Аристократизм

      [У Люсьены Хартфилии золотые волосы щекочут шею, и карамельные глазки смотрят восхищенно, когда ее мать взмахивает золотым ключиком, вызывая Звездного Духа. Девочке всего шесть лет, и она верит что волшебство прекрасное, и все волшебники добрые. Мать ласково гладит дочь по волосам, улыбаясь своей нежной улыбкой, а отец слегка хмурится, не одобряя. У малышки глаза сверкают, и он молчит — пускай.]       — И вот, перед нами появляются команды-участники! Первыми идут, занявшие восьмое место в отборочных. Смогут ли они вернуть былую славу? — голос ведущего, Чапати Лола, разносится по стадиону под крики и гул толпы сидящих гостей, и девушка сдерживает вздох. Шумно. — Противоречащая собственному имени, дикая и хулиганистая — Фейри Тейл! — взгляд Люсьены Хартфилии прикован к команде, вышедшей вперед, и только многолетний опыт не дает глазам в восторге блестеть как в детстве, а губам разъехаться в мечтательной улыбке. Она смотрит на команду из пяти человек, которой восхищалась всегда, в которой мечтала быть, но молча стоит, не вызывая ни одного подозрения. Молчит, слушая неодобрение толпы, мечтая кричать. — Хотя они и занимали последнее место каждый год, им удалось пройти в отборочный тур! Но — всего лишь восьмыми! Сможет ли вернувшаяся с острова Тенрю команда разрушителей занять вершину Фиора?! — продолжает вещать ведущий, раззадоривая. — И следующими… Седьмыми в отборочном туре… Охотничьи псы Преисподней — Кватро Цербер! Занявшие шестое место, женская гильдия, танцовщицы глубоких синих морей — Хвост Русалки! Пятыми пришли лазурные крылья, сверкающие во тьме — Голубые Пегасы! Четвертое место, Боги любви и войны, священные разрушители — Чешуя Сирены! — раздался шум, множество громких голосов. Гильдии приветствовали друг друга, разговаривали, были знакомы — возможно, только возможно, Люси завидовала этим узам и знакомствам. — Продолжаем! Третье место… Удивительно, но его заняла гильдия, первый раз участвующая в играх! — это был их выход. Девушка поправила золотые волосы, завязанные в высокий и пышный пучок, и сложила на животе руки, в смиренном жесте, буквально заставляя глаза выражать арктический холод. Она идет чуть позади всех, выступая степенно и гордо, как подобает Леди ее уровня. — Ночные всадники! Хвост Ворона! — неодобрение. Крики злости и непонимания, ведь они Темная гильдия, да? — Согласно нашим источникам, гильдия существует уже более семи лет, но официальной она стала лишь недавно, — объяснил Чапати, игнорируя нападки о Темной гильдии. Никого из Хвоста Ворона это не задело — Люси не могла показать, что это на самом деле не так. — Итак, на очереди еще две команды….       Люси прикрывает глаза, игнорируя зудящую боль в идеально ровной спине, скрывая боль — в детстве она мечтала не об этом, но детству можно приукрашивать действительность. Ведь именно для этого и существует детство, верно?       [ — Ты будешь сильнейшей заклинательницей, милая. Когда-то я отдам тебе свои ключи, и ты найдешь новые… Они будут твоими друзьями и твоими защитниками. Водолей, Рак и Козерог…. Они будут твоими союзниками.       — Я ведь буду состоять в Фейри Тейл, правда, мам?       — А ты хочешь этого, правда?]       Хвост Ворона — официально, еще года два назад, была Темной Гильдией. Существует ровно четырнадцать лет, состоит из более сотни человек — на Великие Магические Игры пришло только пять, сильнейших членов гильдии, преследующих свою цель.       Наиболее сильным выглядит высокая фигура в плаще, в маске и с огромным посохом, стальными доспехами, на чьей шее висит черный ключик с буквой «L». Люсьена не смотрит на фигуру, только вперед — мастер Иван Дреяр был весьма требователен, и как-либо показывать, что он — мастер, было бы плохо. Самая странная фигура, еще более высокая, но менее мощная, полностью скрытая черным плащом, а лицо под странной маской — в высокой шляпе, с тремя бантами на шее. Конечно, кто вообще подумает, что член гильдии — небольшая черная фигурка, похожая на беса, хвостатая и вечно улыбающаяся, с листвой на голове — Обра. Люси подозревает, что это незаконно, что Обра — не существо с земли, а маленький демон, но (ты не смеешь говорить)       Хартфилия молчит. Третьим членом был Нарпудинг, низкий мужчина со странным подбородком, светлыми, зачесанными назад волосами, с бледно-фиолетовой кожей, в обычной, полосатой одежде. Он вызывает у Люси омерзение каждый раз, когда улыбается, — но вместо того, чтобы показать это, она отводит взгляд. Флер Корона вызывала у Люсьены больше позитивных чувств — несмотря на видимые проблемы с психикой, неумение общаться нормально и глупую кличку «Блондиночка», она была более спокойной. Рыжеволосая магичка, с хорошо сложенной фигурой, в откровенном красном платье… Но Люсьена честно делала Флер прически по вечерам и мыла ей волосы, когда у Короны не поднимались от усталости руки.       Среди них Люсьена Хартфилия была наиболее публичной личностью. Наиболее гражданской. Высокие прически из золотых длинных волос, холодное и спокойное выражение лица, несколько отчужденное, никаких лишних движений и слов, идеальная осанка. Строгие платья в пол, среди оберток спрятаны ровно двенадцать золотых ключей, один черный и больше десятка серебряных. Все знают Люсьену Хартфилию — дочь ныне мертвого Джуда Хартфилия, аристократку и единственную владелицу железных дорог Хартфилий. Никто и никогда не знал, что между лопаток у нее символ Хвоста Ворона.       До этого момента и не должен был знать.       [Это секрет, о котором не говорят. Заклинателей Звездных Духов мало — древняя сила, которой на всех не хватит. Ты можешь быть Заклинателем Звезд — но что ты такое, если у тебя нет Звездных Духов? Малышка Люсьена чудесно знала об этом. Перед смертью ее мать рассказала ей все — Люсьене было восемь, она приняла три Золотых ключа, заключила контракты — с тех пор у нее не было никого ближе Звездных Духов. Но был секрет, маленькая история — если ты набираешь более пяти Золотых ключей, появляется новый ключ, Черный, принадлежащий самому Заклинателю. Легенда, которая оказалась правдой — Люсьена заключила новый контракт с Девой, по просьбе Звездного Владыки спасла Льва, найдя в нем первого близкого к людям друга, а после получила <i>Свой ключ от Льва. Черный ключик с инициалом, который был отобран отцом, а после — отданный мастеру Хвоста Ворона.       С тех пор у Люсьены Хартфилии не было прав и выбора, что и как делать. Единственными, кто был ее поддержкой в любых ситуациях, были ее духи, которых становилось все больше и больше благодаря Ивану Дреяру, который не гнушался в способах отбирать их. Люси заключала контракты, чудом становилась их друзьями, и плакала ночами после каждого нападения на кого-либо. Особенно ее ужаса мысль о нападении на Фейри Тейл — гильдию ее мечты.]       Люсьена не следит за прятками — она только надеяться, что Грей Фуллбастер и Джувия Локсар не пострадают слишком сильно. Люсьена сидит в дорогом кресле, пьет сладкий чай, смотрит без интереса (молча переживает прожигающие в полной ненависти взгляды Фейри Тейла)       и слегка улыбается Деве, которая подливает еще чая. Флер, как и Мастер, внимательно следят за игрой — пускай. У Хартфилии другое желание, другие переживания — маленькая девочка в медицинском пункте, на которую напал Обра, потому что таков приказ мастера. Прикажи он ей — у нее не было бы другого выбора, кроме как напасть, только своими умениями чуть обойдя приказ, сделав проблемы девочки минимальными. Обра таким не страдает — Обра нападет так, чтобы до конца. Люсьена мечтает, чтобы Венди Марвелл не была ранена слишком сильно, потому что аристократ не нападет на ребенка, таков закон чести, о котором многие забыли. Люсьена привыкла знать все и чуть больше, чтобы не проиграть и найти выход — выход она не нашла, но еще не проиграла.       — Принцесса, желаете еще чая?       Люсьена согласно прикрывает глаза, слушая крики — восторга и недовольства.       — … Он попал во всех! И за один удар вырвался вперед! Это сила Руфуса! Это мощь Саблезубых! — Саблезубые Тигры… Люсьена переводит взгляд на поле, и вынуждена признать — Руфус Лор хорош. Магия Созидания и Памяти опасна в руках умеющего ею пользоваться человека — этот парень в ней мастер. — А сейчас, переходим к битве! Выходите вперед, если назовут ваше имя! Представляем Систему Боев. Каждая команда сразится с остальными в турнире. Итак, первые участники определены! Первой бой первого дня — Бикслоу из Фейри Тейла, против…. Люсьен Хартфилии из Хвоста Ворона! — блондинка спокойно поднимается, продвигаясь вперед.       — Ты не имеешь права проиграть, — говорит мастер, и Люсьена слышит в этих словах приказ.       — Да….       [— … отец, — послушно произносит Люсьена, опуская голову.       Люсьене двенадцать лет, две неудачные попытки побега и зависть множества аристократок за спиной. Люсьена знакома с самой Принцессой Фиора, Люсьена известна в больших городах как икона моды, и носит самые дорогие и красивые платья. У Люсьены тонкие ручки, которые умеют держать кнут и пользоваться им по назначению, ручки, которые списали сотни листов, изучая и решая. В двенадцать лет она является целью, которую достигают другие аристократы, которую ставят в пример детям — не зная, что Люсьена Хартфилия принадлежит Темной гильдии Хвост Ворона благодаря отцу. Она умеет быстро бегать и прятаться, умеет нападать прямо и исподтишка, искренне ненавидя это. Она — истинный аристократ.       Люсьена также безвольна, как кукла в чужих руках.       — Отлично. Я счастлив, что ты оправдала мое мнение о себе, — Джуд Хартфилий и правда искренне доволен собой.       Осталось пять лет до того момента, как он осознает всю свою глупость и попытается спасти свою дочь — и он умирает на ее глазах от рук Ивана Дреяра, пытаясь забрать ключ своей дочери.]       — Давай, Бикслоу! Ты же — МУЖИК! — Хартфилия спускается на поле степенной походкой, позволяя вести себя Деве, и прислушивается к разговорам. Возможно, завидует. Возможно…       — Как я вообще к вам попал, а? — без недовольства спрашивает высокий мужчина, довольно ухмыляясь показывая язык, на котором был темный символ Фейри Тейл.       — Будет очень обидно, если ты проиграешь, — добавляет Эльза Скарлет, о которой Люсьена разве что читала, и которая когда-то была кумиром блондинки.       — Выбей из нее всю дурь! Я аж воспылал! — кричит Нацу Драгнил, и Люсьена отзывает Деву, складывая руки на животе.       Люсьене двадцать четыре года, холодные глаза и дорогие платья, опора — Звездные Духи. Бикслоу двадцать два года, высокий рост и много эмоций, высунутый язык и саркастические слова, странная одежда и круглые деревянные куклы, летающие рядом с ним. Магия Душ, а опора — Громовержцы. Абсолютно разные люди — гильдии, возраст, магия, силы, возможности, эмоции и характер… Хартфилия правой рукой чуть приподнимает платье, забирает правую ногу назад, чуть отводя руку — в приветствии. Со смехом нелепый рыцарь прижимает правую руку к сердцу, также делая поклон — действительно, будто делают глупую постановку.       — Что ж, блондинка, решим все серьезно, — произнес маг, поднимая руки — вслед за этим движением поднялось пять деревянных кукол, повторяя «Блондинка! Серьезно!».       — Очень жаль, — про себя произнесла Люсьена, вскидывая руку с золотыми ключами. — Небесной Двойни откройтесь врата — Близнецы! Белого Ягненка откройтесь врата — Овен! — громко и четко произнесла она, ощущая, как магия начинает движение по венам, медленно и по крупицам исчезая.       Рядом появились Духи. Люсьена серьезно прищурила глаза — этот Бой она не имеет права проиграть.       [— Я та, что открывает врата между мирами — приди на мой зов! Овен! — громко и четко произносит Люсьена, вскидывая руку с золотым ключом. Лев, «Зови меня просто Локи, Люси», держит Люсьену за плечи, поддерживая.       Овен выглядит как испуганный ребенок, и на мгновение Люсьене становится жаль — Духи принимают наиболее близкую для Заклинателя форму, что могла бы отразить одну из черт его характера. Локи был серьезным и вдумчивым, но являлся поддержкой и ее мечтаниями — историями о жизни в Фейри Тейл. Овен… Ее одинокая сторона, испуганная и не знающая, куда и к кому идти, что делать. Вечное «Извините!», потому что Люсьена не знает, где ее место.       Люсьена ласково улыбается Овну, протягивая руку с предложением быть друзьями — видя на месте розоволосой девушки с голубыми глазами и рожками, одетую в длинное платье из белой шерсти, маленькую блондинку в дорогой одежде, не знающую, что ей делать.]       Хартфилия дерется, вольно и невольно улыбаясь — под смех мужчины, под удары. Она вызывает и отзывает Звездных Духов, — намеренно игнорируя существования Ключа Льва, который некогда был частью Фейри Тейл, потому что она не может заставлять друга драться против его гильдии. У Локи все еще есть символ Фейри Тейл на спине, ядовито-зеленый, как волосы его бывшей Заклинательницы. Она не настолько подлая, чтобы делать это.       Бой приносит ей удовольствие. Все честно и прямо, никаких аристократических ужимков и подлых приемов — удар на защиту, щит на удар, вперед и вперед, еще и еще! Бикслоу говорит, — он говорит много, делает пару комплиментов платью и ножкам, что вызывает небольшую краску на щеках, рассказывает о том, что редко можно найти сильного противника, что он не проиграет — потому что в медицинской комнате сейчас лежит член его гильдии, ребенок, вообще-то, и это здорово мотивирует. Люсьена говорит меньше, менее информативно, но вместо цели она говорит «Потому что слабые не живут». Бикслоу смеется (— у тебя такая душа, блондинка, как ты это терпишь, а?)       и посылает свои куклы вперед, в следующий удар, который отбивает Телец.       Люси выигрывает чудом, — ее глаза зло сверкают от осознания того, что на последних двух минутах посмел вмешаться Обра, она тяжело дышит от ненависти, потому что маска сейчас вряд ли это сдержит, и Бикслоу, у которого улыбка увяла, а магия исчезла, отлично видит этот полный ненависти и презрения взгляд на трибуну Хвоста Ворона, — и шепчет только «Очень жаль. Надеюсь, с девочкой все в порядке. Я сделаю все возможное…», и вместо того чтобы сразу уйти, делает глубокий поклон перед парнем, который сидит на земле, тяжело дыша. Люсьена Хартфилия умеет признавать поражение. «Я у тебя в долгу, маг Душ». Ее дыхание сбито.       [— Обра будет твоим напарником, Хартфилия. Не смей разочаровывать меня. Мы, — жесткая усмешка. — Уничтожим Фейри Тейл]       Люсьена распускает волосы, одевает джинсы и блузку, берет обычную дешевую сумку. Очки в тонкой оправе и с бутафорскими стеклами мешают, но Люсьена делает все, чтобы не выглядеть как аристократка, чтобы ее нельзя было узнать. Первый день Великих Магических Игр прошел неудачно, и она решает пойти в церковь, где в большинстве своем делают приюты для детей. В сумке у нее много денег, благо, она хорошо справляется с бизнесом отца и недостатка в деньгах у нее нет, а мастер…. Если она будет нужна — он воспользуется Ключом. Позади нее идет по улицам Крокуса Лира, с большим пакетом разнообразных игрушек и раскрасок, и она много говорит.       Много говорит, зная, что Люсьена слишком аристократ, чтобы говорить самой, но ей нравится голос самой Лиры.       — О, это ты, блондинка! — знакомый голос раздается из переулка, и Лира выступает вперед, скидывая на землю пакет, готовая драться — хотя ни разу не боевой дух. Люсьена и сама смотрит туда, видя фигуру громовержца. — И куда направляешься?       — Здравствуй, Бикслоу, — осторожно произносит она, кивнув в приветствии, и мужчина показывает язык. Люсьене почти физически интересно, что под забралом, но она игнорирует глупое желание. Отзывает Лиру, поднимая пакет самостоятельно. — Прошу прощения, но я держу путь в церковь.       — Член Темной гильдии в церкви, да? — смеется он, и уверенно отбирает пакет. Люсьена тянется за ним, желая отобрать, но другой рукой парень треплет золотые волосы, вызывая яркую краску на щеках — будто от недовольства, возмущения, или потому что девушка не привыкла к ласке. — О, игрушки! Неужто сиротам?       — Если да, то что?! — Люсьена возмущенно сопит, и от вида аристократки не остается ничего. Маг довольно усмехается собственной победе.       — Думаю, мне по пути.       [— Ты будешь мне подчиняться, Хартфилия. Твои деньги и связи — теперь мои. Иначе я на твоих глазах сломаю каждый твой ключ, а потом — и твой. Так что, не смей мне перечить и уничтожь эту церковь]       Люсьена поправляет повязку на лбу, длинные перчатки на руках, и вновь выглядит как ледяная королева — все тело ноет от ударов, на которые не скупился мастер. Она может только благодарить Господа что ее только избили — с более слабыми членами гильдии, в особенности с девушками, делали вещи и похуже. Люсьена вновь спокойно сидит на дорогом кресле, не следя за боем, попивая сладкий чай под больным взглядом Девы, которая вчера вместе с Овном обрабатывала раны Хартфилии, когда Локи перенес ее прямо с пола гостиницы, где ее бросили, в комнату заклинательницы. Он был зол, потому что Люсьена давно запретила ему появляться перед Иваном Дреяром, чтобы не спровоцировать того на худшие вещи, чем простое избиение.       Каждый раз Люсьена успокаивала Льва словами, что он ни в чем не виноват.       Люсьена ощущает чей-то взгляд, и смотрит на гильдию Фейри Тейл — Бикслоу смотрит в ее сторону, хотя она не уверена из-за забрала, как и еще пару человек из их гильдии. И блондинка позволяет себе тонкую улыбку, слегка кивнув головой — а потом ее лицо леденеет безразличием, а перед глазами взрываются феерверки боли, когда мастер сильно сжимает плечо, которое, казалось, было безнадежно сломано. Но — нет, просто ушиб. Люсьена переживет.       — Не смей даже смотреть туда, — приказывает он, и она опускает взгляд.       А на поле Флер дерется с кем-то. Разве это важнее, чем сладкий чай и нежная ладошка Девы на плече…?       В тишине, воцарившейся вокруг, раздается смех ее гильдии, пока Люсьена пьет спокойно чай. «Интересно, где-то здесь продают носки…?»       [Удары отдаются звоном во всем теле, зудом, раздражающим разум, но Люсьена приказывает себе молчать и терпеть. Тяжелый ботинок нажимает на живот, и Хартфилия сжимает губы в тонкую полоску, сдерживая стон от боли — сдерживая магию, насильно запирая на еще большее количество засовов ключи Звездных Духов, чтобы те не смели вмешиваться. Когда-то она не успела — и Дреяр чуть не сломал ключ Водолея, после чего заставил Люсьену уничтожить детский приют. Она не убила детей, конечно — он не приказал это, а она просто стерла им благодаря Близнецам память и отдала в другие приюты. Но ужас в их глазах, когда она благодаря Звездной Реке уничтожала здание…       С тех пор она была осторожна.       — Ты же понимаешь, за что это? — сурово спросил мастер, и девушка хрипит ответ, пусто смотря в потолок.       — За то, что я едва не проиграла Фейри Тейл.       — Не смей меня больше так разочаровывать - единственное, что примеряет Люсьену с действительностью, это факт того, что она отправила в Чешую Сирены большую коробку разнообразных носков.]       — Значит, вы пытались украсть ребенка из медицинского отсека? — с интересом спросил Бикслоу, а Люсьена приподняла в вопросе брови.       Вновь одетая в обычную одежду, не выглядящая как аристократка, она сидела в игровой зоне, мягко перебирая волосы спящей на ее коленях девочки. Вокруг расположилось еще семь ребятишек, которые спали, а сам маг Фейри Тейл сидел на полу. Люсьена задумчиво связывала косу из русых волос, смотря, тем не менее, на мага Душ.       — Я могу быть уверена, что в это виноваты не Хвост Ворона. Мастер не скрывает от меня ничего, уверенный, что я ничего не могу сказать — и это так, — легко ответила девушка. С магом, который не бывает серьезным и постоянно смеется, быть аристократом сложно — и Люсьена проиграла в этом заранее проигрышном деле. Она слегка улыбается, нежно смотря на девочку, и прикрывает глаза. — В этот раз Хвост Ворона не виноваты, это точно. Но предупреди Дреяра-младшего, что он в опасности и Хвост Ворона готовит ловушку, ладно? И, когда будешь ссылаться на меня, попроси его не рассказывать об этом. У нашего мастера есть возможность уничтожить меня раз и навсегда, в одно мгновение.       — У тебя раны, — вдруг произнес Бикслоу, и одна из его игрушек принесла пару одеял для детей. Люсьена промолчала, просто следя за тем, как куклы укрывают детей, также делая вид, что последних ее слов в самом деле не было. — Ваша гильдия ужасна. Почти также, как и Саблезубые Тигры, — вдруг добавил он.       — Это не зависит от меня. Я просто делают то, что мне говорят, чтобы не пострадали близкие мне люди.       [— Это список боев на завтрашний день. Четвертый день турнира будет очень насыщен… — со смехом произнес Нарпудинг.       — Какой расклад… — довольно произнес мастер, и Люсьена, как и другие, посмотрела на него. — Организаторы явно знают толк в боях. Начнем? То, ради чего мы здесь… Сияние Звезды!]       Люси бросает взгляд на Бикслоу, перед тем как перевести взгляд на поле. Прошло уже два боя, сейчас был бы третий — Лаксас Дреяр против «Алексея», который на самом деле был никем иным, как Иваном Дреяром. На трибунах шумели люди, больше всего, конечно, Фейри Тейл — Люсьене не нужно было даже смотреть на них, чтобы быть уверенными в этом. Кто-то смотрел на них, а Макаров — лично на нее, будто препарируя этим взглядом стоящую девушку, которая в этот раз не сидела и была без Девы. Ее взгляд легко находил на стратегически важных местах защиту — раздробленную, но удобную для большой местности. Она прикрывает глаза, собираясь с силами…       — Что это за фигня? — серьезно спросил настоящий Лаксус, и Люси проследила за его взглядом — иллюзорного парня избивал «Алексей». Но выглядел Лаксус не удивленным или напуганным — он будто удостоверился в правдивости своих выводов, ожидал этот подвох, и Хартфилия заставила себя подавить улыбку.       — Это иллюзорная магия, — стал объяснять мастер, даже несмотря на созданную им иллюзию. — Остальные не видят наши настоящие тела и не слышат нас, — легко вел дальше Дреяр-старший, смотря только на блондина. — Сейчас они наблюдают бой-иллюзию. Неплохо, а? Никто даже не заметил. Беспомощный Лаксус — восхитительное зрелище, — хмыкнул он, и в его голосе Люсьена четко уловила насмешку. — Похоже, в гильдии тобой гордятся…. Интересно, что сейчас чувствуют твои дружки?       «Какая дешевая попытка раззадорить»       — Эй-эй, я что-то не пойму, — спокойно, почти флегматично, произнес маг молний. — Зачем тебе эти Иллюзии?       — Не ясно? — со смешком спросил мастер, и Люсьена напряглась, скосив взгляд на других. Сделала шаг в сторону, с холодом смотря на свою точную копию, которая продолжила стоять на ее месте. Скоро они должны выходить… — Наша цель не победа, а иллюзия лишь для отвода глаз. Иллюзии на то и нужны, чтобы менять результат, как того пожелаешь. Возможно, я даже позволю тебе выиграть… Если буду доволен нашим разговором, — самоуверенно добавил Иван, заставив чуть скривится Хартфилию. Флер хохотнула рядом.       — Нам не о чем говорить, — все также спокойно произнес маг молний, скидывая шубу. «Маги Фейри Тейл имеют дурную привычку раздеваться», с грустью подумала Люсьена, понимая, что скоро их выход. — Мне пофигу на иллюзии. Я просто разберусь с тобой настоящим, здесь и сейчас.       И они спрыгнули. Флер прыгнула едва ли не первой, за ней — Обра со своей марионеткой и Нарпудинг, а Люсьене пришлось придерживать пышное платье. Неудобно…. Стоя рядом с членами своей гильдии, единственное что она ощущала — боль и желание сбежать. Заныло еще не выздоровевшее тело, звякнули ключи, и она встретилась с серыми глазами Лаксуса. Его глаза были спокойными, — слишком спокойными, — и выражали разве что легкое раздражение с желанием ударить кого-то. И этот взгляд подсказал Хартфилии, что Бикслоу передал ее слова парню.       — Как жаль…. — без грусти произнесла она, гордо поднимая голову.       — Не получится, — добавила Флер, довольно улыбаясь.       — Реальность жестока, — развел руками Нарпудинг, а Обра просто промолчал, не имея желания говорить.       — Даже ты не сможешь справится с элитой Хвоста Воронов, — самодовольно произнес мастер, и даже так Люсьена почувствовала его ухмылку. — И к тому же…. — он снял маску, показывая загорелое лицо, с похожим на короткий клюв носом и острыми ушами, черными волосами и чуть сумасшедшей ухмылкой. «С маской ему было лучше». — Ты ведь знаешь, как я силен, глупый сын?       — Ты и вправду выкинул нечто подобное, чертов папаша…       Дальнейший разговор не сильно интересовал Хартфилию, которая остро ощущала, что все движется к бою. Что ей делать? Напасть на Лаксуса — члена Фейри Тейл, члена гильдии, о которой она с детства мечтала? Просто ничего не делать, ожидая пока это заметит мастер и прикажет ей напасть? Нет, она на то и аристократка, чтобы выбирать лучшее из худшего. Призвать не самого сильного Духа, — вероятнее всего, Рака. Тогда можно минимально навредить блондину — обойдется изрезанной одеждой, зато при победе будет выглядеть более пафосно. А то, что он победит, Люсьена не сомневалась — он же принадлежит Фейри Тейл, самой хулиганистой и сильной гильдии последних двадцать лет. Да, эти семь лет они были слабы, но…       Началом боя стали слова Лаксуса: «Враги моего мастера — мои враги». Напали все вместе, сразу после мастера — и Люсьена была очень счастлива, что периодически оставляющий неопасные порезы Рак «случайно» срезал волосы Флер, а вызванный Телец почти постоянно промахивался, возмущенно «му-укая». Она идеально играла роль оскорбленной своим бессилием девчонки, избалованной принцессы, что периодически кричала «в злобе». А ее Духи, — верные и единственные друзья, — всегда ясно понимали, чего она желает. Сейчас она желала одного — проиграть.       — М… Моя элита! — Люси, которая стояла чуть впереди мастера, удивленно обернулась. Святые Феи, он испуган! На мгновение и она, и Лаксус, замерли в удивлении, и этого было достаточно, чтобы Дреяр-старший сорвал с шеи черный ключик, уверенно приказав. — Хартфилия, вызови сильнейшего Духа! Мои иллюзии он не пробьет! — почти истерично крикнул он.       Магия внутри взбунтовалась, и девушка в отчаянии посмотрела на приготовившегося к атаке блондина — «Сильнейший дух, сильнейший дух, как это обыграть…. Точно! Сильнейший в чем-то! Сильнейший и не сумевший бы пробить барьер! Который даст мне все сто процентов проигрыша, против мага Молний….»       — Льющего Воду откройтесь врата — Водолей! — крикнула Люсьена, и мгновенно закрыла глаза.       — Ду-у-у-ура, как ты посмела вызвать меня со свидания?! — громко закричала Водолей, буквально заливая все вокруг водой. — Еще и в столь ужасном месте! Без воды!       Водолей направила воду на Лаксуса, и тот усмехнулся под смех Ивана, (— Это — сильнейший Звездный Дух! Что ты сделаешь против сумасшедшей русалки?!)       посмотрев Люсьене прямо в глаза. «Вода проводит ток» — одними губами произнесла блондинка, позволив себе ласковую улыбку. Усмешка на губах мага стала шире, и он заискрился….       [— Бикслоу…. — осторожно начала Люсьена, по дороге в отель. Ей идти чуть дальше, поэтому они быстро разойдутся. — В случае, если я останусь стоять единственной, или мне прикажут вызвать сильнейшего Духа… Я вызову Водолея.       — Хм? — Бикслоу показал язык, посмотрев на задумчивую девушку.       — Вода прекрасно проводит ток.       — Тебя ранят.       — Я привыкла, маг же. Тем более, боевой. Просто… Давай после этого сразимся по-честному?       — Смахнемся! — довольно ответил парень]       Люсьена едва стояла на ногах. Ее волосы были в ужасном состоянии, ноги были покрыты ожогами, но она еще стояла — едва-едва, но все же… Лаксус выдохнул, возмущенно кричали с трибун, пока Люсьена неуверенными шагами шла в сторону бессознательного Ивана. Судьба Хвоста Ворона не интересовала девушку, не интересовала судьба ее членов, пока те бессознательные и в ожогах лежали на земле, грязной от воды, пока спускались рунные рыцари. Люсьена едва не упала по пути, но Дреяр-младший был удивительно быстрый — легко подхватил ее под руку, поддерживая, но не смотря в лицо. Молча довел до Ивана, возле которого она спустилась, и забрала из расслабленных рук свой ключ. Губы озарила усталая, но счастливая улыбка…       — Так это то, из-за чего он мог приказывать тебе? — вдруг спросил маг Молний, и Люси посмотрела на него.       — Именно. Мне кое-кто рассказывал о том, что члены Фейри Тейла — самые верные и честные маги… — Люсьена сняла кольцо с кучей ключей. Позади кричали рунные рыцари, поднимая членов ее гильдии, а сама Хартфилия зацепила свой ключ в кольцо, которое передала Лаксусу. — Передай это Бикслоу. Скажи, что я завтра вернусь за ними….       [— Ты ведь с самого начала спланировала это, дрянь?! — прошипел Иван, держа Люсьену за шею. — Ты с самого начала…!       — Оставь девочку, Иван, — сурово произнес голос мастера Фейри Тейл за спиной уже задыхающейся Люсьены.       Иван недовольно шикнул, с размаху бросив Хартфилию — но вместо удара со стеной, ее подхватили знакомые <i>до боли знакомые руки Локи. Он мягко улыбнулся Люсьене, у которой звенело в ушах, передавая ее в чьи-то руки, а сам пошел вперед, разминая кулаки. Люсьена едва концентрировала внимание на лице мужчины, что держал ее — Бикслоу, который как всегда усмехался, показывая язык. Вместо «Спасибо» из ее горла вырвался только хрип.       — Ну что, блондинка, смахнемся позже по-честному? В одной гильдии, хе-хе…]       Люсьене двадцать четыре года, холодные глаза и дорогие платья, опора — Звездные Духи. Правда, никто больше не называет это имя.       Люси Хартфилии двадцать четыре года, у нее неуверенные, удивленные улыбки, любовь к маленьким детям и строгие платья в пол. Благотворительность детским домам и церквям, финансирование гильдии Фейри Тейл, которой она теперь принадлежит, неловкие смешки, когда Локи пытается опекать ее больше необходимого, нападая на других по причине и без. Дева счастливо улыбается, помогая подобрать скромное платье, провожая по ступеням гильдии на первый этаж, чтобы выпить коктейля с малышкой Венди. Ее опора — Звездные Духи, гильдия и особенно Бикслоу, лучший друг и человек, равный ей по силе, — <i>почти, конечно, она никогда и никому не покажет магию Звезд, потому что она истощает тело. Все еще аристократка, но не живая кукла.       Бикслоу двадцать два года, высокий рост и много эмоций, высунутый язык и саркастические слова, странная одежда и круглые деревянные куклы, летающие рядом с ним. Магия Душ, а опора — Громовержцы. В доме Бикслоу спрятан черный ключ с буквой «L» на навершии. Есть подруга, которая не видит в его поведении ничего плохого и странного.       Бикслоу иногда играет в аристократизм с Люси, подставляя руку, чтобы Леди было удобнее, и Люси делает первую татуировку в виде черного распластанного человечка между ключиц. Они считают это весьма символичным.