Ангельская пыль

Гермиона ходила из стороны в сторону. Нужно сказать Драко, но как? Все только — только стало налаживаться! Видев её на этаже Слизеринского профиля несколько раз, он думал, что таким образом она лишь хочет увидеть его, но видя в её глазах тревогу — даже панику — вся его уверенность испарялась. Несколько дней назад. — Я обещала родителям прийти сегодня раньше, — нехотя говорила Гермиона. — Но я не смогу проводить тебя сегодня, ты же знаешь. Они останавливаются у выхода из школы. — Раньше я сама вполне справлялась и одна, — подмечает Гермиона, смотря на него. — Это ты о своей карте от школы до дома, нарисованной у тебя в блокноте? Грейнджер закатывает глаза и улыбается. — Я ей уже не пользуюсь, причем очень давно. Она там просто на всякий случай. Наклонившись, он целует её в уголок рта. — Не забудь позвонить мне, как дойдешь до дома. — Как всегда, — пауза. — Я тебя люблю. — Я тебя люблю… Все, иди давай, — Драко отпускает её руку и аккуратно подталкивает к выходу. — Все, все, иду, — отвечает Гермиона с улыбкой. Сегодня родители просили её не задерживаться в школе, потому что ей нужно было ехать к психологу. Сменив уже двоих, как говорит её мама, «только от этого появился прогресс». Чуть отойдя от школы, Грейнджер вспоминает, что не отдала Ханне книгу, которую брала недавно, для уточнения некоторых деталей по домашней работе. «Я отошла совсем недалеко, может вернуться и отдать книгу? Она важна для Ханны, потому что она пишет какую-то работу с помощью этой книги. В нашей ситуации это такой прогресс! Да, отдам книгу и быстро пойду домой». Гермиона быстрым шагом возвращается в школу, забегает на их этаж и отыскивает подругу. — Прости, я чуть не забыла, — запыхавшись, произносит Гермиона. — Без блокнота пока что и правда трудно. — Хорошо, что вспомнила! Сегодня я почти закончу и могу дать прочесть тебе первой, — Аббот улыбается, подмечая, что и ей без своих ежедневных записей пока тяжело. — Это было бы здорово, спасибо. Спускаясь по лестнице, она натыкается на директора МакГонагалл. — О, Гермиона, как хорошо, что я встретила тебя. Ты можешь занести эти бумаги директору Флитвику в отдел Рейвенкло? Ты знаешь, где это? Гермиона кивает, берет бумаги и, обходя школу с другой стороны, выходит к отделу Рейвенкло. Быстро отдав все необходимое, она спешит обратно. В другой ситуации, она бы зашла повидаться с Луной, но сегодня времени не было. Её внимание привлекает компания девушек и парней, судя по зеленому браслету на руке — со Слизерина. Грейнджер осторожно идет за ними и останавливается за небольшими кустами. Успев разглядеть только белый порошок, который они передавали друг другу, постоянно оборачиваясь, Гермиона уже хотела уйти, но кто-то сзади не дал ей этого сделать, крепко схватив за руку. — Смотрите, кто тут шпионит, ребята, — говорит он, толкая Грейнджер в слизеринский кружок. — Эй, малыш, хочешь поиграть с нами? — обращается к ней высокий парень с темными волосами. Гермиона рефлекторно чуть поднимает руку и они видят её желтый браслет. — О, так ты… эм… слушай, малыш, мы не будем тебя обижать, если ты не выдашь нашу тайну, — говорит всё тот же парень и чуть прищуривается. — Подожди… ты — Гермиона Грейнджер? После этих слов на неё посмотрели все присутствующие, а девушки презрительно оглядели с ног до головы. — Значит, это с тобой путается Малфой? — Он со мной не путается. Мы встречаемся. — отрезает девушка, после чего слышит всеобщий смех. — И еще, — она смотрит на темноволосого. — Я тебе не малыш. Снова раздается смех. — Смотри-ка, Нотт, недоразвитый Хаффлпафф даёт тебе отпор. — Значит так, если кто-то из учителей, в особенности директор нашего профиля, узнает о том, что здесь произошло, мы снова подсадим твоего Малфоя на иглу. Гермиона весьма заметно дернулась. — Он же с таким трудом восстанавливается, один небольшой срыв и все — все старания напрасны, — с ухмылкой продолжает парень, схвативший ее за руку. — Зачем Вам делать это? Разве вы не друзья? — Грейнджер окидывает его недоумевающим взглядом. — Понимаешь, с тех пор как он путается, то есть, встречается с тобой, он стал нам не интересен. Раньше нас связывала наркота и деньги родителей, но он решил встать на правильную дорожку, а это так скучно, — впервые заговорила девушка с темно-русыми волосами. Гермиона отходит дальше от них, в этот раз ей не загораживают выход. — Так что, малыш, мы договорились? — спрашивает Нотт, чуть наклоняя голову. — Да. У себя за спиной она снова слышит смех, но не поворачивается, а только ускоряет шаг. Добежав до дома, она забегает в комнату, аргументируя это тем, что ей нужно переодеться. Слезы льются из глаз, руки трясутся. «Нет, я никуда не пойду в таком состоянии, я…» — Гермиона, мы ждем тебя на улице, — кричит мама уже где-то у двери. — Поторопись. Кажется, немного успокоившись, она быстро переодевается, лихорадочно достает блокнот из сумки и зачеркивает напоминание о книге Ханны. Снова звонит телефон — седьмой пропущенный звонок от Драко. «Не сейчас… вечером… нужно прийти в себя. Прости». — Грейнджер снова сбрасывает и бежит к выходу. Вечером того же дня. — Сегодня я почувствовала себя лучше, спасибо, мам. Правда, изначально я не хотела идти, но рада, что все-таки пошла. Я пойду к себе, спокойной ночи. Нет, она не соврала. Перерыв был нужен. Психолог тоже. Со вздохом, Гермиона начинает проверять телефон — не считая 12 пропущенных было еще 10 сообщений. 14:00 — «Ты дошла? Все хорошо?» 14:15 — «Почему ты не звонишь? Все в порядке? Где ты?» 15:00 — «Пожалуйста, позвони, как доедешь до больницы». 15:45 — «Ты уже там?» 17:10 — «Ты все еще там?» 17:15 — «Напиши, как приедешь домой». 18:00 — «Грейнджер, почему ты не отвечаешь? Все хорошо? Пожалуйста, напиши». 18:30 — «Если ты не напишешь или не позвонишь, то я приеду к тебе домой. Я серьезно». 18:35 — «Если ты не напишешь до 19:00, я приеду». 18:55 — «Последний шанс!» Она начинает набирать ответ: «Со мной все хорошо, не делай глупостей. Не позвонила, потому что оставила телефон дома, прости. Я торопилась и забыла его взять. Еще раз повторяю, что я в порядке. Остальное расскажу завтра. Я тебя люблю. p.s: постарайся обойтись без глупостей». Вроде бы выглядит вполне убедительно — «отправить». Ответом было лишь: «Завтра я тебя убью. Обещаю». Следующий день. — То есть у тебя был сильный срыв? Почему? — Я… я не знаю, иногда это бывает беспричинно. После того, как мы вернулись, я еще час или два не могла прийти в себя, — даже сейчас на глазах у нее наворачивались слезы. — Но почему ты написала, что все хорошо? — Потому что, когда я увидела сообщения, то все кончилось. Пару минут они сидели молча. — Просто я очень сильно испугался за тебя, — тихо говорит Драко, переплетая их пальцы. — Я знаю, — отвечает Гермиона срывающимся голосом, но тут же берет себя в руки. — Расскажи лучше, как у тебя дела с учебой? Что слышно в Вашем крыле? — Да ничего нового у нас нет, — пожимает плечами Малфой. — Вчера моих одноклассников поймали за принятием наркотиков на территории школы. Им здорово влетело и… Но Грейнджер уже не слушала. «Не может быть. Уже? Так скоро? Но я… нет! Они в первую очередь подумают, что я сдала их. Нет!» — Грейнджер? Что случилось? Но она только мотала головой, снова поддаваясь панике и начиная плакать. — Снова приступ? Эй? Пожалуйста, — в голосе Драко слышалась боль. — Пожалуйста, Гермиона. Оставайся со мной. Оставайся со мной. — Все хорошо, — сквозь слезы, отвечает она. — Правда. Я… я тебя люблю. Не дав ему ответить, она накрывает его губы своими, чувствуя свои слезы на губах. — Я тоже тебя люблю, — он стирает ее слезы пальцами. — Точно все хорошо? Она кивает, и они идут к школе. Вчера. Воспользовавшись своим пропуском, Гермиона заходит на слизеринский этаж. Ей не нравилось ходить сюда — здесь у неё не было друзей, было мрачно, зеленые лампы делали коридор темным и устрашающим. Она заглядывала в кабинеты, ходила по этажу, но нигде не видела недавних знакомых. — Мисс Грейнджер, что Вы делаете не на своем этаже? — директор Снейп был единственным, кто не терпел других учеников на этаже их профиля. — Вы в курсе, что Вам, как девушке с особенностями, назовем это так, вообще не стоит появляться здесь? — Простите, я… Вы можете сказать мне, где сейчас находятся те, кого недавно застали на территории школы с наркотиками? — Они находятся в том крыле, где даже Ваш пропуск недействителен, — он сделал ударение на последних словах. — Но мне нужно спросить что-то важное, пожалуйста, — Гермиона делает паузу. — И потом я сразу уйду. После долгого молчания и пронзительных взглядов, Снейп кивает и велит Гермионе следовать за ним. Они шли через какой-то длинный коридор, дальше через пару пролетов — она не запомнила — но это было очень далеко, казалось, в самой глубине школы. — У Вас есть разрешение делать то, о чем я слышала? — вполголоса спросила Гермиона, оглядывая коридор. — Еще одно слово и мы идем назад. — отчеканил Снейп, показывая тем самым, что тема закрыта. Он подводит девушку к одному из кабинетов. — У кого именно Вы хотите «спросить что-то важное»? — Кроме парня по имени Нотт, я больше никого не знаю. — Ждите здесь, — и директор скрылся за дверью. Грейнджер прислоняется к стене и осматривает коридор — стены, на удивление, имели белый цвет, как в больнице, нигде не было намека на темные этажи Слизерина. — У Вас пять минут, — выходя из кабинета, произносит Снейп, смотря сначала на Гермиону, затем на Нотта. Чуть отойдя в сторону, девушка делает нервный вздох. — Что, малыш, ты уже соскучилась по мне? — Я уже говорила тебе — перестань называть меня так! Послушай… — она делает жест рукой, намекающий ему назвать имя. — Теодор. Но для тебя можно просто Тео. — Я пришла сказать, что к вашему наказанию я не имею никакого отношения, я… — Гермиона оборачивается. — Я никому не говорила, что видела. — Я знаю это, успокойся. — Нотт также переводит взгляд на Снейпа. — Они как-то сами все выяснили. Но ей этого ответа было недостаточно. «Я должна убедиться, что с Драко будет все в порядке». — Договор не нарушен, по крайней мере, с моей стороны. Поэтому и вы, несмотря ни на что, должны сдержать слово. Нотт молча смотрит на нее. В какой-то момент ей даже показалось, что на его лице мелькнуло разочарование. — Надо же… идти на такие жертвы и ради кого? Неужели ты так сильно его любишь? «Он считает, что я должна отвечать?» — Это тебя не касается. Пообещай, что с ним все будет хорошо, — Грейнджер пронзительно смотрит на собеседника, тот в ответ лишь усмехается. — Пообещай. — Хорошо, обещаю. — Нет! Не так! Пообещай, что ни ты, ни кто-либо другой из вашей компашки не… — Я обещаю. И этого вполне достаточно, — серьезно отвечает Нотт. — Все будет в порядке, Грейнджер. Иди, тебе пора на выход. — Я же не могу сказать ему о том, что случилось, верно? — после небольшой паузы продолжает она. — Верно. Договор есть договор. В ответ Гермиона кивает и направляется к выходу. — Эй, малыш, — она оборачивается. — Я буду очень рад, если у вас ничего не получится. Гермиона либо не поняла, либо сделала вид, что не поняла намека и лишь молча скрылась за дверью.

***

Он застает её в библиотеке. — Грейнджер. От неожиданности она подскакивает на стуле, и ее письменные принадлежности падают на пол. — Ты… ты… ты что? Ты совсем что ли? Ты… как ты можешь подкрадываться сзади? Я же… — она делает глубокий вдох, стараясь унять вспышку раздражения. — Ну, извини, — Драко садится рядом. — Ты должна мне кое-что рассказать. — О чем ты? — Ты приходишь на мой этаж вся запуганная, кого-то ищешь, ничего не объясняешь, причем несколько дней подряд. — он злится. — Все не так как ты думаешь, — она отодвигает книгу. — Я просто… собирала информацию для научной работы моей подруги, только и всего. Это была не такая уж и ложь — Ханна и правда просила разузнать кое-что для одного из разделов ее работы. — Ты сейчас серьезно? Грейнджер, пожалуйста, скажи мне, что происходит, — Малфой пронзительно смотрит ей в глаза. — Я же все равно узнаю. «Я знаю, знаю, что узнаешь! Но не сейчас. Не от меня. Я не могу… не могу рисковать». — Что, по-твоему, я могу скрывать? — она чуть наклоняет голову. — Ты… больше не любишь меня? — было видно, что эти слова даются ему очень тяжело. — У тебя… — Что? — она задыхается. — Как ты? Как ты мог подумать, что я… — Гермиона не заканчивает фразу, голос начинает дрожать, в глазах скапливаются слезы. Она резко встает и бежит к выходу, он не оборачивается, слышит, как хлопнула дверь. «Идиот». Несколько дней она не отвечала на звонки, не разговаривала с ним в школе. После этого, добившись разрешения у директора Спраут, он встретился с Аббот и выяснил, что она и правда просила Грейнджер о помощи. — Я решила, раз у нее есть доступ ко всем профилям школы, то она может помочь и она согласилась, — пожала плечами Ханна. — Ты… очень задел её своими словами тогда. — Она рассказала? — Я поняла суть из ее истерики на уроке, — ответила девушка и удалилась по направлению к библиотеке. Черт! Пару минут, стоя на одном месте, он слышит знакомый голос. — Да, Сью, я знаю, мне тоже она нравится и… — Гермиона замолкает, увидев его. — Ты что тут делаешь? Снова. Без разрешения, я так полагаю? Драко протягивает ей лист бумаги. — Удивлена, — говорит она, рассматривая листок. — Сью, ты иди, я напишу тебе вечером, — Боунс кивает и идет к выходу. — Грейнджер, я… — начинает Драко. — Не надо. Они стояли у стен друг напротив друга. Она периодически отворачивалась, для того, чтобы смахнуть слезы. — Не рассказывай всего, только не уходи. «Если б я могла все сказать». — Ты мне доверяешь? — спрашивает Гермиона, с нескрываемой надеждой в голосе. — Да, — он делает шаг навстречу к ней. — Больше чем кому-либо. Она начинает плакать, оседая на пол, но Малфой вовремя подхватывает ее, не давая упасть. — Я люблю тебя. Я так сильно скучал по тебе все эти дни, — он еще крепче прижимает ее к себе. — Я тоже скучала, я… — она сминает пальцами его рубашку. — Я люблю тебя. Казалось, они могли стоять так вечность. — Я… ты не думай, — спустя пару секунд говорит Гермиона. — Я не из-за тебя плачу, у меня… приступ, — легкая улыбка трогает её губы. В ответ Драко также улыбается. — Ты просто неисправима! Она пожимает плечами. — Знаю.

***

Грейнджер все-таки удалось обзавестись друзьями со Слизеринского этажа — с Блейзом она часто встречалась в библиотеке и могла часами обсуждать любимые произведения, а с Пэнси, с которой, как оказалось, они жили на одной улице, обсуждать пирожные из пекарни за углом. Со временем её приступы прекратились, болезнь почти сошла на нет. Как и его наркозависимость. Они спасли друг друга. По крайней мере, так говорят. И так оно и было на самом деле.