i like the way you report me

у него длинные ноги, тощая задница, бледная шея, зеленые глаза и утонченные губы. омерзительный и выебистый характер, но страдающий от пубертатного периода организм котаро ликует, заставляя парня делать движения ладонью вверх-вниз, откидывать голову назад и пытаться громко не стонать (мать услышит), стискивая челюсти. он хмурится, допивая сок из трубочки и острым взглядом следя за вытянутой фигурой. акааши кейджи отчитывает каких-то восьмиклассниц за яркий макияж (как вы несправедливы, кейджи-сан, они встали раньше специально, дабы вы оценили их талант нанесения теней в своем кабинете, желательно поставив на колени для лучшего обзора), а рядом сидящий куроо что-то с энтузиазмом рассказывает. — бро, хватит жрать его своими глазищами. парень отмахивается, отпивая сок еще яростнее. — я хочу его выебать. он прямо слышит, как куроо закатывает глаза. друг, слепым останешься. — я уже понял это, бо, а еще я понимаю, что он не будет трахать малолетку. — да я его сам трахну! от такого громкого заявления в их сторону стреляет взгляд даже сам акааши. котаро тянет губы в улыбке, мол, это все куроо виноват, а когда виновник его мозолей на ладонях (он не про волейбольный мяч сейчас) отворачивается, снова потухает, устало вздыхая и высасывая из картонной коробочки воздух. трахнет. обязательно трахнет. а твоя уверенность, куроо тецуро, отсосет мой толстый хуй. после акааши, конечно. ******* на английском сидеть желания нет никакого. котаро любит шагать по пустым коридорам, делая вид, что занят важными делами, разглядывая плитку, которую не меняли тут со времен второй мировой. и бокуто похер, что когда началась вторая мировая, строительства этой школы и в мыслях не было, у него по истории тройка. его все бесит. после уроков нужно шагать на тренировку, и кто бы что не говорил о его нескончаемой энергии, на самом деле котаро тоже хочется лежать, есть, дрочить и смотреть аниме, а не три часа тренировать удары, а потом еще и нести свою тяжелую тушу в душ. котаро всегда был эмоциональным и не очень внимательным мальчиком, поэтому он даже не удивляется, задевая рукой горшок с растением и, конечно же, разбивая его. и тут, как на зло, появляется из ниоткуда причина его нескончаемых актов онанизма. котаро щурится, пытаясь понять, кто акааши вообще такой и откуда он взялся. завуч выглядит не так устрашающе, как о нем говорят мальчики из пятого класса, которых повели в кабинет акааши за то, что они рисовали на партах члены и мерзко хихикали над такой ужасающей пакостью. кейджи реально какой-то тоненький и ниже бокуто на полголовы, отчего воспринимать его серьезно не очень получается, но котаро не сказал бы, что акааши похож на подростка. он все еще хочет заняться с ним грязным сексом. — почему не на уроке, бокуто? воу, и даже без обращения? неплохо. — мм... может, позволите мне не отвечать на этот интересный вопрос, акааши-сан? — с какой стати? — у меня красивые глазки. на кейджи это не действует. уу, вредина! парень делает движение ладонью, мол, ты мне свои условия не ставь, мелочь, и направляется в свой кабинет. — предложите более значимый аргумент. он устало вздыхает, будто котаро сам слезно просил его пустить к себе в кабинет, и показывает парню на кресло, чтобы тот наконец уместил свою огромную тушу в маленьком помещении. — я мог бы в качестве компенсации за разбитый горшок угостить вас кофе. бокуто кладет локоть на стол, очаровательно улыбаясь и пытаясь не сжать бедро своего завуча, что сейчас находится прям ря-я-ядышком, лишь руку протяни. к его огорчению, акааши занимает место напротив, оставаясь невозмутимым. — мм…правда? только кофе? стоп. котаро кажется, что он реально слышит явный намек, или же сходит с ума сейчас. вернитесь в палату, бокуто котаро. он видит еле заметную ухмылку, немного подвигаясь вперед и наклоняя голову вбок. — я могу предложить еще что-то более интересное. — например? такой взгляд откровенно смущает. боже, бокуто кажется, или он все-таки адекватный и все происходит наяву? — думаю, лучше будет показать. акааши принимает правила его игры. он берет парня за руку, поднося указательный палец к своему рту и кусая кончик. слишком пошло и развратно. ну, как говорится, в тихом омуте черти водятся. бокуто хватает его за подбородок, заставляя взять уже фалангу большого пальца, надавливая на язык, размазывая слюну по нижней губе, а после заменяя его своим языком. что за чертовщина происходит он, конечно, не понимает, но ему и его члену это определенно нравится. парень встает, отрываясь от насилования чужого рта, заставляет акааши встать, сажая на стол и сжимая бедра. кейджи хочет продолжить манипуляции с губами, но вместо этого котаро переключается на его шею, кусая и обводя след языком. акааши стонет. стонет громко и развязно, словно какая-то шлюха из немецкого порно, когда бокуто вгоняет член во всю длину и прижимается грудью к спине, продолжая глубоко толкаться в чуть подрагивающее тело. когда тянет за волосы, покусывая мочку, больно шлепает по заднице. когда хватает за шею, другой рукой сжимая бедро до синяков, обводит языком края родинки под челюстью. котаро моргает несколько раз, замечая, что не дышал все это время. акааши смотрит на него все еще невозмутимо. — неделя уборки в библиотеке, повторяю третий раз, от тренировок будешь освобожден. чеееерт.....