Прости, Саске.

Ей кажется, что она всю свою жизнь будет чувствовать себя неловко перед кем-то, хотя уверенности в характере ей никто не сможет занимать. Сакура совсем не так представляла то, что происходит сейчас между ней и бывшим членом команды, который крепко прижимал её к себе своей единственной рукой. Однозначно. — Саске, — она позвала его, надеясь хоть как-то обратить его внимание и попытаться высвободиться, чтобы вдохнуть побольше воздуха в лёгкие. — Я вернулся, — парень шептал ей почти на самое ухо, от чего дрожь волнения не смогла не пройтись по всей коже Харуно. — Теперь я останусь в Конохе на достаточно долгое время и смогу быть тут с тобой. Тебе не нужно больше ждать меня. Сакура нервно жмётся и наконец решается оттолкнуть его своими ладонями прямо в грудь. Она чувствует себя некомфортно от того, какой складывается эта ситуация. Учиха не держит её насильно, лишь смотрит с удивлением и неподдельным интересом. Но куноичи видит, в его глазах прячется страх, и ей совсем не хочется его оправдывать. На мгновение, а может даже и больше, ей хочется снова стать маленькой несмышленной девочкой, которой её умный и опытный сенсей сможет помочь решить любую проблему. Но она выросла, и этот факт стоит признать. Ей нельзя молчать, но ком в горле неприятно першит, от чего хочется закашлять и сорваться на детский плач. Харуно знает, она осталась такой же слабой в эмоциональном плане, поэтому сдерживаться ей стоит больших трудов. — Прости, Саске, — она удручённо смотрит на него, надеясь, что ей не придётся ему доходчиво объяснять, что и почему в ней изменилось. Но Учиха не был бы своего рода гением, чтобы не понять значения этих двух слов. — Это Какаши, верно? — он не проявляет злости, агрессии и в его взгляде не существует сейчас этой гнетущей ненависти, которая была с ним всё его юношество. Казалось, уголки его губ даже были приподняты. — Угу, — Сакура смотрела в землю и убрала руки за спину, чувствуя, как её щёки принимают слабый красноватый оттенок. В любом случае, соврать брюнету, даже если бы она захотела, у неё бы не вышло. — Понятно, — хмыкнул Саске и осторожно положил руку на её макушку, после чего нежно потрепал её по голове. — Он достойная партия. Я рад за тебя, — тут он взглянул куда-то за её спину и ухмыльнулься в своей манере, убирая руку обратно. — Какаши, береги её. Ты знаешь, она у нас любит находить себе приключения. Вдруг девушка удивлённо расширила глаза и быстро повернулась назад. Она чуть пошатнулась, когда прямо перед её лицом появилась сильная грудь Хатаке. Не говоря ей ни слова, мужчина ловко развернул её обратно к другу и прижал к себе за талию. Она что-то смущённо пискнула, но возражать совсем не стала, только плотнее придвинулась и положила голову ему на плечо. — Конечно, — их бывший учитель улыбнулся, что было заметно даже через маску, а после благодарственно посмотрел на Учиху. На его душе было спокойно от того, что парень не стал грубить ей, не сделал больно, как это было много лет назад. После этого Саске тоже улыбнулся и подошёл чуть ближе к ним. Он быстро, но очень внимательно, взглянул в её яркие зелёные глаза, вровень похожие на листву деревьев, окружающих Коноху, и дотронулся двумя пальцами до её лба. Наблюдая за тем, как изменилось её выражение лица, шиноби поспешил махнуть рукой на прощание и уйти. Теперь он покинет деревню гораздо быстрее, чем планировал, чтобы всё же заняться продолжением своего клана. — Я рад, что теперь ты действительно счастлива, Сакура, — произнёс он шёпотом и окунулся в приятную прохладу лесной тени.