Sleeping beauty

Хосок в очередной раз взмахнул мечом, разрубая заросли терновника, плотным слоем опутавшие ворота в заколдованный замок. Руки принца были в крови от острых шипов, не спасали даже плотные перчатки из оленьей кожи, одежда была в беспорядке. Хосок чувствовал себя изможденным, но упрямо продолжал разрубать ненавистные побеги. Терновник был везде. Опутывал стены и ворота, узкие проходы улиц перед замком, странным образом минуя тела спящих глубоким сном людей. Все выглядело так, будто обитатели замка просто решили отдохнуть от своих дел. Принц осторожно обошёл пожилую женщину с ребёнком на руках, мирно спящих у прилавка с овощами. Затем стражника в блестящих латах, свернувшегося на земле. Спали и животные: кошки, собаки, птицы. Еда на прилавках рыночной площади выглядела свежей, воздухе витал аромат выпечки, но Хосок знал, что это ловушка. Замок был проклят не одно десятилетие назад. Хосок с усилием отвел взгляд от спящих горожан и поднял голову. Башня. Ему нужно туда. Все началось около года назад. Хаотичные сны, где Хосок блуждал по темным коридорам незнакомого замка, ища кого-то важного, обрывки образов, волосы цвета морской волны и темные раскосые глаза, в которых было столько тоски, что молодой принц просыпался в слезах, желая избавить их обладателя от всего плохого. Хосок чувствовал, что кто-то взывает к нему, но не знал, где искать. Пока однажды к ним в королевство не забрел странствующий менестрель. Король был гостеприимен к путникам и предложил тому кров. Однажды, за ужином в большом зале, Хосок краем уха услышал, что менестрель поет о проклятии и заколдованной принцессе с волосами цвета морской волны. Он извинился перед родителями и вышел из-за стола. Приблизившись к мужчине с лютней, молодой принц нетерпеливо спросил. – О ком была твоя песня? Менестрель поначалу выглядел растерянным, но потом охотно поделился. – Это легенда, мой принц. В далёких землях, окруженных непроходимыми лесами, стоит зачарованный замок. Много десятилетий назад он и его обитатели были прокляты злым колдуном, а все из-за молодой принцессы, которая была настолько прекрасна, что влюбляла в себя любого, кто посмотрит на неё, с самого первого взгляда… – Ее волосы и правда были цвета морской волны? – Хосок знал, что перебивать невежливо, но ему нужно было убедиться. Менестрель кивнул и провёл пальцами по струнам лютни, извлекая из них грустную мелодию. – Так говорится в преданиях. Волосы цвета морской волны, глаза, словно обсидиан, кожа нежная и бледная, как шёлк. Спит принцесса беспробудным сном в самой высокой башне, и сама природа охраняет ее покой. Говорят, что снять проклятие может только тот, в чьём сердце нет корысти и зла. Поцелуй истинной любви разрушит чары. Принц задумчиво кивнул и обратил свой взор в окно, откуда виднелись верхушки деревьев и скал, простирающиеся за пределами их королевства. – Неужели никто не пытался снять проклятье? – Пытались, мой принц, еще как пытались. Но ни один из тех безумцев так и не вернулся домой. И ни одна душа не знает об их печальной судьбе… Хосок так и не смог уснуть после того разговора, проведя ночь над картами. Менестрель не знал, где находится то зачарованное королевство, или просто не хотел говорить. Уже под утро, когда молодой принц разочарованно убрал карты и бумаги со стола и потёр лицо руками, раздался стук в дверь. Хосок подавил очередной зевок и произнёс. – Войдите. Тишина. Ни звука, ни движения. Юноша быстро пересек свою комнату, рывком открыл дверь и...никого. Лишь сложенный вдвое листок на полу. Осторожно, словно бумага могла ужалить или причинить иной вред, Хосок поднял загадочный листок и вернулся в свои покои, на ходу разворачивая его. Это была карта. Потрепанная, истлевшая по бокам, явно старинная. С одной-единственной отметкой в нижнем правом углу. Глаза Хосока расширились а тонкие пальцы нетерпеливо сжали хрупкую бумажку. Это оно, зачарованное королевство. Название стерлось, но принцу было все равно. Сопоставив этот и более современный варианты карты, юноша рассчитал примерный маршрут. Его ждал недельный путь до заколдованных земель. ...ни один из тех безумцев так и не вернулся домой. Был ли он таким же безумцем? И почему менестрель помог ему? Что, если все те странные сны – лишь плод воображения принца? С этими мыслями принц забылся тяжелым сном, наполненным отблесками ярких волос и глазами цвета обсидиана, полными непролитых слез. Проснувшись, Хосок твердо знал, что должен делать. И теперь, находясь в самом эпицентре заколдованного королевства, молодой принц не растерял свою решительность. Хосок вытер пот со лба и толкнул дверь в башню, осторожно ступая внутрь. Воздух здесь был будто наэлектризован, энергия чар буквально гудела в воздухе. Принц и раньше чувствовал ее, но здесь все было иначе, ощущалось интенсивнее. Кожа Хосока тут же покрылась мурашками. Уже близко. Витая лестница заканчивалась дверью, увитой терновником совсем иного вида. Побеги были живыми, извивались волнообразными движениями стеблей. Будто почувствовав присутствие принца, побеги пришли в движение и медленно потянулись к Хосоку. Молодой принц сделал шаг назад и положил руку на эфес своего меча, готовый в любую секунду отразить атаку. Почему-то, он не чувствовал опасности, но это могла быть магия или сила воздействия. С такими сильными чарами нужно всегда быть начеку. Стебли, тем временем, застыли в воздухе, так и не коснувшись принца, словно спрашивая разрешения. Хосок тяжело сглотнул и решился. Медленно сняв порванную перчатку с руки, он нерешительно протянул левую руку ладонью вверх, все также держа другую на эфесе. Побеги тут же оплели предложенную руку, почти нежно касаясь кровоточащий ран. Принц ожидал боли от шипов, но ее не было. Нареченный. Хосок отчетливо услышал в голове одно-единственное слово, как вдруг через его ладонь будто прошли тысячи игл, и стебли отпустили его. Принц, как завороженный, уставился на абсолютно здоровую ладонь. Терновник вылечил его? Но почему? И что значит это слово – ‘нареченный’? Поразмыслить над этими загадками принц не успел. Побеги отступали, уходя в щели между досками и исчезая в бойницах. Путь был свободен. Хосок вздохнул, чувствуя, как волнение охватывает его, и решительно толкнул тяжелую дверь. Она поддалась на удивление легко, и принц, не ожидавший так быстро попасть внутрь, замер на пороге. В комнате было сумрачно, свет едва проникал в единственное окно. Почти все пространство занимала огромная кровать с плотным пологом, украшенным белыми цветами. Принц разглядел очертания тела, лежащего на кровати, и грудь его сжалась от тоски. Не понимая природы своих чувств, Хосок помотал головой и сделал шаг вперёд. Второй. Третий. Неужели, это та самая принцесса из легенд? Приблизившись, принц отдернул полог и застыл от изумления. На кровати лежал хрупкий юноша. Волосы его были цвета морской волны, алебастровая кожа почти светилась, а алые пухлые губы были чуть приоткрыты, тень от ресниц ложилась на красиво очерченные скулы. Он был красив, даже слишком красив, и Хосок на мгновение стыдливо отвел глаза, но затем вновь принялся разглядывать незнакомца. Юноша мог показаться мертвым, если бы не румянец и глубокое дыхание спящего человека. Хосок знал, что это не простой сон, знал, что нет никакой принцессы, а легенды не врут. Доказательство прямо перед ним, но что же ему делать? На этот вопрос он уже знал ответ. Опустив взгляд на губы цвета вишни, Хосок занервничал и пригладил волосы. Внезапно, его заинтересовал его внешний вид, но о какой презентабельности могла идти речь, если принц буквально ночевал в тавернах, а несколько раз даже под открытым небом? Он просто должен расколдовать загадочного юношу, который, вероятно, был принцем. Расколдовать и уйти. Сделать доброе дело и вернуться домой. Его родители наверняка сходили с ума, ведь он оставил им лишь сумбурное послание, где пытался объяснить свои чувства и свой долг. Облизав потрескавшиеся от непогоды сурового края губы, принц присел на край ложа, чуть наклоняясь к спящему юноше. Вблизи он казался еще прекраснее, и Хосоку пришлось успокоить бешено бьющееся сердце, сделав дыхательные упражнения. – Надеюсь, это сработает, – прошептал молодой принц и прикрыл глаза, соединяя их губы. Это было необычно, но приятно. Учитывая, что Хосок никогда не целовал мужчин. Не отрываясь от губ незнакомца, Хосок открыл глаза и встретился с черными глазами. Отпрянув, принц вскочил с кровати и приоткрыл рот, глядя на юношу, который взирал на него с раздражением и шоком на красивом лице. – Фу, ты что, поцеловал меня?! – голос его был низким и глубоким, не соответствующим изящной внешности, но Хосоку понравилось. Он поджал губы и кивнул, стараясь держаться уверенно. – Я избавил тебя от проклятия! Ты...принц? Зеленоволосый прищурил глаза и повернулся спиной к Хосоку. – Принц-принц. Ну, бывай, я спать хочу. – Не хочу показаться невежливым, но ты спал много десятков лет. Пора просыпаться, – Хосок нахмурился, не понимая поведения теперь уже расколдованного принца. Почему тот совсем не благодарен и ведет себя так грубо? Спина юноши напряглась, но он не произнес ни слова. Хосок ждал, нервно теребя пояс. – Какой сейчас год? Хосок ответил. Юноша спрятал лицо в ладонях и вновь не сделал никакой попытки подняться с кровати. – Ваше высочество, мне жаль, что… – Уходи. – приглушенный голос звучал зло. Вздохнув, Хосок парировал. – Не уйду! Я лишь хотел помочь и совершенно не понимаю, почему вы...почему ты злишься. Разве я не сделал доброе дело? – Нет, ты лишь усложнил все. Уходи! – Да в чем твоя проблема?! – теперь уже Хосок был зол, и расколдованный принц наконец встретился с ним глазами, убрав руки от лица. – Я добирался сюда неделю с одним лишь желанием – помочь. Зачем ты снился мне, если не хотел никакой помощи? Юноша прикрыл глаза и помотал головой. Осторожно приподнявшись с кровати, он встал на ноги, но чуть не рухнул. Хосок по инерции подхватил тонкое тело, помогая найти баланс. Его новый знакомый бросил на него злой взгляд, и Хосок медленно убрал руки, отходя на шаг. Чувствуя потребность коснуться снова. – Я не снился тебе. Я не...я не хотел, это вышло случайно. – Случайно? Как вообще можно снится кому-то случайно? – Вот так и можно! Хватит задавать вопросы, Хосок. Услышав своё имя, молодой принц буквально открыл рот от шока. Расколдованный принц закатил глаза и сделал несколько неуверенных шагов, пробуя свои ноги. – И закрой рот, а то ворона залетит. – Ты такой злой. И ты знаешь мое имя, – зеленоволосый кивнул, соглашаясь с обоими утверждения, и Хосок продолжил. – Ты просил о помощи во сне. Я чувствовал твою боль, как свою собственную. И терновник назвал меня Нареченным, что это значит? Расколдованный юноша поморщился, отворачиваясь. Хосок продолжал наступать. – Ты хотел, чтобы тебя расколдовали. Но почему я? Или ты снился всем, кому ни попадя? Что это за проклятие такое? И... – Боги, ты всегда так много болтаешь? Конечно я не снюсь всем подряд, что за вздор! И ты реально думаешь, что все обо мне знаешь? Ты ничего не знаешь, Чон Хосок, и не смей даже пытаться залезть мне под кожу. Хосок открыл рот, чтобы ответить, но тут же его закрыл. Сделал несколько глубоких вдохов. Он всегда был спокойным и рассудительным, но было в расколдованном принце то, что выводило его эмоции на передний план. – Как тебя зовут? Черные глаза встретились с карими, и зеленоволосый юноша устало вздохнул, вмиг растеряв былую злость. – Юнги. – Принц Юнги, – Хосок задумчиво распробовал имя юноши. – Звучит красиво. Ты старше меня, ведь так? Юнги нахмурился. – Ты опять задаешь слишком много вопросов. Какая разница? – Большая. – отрезал Хосок и вздернул бровь, ожидая ответа. – Зануда, – пробормотал Юнги и сократил расстояние до окна, выглядывая в него и тут же отстраняясь. – Мне было 25 перед тем как…Ну ты понял. Хосок задумчиво закивал. – Мне жаль. То есть...ты ведь расскажешь, что случилось тогда? Ох, и я младшего тебя на два года, мне следует обращаться к вашему высочеству, как подобает. – Не стоит, просто продолжай и дальше быть не учтивым и болтливыми. Хосок хихикнул и уловил намек на улыбку на лице старшего принца, но затем лицо Юнги вновь потемнело от нахлынувших эмоций. – Могу я узнать, где твои родители, Юнги? Мы должны скорее найти их, они наверняка будут рады… – Их нет. Младший принц в растерянности замолчал, а старший продолжил, вновь обращая свой взгляд в окно. – Они умерли. Мои родители умерли много лет назад, Хосок. Никто не будет рад мне. На лице Хосока отразилась боль, и он в два шага преодолел расстояние между ним и старшим принцем, беря того за руки. – Мне жаль, Юнги. Но я уверен, что твои подданные будут счастливы проснуться от проклятия и поприветствовать своего правителя. Вы свободны от злых чар. Ты свободен, Юнги. Старший принц с нечитаемым выражением лица смотрел на их соединенные руки. Хосок продолжил, решив быть честным до конца. – Я не знаю, что произошло много лет назад, понятия не имею каково это – потерять близких и быть запертым в своем теле десятилетиями, но я хочу разделить эту боль с тобой, хочу быть рядом и помочь освоиться в этом времени. Твоё королевство снова будет процветать. – Ты меня не знаешь! Зачем ты говоришь все эти вещи? – в глаза Юнги застыло неверие, губы были поджаты, и Хосок хотел одного – целовать эти красные губы, ласкать точеные скулы, пока из прекрасных темных глаз не уйдёт недоверие, пока ему не ответят, не впустят внутрь. – Но я почему-то знаю тебя. Как же, как ты, Юнги. Ты ведь не только мое имя знаешь, так? Старший принц осматривал лицо Хосока, приблизившись к нему почти вплотную. Подняв одну руку, он убрал со лба младшего принца темный локон, но тут же отдернул ее. – Я знаю все о тебе. Это – часть проклятия, но не с самого его начала. Хосок непонимающе нахмурил брови, но тут же охнул от неожиданности, когда рука старшего принца опустилась на его щеку. – Ты уменьшал мою боль даже не осознавая этого. Возможно, это было эгоистично с моей стороны, но иногда я не хотел быть один во тьме. Младший принц накрыл руку Юнги своей и горячо заговорил. –Ты никогда больше не будешь один, клянусь своей честью. И я не буду надоедать тебе вопросами, только скажи мне, кто наложил проклятие? Юнги моргнул и отвел глаза. – Это уже не важно. Он больше никого не потревожит. – Он? Это был колдун? – Да, но его больше не существует. Пришло слишком много лет. Тебе не о чем волноваться. Хосок хотел было возразить, но за окном раздался крик, затем второй. Поднялся гомон. Юнги как-то грустно улыбнулся Хосоку и отошел, разглаживая рубашку. – Жители королевства просыпаются. Мне надо... Хосок кивнул и предложил руку старшему принцу. – Я поговорю с ними, если ты еще не готов. Но они должны видеть своего правителя. Вместе? Юнги замешкался, но все же соединил их ладони. Он больше не был один, и это знание приятным грузом осело в его груди. Пусть это продлится еще немного. *** Хосок проснулся, ощущая, как прохладные пальцы огладили его левую щеку, прошлись по губам и опустились на шею, затем на грудь и… Легкий бриз смыл все ощущения, и младший принц открыл глаза, оглядывая пустую комнату. Ему снился бескрайний лес, цветочная поляна и смеющийся Юнги в венке из нежных вьюнков. Хосок задержал дыхание, глядя на счастливого принца. Юнги был самым красивым человеком, которого ему довелось видеть, но эта улыбка… Эта улыбка делала старшего принца великолепным. Ослепительным. Хосок осознавал, что это сон. Он приблизился к Юнги и обхватил его лицо руками. – Твоя улыбка. Старший принц перестал улыбаться. Хосок надул губы и застонал. – Верни ее! – Я знаю, что моя улыбка уродлива, Хосок. Младший принц с неверием воззрился на Юнги. – Ты шутишь?! Твоя улыбка прекрасна. Самая прекрасная в мире! Старший принц рассмеялся и обхватил запястья Хосока. – Перестань! Ты льстишь мне. – Я говорю правду. Это факт, Юнги, – смех Юнги сошёл на нет, и Хосок захватил локон цвета морской волны, пропуская его между пальцами. – В тебе нет ничего уродливого. Юнги потерся щекой о ладонь младшего принца и взглянул вдаль. Его лицо было печально. – Если бы ты только знал. На этом сон Хосока поменялся. В нем больше не было Юнги. Младший принц поднялся с кровати и быстро накинул рубашку с новыми брюками, сшитыми специально для него королевским портным. Он был здесь уже почти неделю, поддерживая Юнги и помогая ему восстановить замок. Весть о том, что проклятие пало, разнеслась на много миль, и несколько соседних королевств предложили свою помощь. Хосок даже написал письмо родителям и ждал ответа. Теперь они хотя бы не будут так сильно тревожиться о нем. Но больше всего Хосока волновал Юнги, который все еще казался несчастным. Возможно, ему нужно было больше времени, чтобы оправиться. Старший принц обмолвился как-то за бокалом вина, что скучает по родителям и никогда не сможет стать таким же достойным правителем. Хосок весь вечер доказывал, что он не прав. И чем больше грустил Юнги, тем отчетливее Хосок осознавал одну простую вещь: он готов сделать буквально что угодно ради счастья старшего принца. Юнги был противоречив, его настроение часто менялось, но младший видел его душу, ощущал ее своей и понятия не имел как, но это уже не имело значения. Юнги нуждался в заботе, а Хосок нуждался в Юнги. Умывшись, младший принц спустился вниз в столовую, где его уже ждал старший принц. – Доброе утро, – бодро проговорил Хосок, присаживаясь рядом. Юнги тут же подвинул к нему конверт. – Тебе пришел ответ от отца. Младший взволнованно взял в руки письмо, ощущая пальцами плотную бумагу. От вида сургучной печати в виде их фамильного герба в сердце сладко кольнуло. – Ты скучаешь по ним? Хосок поднял взгляд на Юнги, который внимательно смотрел на него. – Да, немного. Старший принц кивнул и занялся своим завтраком, больше не проронив ни слова. Хосок ощутил, как его грудная клетка сжалась от боли, но затем это чувство ушло. Как и былая радость от письма. Решив отложить его до вечера, младший отправился на рыночную площадь. Юнги интересовался травами и просил его найти ему несколько ингредиентов для какого-то лечебного отвара. Хосок был рад помочь. Сверяясь с картинкой на листке, что дал ему старший принц, и вглядываясь в травы на прилавке, Хосок вдруг заметил фигуру в плаще, стоящую в переулке и наблюдающую за ним. Заметив, что его обнаружили, мужчина, пошел прочь. Младший принц ещё не успел сообразить, а ноги уже несли его по следам незнакомца. Тот, в свою очередь, словно желал быть пойманным. Заслышав шаги Хосока, мужчина обернулся и скинул капюшон. – Ты?! Менестрель, тот самый, что рассказал ему легенду о заколдованном королевстве и подкинуло старинную карту, улыбнулся. В этот раз, он выглядел не так бедно, был одет в красивый костюм, частично скрытый за плащом, и при нем не было лютни. – Приветствую, мой принц! Рад видеть вас в добром здравии. Хосок кивнул, все еще разглядывая мужчину перед ним. – Взаимно. Что привело тебя сюда? Менестрель непринужденно пожал плечами. – Услышал, что вы преуспели в своём деле и захотел увидеть собственными глазами. – В этом есть и твоя заслуга. Карта, – Хосок улыбнулся, видя, как в глазах мужчины плещется смех. – Что вы, я тут совершенно не при чем. Идемте, купим нужные вам травы, и я провожу вас до замка. Хосок воззрился на лист в руке, но промолчал. Что за чудак этот менестрель! Приобретя нужные Юнги ингредиенты, оба мужчины не спеша направились в сторону замка. – Я так и не узнал твоего имени. Менестрель усмехнулся. – У меня много имён, но вам, мой принц, я скажу настоящее. Зовите меня Сокджином. – Что ж, очень приятно, Сокджин. Где же твоя лютня? Менестрель неопределенно махнул рукой в сторону леса. – Ох, она мне пока не понадобится. Я хотел спросить вас, все ли в порядке с принцем Юнги? Его ведь так зовут? Хосок кивнул. – Да, Юнги. С ним...все в порядке. – Рад слышать, – они почти дошли до дверей в кухню, как Сокджин вдруг взял Хосока за локоть, останавливая. – Я не пойду с вами дальше, принц, но хочу кое-что сказать. Это может прозвучать странно, но присмотрите за ним. Он может вновь… – Хосок, что… – дверь отворилась, являя взору нахмуренного Юнги, и оба мужчины замерли. Старший принц побледнел, глядя на менестреля, а Сокджин спокойно отпустил локоть Хосока и произнес перед тем, как исчезнуть за углом. – Хорошего дня, принц Хосок. Повисла пауза, и младший решил взять ситуацию в свои руки. – Я купил все, что ты просил, Юнги. Ты ведь покажешь мне, как готовится тот отвар? Старший принц все еще был бледен, но с усилием кивнул. Хосок чуть нахмурился. – Ты знаешь этого менестреля? – Менестреля? Младший принц медленно кивнул. – Ну да. Этот мужчина – менестрель. Мы встретились с ним в моем замке, именно от него я услышал легенду о твоём королевстве. Юнги резко вскинул голову и воззрился на Хосока с немым шоком. – Что-то не так? Ты его знаешь? – младший взял руки старшего принца в свои, но тот не отреагировал. – Юнги? Будто очнувшись, тот моргнул и покачал головой. – Я не знаю его. Идем же, у меня для тебя еще одна новость. Хосок покорно кивнул и молча проследовал за Юнги в замок. Юнги, который только что соврал ему. *** Пока они делали отвар, Юнги сообщил Хосоку, что завтра состоится коронация. Старший был в ужасе, но Хосок в миллионный раз уверил его, что все будет в порядке. – Ты будешь прекрасным королем! Старший принц лишь молча покачал головой и прикрыл глаза. Наступил вечер, и двое принцев лежали на ковре в королевской спальне. Юнги изучал книгу, а Хосок задумчиво вертел в руках письмо от отца и пил травяной чай, сваренный ему Юнги. – Я не смогу, Хосок. Я просто не знаю, что делать. Младший скривился. – Все ты знаешь, Юнни. Я видел тебя за работой, ты даёшь отличные советы и принимаешь правильные решения. Ты будешь справедливым правителем. Твои мама и папа уже тобой гордятся. Юнги рвано выдохнул и спрятал лицо в ладонях. Это была одна из его милых привычек, что сводила Хосок с ума. Возможно, он влюбился в мужчину именно тогда, когда он впервые проделал такой же милый фокус в башне, при их первой встрече, кто знает. – Подожди, как ты назвал меня? Хосок ощущал, как горят его щеки, поэтому тут же отвернулся от старшего принца. –Ух, это вылетело случайно, прости, я не… – прохладные пальцы легки на его губы, заставляя замолчать. – Мне нравится, – Юнги осторожно повернул голову младшего принца к себе и подвинулся ближе, улыбаясь. – Можешь звать меня так, как тебе нравится, Хосок-а. Хосок ярко улыбнулся, и пальцы Юнги переместитесь на его грудную клетку, чуть поглаживая. – Мой сон. Юнги перестал касаться Хосока и чуть отпрянул. – Это не то, что ты думаешь. Младший принц снова придвинулся ближе, голос его превратился в шепот. – А что это? Юнги отчаянно покачал головой, проводя по руке Хосока и переплетая их пальцы. – Я скучал. Я просто слишком одинок, Хосок, прости если ты не хочешь… Постоянно чувствую потребность коснуться тебя. Просто ты мой… Старший принц замолчал, закусив нижнюю губу и прикрыв глаза. Он слишком много сказал, и это могло иметь неприятные последствия для него. – Твой кто, Юнни? – Нареченный. Предназначенный судьбой. Единственный, – слабо проговорил Юнги, не решаясь открыть глаза. Так боясь увидеть во взгляде Хосока отвращение. Но, когда его губ мимолетно коснулось что-то мягкое, он распахнул глаза и увидел смущенного принца, прикрывающего свой рот руками. – Боги, прости, Юнни. Я должен был спросить, а потом цело- ммм, – его почти грубо заткнули поцелуем, и Хосок никогда не был счастливее, чем сейчас. Они целовались добрых полчаса, и Юнги оторвался от младшего первым, смеясь над тем, как нетерпеливо тот потянулся за новым поцелуем. – Как давно ты знаешь о том, что я твой Нареченный? – Почти год. Я стал видеть тебя, пока ты спал. Узнавать о тебе, – пробормотал Юнги, лёжа на груди младшего принца и слушаю его сердцебиение. Так спокойно. – Хм, но почему именно тогда? Не раньше? Старший принц поднял взгляд и улыбнулся, глядя на искренне расстроенного Хосока. Он погладил младшего по губам и щеке. – Я не знаю. Возможно, это из-за моей...слабости. Я вроде как устал от одиночества и тьмы, в которую было заключено мое создание. Прости, Хосок-а. – Почему ты извиняешься, Юнни? Ты не выбирал это проклятие! И я бы очень хотел быть с тобой все эти годы, но меня не было рядом. Прости, прости, прости… Старший был не в силах слышать эти извинения, поэтому снова поцеловал младшего принца, шепча ему какие-то глупости и зарываясь в густые волосы пальцами. Чуть позже, Юнги обратил внимание на забытый конверт на ковре и, подобрав письмо, небрежно спросил. – Ты вернешься домой? Хосок воззрился на Юнги с нечитаемым выражением лица. – О чем ты? –Ты ведь планировал вернуться к отцу и матери? До того, как я сказал о том, что мы с тобой Нареченные. Младший принц покачал головой и приподнялся с пола. – Нет, Юнги, не планировал. Я ведь обещал, что останусь с тобой. Ты очень дорог мне, Юнни. Старший принц поднялся на ноги и обхватил себя руками. – Я не хороший человек, Хосок. Я не достоин ни тебя, ни короны. Хосок подошёл к расстроенному Юнги и взял его за талию. – Ты достоин намного большего, и я дам тебе это. Я никогда не смогу уйти от тебя, Юнни. Ты – единственный, о ком я думаю, единственная радость и свет. Ты – мое все. Глаза Юнги распахнулись от шока. Медленно он развязал свой бархатный халат и скинул его с плеч на пол, представая перед Хосоком полностью обнаженным. Младший принц, словно хищник, прошёлся взглядом по телу старшего мужчины и облизал пересохшие губы. – Юнги… – Я – твой, Хосок-а, не смотря ни на что. Покажи мне, что и я принадлежу тебе. Сделай меня своим. Хосоку не нужно было повторять дважды. Он тут же подхватил старшего принца на руки и понёс к кровати. Осторожно опустив его на покрывало, младший стянул рубашку через голову и приник к шее Юнги, оставляя на ней метку. – Только мой. Мой. Мой, – пройдясь языком по сонной артерии, младший принц обхватил ягодицы Юнги, широко разводя его ноги и вызывая очередной стон наслаждения. – Навсегда. *** Хосок в изнеможении опустился на кровать рядом с Юнги. Младший принц только что вытер старшего мокрой тканью, и теперь у него совершенно не осталось сил. Была глубокая ночь, в замке стояла тишина, слышно было лишь их тяжелое дыхание. Хосок повернул голову и встретился взглядом с Юнги, который странно смотрел на него, но тут же нежно улыбнулся, соединяя их руки. – Знаешь, – заговорил старший принц. – Я бы хотел провести с тобой всю жизнь. К хорошему так быстро привыкаешь, а ты не просто хороший. Ты идеален для меня. Мне так жаль, что у нашей сказки не будет счастливого конца. Паника захлестнула Хосока, и он попытался встать, но тут же почувствовал внезапное головокружение. Юнги удовлетворенно кивнул и придвинулся ближе, оглядывая лицо Хосока, который лишь в панике взирал на него и не мог сдвинуться с места ни на миллиметр. – Самое время. Не волнуйся, любимый, когда все закончится, ты будешь свободен. Ты вернёшься домой, проклятие не коснётся тебя. И ты будешь свободен от Наречения, эта связь, что влияет на тебя, исчезнет. И я исчезну. На этот раз я никому не наврежу, я буду более осторожен. Больше никаких разочарований. – Юн… н-не…л... – Хосок пытался говорить, но его ум и зрение медленно заволакивало туманом. Юнги с отчаянной нежностью поцеловал своего Нареченного. – Ш-ш-ш, моя любовь. Мой принц, мой Хосок-а. Я люблю тебя, я так сильно люблю тебя, что мне трудно дышать. Но я желаю тебе только счастья. Когда я усну, Сокджин позаботится о тебе. Прощай. Мягкие губы на его губах – последнее, что почувствовал Хосок. Дальше – лишь темнота. *** Хосоку снова снился лес, но на этот раз там было темно и сыро, не было привычного солнца. Не было Юнги. Внезапно, прямо перед ним возник Сокджин и схватил его за руку. – Ищи меня в чаще леса, терновник покажет дорогу. А теперь, тебе нужно проснуться. Сейчас! Хосок открыл глаза, подскакивая на кровати. За окном все еще было темно, значит, проспал он недолго. Быстро одевшись, он выбежал из замка, на ходу застегивая пояс с мечом. Кем бы ни был Сокджин, он задолжал ему объяснения. И Юнги…его Юнги снова хотел наложить на себя проклятие и впасть в вечный сон. Но неужели он и правда сделал это намеренно в прошлый раз? Хосок не хотел об этом думать. Добежав до опушки леса, молодой принц остановился и попытался выровнять дыхание. Сокджин сказал, что терновник покажет дорогу, но что он имел ввиду? Заметив движение, Хосок выхватил меч, но это были уже знакомые ему извивающиеся побеги. Они поманили его и исчезли среди деревьев. Принц глубоко вздохнул и двинулся следом, не выпуская из руки меч. Он понятия не имел, с чем ему придётся иметь дело в этом лесу. Спустя некоторое время, Хосок вышел на поляну, где стоял небольшой каменный дом. В окнах горел свет и двигались какие-то тени. Принц приблизился к двери и постучал, поудобнее перехватив эфес меча. Сердце его норовило выскочить из груди, но боялся он не неведомого врага. Он боялся за Юнги, боялся, что опоздал и больше никогда его не увидит. Дверь рывком отворилась, являя взору потрепанного менестреля с ссадиной на лбу. – Наконец-то! Входи. – Где Юнги? Что… – принц запнулся, увидев лежащего на кровати мужчину. Ноги его подкосились, и он упал на колени, спрятав лицо в ладонях. – Нет! Не может быть, зачем он сделал это?! Я убью его! Я найду способ разбудить его, и потом убью! Сокджин усмехнулся и приложил ко лбу едут пахнущую ткань, зашипев от боли. – Этот дурак не успел проклясть себя, поэтому, когда мои легкие сонные чары рассеются, ты можешь смело осуществить свой план. – Что? – слабым голосом произнёс младший, поднимая взгляд на менестреля. – Юнги не уснул вечным сном, мой принц. Спасибо мне, – Сокджин подмигнул и достал две кружки. – Хочешь выпить? Принц ошалело кивнул и обратил взгляд на Юнги, который все так же мирно спал. Присев на край кровати и взяв старшего за руку, Хосок обратился к Сокджину, не отрывая глаз от любимого. – Ты не менестрель, ведь так? Сокджин предложил стакан с выпивкой младшему принцу и, под его подозрительным взором, сделал демонстративный глоток из своего. – К сожалению, нет. Но очень хотел быть им в детстве. Я – маг. А этот идиот – мой кровный брат. Хосок, только сделавший большой глоток из кружки, поперхнулся и выплюнул все на себя. Сокджин закатил глаза и бросил принцу кусок чистой ткани. – Боги, я думал, тебя уже ничем не удивить. Хосок, тем временем, откашлялся и вытер себя, взирая на Сокджина в немом шоке. – Как ты...Погоди-ка, так ты все это подстроил?! Ты дал мне карту, рассказал легенду...да ты буквально привёл меня к Юнги. Ты знал, что я его Нареченный? Сокджин невозмутимо кивнул. – Да, и извиняться за это не собираюсь. Я помог тебе обрести истинную любовь, мой принц. Хоть и в лице своего противоречивого братца, которому тоже нужна была помощь. Хосок нахмурился и вскочил с кровати, сжимая кулаки. – Ты использовал нас! Зачем? В чем выгода? Мужчина лишь устало вздохнул и отвёл взгляд. От его бравады не осталось и следа. – Я лишь хотел спасти своего брата. Когда в семье узнали, что у меня есть магические способности, было решено – королем мне не быть, хоть я и старший наследник. Маг не мог править королевством, таков закон, существовавший уже много столетий. На совершеннолетие меня...изгнали. Так я и поселился в этом доме. – Мне жаль. Это ужасно несправедливо, – пробормотал младший принц. Сокджин улыбнулся, но эта улыбка не коснулась его глаз. – Ничего, ко всему привыкаешь. Свыкся и я. Но мой брат никогда не хотел быть королем. Он всегда был более чувствительным ко всему. Даже после моего изгнания, Юнги не бросил меня. Он навещал меня и делился новостями из замка, был моей опорой в трудный период адаптации, а я – его. Пока однажды не произошел несчастный случай, и наши родители не погибли. Юнги так и не смог оправиться после этого, – Сокджин налил себе еще вина и залпом выпил. – Бедный мальчик не хотел править, а тут...коронация была назначена уже через неделю после кончины отца и матери. Юнги был не в себе и выкрал у меня древний манускрипт с запрещенной магией. Тогда-то и появилось проклятие. – Ты пытался сам снять чары? – голос принца был хриплым. Сокджин фыркнул и бросил раздраженный взгляд на Хосока. – Разумеется, за кого ты меня принимаешь? Всеми возможными способами. Я исколесил весь мир, но так и не нашёл выход. Тогда я начал поиски того, кто мог бы снять проклятие...официальным способом. Честно говоря, я не верю в эту искреннюю любовь и Наречение, но я нашёл тебя и даже смог открыть для вас с Юнги ‘лазейку’ – это ли не доказательство моей неправоты. – Те сны… – Да, это была моя магия. Принц задумчиво взирал на Сокджина. – Ты любишь своего брата. – Хоть я и хочу придушить его за то, что тот обокрал меня и даже не нанёс визит после пробуждения, да. Я люблю его. – Сокджин перевёл взгляд на хрупкого мужчину, спящего глубоким сном. – И сегодня я хочу прибить его куда сильнее, ведь этот засранец посмел вновь попытаться обокрасть меня. Не припоминаю, чтобы у него была такая тяжелая рука… Пока Сокджин потирал ссадину на лбу, Хосок повернулся к Юнги и осторожно разгладил его яркие волосы. – Что нужно сделать для того, чтобы он проснулся? – Ох, думаю, ты знаешь, – мужчина подмигнул и вновь налил в кружку вина. – Но только не здесь. Отнеси его в замок и не забудь хорошенько вправить мозги. Он любит тебя, кстати. – А я люблю его. И больше не позволю наделать глупостей, – младший принц провёл пальцем по бледной щеке Юнги и вздохнул. – Боги, да он же опоил меня! Сокджин рассмеялся и прищурил один глаз. – Это мой брат! Не позволяй милому личику запудрить тебе мозги. Хосок закатил глаза и решился задать вопрос, который давно крутился у него в голове. – Но почему ты не постарел? Ведь прошло столько лет. – Я - маг. Маги живут намного дольше людей, мой принц. Поэтому, когда вы Юнги станете сморщенными старикашками, это яблочко все еще будет спелым и привлекательным. Скривившись от оглушающего смеха Сокджина, Хосок осторожно взял Юнги на руки. – Спасибо за помощь, Сокджин. Хоть я и немного зол на тебя за то, что ты манипулировал нами, но все это к лучшему. Мужчина довольно хмыкнул. – И, думаю, что тебе следует готовиться переезжать в замок. – Ч-что? – Как что? Ты – старший, а значит, все права на престол принадлежат тебе. Сокджин смотрел на младшего принца так, будто тот окончательно спятил. – Меня изгнали. И я – маг. По закону... – Да кого волнуют эти законы? – Хосок раздраженно глянул на дверь. – Кто изгнал тебя? – Отец. – Не хочу показаться грубым, но его больше нет в живых. И эти законы – всего лишь старинные свитки с печатями. Они могут вдруг пропасть или сгореть дотла, если ты понимаешь, о чем я говорю. На лице Сокджина застыло абсолютное восхищение. – Вау, а ты, оказывается, не такой уж наивный тюфяк. Ты составишь воистину прекрасную партию моему брату. – Извините…– возмущенно начал Хосок, но был тут же выпровожен за дверь. – Извиняю, Хосок-а! Мы поговорим позже, а пока, тебя ждут куда более важные дела. И дверь захлопнулась прямо перед носом младшего принца. Тому оставалось лишь пожать плечами и направиться прочь вместе со своей драгоценной ношей. *** Вернувшись в спальню Юнги, Хосок мягко опустил старшего принца на кровать и наклонился ближе, сокращая расстояние между их лицами. Решившись, Хосок соединил их губы и тут же отпрянул. Веки Юнги дрогнули. – Я знаю, что ты проснулся. Не смей игнорировать, когда я снимаю с тебя очередное проклятие, Юнги. Это грубо. Старший принц тихо вздохнул и открыл глаза, в которых блестели слезы. – Хосок… – Зачем ты сделал это? – Я хотел, как лучше. Хотел избавить тебя от чувства жалости! – проговорил старший принц слабым голосом. Младший простонал и прошелся рукой по волосам, приводя их в беспорядок, а затем взял Юнги за руки. – Какой ещё жалости?! Я люблю тебя, а не испытываю жалость. И я не хочу возвращаться домой! Клянусь всеми богами, я бы нашёл способ и вытащил тебя с того света, если бы было нужно, ты, глупый… Гневный монолог Хосок был прерван отчаянным поцелуем, и младший принц ответил на него со всей страстью, обхватив лицо Юнги руками. – Ты правда любишь меня? – прошептал старший принц, не прекращая оставлять короткие поцелуи на губах Хосока. – Люблю. Больше всего на свете, Юнни. И я пройду весь этот путь к тебе хоть сотни раз, лишь бы у нашей истории был счастливый конец. Юнги сморгнул несколько слезинок, которые тут же зацеловал младший принц. – Прости меня. Я…мне было нелегко после гибели отца и матери. Я всегда был слабее моего брата. Ох, я должен тебе сказать… – Я говорил с Сокджином. Я знаю правду и я не злюсь, – младший принц наблюдал, как лицо Юнги чуть просветлело от облегчения. – Я должен извиниться перед ним. Мне так стыдно, боги! Говорил же тебе, что я совсем не хороший человек, Хосок-а. Младший покачал головой, оставляя по нежному поцелую в уголках губ Юнги. – Идеальных людей не существует, любовь моя, а мне просто нужен ты – такой, какой есть. Со всеми недостатками и достоинствами. Я люблю тебя. Юнги потерся кончиком носа о нос Хосока. – Я люблю тебя сильнее и буду всегда благодарен богам за то, что послали тебя мне. Вероятно, брата своего мне тоже следует благодарить... Младший принц улыбнулся, и они замолчали, глядя друг другу в глаза. Внезапно, на лицо Юнги набежала тень. – Хосок-а, я все равно не буду королем. Я не хочу и не смогу. Пожалуйста, не заставляй меня. Паника в голосе старшего принца отозвалась в грудь Хосока тупой болью. Он замотал головой, касаясь щеки Юнги в успокаивающем жесте. – Тише, любимый. Тебе не нужно быть королем, Сокджин будет более чем рад взойти на престол. – Но он же маг! Его изгнал… – Юнги прервался, и на его лице отразилось понимание. – Но как быть с документами? Хосок небрежно пожал плечами. – Я хотел их сжечь. Если ты не против, мой принц. Старший взволнованно облизал губы, его глаза горели. – Против? Да я помогу тебе, любовь моя. Боги, ты такой коварный, это по-странному возбуждает. Хосок фыркнул и пробормотал что-то о семейных причудах, но Юнги не слушал. Он поднялся с кровати, заставляя младшего принца отодвинуться, и стал взволнованно ходить по комнате. – Мы должны сделать официальное заявление и составить новый документ. Но сначала я должен воссоединиться с братом. Потом мы все обсудим и оформим это по закону. По новому закону, идеально! И я буду свободен. Ведь так, Хосок-а? Смотря в эти черные глаза, полные надежды, Хосок нежно улыбнулся своему принцу и заключил его в объятия. – Ты уже свободен, любовь моя. Юнги счастливо улыбнулся в ответ, целуя любимого мужчину и чувствуя – на этот раз их с Хосоком ждёт только счастливый конец.