Принцесса Чудовищ

      Еë смерть - еë кара. Начало конца. Был ли этот конец кому-то подвластен кроме неë? Почему же Хель, что была всегда так над ней жестока, смиловалась в последний час? Очередной урок или пыталась вымолвить прощение?       Смерть была еë подарком. Быстрая и безболезненная. В адской тьме, последний лучик света.

***

       Луна господствовала в столь поздний час, когда хмурые тучи сплошь заволокли небесный небосклон, но лунный блеск пробирался сквозь дождевую завесу. Издали был слышен грохот, будто небо гневалось в этой безбожной тьме, а вслед и последовала вспышка, озаряя вспаханные и аккуратно убранные поля. Гроза стояла страшная. Капли дождя барабанили в изысканные стеклянные окна, очередной грохот и молния ударила в дерево, заставляя его вспыхнуть словно спичку, а свет на секунды пробрался в комнату.       В воздухе стоял застоялый запах пота и человеческих испражнений. Едва уловимый запах алкоголя и воска так, как единственные источники освещения были канделябры, что висели вдоль стен.       На просторной белой кровати, которая стояла рядом с окном и выходом на огромный балкон, переплетались два тела. Одеяло было скомкано и валялось около кровати. На деревянной тумбочке, что находилась в середине комнаты, стоял один единственный полу-пустой бокал рядом с бутылкой дорогого вина, а около него белый порошок и пара использованных шприца. Алые шторы были изорваны, будто кто-то дрался, несчастный карниз жестоко выдран вместе с частью штукатурки, из-за чего в потолке остались огромные дыры. Девочка была совсем ещё юной, еë длинные шелковистые рыжие волосы волнами стекали по белоснежной кожей. Она была необыкновенной красавицей.       Эти кукольные большие пугливые синие глаза и тонкие рыжие нахмуренные брови, а родинки словно цепочки планет, осыпали еë прекрасное худое тело. Истощëнный детский организм требовал отдыха, но всë еë очарование тускнело на фоне опухшего левого глаза. Лицо было всë в мелких припухлостях, а хриплые болезненные всхлипы то и дело вырывались из еë груди. Тело тоже было не в лучшем состоянии, везде были огромные гематомы различных оттенков и размеров.       Король держал одной рукой тонкие запястья жертвы. В один момент он замер, все его мышцы напряглись, сделал ещё пару мощных движений тазом, сильно сжимая одной рукой еë бедро, а другой простынь. Он вышел из неë с громкий стоном, орошая и оскверняя еë тело, а далее блаженно откинулся на простынь, удовлетворëнно облизываясь, полностью не обращая внимания на то, что девочка перестала издавать какие-либо звуки. Она была бледной, будто сама смерть, и пялилась в одну точку.       Королю было плевать, что с ней станет. Он резким движением принял сидячее положение, а затем встал. Деревянный пол был ледяным, мурашки мигом прошлись по телу, кожа стала будто гусиная. Король неприятно поморщился, обувая меховые тапочки. На ближайшем стуле лежал чëрный бархатный халат, Король накинул его на голое смуглое тело и завязал пояс. Дëрнув ручку двери несколько раз, тем самым окончательно оторвав карниз, вышел на балкон и тут же его пронзил ужасающий грохот.       — Славная погодка, — хрипло изрëк Король, ухмыляясь уголками тонких губ,подставляя свои лицо порывистому и холодному ветру. Чëрные маслянистые волосы тут же намокли.       Плитка была насквозь мокрая, дождь не переставал лить, вода с шумом стекала с козырька, молнии то и дело пронзали тëмное небо. С балкона был так же прекрасно виден весь город, неудивительно, ведь его замок был самым высоким строением в Королевстве, после Цитадели, конечно.       Ближайшие территории к замку были усеяны зеленью, различными трава и цветами. Блаженство деревьев простиралось не так далеко, как бы хотелось, но сквозь верхушки самых дальних деревьев можно было увидеть огоньки города. Эти маленькие красные черепицы домов, небольшая, но глубокая река, что была полностью прозрачной, брала начало возле ближайшего города. Она окружала всю столицу, недалеко от еë берегов по обе стороны были прекрасные поляны, усеянные разнообразными цветами, маленькие островки рая, а далее, был густой лес, деревья там были настолько близко друг к другу, что было легко потеряться, по этой причине туда мало кто ходил       Король в последний раз глубоко вздохнул запах сырости, а затем развернулся и вошëл в комнату. Прямо за его спиной, в нескольких десятках метров, небо с грохотом пронзило землю, так, что старое дерево, в которое она вонзилось сломалось пополам и вмиг загорелось. Король закрыл дверь, раздражëнно пялясь на небо, показывая непристойный жест и задирая одну единственную целую штору.       Он облегчëнно выдохнул, когда увидел, что простыни уже поменяли, вместо белых с отвратительными алыми пятнами, были бежевые, а рыжей, как и следов еë пребывания, не было. Бросил намокшие тапочки, а затем и халат на пол. Он подошëл к кровати, всë ещё полностью промокший, ругая себя за то, что среди ночи вышел в грозу на балкон. Закутавшись, он заснул.