Не мой

Впервые он встретил Стива на новогодней вечеринке, которую организовала для своих сотрудников компания его мужа. И с того дня жизнь Майлза уже не была прежней. Когда-то он вышел замуж за друга детства — Джоша. Не по любви, а по большой привязанности. Они не были истинными друг для друга, но вместе им было комфортно и уютно, и оба решили, что этого вполне достаточно для счастливой и полноценной супружеской жизни. Никому из них не хотелось заморачиваться поисками идеального партнёра. Для этого необходимо было подать заявку в генетический фонд, сдать необходимые анализы, а потом ходить на встречи с отобранными кандидатами. Пары находились не для всех, и никто не мог дать гарантии, что генетически идеально совместимый партнёр окажется тем человеком, с которым захочется прожить всю жизнь. Словом, совершенная совместимость необязательно означала зарождение чувств за гранью физиологического притяжения. Майлз всю жизнь придерживался такого мнения, глядя на сложные взаимоотношения своих родителей, заключивших брак в эпоху, когда подбор партнёров генетическим фондом являлся обязательным условием для создания семьи. Его родители практически ненавидели друг друга, за пределами физиологии их ничего не связывало. Совершенно разные характеры, темперамент, интересы. За сорок лет совместной жизни они родили семерых детей, и это единственное, что не давало развалиться их браку, особенно учитывая, что разводы больше не были запрещены на государственном уровне. Конечно, и Майлз, и Джош понимали, что вряд ли у них будет больше одного ребёнка, который дастся очень тяжело и после многочисленных попыток. Но их это устраивало. Оба выросли в больших шумных и не особо благополучных семьях и не хотели повторения подобного для себя. К тому же Майлз и вовсе не испытывал горячей любви к детям. Единственное, что не устраивало Майлза в его браке — это редкий, крайне неловкий и торопливый секс. К сожалению, их с Джошем генетическая совместимость была такой низкой, что они просто не вызывали желания друг у друга. В конечном счёте всё свелось к тому, что Джош просто помогал ему переживать течку, а в остальное время они удовлетворяли себя руками и игрушками. Возможно, Джош изменял ему с другими омегами. Подозрения были, но Майлз не хотел разрушать их тихие, спокойные отношения глупой ревностью. Его самого вполне устраивало самоудовлетворение, и на сторону он не смотрел. По крайней мере до встречи со Стивеном. Майлз не знал, в какой момент это почувствовал. Казалось, что хватило одного взгляда, и сердце уже забилось в бешеном темпе. Стивен не был красавцем, скорее наоборот, на фоне идеального образа альфы его можно сравнить с серой мышью. Сложная техническая специальность, требовавшая долгого обучения и постоянного взаимодействия с бетами, которые в основном трудились на этом поприще, наложила свой отпечаток на его внешность. Худоба, сутулость, очки, странный свитер и немного взъерошенные волосы. Но почему-то он показался Майлзу очень приятным. В тот первый вечер они не перебросились и парой фраз, но Майлз видел, что Стивен тоже заметил его, они то и дело пересекались взглядами. Тогда Майлз не понял, в чём дело. Странная, внезапно вспыхнувшая на пустом месте влюблённость. Оказалось, что Стив в хороших приятельских отношениях с Джошем и со временем они стали общаться чаще, уже за пределами работы. Стив стал появляться у них в гостях. Каждый раз, когда Майлз видел его, что-то обрывалось внутри. Он до боли закусывал губу изнутри, всеми силами удерживаясь от явного флирта. Майлз понял, что это за напасть, только когда однажды случайно оказался на диване рядом со Стивом, зажатый между ним и своим мужем. Запах Стива захватил его, накрыл с головой, а тепло тела показалось таким обжигающим, что он немедленно взмок. Конечно, как любой образованный человек, Майлз знал, что это реакция на потенциального партнёра с колоссально высокой степенью совместимости. Стивен являлся его истинным альфой. Но помимо этой пресловутой физиологической совместимости, он казался Майлзу идеальным во всём. У них было так много общего, что становилось страшно. Две половины одного целого — вот кем они были. Когда каким-то образом всплывала ещё одна роднящая их черта, оба замолкали, обескураженно и беспомощно глядя друг на друга. Стивен состоял в браке. Уже семь лет вполне счастливых отношений и двое выстраданных, а потому горячо любимых детей. И его муж-омега был, как назло, приятным и симпатичным, добрым и интересным. Майлз даже подружился с ним, хоть и ревновал Стива глубоко-глубоко в душе. Как-то они со Стивом оказались наедине в тесной кухне в гостях у общих друзей. Майлз помогал накрывать на стол, Стив тоже принимал посильное участие. И они то и дело сталкивались локтями, задевали друг друга спинами, касались пальцами пальцев. Тогда Майлз понял, что Стивен чувствует то же, что и он. В какой-то момент они замерли, глядя друг другу в глаза. Глаза одинакового цвета. Они всё знали, но понимали, что не принадлежат и не будут принадлежать друг другу. Они любят своих супругов и хотят сохранить свои семьи. Это был безмолвный разговор, они всё прекрасно читали на лицах друг у друга. Стивен протянул руку и на краткий миг сжал его пальцы. Обоих будто прострелило током, и они тут же разорвали контакт, испугавшись, что не смогут удержаться, если это продлится хотя бы на мгновение дольше. Так они мучились уже пять лет. Майлз родил ребёнка в надежде, что это укрепит его любовь к мужу и переключит внимание. На какое-то время помогло. Он был слишком занят с малышом, очень уставал и не мог думать ни о чём, кроме нормального сна и отдыха. За месяц до очередного Нового года Джошу пришла в голову гениальная идея встретить праздник в компании Стивена и его семьи где-нибудь в уютном домике в горах. Это стало пыткой для Майлза. Когда Стив, которого он не видел почти год, снова оказался рядом, все чувства вернулись с новой силой. Его буквально раздирало от любви к нему и одновременно от тёплых чувств и преданности мужу. Он не хотел изменять. Он знал, что может, что стоит коснуться и поманить Стива за собой, и у них всё будет. Жарко, сладко, невыразимо прекрасно. И после им захочется ещё. Ещё и ещё. Тайно встречаться, обманывать любимых и гасить этот пожар физиологической страсти. Конечно, они оступятся и всё выплывет наружу. Они заставят страдать своих супругов, и вся жизнь пойдёт под откос. Нет. Он не сделает этого. И Стивен тоже. Майлз думал обо всём этом, сидя на шкуре у догорающего камина в тёмной тихой гостиной. Все давно спали, даже дети утихомирились и мирно сопели в своих кроватях. Он не услышал, как подошёл Стив, но почувствовал его запах, прежде чем альфа опустился рядом. Громко треснуло и развалилось полено, выпустив столп мелких искорок. Стивен на ощупь нашёл его руку, вцепившуюся в густой медвежий мех, и накрыл своей ладонью. Майлз шумно выдохнул, не поворачивая головы, качнулся в сторону и привалился к его плечу. Пальцы, судорожно сжимавшие шкуру, чуть расслабились, и Стив тут же переплёл их со своими. «Не мой альфа, — твердил себе Майлз, до крови обкусывая губу. — Не мой, он не мой». И больно, и хорошо чувствовать рядом его тепло. Губы Стивена невесомо коснулись макушки Майлза, и он тихо всхлипнул без слёз. Все слёзы давно были выплаканы.