Мороженое у Андрэ

Андрэ свято верил в то, что его мороженое творит чудеса. В тот раз он хорошо запомнил Маринетт и Адриана, которые подходили друг за другом к нему за его чудесным лакомством. Пусть и ели они его на разных концах моста, но этого уже было достаточно. Мороженщику оставалось только следить за отношениями этой парочки. Потому, когда они подошли к нему за мороженым вновь, Андрэ не растерялся и сделал точь-в-точь такие же заказы. Только каково было разочарование мороженщика, когда эта парочка ушла и стала есть сладость в компании других людей. Если бы месье Моль не ухаживал в то время за своей уставшей помощницей, то гулял бы сновь по Парижу Лединатор. Так что, Агресту и Дюпен-Чен повезло. Но не особо. Есть мороженое с Лукой было весело. Они оба перепачкались и звонко смеялись друг над другом. Но Маринетт с удивлением обнаружила, что лакомство совсем невкусное. В прошлый раз, когда она ела его одна, Дюпен-Чен показалось, что ничего вкуснее быть не может, а сейчас ей было весело, но совершенно невкусно. Куффен наоборот: съел куда больше, чем она, и еще спрашивал, почему она почти не притрагивается к мороженому. Маринетт же только отнекивалась и говорила, что ей не особо хочется. Адриану было не лучше. Краем глаза он следил за Дюпен-Чен и Куффеном и немного им завидовал. Они смеялись, пачкали друг друга, а Кагами наоборот, стоило ему едва испачкать себя или её, неодобрительно кивала, но улыбалась, стирая с щек растаявшее мороженое. Это было мило, но невкусно. Казалось, что не только мороженое потеряло вкус, но и его чувства. Агрест чувствовал лишь неприятную прохладу в горле, будто вот-вот заболеет, а забота, с какой Кагами стирала разноцветные пятна с его кожи, нисколько не грела. Придя домой после того дня, оба влюбленных подростка чувствовали себя разбитыми. Кот Нуар в ту ночь так и не мог уснуть. Не смотря на восклицания своего квами, Адриан перевоплотился и пошел гулять по крышам, наблюдая за влюбленными парочками, гуляющими по улицам. Он верил, что когда-нибудь они с Леди будут так же бродить до рассвета по сонным улицам, любуясь вечерними огнями города. Нуар будет гулять с ней. Обязательно. Только тогда, когда наступит его время. — Только когда же ты наступишь, Время? — тихо вздохнул Кот, останавливаясь на одной из крыш и глядя на светяшуюся от множеста фонарей улицу. — Время для чего? — спросил голос за его спиной. — Миледи? Не спится, да? — получив утвердительный кивок головы и грустный вздох в ответ, парень продолжил. — Понимаю тебя. Это был тяжелый день. Сначала Хлоя с Бражником, потом… — Да, потом Мастер Фу… Он уехал. Полагаю, сейчас он счастлив с той, которую любил всю жизнь. — Что ж, он этого заслужил, — Кот опустился на черепицу и Леди села рядом с ним. — Наверняка они много лет назад съели мороженое у Андрэ. Ты ела его мороженое? Об упоминании о лакостве Маринетт еще погрустнела, глянув на Нуара. — Да, ела. Только, знаешь, оно мне сегодня показалось совсем… -…безвкусным, — вздохнул Нуар. — Может, у него сегодня не очень удачный день? — Или я просто ела его не с тем человеком. — Я, наверное, тоже. Когда я ел его в первый раз, оно было восхитительным. Таким, что просто объедение! — Да… В первый раз оно было очень вкусное. — Миледи, а давай найдем Андрэ? Поедим снова, может, вкуснее будет? Девушка грустно улыбнулась и мотнула головой. Она уже поняла, что задумал её напарник. И в другой раз наверняка бы согласилась, но сейчас не хотелось того делать. Тем более уже была ночь, а денег с собой всё равно не было. — Нет, уже поздно, Котёнок, — потрепала она напарника по голове. — Андрэ, как и все нормальные люди спит. — А ненормальные гуляют, и они счастливы! — кивнул Нуар вниз, по-доброму усмехась. — Когда-нибудь я обязательно так же буду гулять по вечерним улицам с самим дорогим для меня человеком. — Конечно… Но Маринетт не верила в свои слова, точно так же, как и Адриан в свои. Они сидели на холодной черепице и смотрели одинокими глазами на город, чувствуя огромные дыры в сердцах. Пусть они и понимали, что их чувства сильны, но рано или поздно придется отпустить всё это, чтобы жить дальше. Первые влюбленности всегда самые сильные, после них будто перегораешь. Нового человека любишь вдвое меньше, чем того, кого любил впервые. Можно сжечь все мосты, потерять любую связь, но память никогда и ни за что не даст забыть того, кто впервые тронул сердце. Они разошлись лишь под утро. Так и не спали всю ночь, размышляя о том, как найти человека с которым все будет вкусно. Адриан и Маринетт заметно сблизились, но их отношения были совсем не романтическими. Скорее дружескими. Они понимали друг друга без слов. Стоило просто обменяться парой взглядов. Никто в классе, кроме Буржуа и Росси, не понимал: отчего эта парочка всё еще не вместе? Но друзья лишь отшучивались и спешили гулять: одна с Лукой, другой с Кагами. Но встречи с ними отчего-то всё больше и больше походили на простые приятельские встречи. Ни единого намёка на романтику, просто любимые совместные занятия: парочка новых песен, игра на гитаре, каток, фехтование, быстрый перекус вместе между уроками. Адриан с удивлением отмечал, что его всё больше и больше тянет к Маринетт. Нет, в сердце его была ЛедиБаг, но Дюпен-Чен уже давно заняла своё небольшое место. Ему было не очень приятно, когда девушка подолгу болтала с Лукой и будто забывала про него самого. Если им удавалось пересечься втроем, то Адриан был словно третий лишний. По сравнению с Лукой, он значительно проигрывал ему. У гитариста было самое важное — искренность. Агрест же совсем позабыл, что значит быть искренним в обычной жизни, не геройской. Он попытался быть искренним с Кагами, но не получилось. Агрест любил подурачиться, но девушка посчитала это излишним. Алья и Нино лишь удивленно улыбались, но потом весело рассмеялись, принявшись дурачиться вместе с ним. Маринетт же всё время задумчиво смотрела на своего друга. В ее глазах сейчас сливались в единое два совершенно разных образа дорогих для неё людей. Адриан хорошо помнил, что в тот момент, когда он обернулся на Дюпен-Чен, она смотрела на него ошеломленно, прижав руку к губам. Он ужасно испугался и тут же ринулся к ней, спрашивая в порядке ли она. Случайно скаламбурил про проглоченный язык, и тут Маринетт еще больше побледнела, но тут же взяла себя в руки. — Всё в порядке, Адриан, — улыбнулась она и ушла. Агрест же понял, что свалял дурака. Ему нужно было срочно догнать её. Алья и Нино удивленно переглянулись, когда парень схватил забытую Дюпен-Чен сумку и ринулся вон из кабинета. Маринетт обнаружилась на скамейке во внутреннем дворе. Она сидела, обхватив себя руками, и смотрела куда-то перед собой. Будучи погруженной в свои мысли, она не сразу поняла, что Адриан сел рядом с ней и протянул ее рюкзак. — Слушай, Маринетт, прости, если я что-то сделал не так или чем-то обидел тебя. Я не хотел тебя никак задеть. Правда. — Всё в порядке. Ты ни в чем не виноват, Адриан. Просто я вспомнила сейчас об одном очень важном для меня человеке. Вы очень схожи. Особенно сегодня. Ты ведешь себя точь-в-точь, как он. Только не позерствуешь и хвастаешься, как обычно во время патрулей. Стоило Маринетт сказать про патрули, так тут же в голове парня что-то щелкнуло. Но паники не вызвало. Это была его лучшая подруга, его одноклассница, его… — Миледи? — улыбнулся Агрест. — Ага, — кивнула Дюпен-Чен. — Так вот с кем ты ела тогда мороженое Андрэ. С Лукой. — А ты ел с Кагами. — Слушай, может, сегодня съедим его вместе? — Да как-то не особо хочется, — пожала девушка плечами, всё еще обхватывая себя руками. — Ты говорила в следующий раз. Ловлю на слове. Тем более, все влюбленные Парижа обязаны хотя бы раз съесть мороженое от Андрэ, — Агрест поднялся со скамьи и протянул руку Дюпен-Чен. — Идем, миледи! — Влюбленные… Адриан. Влюбленные едят мороженое. Ты любишь ЛедиБаг, Котенок. Маринетт Дюпен-Чен любит Адриана Агреста. — И Кота Нуара. Разве ты сама тогда не говорила? Стой, почему ты тогда не отвечала на мои чувства? — Тайна личности. Я призналась, потому что подумала, что ты меня разоблачил. Именно сейчас говорить с Котом было тяжелее всего. Дюпен-Чен чувствовала себя последней тварью. Глупой фанаткой, которая гналась за красивым мальчиком с обложки, не обращая внимания на то, что он всегда был рядом с ней. — Честно говоря, я был близок к этому много раз. Плохая у тебя конспирация, Маринетт. — У тебя не лучше. Ты уже давно под подозрением у Альи. — О, Алья! Она ведущая Блога. Это её работа… Лицо девушки было очень грустным и печальным. Адриан не мог понять, отчего это, но потом до него самого дошло. Он снова сел рядом, взял руку Дюпен-Чен в свою и тихо, спокойно сказал: — Понимаю, что ты винишь сейчас себя, Маринетт. Я тоже хорош. Мы оба идиоты, потому что ничего не поняли сразу. Было столько совпадений. Мы столько раз смотрели вперед, не видя людей перед собой. Но у нас есть куча времени, чтобы исправить это! Эй, Принцесса! — он коснулся ладонью ее щеки, заставляя посмотреть на себя. — Маринетт, предлагаю начать прямо сейчас. Идем за мороженым? Дюпен-Чен смахнула выступившие слезы и взяла его руку. — Идем! Старый Андрэ был очень рад увидеть их вновь. Теперь мороженщик был спокоен. Эти двое точно будут вместе. А Адриан и Маринетт с радостью уплетали лакоство, отмечая, что это лучшее мороженое, которое они когда-либо ели. — Я же говорил, Миледи! Надо было давно поесть его вдвоём. Маринетт только кивнула, соглашаясь. Мороженое было очень вкусным.