Бомжонок.

Утром проснулся от ощущения чужого взгляда... взгляда изумрудных глаз моей вчерашней жертвы. Паренёк злобно сверкал на меня своими глазищами, голова его покоилась на моей груди, а сам он был крепко зажат в тисках моих рук. Тут же проснувшись окончательно, сразу освободил его из захвата, парень не сводя взгляда с моего лица, стал потихоньку отползать от меня на другую половину кровати. Своими движениями он напомнил мне змею, готовую в случае опасности напасть. Выставив руку в предостерегающем жесте, от чего мальчишка нервно дёрнулся, попытался объясниться: - Парень, не бойся! Я ничего тебе не сделаю, вчера ты случайно попал под колёса моей машины. У тебя скорее всего было сотрясение и ты лежал без сознания, я решил помочь тебе. У тебя сейчас ничего не болит?! - выпалил я ему на одном дыхании. Парнишка ничего не говоря в ответ, поднялся с кровати и первым, что он проверил, не поверите - был его ЗАД! - Господи, ты же... ты же не думаешь что я тебя того... ИЗНАСИЛОВАЛ?!! - прокричал ему, подскакивая с кровати, при виде действий его рук. А он опять только зло сверкнул на меня исподлобья своими изумрудами, так ничего и не сказав. - Ну что, убедился? Идём завтракать! - рявкнул я напоследок и обошёл его по широ-о-окой дуге, направляясь на кухню. Внутри всё бушевало. Захочет есть - придёт! Я конечно понимаю, мальчугану пришлось многое пережить и, думаю, это в основном, всегда было плохим для него. Но... но думать ТАК про меня... хотя, что он ещё мог подумать, проснувшись прижатым ко мне. А я тоже дурак, по привычке во сне, наверное Алиску обнимал, не отошёл ещё, по-видимому - думал я, выкладывая яичницу с беконом на тарелки, делая кофе с молоком и доставая блинчики с творогом из микроволновки. Как я и полагал, парень всё же пришёл на запах еды, громкие руланды его желудка казалось сотрясали стены кухни. - Чего стоишь? Не стесняйся, садись и ешь, пока не остыло, - помявшись чуть-чуть, он неуверенно, но сел за стол. Налив ему сока в стакан, тоже сел рядом. Взяв дрожащими руками вилку, мальчик стал есть. Я наблюдал за ним из-под ресниц, со стороны было видно, как он старался себя сдерживать и ел неторопливо, но всё равно чуть не давился. Бедный, сколько он нормально не питался?! Моя футболка болталась на нём как мешок, хоть трижды вокруг заверни. Намазав ему булку с маслом, положил сверху пару кусков сырокопчёнки и передал парню. Приняв бутерброд трясущейся рукой, он посмотрел на меня, в глазах у него стояли слёзы. Не выдержав, я подскочил со стула и обнял уже всхлипывающего мальчонку. Тот даже не вырывался, наоборот, как будто прижимался - ища поддержки. Сев обратно на стул притянул к себе паренька, усаживая на колени и чуть покачивая, стал шептать ему что-то успокаивающие: - Всё-всё, не плачь. Тебя никто больше не обидит, я не позволю. И ты никогда больше не будешь голодать. Слышишь. Я тебе обещаю, - я что-то ещё говорил ему, а у самого сердце кровью обливалось. Через некоторое время парень перестал всхлипывать и дыхание его выровнялось. Посмотрев на него, увидел, что он уснул, а на лице его остались мокрые дорожки от слёз. Стерев их тыльной стороной руки, отнёс парнишку обратно в спальню и уложил в кровать. На кухне накрыл еду крышками, отметив что парень поел как... - Дюймовочка, блин, - усмехнулся я вспомнив детский мультик. Первое, что я сделал, это позвонил в сервис и соврал Григорию Константиновичу, что приболел и буду завтра, начальник я или где?! Решил, пока парнишка спит, быстро сгонять в супермаркет - купить чего-нибудь съестного, ему сейчас нужно супчики есть, а не полуфабрикаты. Набросав список, не забыл написать записочку и для него, оставив бумажку на кухонном столе, около стакана с соком - вдруг проснётся раньше, чем я приду. Перед уходом захватил мешок с грязными вещами и отнёс их на помойку. В магазине я пробыл часа полтора, тележку набил доверху. Еле подняв в квартиру пакеты, сгрузил их в коридоре и скинув обувь, сразу пошёл проверять пострадавшего. Надо бы его имя узнать - подумал я про себя, стоя на пороге спальни. Парень не спал, сидел на кровати, оперевшись подбородком о колени. Волосы его торчали в разные стороны, его вид напомнил мне этакое летнее солнышко в середине декабря. Уж слишком забавно он выглядел. Как только я зашёл в комнату, парень сразу же резко поднял голову и спросил мягким, негромким как у девушки голосом: - Зачем вы заботитесь обо мне?! Вам что-то нужно от... меня? - на последних словах его голос совсем испуганно затих, сам он весь сжался и опустил лицо вниз, как будто ожидая чего-то плохого. О-ох, трудно будет убедить его в своих честных намерениях. Вздохнув, ответил ему: - Зачем я забочусь о тебе? Затем, что чувствую ответственность за тебя. Я просто помогу тебе и чего-либо требовать взамен не собираюсь! - во время моего ответа парень недоверчиво осматривал меня. - Пойдём покупки разбирать, а то сейчас мороженое растает, - при слове "мороженное" глаза его радостно заблестели. Развернувшись после сказанного, я пошёл в коридор за пакетами и, подхватив мешки двинулся на кухню. Паренёк шёл за мной, спиной я ощущал его пристальный изучающий взгляд. Поставив пакеты на другой стол, глянул на первый - с нетронутой едой и поинтересовался у парнишки: - Почему не ел? - указал кивком головы в сторону тарелок. - Я...я не знал, можно ли, - тихо протянул он с опущенной головой. - Как это не знал, я же оставил тебе записку - что поехал в магазин и, если ты проснёшься, чтобы поел, - я одновременно говорил и выкладывал продукты на стол. - Я читать не умею, - с вызовом в голосе и взгляде произнёс он. Честно, я в шоке, но вида не подал. Парень, по-видимому, ожидает, что я стану над ним насмехаться. Поэтому я невозмутимо отвечаю ему, спокойно продолжая своё занятие: - Скоро научишься. А имя у тебя есть, мы так и не познакомились с тобой, - паренёк почему-то смутился и промямлил: - Тоша... - Антон значит, а я Александр. Можно просто Саша и давай лучше на "ты", - парень в ответ кивнул. - Не стесняйся и подавай продукты, - усмехнулся я и, открыв холодильник, стал складывать туда еду. Мальчонка активно помогал мне, но старался не встречаться со мной глазами. Когда мы со всем разобрались, я сказал: - На обед будет грибной суп, но придётся немного подождать, а пока держи, - сунул ему полную миску мытых фруктов, а потом добавил: - Посиди в гостиной, посмотри пока телевизор. Антон подхватив фрукты, сообщил: - Я включать не умею, - и опять опустил голову. - Пойдём, включу, горе ты моё! И не огорчайся так, - объяснив ему где и что нажимать, пошёл готовить. Надеюсь, ему понравиться моя стряпня. В кухню из зала доносились звуки музыки. Видимо Антон, разобравшись с пультом, нашёл то, что ему по душе. Пока готовился суп, я разбирался со стиркой, достал из сушки закинутое вчера вечером покрывало. Накрыв на стол, я прокричал: - Антон, обедать! - выключив телевизор, парень сразу пришёл. Ели мы в тишине, изредка поглядывая друг на друга, первым, конечно, не выдержал я: - Как твоя шишка на голове, может, тебя что-то беспокоит? - Нет, ничего. Спасибо, что спросил, - чуть смущенно ответил он. - Ну ладно, но если плохо себя почувствуешь, сразу скажи. Эм, я думаю нам с тобой нужно будет поговорить. Хотелось бы знать о тебе больше... - сперва он напрягся, но потом просто кивнул, соглашаясь. Когда мы поели, Тоша поблагодарил меня и собрался мыть посуду. Сказав ему, что ещё успеет, отправил его в зал, ждать меня.