ПРИВЕТ, СОСЕД

      Роб был счастлив. Его Тесс вновь только его. Они засыпают и просыпаться вместе. Завтракают каждое утро этими осточертевшими ему вафлями. Ужинают. И, даже иногда обедают. Пока девушка на учебе, Роб самозабвенно рисует и тогда ее отсутствие не так заметно. Мэй перебралась жить к Дейву, так что квартира девушек пустует. Роб и не думал, что его, закоренелого холостяка так будет радовать ее зубная щётка в ванной или платья в шкафу. Тесс обожала платья, нося их даже зимой. Он обожал Тесс и в платьях и без оных. Он обожал Тесс.       Вчера, ужиная у друзей, Роб дошёл до того, что начал выспрашивать у Дейва подробности того, как тот признался в любви Мэй впервые. И остаток вечера негодовал на его ответ: «Да просто сказал и всё». Как можно просто сказать?! Это ведь вовсе не так и просто! Это такие особенные для него слова. Он не говорил их никому. И не скажет никому, кроме неё.       Он мысленно, каждое утро благодарил глухого дядю Мэй, что он скоропостижно скончавшись, подарил ему Тесс. Этого большеглазого чертёнка, вернувшего его к жизни, во всех смыслах слова.       Можно ли любить кого-то настолько сильно? Вряд ли… Роб и не знал, что он способен на подобные чувства к кому-либо… — Эй, псих… Я дома! — раздался громкий звук удара двери о стену.       Роб не глядя, отшвырнул в сторону кисть и, стараясь не бежать, вышел из мастерской. Тесс стояла на пороге, в какой-то смешной вязаной шапке, с разрумянившимися щеками и улыбалась так, что Роб вдруг решил, что они должны пожениться. Он стремительно подошел к ней и не говоря ни слова, впился поцелуем в губы. Девушка обняла его за шею, привстав на носочках и ответила. — Соскучился что ли? — улыбнулась она, прислонившись холодной щекой к его. — Очень… — Роб потихоньку учился говорить то, что чувствовал к ней. — И я… — довольно ухмыльнулась она. — Даже с занятий сбежала. Представляешь? — она выпучила глаза в притворном ужасе. — Бог мой! Да что ты говоришь? — рассмеялся Роб. — Ага! Решила помочь тебе с ужином. Сегодня ведь наша очередь, да? — Да. Но помощник-то из тебя так себе. — Эй! Это неправда! — возмутилась Тесс. — Ты подъедаешь ингредиенты. Да да, если я молчу, это не значит, что я не вижу. Они смеясь, обнимались, так и стоя в коридоре, когда дверь распахнулась и влетел Дейв. — Ребят, блядь, катастрофа! — Что? — мгновенно насторожилась Тесс, отпуская Роба. Тот недовольно нахмурился, но промолчал. Только потому, что больше Тесс он любил только Дейва. — Мы едем в Италию! — Действительно. Хуже и не придумать. — хмыкнул Роб. — Нет! Ты не поняла — мы едем туда знакомиться с родителями Мэй!!! — О! — Роб даже не нашёлся с ответом. — О! Вот тебе и «о»! Что если я им не понравлюсь??? — Дейв, дорогой, это невозможно! Тебя все любят! Да, Роб? — Ага. Интересно, они видели твой последний фильм? Ну тот, где ты играешь лесника с большим членом? — РОБ!!! — возмутилась Тесс. — А что? Будь я отцом, меня бы крайне заинтересовал такой кавалер! — заржал Роб. — У тебя в каждом фильме постельные сцены одна жарче другой. Дейв испуганно смотрел на него, мысленно прокручивая в голове те самые кадры и с каждым новым мрачнел все больше и больше… — Роб, не будь таким засранцем! Дейв, прекрати накручивать! Родители Мэй просто замечательные люди! Они полюбят тебя так же, как и все мы! Вот увидишь. — Ну или не увидишь. Одно из двух. Зато ты заранее знаешь расклад. Или или. — не унимался Роб. — Очень смешно. Спасибо, друг! — прошипел Дейв. — Пойдём, выпьем чаю. — Тесс бросив предостерегающий взгляд на Роба, повела поникшего Дейва к столу. Роб поплёлся следом.       Ко дню вылета, Дейв, казалось, даже похудел. Мэй и Тесс наперебой уверяли его, что беспокоиться абсолютно не о чем. Роб хранил молчание, стараясь не нагнетать обстановку. Он не сомневался, что друг очарует родителей Мэй, но из-за вредности ни за что не признал бы этого.       Проводив друзей, ему пришлось выслушать от Тесс, как важно быть сострадательным. Пообещав, что в следующий раз они пойдут вместе в Армию спасения, наливать супы бедным, она больше не возвращалась к этому вопросу, оставив его с чувством тревожного ожидания кары.       Мэй позвонила сообщить, что дела идут отлично. Дейва приняли, как родного и они, возможно, задержаться чуть дольше, чем планировали.       Тесс вошла в мастерскую, дабы сообщить эту новость Робу. Тот рассеянно кивнул, задумчиво глядя на чистый лист бумаги. — В чем дело? — Тесс уже научилась распознавать его настроение. — Да так. Не обращай внимания… Чем хочешь заняться? — Хочу посмотреть, как ты работаешь. Можно? — Вообще-то, этого я не разрешаю никому… — повернулся к ней Роб. — Но? — Но ты ведь особенная, поэтому тебе разрешу… — улыбнулся он, целуя ее в кончик носа. — Особенная… Звучит так, будто у меня какое-то психическое расстройство… — Нууу… — Роб! — засмеялась она, шлёпнув его по руке. Тот обнял ее свободной рукой, прижимая к себе и целуя в макушку: — Если честно, я без понятия, что рисовать… — Бабочек? — предложила она и рассмеялась. — Бабочек… — задумчиво протянул он и вдруг, бросив взгляд на холст, улыбнулся. — Раздевайся. — Что? — захохотала она. — Прям здесь? — Да, давай. Снимай платье. — бросил он, лихорадочно убирая все лишнее с деревянного стола, служившего ему в мастерской подставкой для краски и палитры. Тесс все ещё смеясь, начала раздеваться. — Что дальше? — Бельё тоже. — Может ты сам? — игриво спросила она. — Ну, ок. — кивнул он. Подойдя к девушке он ножом для холста срезал лямки ее лифа, оттянув их вверх. — Ты охренел что ли? — заорала она. — Это мой любимый комплект! Но Роб не слушая ее, усадил на стол и начал смешивать палитру. — Не смей в меня ничего пихать кроме того, что для этого предназначено физиологически! — предупреждающе сказала она. Роб непонимающе уставился на неё, переваривая услышанное. — Да да… И нечего на меня так смотреть… Роб начал хохотать. Тесс, не выдержав, засмеялась следом, чувствуя себя максимально нелепо, сидящей в одних трусиках на столе. — Ты нечто. — просмеялся Роб. — Я хочу рисовать на твоём теле. Можно? — Серьезно??? — глаза Тесс загорелись. — Вполне. — Охренеть! Давай! А что мне делать? — Тебе? Ничего. — улыбнулся он, проводя кистью по ее бедру. — Щекотно, Роб… засмеялась она.       На следующее утро они проснулись довольно поздно. Тесс прижималась к нему и вспоминала вчерашний день, как Роб рисовал на ней все, что взбрело ему в голову, а потом, закончив, занимался с ней любовью, размазывая по их телам то, что получилось… Как они, смеясь, отмывались в душе… Как мокрые и счастливые звонили Дейву и Мэй по видеосвязи и просили привезти побольше вина… Тесс счастливо зажмурилась…       Прошло ещё пара дней. Тесс собиралась на пробежку, когда в дверь постучали. Роб удивлённо выглянул из кухни, где готовил завтрак. Тесс пожала плечами и открыла дверь.       Говорят, бывают моменты, когда твоя жизнь рушится в момент. Тесс думала, что это только красивое сравнение для книг, чтобы максимально заинтриговать читателей, но глядя на красивую высокую блондинку, стоящую в дверях, Тесс осознала, что вся их счастливая жизнь с Робом рушится прямо в эту самую секунду. Той можно было даже ничего не говорить… Тесс знала, что она пришла забрать его у неё… — А ты кто? Прислуга? — сморщила носик блондинка, рассматривая простой спортивный костюм Тесс, ее ненакрашенное лицо и копну волос, забранных в высокий хвост.       Тесс повернулась к Робу, так и застывшему в кухонном проеме. Из кухни запахло подгоревшим тестом, но все трое, казалось, не замечали этого. Роб посмотрел на Тесс и его сердце сжала паника. Она смотрела на него, умоляя. Именно мольба была в ее огромных, прекрасных, так обожаемых им глазах. — Коллет? — сказал Роб, внезапно севшим голосом. — Привет, сладкий! И давно ты у нас стал медийной личностью? — она нагло прошла внутрь, толкнув Тесс плечом.       Та поняла, что она отлично знала, кто такая Тесс и что она делает в доме Роба утром. Она поняла все. Поняла, что эта красотка, словно сошедшая с обложки модного журнала имеет полное право быть здесь. Что она, возможно, девушка Роба или что похуже. Тесс стояла, вцепившись в дверную ручку двумя руками и пыталась найти поступку Роба объяснение. Объяснение, которого не было и быть не могло. — Какого черта тебе надо? — пришёл в себя Роб. — Такого же, что и всегда. Я приехала из Лондона и сразу к тебе. Мы ведь, как бы, пара. Представь теперь мое удивление, когда я читаю новости в интернете и узнаю, что ты, буквально, сегодня-завтра женишься. И на ком? На ней? Ты серьезно? — Роб… — только и смогла выдавить Тесс, молясь чтобы это было кошмаром. — Я все объясню, маленькая. Коллет, уходи. Не вынуждай меня выгонять тебя силой. — Ещё чего! Пусть она уходит! Маленькая… — Коллет повернулась к Тесс. — Ты что, ему что-то вкалываешь? Откуда такая покладистость? Он даже слов-то таких не знает. — Уходи! — прорычал Роб, бросившись за Тесс, которая больше не могла терпеть этого.       Тесс бежала так быстро, как только могла. Роб ни за что не догонит её. Он ведь не любит бег. Не любит её. Никогда не любил. Ну, конечно…       Эта Коллет идеально подходит ему. Она отлично знала, кто это. Она одна из самых известных моделей, лицо мировых брендов. Она и Роб — идеальная пара. Красивые, богатые, знаменитые. Упав на колени прямо посреди парка она разрыдалась.

***

Счастливо улыбающаяся Мэй встала из-за стола. — Прошу прощения, Тесс звонит. — О, передавай моей девочке привет! — воскликнула мама Мэй. — И от меня. — поддержал отец. — Дейв, ты ведь знаком с Тесс? — О, можно сказать, без неё я бы не сидел здесь. — улыбнулся Дейв, но тут же помрачнел, увидев лицо Мэй, слушавшей подругу. — У него другая, Мэй… Боже, почему мне так больно… Я не знаю… Не могу… За что, Мэй? За что он так со мной!???? — захлёбывалась рыданиями Тесс так громко, что сидящие за столом испуганно замолчали. — Я прошу прощения… — Дейв встал. — Видимо, мы вынуждены улететь раньше… Родители Мэй лишь испуганно кивнули.