Сквозь небо, что усыпано яркими звездами

У Чимина прекрасный парень, который ухаживает за ним, дарит подарки, позволяет практически любую шалость. Вместе они достаточно долгое время, около двух лет, из которых год живут вместе. Всё бы хорошо, только Пак не такой святой, как может показаться на первый взгляд. Много раз парень пытался прекратить отношения на стороне, но, всё сводилось к прекрасному сексу на квартире у любовника. Чимин пробовал секс с «любимым парнем», но всё было не то. Не было той изюминки, что тебя вот-вот могу застать в роли любовника или изменника, не было приятного ощущения от рук, блуждающих по телу, не было той самой дикости, что будоражила кровь. Для многих это покажется гадко, но господи, как же ему приятно. Ему до одурения приятно находится в квартире своего любовника, засыпать там и просыпаться, заниматься любовью в любой части этой квартиры, кончать с именем, которое словно клеймо впечаталось в жизнь молодого человека. Мин Юнги. Молодой парень, состоящий в отношениях с элегантной девушкой, что пленяет всех мужчин своим обаянием и красотой. Или любовник Пак Чимина, втрахивающий его в свою постель регулярно. Это стало чем-то вроде хобби. Ну или своеобразного наркотика, кому как. После тяжёлого рабочего дня вместо просмотра кино Чимин звонит своему знакомому с желанием переспать. Почему бы и нет. Парень доезжает до знакомого района, а после добегает до дома, пытаясь игнорировать мелкий мешающий дождь. Стряхивая капли воды, попавшие на волосы, юноша забегает в лифт. Кабинка доезжает до 4 этажа мучительно долго, как кажется парню. Он доходит до входной двери в два шага и стучит пару раз, слегка отбивая мягкую кожу рук. Дверь распахивается и на пороге появляется юноша невысокого роста, одетый в свободную футболку тёмного цвета и серые спортивные штаны. — А если бы я был не один? — хриплый голос бьётся о стены подъезда, отдавая небольшим эхом. — Но ты же один. — игривый голос напоминает мурчание довольного кота. Пак делает шаг вперёд, чуть ли не впечатываясь в хозяина квартиры, и поспешно закрывает дверь. Опираясь одной рукой о стенку, парень тянет другую руку к манящей шее и притягивает Юнги к своему лицу, после дотрагиваясь до мягких губ напротив. В поцелуй младший чувствует, как его обнимают крепкие руки, окольцовывая, прижимая к себе до миллиметра. — Я мокрый. — раздалось в гостиной после того, как Мин перешёл поцелуями к смуглой шее. — Раздевайся, а то заболеешь. — так томно это было сказано на ухо, так приятно при этом миновы ладони сжимали задницу. Почему Чимин получает такой кайф именно с этим человеком. Это же неправильно? Пак ловко изворачивается, и беря Мина за руку, направляется в сторону ванной. — Сегодня хочу в душе. Обстановка непринужденная. Такое ощущение, что так всё и должно быть. Такое ощущение, что они пара, которая решила назначить этот день ленивым, дав отдохнуть от суеты друг другу. Заходя в ванное помещение, Чимин первым делом облокачивается на стиральную машинку, вновь притягивая любовника к себе, завлекая в поцелуй. — Как дела? — смято послышалось сквозь поцелуй, и младший в ту же секунду был посажен на технику, ощущая как бёдра чуть сжимают и поглаживают. — Прекрасно, а у тебя? — смуглая кожа на шее вновь поддалась ухаживанию со стороны. В этот раз её прикусывали, слегка засасывая, Юнги пытался не оставить ярких бордово-фиолетовых следов. — Всё…хорошо! — последний тихий выкрик-стон пришелся из-за перехода массажа с ляжки на паховую область. Далее примерно минуту по комнате с заметной акустикой разносился тихий скулёж младшего, сопровождаемый довольной ухмылкой Мина, который в этот момент наслаждался легким запахом шампуня Пака. — Юнги… пожалуйста… — Чимин поднимает тяжёлый взгляд и с надеждой смотрит на Юнги из-под влажной, почти мокрой, чёлки. — Всё для тебя. — лёгкий поцелуй в висок. Не должно быть так тепло сейчас на сердце, но почему-то именно это чувство сейчас испытывает Пак. Мин быстро снимает с Чимина толстовку, целуя после в обнажённую ключицу, прикусывая, и стягивает с аппетитных бёдер обтягивающие штаны вместе с боксерами. Пак улыбается хищно, целует Юнги в губы, будто просто касаясь, и стягивает домашнюю футболку с юноши, после обводя его плечи и торс горячими ладонями, слегка царапая ногтями. Сейчас Чимин хочет взять верх над парнем, он затаскивает Мина в душевую кабинку, прижимая к стенке. Улыбается и проходится горячим языком от плеча до шеи, оставляя мокрую дорожку. Юнги рукой натыкается на кран и без сомнения включает воду, примерно настраивая тёплый уровень воды. Пользуясь небольшой растерянностью со стороны младшего, Мин берет верх, впечатывая Пака спиной в стеклянную стенку. Он слегка приподнимает ногу парня, придерживая. — Растянут? — Конечно. Вода, льющаяся откуда-то сверху, чуть мешает Чимину, но не в плане получения удовольствия. Он просто не очень хорошо видит под прозрачными струями. У старшего, кстати, всегда были холодные руки. И именно сейчас Пак чувствует эти холодные пальцы в своей заднице, смазанные лишь водой. Младший от такого контраста слегка впивается в плечи ногтями, оставляя следы полумесяцы. Слыша со стороны небольшое шипение Пак только и может со стоном выдохнуть — Прости… — Ничего… — лёгкие поцелуи-бабочки проходятся по телу, успокаивая пассива, и только когда со стороны послышался тихий выдох, — Можешь начать… Юнги поднялся губами к лицу и стал сначала нежно, а после более страстно, обсасывая язык, целовать партнера, постепенно вводя член в анальное отверстие Чимина. А когда тело младшего привыкло к размерам, вовсе начал вдалбливаться так, как любят они оба. Вместе с бьющимися каплями по помещению разносились также шипение, стоны, рваные выдохи. После определённого времени в такой обстановке, Пак чувствует, как член начинает пульсировать, прося разрядки. Он протягивает ладонь и начинает надрачивать в быстром темпе, принося себе удовольствие. Наверное, это действительно самый любимый момент для старшего. Когда его любовник уже заметно достигает пика и хочет поскорее получить наивысший оргазм. В этот момент стоны Чимина смешанные с хныканьем действительно оглушают и, можно сказать, заставляют доставить как можно больше удовольствия. Кончая на стеклянную стенку и тело Мина, Пак обмякает в чужих руках, тяжело дыша. — В следующий раз… — Юнги немного замялся, сглатывая слюну, затем глубоко вдыхая больше воздуха — я хочу на кухне. — Как скажешь.