На свои места

Это было первое за много лет рождество, которое Шерлок проводил один. После смерти Мэри многое поменялось, в особенности Джон. Конечно, он уже простил своего друга (хотя и не за что было), но что-то все еще мешало доктору вернуться на родную 221Б по Бейкер Стрит. На улице резвились дети, пели колядки, играли в снежки. Шерлок смотрел на все это из-за шторы, чтобы не сильно бросаться в глаза, и не понимал их счастья. Возможно, причиной этому было то, что свое личное счастье он упустил еще тогда, на крыше? Но сейчас не время корить себя за несказанные когда-то слова, не совершенные поступки. Уже поздно что-то менять. Снова плотно задвинув шторы, Шерлок подошел к креслу, в котором лежала его скрипка, взял инструмент в руки и принялся рассказывать о своих чувствах. Он говорил долго, протяжно, грустно и печально. Он говорил о несбывшихся мечтах, о сожалении, о совершенных ошибках, о неразделенной любви. Мелодия, казалось, длилась вечно, но музыканта отвлек шум на ступеньках. Прервавшись, Шерлок опустил скрипку со смычком вниз и уставился на дверь в ожидании. Сердце глупо ускорило свой бег, словно говоря: «А вдруг?..». Разочарование затопило с головой, когда в дверном проеме показалась миссис Хадсон. — Ку-ку, Шерлок… Я услышала как ты играешь, и уж больно грустной мне показалась мелодия. — Миссис Хадсон, идите заварите себе травку для бедра. — Я бы на твоем месте позвонила ему. Я уверена, не тебе одному тяжело. — Я сам как-нибудь с этим разберусь, хорошо? А теперь оставьте меня. — Когда вы были вместе, ты был более вежлив, Шерлок. — Миссис Хадсон! — Ухожу, ухожу… Старушка удалилась, однако, ее слова заставили детектива задуматься. А что если и правда… Нет, не стоит беспокоить Джона по пустякам. Детектив больше не часть жизни доктора. Они теперь абсолютно чужие люди. Тогда почему на сердце так больно? Ответ был прост. Не смотря ни на что, Шерлок любил Джона. Причем очень давно. Вот только не хватало смелости признаться. И вот во что это вылилось. Очередное одиночество. Лишь скупое поздравление от Майкрофта, звонок от Молли, на который Шерлок и не подумал отвечать, даже Эта Женщина поздравила его в сообщении. Но все это было не то, что нужно Холмсу. А нужно ему теплое тело рядом, грубые от оружия, но нежные руки, которые не раз спасали ему жизнь, и, Шерлок уверен, смогли бы доставить неземное наслаждение. И конечно — голос. Детектив мечтал слушать голос своего блоггера без устали. Но все это так и останется несбыточными мечтами. Или же… Шерлок подошел к своему телефону, лежащему на кухонном столе, и задумался. А стоит ли? Стоит, твердо решил он. В любом случае, хуже явно не будет. Открыв раздел с сообщениями, он нашел телефон Джона, написал пару слов и положил аппарат обратно, не желая более подходить к нему. «С рождеством, Джон. Я люблю тебя. ШХ» И будь что будет.

***

Когда прозвучал сигнал о входящем сообщении, Джон невольно вздрогнул. До этого он несколько часов сидел в тишине, ведь наконец смог уложить Рози спать. Прочитав сообщение, Ватсон чуть не выронил телефон. Это что, шутка? Развод такой? Нет, Шерлок не умеет шутить. Тогда Джон набрал ответное сообщение. «Шерлок? Что это значит?» Но ответа на него не было. Его даже не прочли. «Шерлок, ответь мне». И опять тишина. Джон набрал номер друга несколько раз, пытаясь дозвониться, но тот не отвечал. Похоже… это все правда. Иначе бы он давно ответил что-то в своем стиле о том, что это обычный эксперимент. На самом деле с момента переезда с Бейкер-стрит, Джон часто думал, а почему он не может вернуться? Что является преградой на пути к нормальной жизни? На этот вопрос не было ответа. «С Рождеством, Шерлок» — обреченно набрал доктор ответ, отложил телефон и принялся думать. Как он мог не замечать этого раньше? Легко. Ведь только после слов Шерлока, Джон проанализировал поведение друга, и понял, что любят его уже очень давно, а он, старый идиот, ничего не замечал. Разобравшись в Шерлоке, Джон начал копаться в себе. Что он должен на это ответить? Любит ли он детектива так же, в таком же плане? А если нет, что тогда делать? В таких размышлениях Джон провел пять дней. На шестой, тридцать первого декабря, утром, он собирал вещи, свои и дочери. Вечером, в одиннадцать, он стоял у двери под номером 221Б и не решался позвонить. А что, если Шерлока нет дома? А что, если его не ждут? А что, если его ждут, но детектив не один? Мотнув головой, отбрасывая лишние мысли, Джон решительно стукнул в молоточек. Дверь открыла Марта. — Господи… — С Новым Годом, миссис Хадсон. Можно? — Конечно, дорогой, проходите! — засуетилась старушка. Увидев за спиной мужчины кучу вещей, домовладелица засияла. — Ты все же решил вернуться? — Хватит ходить вокруг да около. Пора уже решить все вопросы и продолжать жить. — Шерлок наверху. Оставив дочь с Мартой, Джон неспеша поднялся по лестнице, по инерции перешагивая через скрипучую ступень. Открыв дверь, он услышал очень тихую музыку, исходящую от окна. — Шерлок?.. Игра прекратилась. Детектив медленно развернулся в сторону гостя и неверяще посмотрел на него. — Джон? Это правда ты? — Да, Шерлок. Это я. Я вернулся. — Но… почему? — Почему? Твое сообщение заставило меня, конечно, понервничать. Шерлок отвел взгляд, боясь увидеть в родных глазах ненависть. — Шерлок. Молчание. — Шерлок, посмотри на меня. Детектив оставался неподвижным. Тогда Джон сам подошел к нему, поднял голову за подбородок и нежно-нежно поцеловал. — Джон… — И я тебя люблю… Прозвучал бой курантов. Пришел новый, начатый с чистого листа, год. И все наконец встало на свои места.