Тьма - это отсутствие света.

— Ещё раз! — крикнула я в сторону учителя. — Не боишься перетрудиться? — усмехнулся мастер. — Я не могу позволить себе бояться. Нападайте! — уверенно сказала я твёрдым голосом. — Авада Кедавра. — спокойно проговорил учитель, выставляя напоказ своё могущество с ухмылкой. Пришлось уворачиваться, в очередной раз. Пустив связку заклинаний в ответ из подножного, связывающего и отражающего, я отпрыгнула в сторону. Слишком медленно! Сегодня, именно сейчас, я должна его задеть! — Секо! — воскликнула я, в попытке задеть мастера. Ему пришлось увернуться! Не отразить, а увернуться. Это хороший знак. Он станет серьёзнее. — Даже так… Хорошо, ученица. — усмехнулся мастер, — Сегодня, как и договаривались, наш последний урок. Возьми от него всё, без остатка, маленькая ведьма! Сражайся за жизнь! — маниакально ухмыльнулся мужчина и пошёл в атаку, применяя ту же связку, что и я. Три месяца назад… — Он мёртв, мама… — тихо сказала я, когда вошла в свой самый защищённый дом. В холле, где я стояла, меня встретила мама первой. — Кто, солнышко? — удивлённо… нет, с ужасом спросила мать. — Отец… Отец Дейми… Мамочка… — слёзы сами покатились из глаз и я ничего не могла с ними сделать. Они шли против моей воли. Ноги подкосилис, и, не заметив боли, я упала на колени, осев на мраморном полу особняка. Монра подбежала ко мне и просто стиснула в своих руках, не жалея сил. Я поступила так же, хоть и была сильнее, физически. Я слышала её отчаянные крики, куда-то в сторону от меня, ласковые поглаживания по голове и тихие нашёптывания на ухо. Прямо как в детстве, когда мне снился кошмар. Но я не разбирала смысла слов. Однако, краем сознания, я почувствовала, что меня понесли, а потом положили на что-то мягкое. Сколько мама пробыла со мной — я не знала. Но была рада, что первой меня встретила именно она, а не сын или брат. Так я и покачивалась в её объятиях, пока не забылась крепким сном… … с кошмарами. *** Однажды очнувшись, я медленно, через силу и боль в мышцах, побрела в смежную, со своей комнатой, ванную. Включила кран, умылась и взглянула на себя в зеркало. Жалкое зрелище. Сколько я занимаюсь уже самобичеванием? Неделю? Две? Не важно. Важно то, что я почувствовал. как в дом зашёл некто чужой. Магия незнакомца ощущалась смутно знакомой. Но я не могла понять — чья именно. Накинув на себя мантию и плотно застегнув, я рванула к источнику чужеродной магии. В гостиную на первом этаже. И так и застыла в проёме с палочкой наготове. Там сидели мои мать и отец, а напротив… — Что тут происходит? — смогла прохрипеть я сорванным голосом. — Милая, я… — Не стоит, миссис Маркинс. Если леди Викенсон смогла почтить нас своим присутствием, то я желал бы поговорить с ней наедине, если вы не против. — Я — против. Они являются членами моей семьи. Либо говорите при них, либо убирайтесь. — выпрямила я осанку, как учил мастер, и грозно посмотрела в глаза старика. Дамблдор. — Вы уверены, миледи? — переспросил тот. — Они всё знают. У меня нет секретов от тех, кому я верю и доверяю. — я прошла расстояние, разделяющее меня от остальных, и села в кресле, что стояло напротив двух диванов, — Для чего вы прибыли, директор? — постаралась я придать своему голосу строгость. — Дело в том, что Ордену Феникса нужны соратники. В связи с тем, что случилось в Министерстве Магии полтора месяца назад, я бы хотел вновь пригласить вас в состав. Мы должны помочь юному Гарри стать сильнее и… — Нет! — чуть не взревела я, — Я не вступлю в ваш орден огненной курицы! И вы не имели права являться сюда, писать моим родным и просить о встрече. Они не маги и не могут знать абсолютно всей ситуации. А вот вы — знаете. — я встала на ноги, сделала два шага в сторону Дамблдора, и посмотрела на него сверху вниз, с гордо поднятой головой, — Я предупреждаю вас, Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор. Если вы ещё раз попытаетесь связаться с моей семьёй, давить на членов моего дома и семьи или, хоть раз, попадётесь им на глазах в реальной жизни — я уничтожу вас. В войне с Воландемортом, вы совершили слишком много грубых ошибок, повлекших за собой смерти магов и магглов. Вы больше никогда не переступите порог моего дома. Уйдите сами, любым удобным для вас способом, или я вам помогу. — я сама от себя не ожидала такого количества яда в голосе и ненависти. Но взгляда от старческих глаз не отвела. — Я понимаю твою злость. Ты сблизилась с Сириусом, как и Гарр… — Что произошло? — с испугом спросила Монра. Великий волшебник светлой стороны просто исчез с глаз, так и не успев договорить то, что хотел. — Я изгнала его из дома и закрыла доступ. Мы в полной изоляции от обоих миров и никто не найдёт ни один из наших домов. — холодно сказала я родителям, — Тёмный маг перешёл в наступление. Никого не пускайте, никому не разрешайте войти и никогда не берите письма, как бы вы их не ждали. Отец. — обратилась я к Девиду. — Да, родная? — обеспокоенно отозвался мужчина. — Нужно поговорить. Наедине. Идём в мой кабинет. — не теряя себя, я шла по направлению к своему кабинету. Там мы разместились с отцом в роскошных креслах, в викторианском стиле, в нежных салатовых тонах. Камин тут же вспыхнул, давая нам своё тепло и покровительство, — Нади. — тихо позвала я домовуху. — Что прикажете, Хозяйка? — тут же отозвалась эльфийка. — Подай коньяк и закуску. Мясную. На две персоны. Выполняй. — махнула я рукой и дождалась свой заказ. Отец всё это время просто ждал. И я была ему благодарна за это. Мы выпили, закусили и я посмотрела на отца, долгим и уставшим взглядом. — Ассия? — позвал меня Девид. — Папа… Что мне делать? — спросила я его. Отец опешил от такого вопроса. В его взгляде я увидела удивление, понимание, и лёгкую иронию. — Не думал, что ты когда-нибудь спросишь меня о таком. Ты всегда принимала решения сама и ставила нас в известность. — грустно улыбнулся мне мужчина. — Однако, я устала. На меня столько всего навалилось за последние несколько лет, что моя жизнь уже не кажется личной. Я просто не знаю, что мне теперь со всем этим делать? Ещё и сына бросила на то время, что была в беспамятстве от горя. Как Деймонд, папа? — Твоему сыну скоро два года и он прекрасно развивается. Медленнее, чем ты, но достаточно прогрессивно, милая. Он прекрасный внук. — улыбнулся папа и я тоже смогла повторить за ним, — И скучает по тебе. Он тебя помнит, хоть и мало видел. Всё же он знает, кто ты ему. — Это прекрасно. Спасибо тебе. Но… Я… — на глаза тут же начали наворачиваться слёзы от осознания своей слабости и трусости. — Я понимаю, милая. Ты боишься и это нормально. Он простит тебя за эту слабость, а мы с мамой поддержим тебя. Мы же семья. — услышала я слова отца и тут же облегчённо вздохнула. — Я ужасная мать. — закрыла я глаза руками, опираясь в колени локтями. — Ты всего лишь человек. Тебе просто нужно время. — сказал папа и разлил нам коньяк. Мы вновь опрокинули в себя алкоголь и закусили, — Мы с мамой тебе дадим его. — Но это же не может продолжаться долго. Я должна прийти в себя в кратчайшее время, пап. — устало откинулась я на спинку кресла. Слёзы, скопившиеся в уголках глаз, успели высохнуть к этому моменту. — Я рад, что ты это понимаешь. — кивнул мужчина. — Но что мне теперь делать? Война уже идёт, Гарри, мой брат, в опасности. Вы тоже под угрозой. Столько моих друзей… Я не смогу перечислить все свои проблемы. Мне нужен учитель, который поднимет меня на ноги. Научит снова быть сильной. — Так найди его. Чего ждать и придавать себя самобичеванию? Ты всегда справлялась — справишься и сейчас. Мы не оставим тебя один на один и всегда поддержим. — Спасибо, папа. — я смогла искренне улыбнуться ему и мы продолжили просто смотреть на огонь в камине, изредка выпивая коньяк и закусывая. Отец рассказывал, как они жили тут без меня. О сыне, о брате, о маме и себе. Так я и заснула, с улыбкой облегчения на лице.