Новый Друг

Тсуна восхищался своим новым другом. Да, высокий, рыжий, с хмурым взглядом, он запомнился всем в школе. Девушки, как с ума посходили, носятся за ним, готовят завтраки, нескончаемое писание любовных писем. Никчемный Тсуна только мечтать о таком мог. Куросаки Ичиго был, несомненно, интересной личностью. Приходил в школу один, не разговаривал ни с кем. Замкнутый и непонятный, со своими тараканами в голове. В начале Тсуна испугался. Ну, а вдруг это его новый враг? Кто знает. Юный Вонгола помнил, как они познакомились… Был солнечный день, жарко, скукота в школе, что делать? Савада, как истинный прогульщик, сидел на крыше школы один, без хранителей. Сбежав от всех, хотел подумать о чем-нибудь постороннем, легком и простом. Он посмотрел на любимый город и прикрыл глаза. Улыбка сама наползала на губы. Безграничное чувство счастья: здесь друзья, семья, те, кому ты нужен. Облака так безмятежно плывут по чистому голубому небу. Такие разные, непохожие… О, вон то облако похоже на Реборна! Стало почему-то смешно при воспоминании о репетиторе. Бах! Дверь на крышу с грохотом закрылась. Кто-то еще пришел сюда. Тсуна уже готов бежать отсюда, ведь это, скорее всего Глава Дисциплинарного Комитета пришел отдохнуть. Дрожа от страха, испуга и чего-то неизбежного, Небо Вонголы закрыл глаза и сжал кулаки, резко вдыхая и выдыхая, нужно успокоиться… Но ведь сейчас ему влетит! — А ты что здесь делаешь? —спрашивают у Тсуны. Стоп! Но ведь это голос не Хибари Кёи… Медленно открыв глаза, парнишка понимает, что это новый парень, о котором говорит вся школа и которому послала письмо Киоко–тян. Да, Тсуна завидует ему. — Отвечай. — Требует парень. «Он довольно ярко выглядит на фоне неба», — подумал Савада не к месту, — «не то, что я» — Я просто… — Прогуливаешь уроки? — с насмешкой. — Э, нет, нет, нет, — чуть не упав, ответил Тсуна. — Тогда что? Парнишка не нашел, что сказать, и опустил голову вниз. Наверно, сейчас его будут отсчитывать и говорить, что так делать в школе нельзя и сам Куросаки пришёл сюда случайно, а не прогулять занятия. — Да ладно, не парься, — рыжий лохматит волосы, — я тоже здесь по этой же причине. Уроки – скукотища. И жара такая… — он расстегивает две верхние пуговицы на рубашке, через нее видно, как он натренирован, Никчемному Тунцу только о таком теле мечтать… — Угу. — чувство счастья пропало, появилось чувство ущербности, а еще безысходности. Они сели и замолчали. Тишина была угнетающая, но никто не мог прервать её. Солнце светило ярче, пот с тел, капельками падал на пол. Только этот звук нарушал «диалог» двоих парней. — Эм, — Тсуна повернулся к Ичиго, смотря на него с надеждой. — Что? — шинигами тоже повернулся к прогульщику, с интересом ожидая продолжения слов мальчишки с шоколадными глазами, очаровательным лицом и совершенно нежным голосом, который не думал ломаться. Похоже Тсуна совсем не заметил изучающий взгляд, так как набрирался смелости и все-таки выпалил: — Савада Тсунаеши, приятно познакомиться! — зажмуренные глаза и протянутая рука. Рыжий удивленно посмотрел на него. Чуть улыбнулся и сказал: — Ичиго Куросаки, — и пожал протянутую, по сравнению со своей рукой, ладошку, аккуратную и нежную. — Клубника? — еле заметный румянец на щечках, от рукопожатия. Потом они здоровались. Тсуна был единственным, кого приветствовал в школе Ичиго. Саваду девчонки все просили познакомить их со школьным идолом. Но он не делал это, боясь потерять такого знакомого, может, даже друга. Потом они ходили вместе в школу, и со школы, больше разговаривали. Юный Вонгола познакомил Куросаки с хранителями. Они дружелюбно приняли его. Насколько это могло быть дружелюбно, приняли незнакомого человека, а может и не человека, в свою шумную большую компанию. Сколько бы они не общались, свои главные секреты, а именно: кем по-настоящему они являются, — друг другу не рассказывали. А зачем? Они и без этого дружат. Хотя Тсуна начинал сомневаться, что это дружба. Точнее для него это уже давно не дружба. Дело не в Ичиго, а в нем самом. Савада начал себя странно чувствовать рядом с рыжим парнем. Он такой хмурый, когда один, хочется его развеселить, что парнишка и пытается сделать, его попытки всегда веселят и поднимают настроение Куросаки. Когда он смеется, Тсуна весь дрожит, но не от страха, а от легких бабочек в животе, и мурашки бегут по телу, и в солнечном сплетении собирается какое-то неведомое доселе чувство. А когда Ичиго смотрит в глаза дольше, чем 30 секунд, растерянный мальчишка начинает покрываться нежным румянцем и тонуть в омутах шоколада, придвигаясь к лицу, в которое влюблен, чтобы поцеловать, но в последний момент успевает одернуть себя. Уроки физ-ры. Вот чего бояться надо. Когда их классы занимаются вместе, Ичиго никогда не стесняется. Что ему стесняться? Для Тсуны же — это пытка. Смотреть, как Он снимает рубашку — да это совращение! Бедный парнишка губы до крови кусает, чтобы держать себя в руках. Смотреть, как перекатываются мышцы. Эта загорелая кожа, ловкие движения. Савада хочет, чтобы все это принадлежало ему, весь этот рыжий идол принадлежал ему. Но Вонгола понимает, что чувство собственности — это плохо, да и не быть им никогда вместе. Так что мама покупает много мази для губ, слишком уж часто ее сын прокусывает себе губу. Тсуна каждый раз теряет надежду, когда девушки разговаривают за его «друга». И ревнует ко всем. Хотя знает, что никогда не сможет быть с ним. Тсуна восхищается своим новым другом и влюблен в него до потери пульса.