Мы с тобой на темной стороне Парижа.

      На часах почти пять утра. Молодой человек с вьющимися, спадающими на лицо волосами, корпел над своей работой. Аккуратно собирая материнскую плату безымянного устройства, Лео регулярно поправлял волосы, но не имел ни малейшего желания собирать их в хвост. Тусклый свет слабо освещал лишь необходимую часть работы, создавая атмосферу «собственного мирка» и как будто отделяя сей процесс от реальности. В форточку незаметно просачивался прохладный ночной воздух, заставляя Леонарда подобрать под себя ноги. Тот, не отрывая рук от инструмента, поменял положение и… что-то коротнуло. Весь свет резко погас, и поднялся сильный ветер, словно Лео неожиданно очутился на скоростных американских горках посреди ночи: ветер трепал волосы, тряслась земля, и живот невероятно сильно скрутило. Темнота перед глазами заставила сконцентрироваться на собственных ощущениях. Казалось, будто тысячи игл прокалывают всё тело Лео насквозь. Словно всё, что есть внутри, резко решило поменяться местами, попутно больно стискивая все остальные органы. Кровь резко застыла в жилах, сердце отказалось функционировать. Казалось, что вокруг адский холод. Казалось, что ещё немного и его существование прекратится. Казалось, что еще немного и наступит второй Ледниковый период… Но спустя всего секунду Лео швырнуло прямиком на экваториальную зону, в самое жерло вулкана. Лава обволакивала целиком, проникая внутрь через поры, сжигая кожу и пугая своим величием. На миг появившееся голубое небо скрылось за шипящей, покрывающей всё лицо, обжигающей жидкостью. Адская боль, но отсутствие возможности даже пискнуть. Душераздирающий внутренний крик, но неспособность пошевелить и пальцем. События с ошарашивающей скоростью сменяли друг друга, словно Лео смотрел свой предсмертный фильм и мельком проживал свой жизненный опыт, ускоренный в сто раз, но жестоко представленный во всём своём ужасающем неглиже. И, наконец, смерть. Отсутствие каких-либо ощущений, абсолютное опустошение. Спокойствие. Вздох. Веки инстинктивно распахнулись и в глаза прыснул яркий луч зимнего солнца. Вокруг плотный снегопад и снующие по узкой улочке люди. Люди в… фраках? Пиджаках? Пальто? Конные повозки?! Лео постарался привстать. После жуткой боли, только что полностью пропитавшей его абсолютно всего едкой и чужеродной горечью изнутри, наступило онемение, но тело начало приобретать более-менее стабильное состояние. Он, абсолютно не стесняясь своего поведения, ровно сел и старался скоординироваться. — Такой о’кей, ребята, это уже вообще не смешно. Во-первых, где я, а во-вторых, какой это год? Что вообще только что произошло? Он запустил ладони в свои карамельные кудряшки и всматривался в окружающий мир в поисках ответов на свои вопросы. Действительно, где он? Как так получилось? Неужели его догадки верны… С огромным нежеланием сидеть на жопе ровно, Лео превозмог боль и резко соскочил, чтобы уж точно не иметь соблазна прилечь обратно. Резкий толчок извне и он снова оказался на дороге.

***

Две черноволосые макушки спешно пробирались сквозь потоки людей, ловко проскальзывая между шикарными дамами и статными господами. Одетый в длинное чёрное пальто, парень вёл за собой маленького мальчика в светлой меховой дублёнке, громко цокая подковками на сапогах, шагая по каменному тротуару. Оба мальчика были похожи друг на друга, как две капли воды, за исключением того, что парень был многими старше своего юного попутчика. Лицо его закрывалось длинным стоячим воротом, из-за чего черты можно было разглядеть только спереди. — Эван, куда мы идём в такую рань? – недовольно промычал мальчик, оттягивая руку брата назад, заставляя того сбавить темп ходьбы. Парень проигнорировал младшего, уверенно шагая вперёд. – Мы даже не позавтракали, я не умылся! Недовольный таким обращением к себе, ребёнок подпрыгнул на месте, дёрнув брата с такой силой, что тот чуть не завалился на бок. — Айне! — вскрикнул Эван и навис над мальчиком. — Перестань вести себя подобным образом! Что я говорил тебе про твои капризы? Парень пристально, со всей строгостью, сверлил брата взглядом, тот опустил глаза. Стыдно. Проходящие мимо люди ненароком обращали внимание на повышенный тон паренька, но тот старался не реагировать на косые взгляды и тихие перешёптывания. — Прости… Ты просто так внезапно разбудил меня и заставил одеваться... Уже с более жалобным видом бубнил мальчик в завязанный вокруг его шеи шарф. Он сжал пальцы брата сильнее, словно боялся, что сейчас его оставят здесь, посреди незнакомой улицы, совсем одного. Видя всё раскаяние младшего, Эван тут же смягчился. Он изменился в лице, мягко улыбнулся и присел перед Айне на одно колено. — Извини меня. Я не думал, что они найдут нас так скоро. Сейчас мне нужно отвести тебя к Айзеку, и тогда ты сможешь отдо-... — Эван, нет! Я не пойду к нему! Он снова заставит меня учиться! – возмущение мальчика нарастало с новой силой. — Айне, послушай, это не то, о чём нам сейчас нужно беспокоиться… - Эван сохранял спокойный тон, стараясь передать его младшему брату, но тот даже и не пытался обратить внимание на настроение, посылаемое ему от Эвана. — Ты постоянно бросаешь меня, оставляя с Айзеком, а сам уходишь куда-то надолго и… – на его глазах выступили слёзки, и Эван поспешил стереть их с век до того, как они потекли бы по щекам. — Малыш, прошу, успокойся. Ну же? Посмотри на меня? — парень поднял лицо Айне за покрасневшие от холода щёчки. — Обещаю, это в последний раз. Я придумал кое-что, и скоро мы уедем далеко отсюда. - Эван не закончил свою мысль. В толпе он заметил подозрительную суету и, приглядевшись, он узнал нескольких мужчин, тех самых, что застали братьев врасплох этим утром. Парень тут же подорвался на ноги и потянул мальчика за собой. — Давай, давай, Айне, не оглядывайся! - скорый шаг начал медленно перерастать в бег. Попутно Эван расстегивал своё пальто, дабы была возможность выхватить револьвер в нужный момент. Когда они почти добежали до переулка, в котором можно было скрыться, неожиданно за кучкой молодых барышень оказался человек, столкновение с которым было неизбежно. Эван успел отпустить брата, дабы не утащить его за собой, а после влетел в стоящего перед ним молодого человека. Эван отшатнулся назад и свалился на тротуар, падая на бок и ударяясь лбом о каменную плитку, но не теряя сознания. Затем он медленно перевалился на спину, стараясь принять более удобное положение. Рука потянулась к месту удара, и со лба Эван стёр выступившую кровь. — Эван! - взволнованно вскрикнул мальчик, который благополучно избежал удара, так как находился в стороне. Вид крови сильно напугал его. Он рухнул на колени рядом с братом, отчаянно всматриваясь в его лицо, исказившееся в гримасе боли. — Молодой человек, не могли бы вы быть… - Лео неловко отодвинулся от незнакомцев, как вдруг заметил кровавую ссадину. — О, Боже, простите, пожалуйста! Я не специально! Чем я могу вам помочь? Леонард засуетился в поисках хоть каких-то средств помощи, однако ни черта не обнаружив, он решительно оторвал часть от своей футболки и промакнул растекающуюся по лицу незнакомца кровь, аккуратно придерживая за краешек подбородка и стараясь удержать человека от лишних движений головой. Тот, видимо, обомлел: пустым взглядом смотрел прямо в глаза Леонарда, мягко высказывая всю тяжесть бытия. Ребёнок сидел поодаль и лишь испуганно оглядывался по сторонам, пытаясь понять, что же вообще тут происходит. — Не бойся, малыш, иди сюда, - оторвавшись от первичной обработки раны, парень одобрительно помахал ладонями, заманивая ребёнка в объятия. Повернувшись обратно к, оказывается, красивому лицу, он с улыбкой заявил — Я Лео, а вас как зовут? - парень всячески старался вернуть ребёнку спокойствие, решаясь завести непринуждённую беседу. Однако сейчас бы ему самому прийти в себя. Его коробило от всей этой ситуации: почти 2 месяца он вёл затворнический образ жизни, на улицу выходил лишь за продуктами питания, а сейчас, когда он мирно работал над очередным заказом, невиданное нечто перенесло его в поток все более и более причудливых историй. Но не только одному Леонарду было крайне некомфортно в сложившейся ситуации: малыш Айне с привитой ему осторожностью подошёл к незнакомцу, приковав к нему испуганный взгляд. Голубые глаза, такие же, как и у лежащего на земле парня, завораживали своей небесной глубиной и невероятной пронзительностью. — Я-Айне… - просипел ребёнок, отвечая на ранее заданный ему вопрос. Мальчик ступил последний шаг по направлению к незнакомцу, а после, сам не зная почему, вопреки всем наказам брата, он доверился странно одетому человеку и припал в его объятия. Эван медленно поднялся на локтях, перевернулся на бок, затем сел на колени и схватился за голову. В ушах звенело, перед глазами плыло, со лба на заснеженный тротуар упал кусочек инородной ткани, а затем его окрасили алые капли. Парень поднял взгляд. Перед ним, в десятке метров, расступались люди, которых грубо расталкивали трое мужчин. Неприятности приближаются всё быстрее, а позади сидели его брат и юноша, одетый довольно нетипично для нынешнего окружения, что ему удалось заметить только сейчас. Эван почти не контролировал свои движения, но ему хватило выдержки вынуть из кобуры револьвер, направить его перед собой в вытянутой руке и взвести курок. Наблюдавшие за этой перепалкой граждане, увидев оружие, в миг взволновались и отчислили улицу в радиусе мутной видимости Эвана. — Три здания вниз по улице, на перекрёстке между ними есть бар, прям на углу. Уведи его туда. – Намеренно тихо произнёс Эван, но Лео отчётливо расслышал сказанное им. Не только Лео. Мальчик сразу догадался о том баре, и что задумал его старший брат. Айне рванул к нему, цепляясь пальцами за мокрое от снега пальто. — Не надо… – тихо шепнул ребёнок, уткнувшись лицом брату в спину. К тому моменту, когда троица преследователей настигла братьев, Эван более менее оправился от контузии и поднялся на ноги. Айне схватил брата за подол, но тот непоколебим.  — Не переживай, малыш, все будет хорошо. — Лео мягко подмигнул Айне и подхватил его за подмышки. Тихо шмыгнув с места возможного преступления, Лео строго последовал инструкции старшего. Он выглядел ровесником самого Леонарда, однако уставший и будто обреченный взгляд невероятно старил. Что пришлось вынести этим двоим? — Я туда не хочу! - неловко запротестовал Айне, пихая Леонарда ногой. — А мы туда и не пойдём. Давай просто посидим рядом и дождёмся твоего папу? — Он мне не папа! — Брат? — Угу. — Так, а вот и бар. - Айне заметно напрягся. — Но не бойся, мы не будем туда заходить. Вот там есть закоулок, можем там посидеть и ты мне расскажешь какую-нибудь интересную и смешную историю. Ты за? Айне заглянул в глаза Лео и улыбнулся. — Да... Ребята завернули за бар и Лео усадил Айне на большую деревянную бочку. Разговор особо не затягивался, поэтому Лео взял инициативу на себя. Он взобрался на бочку и усадил ребёнка к себе на колени. — Однажды жил-был маленький мальчик. Маленький-маленький! Его звали Айне, и у него были красивые голубые глазки. Каждый день этими глазками он смотрел на небо и знал, что там, высоко-высоко, есть те, кто любят его и будут тщательно-тщательно оберегать. Там, свысока, на нас смотрят и делают всё возможное, чтобы всё было хорошо. Представляешь? Но чтобы они правда оберегали, нужно самим стараться. — А как именно стараться? — Ну… Что ты любишь делать? — Я люблю проводить время вместе с братом, но он часто уходит… - мальчик задумчиво глянул на оживлённую улицу, по которой проехал караван лошадиных повозок, пару раз качнул ногами, а затем сполз с колен Леонарда и расстегнул пуговки на дублёнке. Из внутреннего кармашка он достал сложенные в несколько раз листы бумаги и завёрнутый в салфетку грифельный карандаш. — Я люблю рисовать лошадей. Айзек научил меня этому. Я просил его научить меня рисовать ещё что-нибудь, но он сказал, что не умеет рисовать ничего кроме них. - Айне протянул Лео бумагу и свёрток, с надеждой глядя на юношу. — У тебя очень красивые рисунки, Айне, - Лео деликатно выхватил листок и рассмотрел рисунок. Забавные пони напоминали круглых толстых котов, только на четырёх тонких палочках. — Ты можешь научить меня рисовать? — Я не очень красиво рисую, но могу научить тебя тому, что знаю сам. - Лео взял карандаш и нарисовал несколько эллипсов. — Смотри, это – туловище и круп. Сейчас нарисуем голову, проведём две линии, и появится шея. Смотри, смотри! Лошадка скоро оживет! Лео эксцентрично начал рисовать по одной маленькой лошади на каждом листочке и, закончив спустя некоторое непродолжительное время, показал «магию» ребёнку. Тот восторженно вздохнул, немного приоткрыв рот в немом "вау". В его красивых глазах загорелись огоньки и он протараторил: — Научи! Пожалуйста, научи! В этот момент мягкой и бесшумной поступью в переулок вошёл Эван и прервал совместную творческую деятельность. На его белоснежном лице красовались засохшие капли крови, а из обеих ноздрей стекали алые струи. Револьвер вернулся в кобуру. Из кармана пальто парень вынул левую руку, раскрыл ладонь и протянул её в сторону Лео и Айне. Вид Эвана немного пугал, но зачаровывал: аккуратный приталенный жилет, накрахмаленная рубашка и шикарное габардиновое пальто, которое бы прославилось качеством материала и простотой дизайна. Однако ярчайшим контрастом элегантному стилю молодого человека был бандитский взгляд, хищная походка и, по большей части, алая кровь, стекающая по барельефу лица и капающая с кулаков на пол. Восхищение и страх идеально дополняли друг друга, словно Инь и Янь — Идём. - тихо подозвал мальчика старший брат. Ребёнок, как только увидел брата, обернулся самой серьёзной личностью в этом переулке. Он, позабыв про волшебные рисунки и карандаш, подбежал к Эвану и перевернул его руку ладонью вниз. Костяшки были сплошным кровавым месивом. Айне с тревогой посмотрел на брата, отпустив его руку. Мальчик сделал крупный шаг назад, одарив Эвана осуждающим взглядом, который пробивает больнее любой пули. — Я никого не убил. Все они живы. - с полной серьёзностью заверил младшего Эван, пряча руку обратно в карман. Мальчик опустил голову и уныло потопал в бар, где его уже встречал Айзек, заметивший проходящего мимо Эвана. Парень проводил мужчину и брата взглядом, а после медленно подошёл к Лео. — Спасибо. - поблагодарил незнакомца Эван, кивнув головой. — Отпадно выглядишь, - хмыкнул Лео, доставая из кармана пачку сигарет. Не зря он её постоянно хранит в домашних клетчатых штанах, больше смахивающих на шаровары. — Куришь? Эван с лёгким недоумением глянул на юношу, после чего довольно ухмыльнулся и одобрительно кивнул головой. —Смею предположить, что возможно это был комплимент моей персоне, но…"отпадно»? - парень издал тихий смешок, после чего наконец рассмотрел незнакомца с ног до головы. Да, невежливо, скажет кто-то, но не в том они положении, чтобы задумываться о такой незначительной ерунде. — Ой, простите, мы что, придерживаемся официоза? - Лео горделиво поправил покосившуюся толстовку и, вдохнув побольше воздуха, начал — Да, месье, это определенно был комплимент в вашу сторону, прошу простить меня за сленговые выражения. Так не желаете ли сигаретки? У меня с ментолом и лаймом, как раз подходящие под погоду кнопочки. - Лео, выпустив воздух, ощутил резкое похолодание. Видимо участие в какой-то деятельности разогрели его кровь, а сейчас, при снижении активности, резко упал уровень гемоглобина. Лео, протянув одну сигарету новому знакомому, взял себе вторую и уже сжал между губ. Эван принял «табачную трубочку», как прозвал он её у себя в голове, с интересом рассматривая непривычный для курения предмет. — Придерживаемся официоза? Вы, видно, иностранец? Ваша одежда, речь… Откуда вы родом? — Я из Парижа, ул. Поль Вайан Кутюрье, дом 16, - буркнул Лео, подкуривая сигарету и протягивая зажигалку ко рту Эвана. Взяв пример с Лео, парень сжал сигару губами. Эван с удивлением посмотрел на продолговатый предмет, сделанный предположительно из цветного стекла и на треть заполненный прозрачной жидкостью, а затем аккуратно наклонил голову, удерживая сигарету губами над маленьким язычком пламени. Её конец медленно зажёгся, и Эван сделал первую затяжку. Он не спешил отходить от Лео, хоть и стоял довольно близко, вторгаясь в личное пространство юноши, а пристальный взгляд всё сильнее пожирал заинтересовавшего его паренька, мысленно оценивая его внешность и черты. По неизвестной ему самому причине, рядом с странным незнакомцем он чувствовал себя комфортно. Несмотря на недавние события, Лео не испугался подозрительного черноволосого парня, что был облачён в длинное чёрное пальто, преследуемый не менее подозрительной группой мужчин, не постеснялся достать револьвер средь бела дня, находясь в толпе заинтересованных граждан. И Лео не смотрел на него осуждающим взглядом, не пытался убить… Это несомненно привлекло Эвана. Ему было интересно это шутливое бесстрашие, которое проявил кудрявый паренёк. От него веяло некой неподдельной искренностью, напоминающая Эвану его младшего брата. — Эван Фон Клест. – парень не стал протягивать руку для рукопожатия, вспоминая её нынешнее состояние. Вместо этого он чуть поклонился, а после мягко улыбнулся. Происходящее вокруг, хоть и ужасало, но требовало от Лео максимальной выдержки и спокойствия: ведь среда, в которую он попал, шла своим чередом и лишь этот платиновый блондин, обрушившийся с неба, нарушал ее гармонию и резко выделился на фоне общей картины: его нежно-розовая толстовка прикрывала рваную чёрную футболку. Снег ложился плотным слоем на капюшон и на кудрявые волосы. Клетчатые домашние штаны красиво сочетались серыми переливами с торчащей чёрной футболкой. — Кру-уто, - протянул Лео, наклоняясь ближе к Эвану. — Я — Леонард. Это был тихий эротичный шёпот. Эван ехидно прищурился, когда Лео явно перед ним раскрепостился, что было слышно по его томному говорку. Лео удостоверился, чтобы лишь один только Эван услышал, и чтобы один только Эван почувствовал всю силу негромкого шепота. Но, как оказалось, чтобы передать какую-то эмоцию, нужно самому ее прочувствовать: застывшая в закоулке аура вызывала полчища мурашек неизвестного происхождения. Мурашки страха? Нет. Мурашки трепещущего предвкушения? Возможно. Леонард, ухмыльнувшись, отпрянул и хищно заглянул в глаза аристократа. Сигаретный дым плотной завесой сократил видимость и дал паузу напряженным переглядываниям. — Как я полагаю, интересоваться, что происходит в вашей жизни, будет совершенно излишним. Так что-о…- с лёгкой досадой протянул Лео, отводя взгляд. Эван тихо посмеялся, продолжая потягивать табачный дымок. Его забавляла вся нелепость сложившейся ситуации: столкнулся с парнем, внешний вид которого прямо-таки кричал: «Я не из этой эпохи!», он помог ему с братом, убежав с ним подальше от места кровавой бойни, тем самым обезопасив его. Эван показал ему свою сущность, сущность жестокую и лукавую, а теперь они вместе курят необычные сигареты, находясь неприлично близко друг к другу, и, видимо, планируя между собой сабантуйчик поинтереснее. — Нисколько не излишне, ведь я уже поступил бестактно и представил вас абсолютно нагим в своей голове, о чём вы узнать не должны были, но я, по всей видимости, проговорился. - парень вобрал в рот последние клубы дыма, подошёл к Леонардо грудь в грудь, и с тихим «Буду рад узнать вас поближе» выдохнул дым в ухо светловолосому пареньку. — Нагим? Не ожидал такого, — Лео улыбнулся и ничуть не сдался под напором ментальной власти соперника. Его это даже забавляло: мериться мощностью своей энергетики, стоя в закоулке. Они явно были на одной волне, что удивительно для людей из разных временных отрезков, разница между которыми в пару веков. Эван отошёл на несколько шагов назад, не сводя с Лео пронзительного властного взгляда. Парень протянул перед собой левую руку, и демонстративно сжал между указательным и средним пальцами догоравший окурок. Затем сомкнутые пальцы отпустили бывшую сигару. Та легко приземлилась в снежную слякоть, но была безжалостно раздавлена массивным каблуком высокого чёрного сапога. Наглая ухмылка не сходила с лица Эвана, а взгляд словно говорил: «С тобой я собираюсь сделать то же самое», намекая на предпочтения Эвана доминировать и унижать. Затем парень развернулся и лёгкой походкой направился к бару. Не успел Лео что-либо сделать, как уже стремительно, спешно, в своей развязной манере потопал в бар. Скорее даже не бар, а какой-то деревянный трактир. «Так, подождите…»: до Лео только сейчас доходило, что… ОН, МАТЬ ТВОЮ, ПОПАЛ В ПРОШЛОЕ! — Подожди, Эван, какой сейчас год? - с явной тревогой спросил Лео, одергивая Эвана за рукав. Парень в ответ недоумённо глянул на встревоженного юношу, с удивлением поднимая брови. — Боже, помнится, головой приложился я, но здравомыслие покинуло вас? - он саркастично усмехнулся, поворачиваясь к Лео всем корпусом. Эван слегка наклонил голову на бок, и несколько небрежно выбившихся прядей упали Эвану на лицо. Он поспешил поправить волосы, пятернёй зачёсывая их к затылку. —Двадцатое февраля, тысяча восьмисотого года. Неужто вы и про взятие Бастилии позабыли? Это было каких-то полтора года назад. - парень расплылся в широкой улыбке, вновь прищурив глаза. — Оглянитесь вокруг, - Эван взмахнул рукой по воздуху, обращая взор Леонарда на захламленный город. Редкие обломки деревянных поддонов, разбросанные строительные кирпичи, влажные листовки и газеты, большая часть которых скрыта под снегом. — Париж ещё не оправился от того изнурительного времени. Конечно, трупов повстанцев вы уже не найдёте, но следы оборонных сооружений всё ещё "украшают" город. — Эван кивнул головой в сторону обгоревших досок, сброшенных в кучу в конце переулка, а после обратил внимание на постепенно меняющийся взгляд Лео: шок, негодование, затем паника, смятение. Он давно отпустил рукав Эвана, замерев на месте, словно очень красивый, но отчего-то испуганный манекен. — И всё же, кажется, вы не местный, пусть и назвали адрес своего проживания. Кстати, это не так далеко отсюда. — Хм, может сгоняем туда после посещения... - Лео презрительным взглядом окинул сомнительный трактир. - сея предприятия? Уже не дожидавшись Эвана, Лео безмятежно направился внутрь. Окей, он в 19 веке. Окей, он тусит с незнакомцем. Окей, он без гроша в кармане. — Расскажешь поподробнее о жизни здесь? Просто… Париж в моем представлении совершенное другой. У нас нет карет, вместо них ездят машины. У нас есть электричество, пластик, асфальт, стоят небоскрёбы… ПОГОДИ, ПОЛУЧАЕТСЯ, ЕЩЁ ЖЕ ДАЖЕ НЕ ПРИДУМАЛИ И ПОЛОВИНУ ВСЕХ ТЕХНОЛОГИЙ МОЕГО ВРЕМЕНИ! Лео воодушевленно встрепенулся и яркие огоньки в глазах зажгли его изнутри. — Где ближайшая библиотека? Я хочу в библиотеку! Эван не успевал следовать за мыслями Лео. Тот внезапно стал очень активным, воодушевлённым, громким. Брюнет лишь успевал открывать рот, дабы сказать что-то в ответ на поток незнакомых слов, и тут же Леонард меняет свои намерения, чем огорошил собеседника ещё пуще. Парень согнул руки в локтях, подняв ладони на уровне плеч. — Ха-ха…спокойнее, ближайшая библиотека сгорела и ещё не отреставрирована, однако неподалёку есть архив. Что вы собираетесь найти? И-и…может поясните мне смысл ваших слов? Что значит «вашего времени»? Вы имеете ввиду сказки о путешественниках во времени? Хотя, глядя на вас сейчас, мне не трудно поверить в то, что на самом деле это не сказки… — В общем, я сидел в своей комнате, работал над заказным проектом и, видимо, что-то пошло не так и я оказался… здесь. Я родился в 1999 году в пригороде Парижа и к тому моменту, когда я уже закончил Сорбонну и выполнял различные заказы, был 2020 год. Интересно, а если я прямо сейчас напишу всю известную мне информатику и квантовую физику, это изменит ход истории? Могу ли я вернуться домой? - Лео громко мыслил вслух, нашагивая небольшие круги напротив Эвана, стараясь погрузиться именно в свои рассуждения, а не в сложившийся образ встретившегося бандита. — Что ты знаешь о технологиях? Насколько ты далёк от научных исследований вашего времени? Нам срочно нужно в архив, мне необходимо немедленно вернуться домой, иначе сгорит заказ на 15 тысяч евро. Сложно сказать, как именно Эван воспринял рассказ Лео о своей жизни. С одной стороны, это казалось ему сущим бредом. С другой…тоже, однако Леонард выглядел вполне вменяемым и, что самое главное, трезвым. Но так же Эван не имел причин не верить этим словам. Одежда, первичная манера речи, произносимые им слова, реакция на дату, которую сообщил ему Эван. В любом случае, всё это было очень подозрительным и неясным. Ну, что ему оставалось делать? Не помочь столь приятному, хоть и немного странноватому, человеку никак нельзя. —Хорошо, сейчас посетим городской архив, но для начала позволь мне умыться и обработать ссадины. — парень мягко улыбнулся, а после открыл двери старого бара. Внутри помещения оказалось оживлённо. Окна были плотно зашторены, и единственным источником света служили тусклые люстры. В воздухе витал запах алкоголя и табака, а под потолком собиралась лёгкая дымка. Эван незаметно пробирался сквозь толпы людей, когда Лео же невольно привлекал всеобщее внимание. Пьяницы с интересом и недоумением разглядывали паренька, бубня себе что-то под нос, а кто-то и вовсе начинал громко отзываться о внешности молодого человека. Эван открыл дверь, что была за барной стойкой, и подозвал Лео за собой. За дверью была лестница, что вела на второй этаж. Эван пропустил Леонарда вперёд и закрыл за ним дверь. На втором этаже дела обстояли куда лучше: чистые коридоры, свежий воздух, естественное освещение и убранные комнаты. Вот незадача, в кои-то веки выбрался из дома и попал в такую передрягу. Быть в центре внимания подозрительных людей в сомнительном месте — очень яркая перспектива быть, как минимум побитым, поэтому Лео плотно держался Эвана, стараясь не отставать. Примерно так Лео и представлял 18 век: толпа гуляк, до самого утра курящих дурманный, ещё не испорченный химикатами табак, сидя в тесном помещении с зажжёнными свечами у потолка. И где противопожарная техника безопасности? Правильно, нигде. —Тут гостиница, принадлежащая бару. — пояснил черноволосый юноша, а после, пройдя в самый конец длинного коридора, открыл последнюю дверь. В комнате его ждали Айзек и брат. Они перебирали книги Эвана, что-то бурно обсуждая. Как только дверь открылась, Айне тут же соскочил с кровати и залез в открытый шкаф. Да, не самая приветливая реакция, но это в порядке вещей. —Кто и сколько на этот раз? — серьёзным тоном спросил мужчина с кудрявыми светлыми волосами, собранными в небольшой хвост. —Трое. Люди Паоло.- так же строго ответил Эван. —О~ А вы кто? Не часто Эван общается с незнакомцами дольше десяти минут. - мужчина перевёл взгляд на Лео и широко улыбнулся, сложив руки в замок. — Я — Леонард, приятно познакомиться, - брюнет моментально приобрёл серьезный вид, сохраняя свою лучезарность. «Улыбался глазами». — И да, очень польщён вашим комплиментом. Вы, как я понимаю, Айзек? Мужчина поднялся с кровати и прошёл по комнате к входной двери, которую Эван в этот момент закрывал на ключ. —Айзек Фостер. - блондин остановился перед Лео, протягивая ему прямую ладонь. Пальцы были покрыты стёртыми мозолями и мелкими порезами, а подушечки на концах сильно огрубели. Так выглядели руки почти всех работяг того времени. Айзек был шорником. Денно и нощно он изготавливал упряжки и сёдла, которые пользовались спросом по всей Франции. Эван и сам закупается только у него, и вовсе не из-за давних дружеских отношений, а потому, что амуниция его была действительно отличного качества. Старший брат Айзека — Виктор — является хозяином данного бара и гостиницы по совместительству. Поэтому Айзек мог без стеснения пользоваться любой комнатой, распивать любой алкоголь, но существует главный и единственный запрет, который распространялся абсолютно на всех посетителей его заведения: «Никакого разврата в стенах этого здания! Если кто-нибудь приподнимет женскую юбку хоть на дюйм — отдам на съедение голодным кобылам в стойлах! И чтобы дешёвый парфюм «полусветных дамочек» даже Бладхаунд не учуял! Моё заведение — не поганый бордель!!!». У Виктора появилась ненависть к особам из «полусвета» после расставания с горячо любимой женщиной. Причиной размолвки как раз послужило то, что девушка была представительницей данного недосословия, о чём Виктор, конечно же, не знал. Это нанесло по нему сильный удар, и мужчина закрылся от женских ласк и комплиментов. Зато он нашёл утешение в объятиях своего младшего брата. Никто из них не мог даже подумать о том, что между ними внезапно вспыхнет такая страсть. А для Эвана Виктор был мужчиной, что великодушно приютил двух бездомных мальчиков. Эван взрослел, Виктор обучал его всему, выводил в люди, знакомил с светской жизнью и погружал в тернии криминала. А вот заботиться об Айне ему не пришлось. Виктор дал Эвану достаточно хорошее воспитание, умения, знания, и он с интересом наблюдал, как старший брат усердно ставит младшего на всё ещё неокрепшие ноги. Но каким бы заботливым ни был Эван, единственное, что он не мог дать Айне — детство. Им приходится крутиться в лживом мире, полный преступлений, грабежей, убийств. У них было достаточно денег, чтобы жить и не испытывать нужду в чем-либо, но недостаточно для жизни, которой Эван хотел для мальчика. О приюте даже речи идти не может. Когда Айне ненароком подслушал разговор Эвана и Виктора о том, что в приюте для ребёнка будут условия получше нынешних, приняв это всё на свой счёт, мальчик выпалил на брата столько ненависти и жестоких слов, что Эван был готов разрыдаться на месте. Да, всего-лишь глупый ребёнок, который ошибся и не до конца разобрался в ситуации, но в тот момент Эван не смог ничего ответить. Он молча вышел из комнаты, а объяснить всё Айне пришлось Виктору. Только недавно мальчик начал осознавать, сколько его старший брат делает для их благополучия. Тем временем Эван скинул с себя пальто, бросив его на кровать, а после скрылся за побеленной дверью с шестью гофрированными окошечками. Интерьер комнаты был выдержан в типичном французском стиле. Немного захолустно, но это весьма обыденно для мест подобного уровня. Послышался тихий скрип, а после шум воды, налитой в небольшой железный таз маленьким деревянным ковшом. Лео незаметно шмыгнул вслед за Эваном в комнатку и сел на край ванны, прямо позади всего действа. Ему был интересен быт времени, в которое он попал. Или не быт, а… обратная сторона характера Эвана. Каков он, когда один? Оттереть засохшую кровь сложно. Оттереть засохшую кровь ноющими пальцами ещё сложнее. А вот просто опустить в воду руки с разбитыми костяшками мучительно больно. Парень поставил таз на небольшую тумбу, а сам опёрся коленом на стоящий перед ней табурет. Он засучил рукава рубашки, вновь зачесал назад мешающие волосы и приготовился к неприятной процедуре. Висевшее ранее на крючке полотенце Эван скрутил и сжал меж зубов. Он медленно занёс кисти рук над поверхностью воды, подождал несколько секунд, а после погрузил их в таз, касаясь кончиками пальцев ледяного дна. Полотенце заглушило болезненный рык, но дрожь и напряжённый прищур не позволяли Эвану скрыть ужасного надрыва. На его лбу выступила лёгкая испарина. Леонардо на секунду даже пожалел, что влез не в свое дело. Его разрывало на два полюса: либо ретироваться от такой животной боли, либо помочь Эвану справиться с ней. И что делать? Вместо того, чтобы действовать, Лео решил не сдвигаться и до последнего оставаться незамеченным, чтобы узнать большего. Парень в это время кое-как промыл раны, умылся, смыл с себя всю кровь и намёки на драку, а после с измученным видом окинул ванную комнату взглядом. — Вы же умеете ездить верхом, месье? - усмехнулся Эван, обращаясь к Лео. Вновь вернувшаяся непринуждённость будто смахнула из памяти только что произошедшую процессию. — То есть для тебя было не секрет, что я всё это время сидел здесь? - в ответ спросил Лео, наклоняя голову, словно щеночек, стараясь разглядеть настоящую эмоцию, скрытую под маской надменности. — Месье, прошу не забывать, что только что мы уходили от преследования одних из самых кровожадных и опасных убийц Парижа, и я прекрасно чувствую присутствие людей в моем личном пространстве. — Ладно, окей, я пас, - улыбнулся Лео, поднимая руки к потолку. — И ездить, я кстати, тоже не умею. — Значит научим. - Эван смягчился, прогоняя все свои, казалось бы, совершенно не наигранные ощущения. Его лицо приобрело расслабленный и, в какой-то степени, блаженный вид. Оба совершенно молча покинули ванную комнату и по возвращению в гостиную, где Айзек сидел на корточках напротив шкафа и тихо постукивал по его дверцам. Эван спустил рукава, застегнул запонки, поправил воротник и сделал такой вид, словно собирается встретиться с самым важным человеком в его жизни. Айзек, наблюдая за всем этим действом, потешно посмеялся, а после поднялся на ноги и отошёл к окошку. Эван подошёл к шкафу, осторожно открыл дверцу и раздвинул вешалки, на которых висела самая разношёрстная одежда. —Айне, - строго начал он. —Хочешь с нами? - парень нежно улыбнулся и наклонился к брату, целуя его в макушку. Тот завернулся в любимый летний плащ Эвана, отгородившись от него ещё сильнее. —Ну же, хватит дуться~ Я ведь в самом деле не такой злой, как ты думаешь. Я не убивал их, смотри, - парень вынул из кобуры револьвер и выщелкнул барабан. —Три, как и утром. - Эван наклонил огнестрел так, что пули высыпались из барабана ему на ладонь. Он протянул руку вперёд и отдал мальчику патроны. —Теперь ты точно знаешь, что я никого не застрелю. - затем он раскрыл ножны, что были пристёгнуты к ремню сзади, и вынул из них небольшой нож. —Чист. - ещё шире улыбнулся Эван, протягивая брату нож, лезвием к себе. Мальчик внимательно присмотрелся, но его обида не утихала. —А кровь? — недовольно спросил ребёнок. —В частности, моя. Затем последовало монотонное молчание. Эван ждал, пока его брат решится: поехать с ним или остаться здесь. Когда же Айне повернулся к нему спиной, всё стало ясно. Старший глубоко вздохнул и отошёл от шкафа. Теперь его будет грызть совесть до конца дня. Он подхватил своё пальто и на ходу кинул Айзеку что-то в роде «прихвачу пару твоих лошадей». Парни стремительно спустились по лестнице вниз. Эван, как обычно, элегантно отчеканивал каждую ступень и пафосно накидывал пальто, всё больше и больше пленя внимание позади пружинисто-развязно, переваливающегося по лестничному пролету Лео. — Это тяжело? - поинтересовался Лео, когда они вышли из трактира на задний двор и оказались на обширной площадке. Эван самоуверенно вышагивал через самый центр площадки прямиком к небольшому двухэтажному амбару. — Не знаю, посмотрим. - ответил он, эффектно раскрывая крупные деревянные двери.—Эхэхэ-э-эй! Эван задорно перепрыгнул порог конюшен и как только прошёл дальше, тихая идиллия меж копытными нарушилась, и те начали активно кивать головами, фыркать, поднимать губы. —Тай, Шелби, Зану-у-уда, и тебя хозяин решил оставить здесь? Ох, Рада, сударыня, вы сегодня чудесно выглядите. - Эван уверенно шагал вдоль стойл, общаясь с знакомыми ему…лошадьми. После свернул направо и остановился около белой кобылы. Та обратила на парней внимание и, можно поклясться, начала хлопать светлыми ресничками. —Она милашка, вы поладите. - довольно улыбнулся парень и открыл дверцу денника. На её внутренней стенке уже висели недоуздок и повод. —Привет, красотка, познакомься, это Леонард. Лео, это Хлоя. - Эван ловко надел на кобылу недоуздок, что она даже не успела начать сопротивляться, затем он пристегнул к нему повод и вывел кобылу в просторный коридор. —Можете пока узнать друг друга лучше, а я принесу сёдла~ — сказав это, парень зашёл в закрытое помещение, чуть дальше по коридору. Там он пробыл недолго, вынося сначала светлое седло с белой окантовкой, а после полностью чёрное. Затем он принёс два серых вальтрапа, так же повесил их на дверцу денника вместе с сёдлами и торжественно вручил Лео продолговатую щётку. — Чья лошадь — тот и чистит. - он несколько раз хлопнул его по плечу, а после ушёл в другую часть конюшен.