Очень-очень странный сон

      Тони это ненавидел.       Ненавидел смотреть, как Питер Паркер лежит в медицинском крыле без сознания, с перевязанной головой. И не важно, насколько серьёзны или не серьёзны были травмы, Тони всё равно захлестывала вина. Питер был слишком юн, слишком хрупок. И только Тони был виноват в том, что он связался с Мстителями и рисковал жизнью.       Тони даже рядом не было, когда Питер ударился головой. Это Сэм рассказал ему, как паренек преследовал очередного «злодея дня» — это сам Питер их так называл, — отвлекся на собственные шуточки и влетел плашмя в стену на скорости, о которой Тони не хотелось даже думать.       К счастью, там был Халк, и он сумел поймать Питера раньше, чем тот ударился еще и о землю. Он передал его Тони, и уже тот бережно доставил мальчишку в медицинское крыло башни.       Врачи немедля приступили к работе, а когда закончили, уверили Тони, что всё будет хорошо, когда Питер проснётся, но тревога не позволила ему отдыхать, пока он не убедится в этом лично.       И, наконец, Питер пошевелился под простынёй, потянулся. Моргнув пару раз, распахнул глаза и попытался сесть, но Тони осторожно уложил его обратно.       — Мистер’арк? — пробормотал Питер. — Что сл’чилось?       Тони решил, что шутку про мух и стекло лучше оставить на потом.       — Ты сильно ударился.       Питер снова пошевелился и завертел головой, словно пытаясь сориентироваться в окружающем мире. Ощупал простыню, которой был укрыт, и его дыхание сбилось, ускорилось, сигнализируя о подступающей панической атаке.       — Где мои ноги?!       — Вот же они, — попытался убедить его Тони и потрепал по колену. Похоже, Питеру дали очень забористое обезболивающее.       — Мои остальные ноги! Ещё четыре!       — Пацан, ты шутишь? Это такой недоступный мне юмор поколения Z?       Питер не ответил, зато полез пальцами себе в рот, ощупывать зубы.       — Почему мои клыки не острые? Что вы с ними сделали?!       — Ты не настоящий паук, — напомнил Тони, начиная беспокоиться всерьез. Он потянулся к Питеру, надеясь, что прикосновение успокоит его, но тот только отдернулся и зашипел. — Так, а вот это было лишнее.       Питер одарил его мрачным взглядом. Даже сейчас, когда он был уверен, что он паук, у которого украли клыки и ноги, он был чертовски мил. Тони снова потянулся к нему, и в тот раз, вместо шипения, Питер попытался его укусить.       — Эй!       Питер подпрыгнул, отбросив простыню, и повис на потолке вниз головой.       — Ну пожалуйста, пожалуйста, слезь оттуда!       Питер снова зашипел и резво забился в угол. Тони постарался сохранять спокойствие. Он понятия не имел, что бывает с человеком с сотрясением мозга, если его подвесить вниз головой, но подозревал, что ничего хорошего. Краем глаза он заметил рядом с дверью швабру, но отбросил идею прежде, чем она успела полностью оформиться       Последнее, что ему требовалось, это ещё больше шипения и укусов.       — Если ты спустишься, — пообещал Тони так беззаботно, как только мог, — я покажу тебе, где мы держим мух.       Питер сверлил его мрачным взглядом, но больше не шипел, так что Тони отметил это, как маленькую победу. Слишком рано.       — Верни мои клыки, тогда и поговорим.       Тони тяжело вздохнул, не зная, то ли ему паниковать, то ли смеяться над полным абсурдом ситуации. Из всех подростков из Квинз, из всех подростков, что он в принципе мог встретить, он обязан был выбрать этого. Паукообразного.

***

      В итоге он решил, что проще всего будет подождать. Питер вряд ли останется жить на потолке, и наверняка ещё быстрее перестанет считать, что он настоящий паук. Так что Тони взял стул, уселся в центре комнаты и уставился на Питера в углу, ожидая, пока тот снова сочтёт себя человеком.       Переглядки все еще продолжались, когда в палату вошёл Роуди и тоже уставился на Питера.       — Как миссия? — поинтересовался Тони.       — Как обычно. Я пропустил пару ударов, Кэп приказал не выражаться, но в итоге мы справились… А почему Питер на потолке?       — Он отказался спускаться, — сообщил Тони, как будто так и надо. — Он думает, что он настоящий паук.       — Так почему бы не взять швабру…       — Плохая идея, очень не советую.       Роуди нашёл ее взглядом, но прежде, чем Тони успел что-то добавить, в палате уже был Баки, а Роуди объяснял ему, что происходит. Баки посмотрел на швабру, на Питера, и приступил к действиям.       Ухватив швабру металлической рукой, он направился в тот угол, где Питер висел, и попытался сковырнуть его с потолка. Питер зашипел. Баки попытался снова.       Перед Тони развернулось самое странное, правда, краткое, зрелище в его жизни. Питер упал вниз ровно в то мгновение, когда Баки замахнулся в третий раз, отобрал швабру и сломал ее пополам, укусил Баки за металлическую руку и сбежал.       — Что за чёрт? — в ужасе выдохнул Баки, ощупывая металлическую руку живой. — Тут следы от зубов остались!       Роуди присвистнул.       — Я же говорил, не надо, — хмыкнул Тони.

***

      Под чутким руководством ПЯТНИЦЫ Роуди, Баки и Тони (в броне) исследовали самые тёмные углы башни в поисках Питера.       — Пауки вообще видят в темноте? — спросил Баки.       Тони вздохнул.       — Какая разница. Он не настоящий паук.       — А жуткий прямо как настоящий, — буркнул Солдат, машинально потирая укушенную металлическую руку.       Тони потёр лоб, тяжко вздохнул и от души пожелал, чтобы Питер оказался в постели, безопасности, и не одержимый мыслью, что у него должны быть клыки и восемь лап. А когда это случится (если вообще случится), Тони ни за что не позволит ему обо всём этом забыть.       — Глядите! — воскликнул Роуди, указывая на стены, покрытые рисунками. Из паутины.       — Должно быть, он нашёл свои шутеры.       Они остановились, чтобы полюбоваться работами Питера, одна из которых подозрительно напоминала Железного Человека с куском пиццы и пауком, сидящим у него на руке.       — Понятия не имел, что он ещё и художник.       — Думаю, мы уже близко, — шепнул Роуди. — Следуем за паутиной.       Тони закатил глаза, но согласно последовал за паутиной и товарищами по несчастью в спортивный зал. Ну конечно же, Питер направился в спортзал! Это было самое большое помещение в башне, с самыми высокими потолками.       Медленно, осторожно и как можно тише они вошли внутрь и осмотрелись.       — Мы его здесь в жизни не найдём.       Мимо них прошла Наташа Романофф с банкой мух, разом вызвав у Тони миллион вопросов, вроде, где Наташа взяла банку мух, но он отбросил их прочь. Ситуация и без того была предельно странная.       Наташа остановилась в центре зала, открыла банку, позволив мухам разлететься, и, когда Питер бросился за одной с потолка, Тони подстрелил его из пистолета с транквилизатором. Тони, конечно, поймал его, прежде, чем он рухнул наземь, и только потом повернулся к Наташе.       — Мухи? Серьезно?       Наташа пожала плечами, и Тони прошествовал мимо, перекинув Питера через плечо, обратно в медицинское крыло.       — Думаешь, в следующий раз он проснётся человеком? — спросил Баки.       — Это Питер. В лучшем случае он будет не настолько паукообразен

***

      Тони всё еще ненавидел смотреть, как неподвижный Питер лежит в госпитале, только на этот раз это была его вина в самом буквальном смысле. И когда Питер снова открыл глаза, Тони собрался с силами и просто тихо понадеялся, что он уже пришёл в себя.       — Мистер Старк? — шепнул Питер. — Я видел такой странный сон…       Тони многозначительно ухмыльнулся.       — Это был совсем не сон.       Питер нахмурился.       — Да нет, наверняка сон. Вы меня уволили, а я случайно превратил вас в голубя, но потом мы вместе спасали мир, так что всё было в порядке.       — Ладно, — Тони начал немного волноваться уже из-за воображения этого пацана, — это был сон. Больше тебе ничего странного не снилось?       Питер задумался и на лице его отразился ужас осознания.       — Нееееееет! Это было правда?!       — Полная.       — Я думал, это кошмар, — Питер запнулся и поднял взгляд на Тони. — Спасибо, что не дали мне съесть муху, мистер Старк.       — Не за что. Я бы никогда этого себе не простил.       Питер рассмеялся, и это был самый лучший звук, что Тони когда-либо слышал, и попросил что-нибудь поесть, потому что он просто умирал от голода.       Через час оба они лежали на кровати в госпитале, с ноутом Тони на коленях, головой Питера у Тони на плече, пустой коробкой из-под пиццы на прикроватном столике, и смотрели кино. И Тони переполняли радость и удовлетворение от того, что его ребёнок наконец-то в безопасности.       У него ушло несколько минут, чтобы осознать, откуда идёт странный звук, обычно ассоциирующийся с кошками.       — Пацан, ты что, мурлычешь?       — Ага, — ответил Питер, словно это не было бесконечно абсурдно. — Пауки так и делают.       — Это что-то новенькое.       Питер пожал плечами.       — Наверное, я немножко больше паук, чем вам казалось.       Тони медленно кивнул и обнял его за плечи, решив про себя, что он ещё нескоро забудет про всё, что связывает Питера с пауками.