -с заплетающимся языком скомандовала Кристина. Вместо возражения последовал первый аккорд. Всё затряслось от дикой громкости. Перегруз действительно был огромным, но останавливать шоу никто не хотел. Аккорд за аккордом вылетали из-под пальцев девушки. Импровизации почти не чувствовалось. Музыка в стиле близкому к хеви-металлу заставляла вздрагивать от особо резких аккордов. Вдруг дверь, в которую несколько минут назад вошла альфа, открылась, а в проходе стояла растрёпанная Катя. В её глазах блестел огонек бешенства. -Так, блять! Какого хуя меня сначала забирают с остановки, потом погружают в мир драмы в стиле телеканала «Домашний», а теперь будят в хуй знает сколько часов утра жёстким роком?! — справедливо возмутилась разбуженная девушка. -Это всё она! — пытались спасти себя Саша и Катерина, указывая на Кристину. В следующее мгновение бутыль с остатками самогона отправилась в холодильник, а зелёноглазая бета была насильно отправленна в ванную. Еще через несколько минут раздался визг на весь участок. Кристину закинули в ванну и включили холодный душ. После недолгих водных процедур бету раздели, укутали в халат и закинули в первую попавшуюся комнату отсыпаться, не забыв положить в комнату лекарство от головной боли, тазик и бутылку воды. Всё это время Саша и Катерина наблюдали за этим со стороны и удивлялись всё сильнее и сильнее. Волкова мысленно пожелала подруге удачи со своей омегой, а Катерина просто молилась. Вскоре старшекурсница мирно спала в гостевой спальне, а остальные девушки завтракали на кухне. Саша с самого утра занялась готовкой и сейчас на столе стояли блинчики и манная каша. -Так ты у нас на гитаре играешь? — спросила омега за трапезой, обращаясь к Кат. -Да, уже три года. — спокойно ответила альфа. -А что за «полное подчинение» такое? — продолжала любопытствовать Катя, накладывая к себе в тарелку очередной блин. Подруги переглянулись. Во взглядах читался вопрос «Расскажем?». Всё-таки Катерина кивнула и начала рассказ. -У меня завтра начинается гон и мне нужно выпустить пар, так сказать. — поясняла девушка –Я примерно год не вызываю для этого легкодоступных омег, они мне не интересны. Поэтому Саня дала себя в жертву. Каждый месяц я в состоянии аффекта утоляю своё желание психическим и физическим давлением на неё. Катя от удивления выронила вилку, переводя взгляд с одной девушки на другую и не зная, что следует отвечать в таких ситуациях. Саша напряглась под внимательным взглядом, а Кат ждала реакции омеги. -Но… — она запнулась, стараясь привести мысли в порядок. Сложно сказать, что именно омега думала по этому поводу. -Почему именно такие… Методы? И как вы, обе, вообще пришли к такому… Выходу? -Прости, но нам придётся перенести этот разговор на ближайшее время. — Саша вдруг поднялась со своего места, и, поставив в раковину тарелку, повернулась к девушкам. -Мне нужно идти. -Да, конечно… — ошалело кивнула Катя, но Волковой уже и след простыл. Поймав на себе взгляд беты, Кат пожала плечами и вернулась к еде.