Между жизнью и смертью.

      После этих событий прошло восемь лет. Жизнь раскидала всех куда только можно и нельзя: Изуку стал хирургом в той самой центральной больнице; Кацуки тоже работает в этой больнице хирургом, но в основном он проводит операции на сердце; Эйджиро стал барменом в том самом клубе, в котором ребята на протяжении этих лет стали часто зависать. Так получилось, что Токоями как раз думал о том, кому бы передать своë дело, потому что самому Фумикаге было довольно много лет, чтобы этим всем заниматься, а тут подвернулся паренëк, которому очень нравилось это дело. Так что Киришима с радостью принял «подарок» и полностью отдался бару после окончания института. Учëба все равно ему была в тяжесть, а тут представилось такое классное и прибыльное дельце; Очако уехала в другой город после выпуска. Она объяснила это тем, что еë родителям понадобилась помощь, так что на работу она тоже устроилась на новом месте и сейчас является прекрасным анестезиологом. Тенья же… Ну что можно сказать. Семья Ииды все решила за своего сына. Все его родственники работали в полиции, так что судьба брюнета была решена за него. Для ребят было немного неожиданно, когда Тенья им всë рассказал, но лишь поддержали, сказав, что это даже лучше, потому что разные виды профессий могут помочь в будущем. Приблизительно так всë сложилось у нашей дружной пятерки. Да, они виделись, когда выпадала возможность, но бывало и так, что все уходили с головой в работу, но никто особо не переживал по этому поводу. А вот на праздники они всë-таки старались увидеться, пусть даже на пару часиков. В общем, жизнь шла своим чередом.       Очередной рабочий день. Изуку уже давно не спит. Он приготовил завтрак, сходил на утреннюю пробежку, а сейчас зеленоглазый пил горячий кофе, просматривая бумаги, которые ему дал Тошинори Яги — главврач больницы и по совместительству наставник Мидории. Да, когда зеленоглазый только начинал работать в больнице, то благодаря своим знаниям и труду очень приглянулся Яги, так что со временем веснушчатый стал его правой рукой. Правда вот бумажной волокиты от этого только прибавилось, потому что Изуку часто отправляли на переговоры в другие больницы: в основном парень разговаривал насчëт медицинского оборудования, необходимое для сложных операций. Нет, у центральной больницы были средства на это, вот только иногда новые аппараты сначала отправляли на испытание в другие больницы, которые не могли финансово обеспечить себе такие «машины», но прекрасно работали с ними в тестовом режиме. Время шло, а Мидория всë сидел и что-то читал. Наконец-то, увидев время, парень понял, что опаздывает, поэтому начал быстро собираться.       Зеленоглазый выбежал из квартиры и поспешил на работу. По каким-то причинам, веснушчатый не убрал документы в какую-нибудь папку, за что очень поплатится. Также ему пришлось добираться пешком, потому что на дороге была пробка из-за неисправности светофора. Последним пунктом в списке под названием «веселое начало дня» стало то, что ему уже во всю названивали коллеги, и Мидория полностью ушëл в свои мысли, не видя ничего вокруг. На дороге стоял парень в кепке и смотрел куда-то вверх, а в его руках была камера. Он стоял и никуда не двигался, и мимо него спокойно проходили люди, ну практически все. Надо быть полным Изуку, чтобы врезаться в этот «фонарный столб». Веснушчатый потирал ушибленное место, сидя на тротуаре. Телефон отлетел куда-то в сторону и, судя по всему, сломался после такого падения. Часть бумаг начала разлетаться, но их тут же начали подбирать. — Эй, вы в порядке? — зеленоглазый поднял голову и увидел… Боже, он мог поклясться, но это были самые прекрасные глаза, которые он видел, ведь они были разного цвета: левый глаз был голубым, словно ясное небо в безоблачную погоду, а правый — серый, полная противоположность — цвет дождя и пасмурного неба, но эти глаза так дополняли друг друга, что в них можно было тонуть вечно. — Да, извините, что врезался в вас. Совсем по сторонам не смотрел. Ээх, ещë и телефон сломался. Ладно, извините, я очень спешу, — Изуку поднял свой сломанный телефон, забрал пару листов у парня напротив и, ещë раз десять извинившись за случившееся, пошëл в больницу.       «А он ничуть не изменился, всё те же милые веснушки на щеках. Интересно, куда он так спешил?» — Шото ухмыльнулся и продолжил слоняться по улице, фотографируя разные места, пейзажи, в общем, всё, что на глаза попадëтся.       Мидория влетел в больницу и попытался успокоить дыхание. — Аллилуя. Явление Христа народу. Что у тебя такого случилось, что ты в итоге на тридцать минут опоздал? И что у тебя с телефоном? Ты в какой-то момент просто перестал быть в зоне действия сети, — на ресепшене стояла девушка в синей медицинской одежде и с зелëными волосами, собранными в пучок. — И тебе доброе утро, Тсую. Ох, много всего, давай я тебе расскажу чуть позже, когда будет время. — Как будто такое бывает. — Эй, не ворчи, пожалуйста. Так, — парень положил бумаги перед девушкой и привëл в порядок волосы, которые уже во всю лезли на лицо, — вот документы, только можешь их разложить, пожалуйста, а то Тошинори мне голову свернëт. Мало того, что я затягивал с этим, так ещë сейчас чуть пару листов не потерял, — наконец придя в себя, парень отметился в журнале сотрудников, — кстати, он у себя? — Написал, что задерживается на конференции, придëт где-то через час, так что у тебя есть время, чтобы привести себя в порядок. — Хах, ты просто чудо. Спасибо. Можешь план на сегодня дать, пожалуйста? Я тогда пойду посмотрю всë у себя в кабинете. Ах да, мои ребята уже здесь? — Монома, как всегда, опоздал, а так да, все на месте. — Ладно, сегодня ему повезло, но в следующий раз не отделается одним ночным дежурством. — Ой, не будь так строг с ним. Сам ведь таким же был, и смотри каким стал: раньше был опаздывающим ординатором, а теперь опаздывающая глава хирургического отделения, — девушка залилась смехом, а Изуку взял план сегодняшних операций и больных, поступивших ночью, и, закатив глаза, пошёл к себе в кабинет.       Помещение было достаточно большим. Что уж говорить о панорамном окне, которое открывало вид на красивую улицу и другие корпуса больницы. Недалеко от окна стоял стол «Т» формы, за которым часто проходили какие-нибудь совещания. Слева от двери стояли два больших шкафа, забитые книгами. Был ещë один шкаф, но там у врача хранились документы: приказы, бумаги на операции и т.д. и т.п. В общем, не заскучаешь здесь. Изуку уже переоделся в футболку и штаны и хотел взять халат с вешалки, которая стояла около двери, как в его кабинет кто-то ворвался и чуть не сбил парня, но тот успел отойти в сторону. — Мидория-кун! Срочно! Нужна ваша помощь, — на пороге появилась одна из ординаторов Мидории — Хатсуме Мэй. У неë была довольно необычная внешность: розовые волосы, одежда собственного пошива, поэтому часто на ней можно было увидеть халат с разными рисунками. Мэй была очень талантлива и вечно лезла, куда не надо, из-за этого зеленоглазому часто приходилось прикрывать еë. Пусть она и была такой безбашенной, но Изуку стоял горой за своих ординаторов. Как говорится: «не ошибается тот, кто ничего не делает». — Во-первых, доброе утро, во-вторых, Мэй, сколько раз я просил стучать в дверь, перед тем, как войти? В-третьих, успокойся и нормально объясни, что случилось. — Ах да, простите, доброе утро, — ординатор всë никак не унималась и тараторила всë подряд, — просто дело в том, что к пациенту, которому мы вчера делали операцию, приехали родители и подняли шумиху на ровном месте. Я сказала, что позову главного хирурга и побежала к вам. — Хм, странно, вчера же всë было нормально. Что могло случиться за ночь? — Они настаивают на том, чтобы сразу забрать сына домой, как только он очнëтся. — Совсем что ли с ума сошли? — Изуку надел халат и пошёл за Мэй.       Дойдя до нужной палаты, веснушчатый вошёл внутрь и поздоровался с родителями пациента. — Здравствуйте, меня зовут Мидория Изуку. Я вчера оперировал вашего сына и мне сказали, что у вас возникли вопросы. — Доктор Мидория, мы хотим забрать нашего мальчика домой, когда он очнëтся, — напротив Изуку встала мать парня. — Исключено. Мы не можем этого сделать, пока не убедимся в том, что жизни вашего сына ничто не угрожает. — Но медсестра же сказала, что операция прошла успешно, так в чём проблема? Наш сын и так не любит больницы, так что ему вряд ли будет тут приятно лежать какое-то время. А мы с мужем работаем, поэтому с ним никто не сможет посидеть. Или всё же что-то пошло не так на операции?       Сказать, что Мидория был в шоке — ничего не сказать. Но надо было держать себя в руках, так что он сразу решил воспользоваться крайними мерами. — Операция прошла успешно, в этом нет сомнений. Однако, проблема может возникнуть, если организм попадëт наружу. В рану может попасть инфекция, пойдëт заражение, а после может случиться всё что угодно, поэтому вам в любом случае придётся отправить сына в больницу. И всë равно мы придём к тому, что ваш сын будет наблюдаться в больнице, — веснушчатый ожидал определëнной реакции, и он еë добился. В глазах матери проскочил страх, и она решила отступить. Пусть Изуку и напридумал, относительно, это всë, но с такими упертыми родителями только так и надо поступать. Осложнения у мальчика никому не были нужны.       Хатсуме всё это время стояла позади наставника и наблюдала за происходящей ситуацией. «Вот это профессионализм. Он точно зол на них за такое мнение о нас, но прекрасно держится и говорит абсолютно спокойно. Я же просто перепугалась, но стоило всего лишь взять себя в руки» — после таких мыслей девушка наконец-то успокоилась, а затем вышла вместе с Мидорией из палаты, ведь родители решили оставить своего сына под ответственность врачей. — Мэй, справишься здесь без меня? У меня через пятнадцать минут операция, так что мне надо идти готовиться. Главное, не ведись на их дурацкие предложения. Ты знаешь, что делаешь, будь увереннее в себе. — Да, спасибо вам. Удачной операции.       Зеленоглазый кивнул и пошёл в операционную, где уже ждала его команда.       Дальше день шëл как обычно. Изуку провёл две операции, которые длились в общей сложности шесть часов. Все врачи выполняли свою работу на все сто процентов, поэтому всё прошло успешно. После, Мидория сидел у себя в кабинете и смотрел результаты МРТ очередного пациента, но чуть позже к нему зашла Тсуи и сказала, что зеленоглазого ищет босс. «Точно, у меня ведь телефон сломался, поэтому он не может до меня дозвониться» — подумал парень и пошёл в кабинет Тошинори. Постучав в дверь и, услышав громкое «Войдите!», зашёл внутрь. — Вы хотели меня видеть? — веснушчатый сел на стул напротив главврача. — Да, вот только что у тебя с телефоном? Мне пришлось Асуи к тебе отправлять. — У меня с утра из-за одного происшествия сломался телефон. Так что после смены я пойду покупать себе новый, всë равно давно собирался это сделать. — Ох, ладно, я хотел поговорить с тобой об этом, — Яги взял в руки бумаги и немного ими потряс перед зеленоглазым, — Изуку, я ведь просил посмотреть и выбрать новых ординаторов, но такое ощущение, что ты даже не притрагивался к этим делам. — Ну что вы. Я прочитал сегодня с утра про каждого студента и понял, что мне вполне хватает своих детей, которых я не собираюсь никому отдавать, пока у них не закончится учеба. Тошинори-сан, вы хотите, чтобы я поселился в больнице? Если так, то лучше завалите меня бумажной работой. — Хах, смотри, чтобы твои «дети» не узнали о твоём отношении. Изуку, ты ведь понимаешь, что я могу доверить это только тебе? Ничего не случится, если ординаторы завершат своё обучение у другого врача. Но вот новеньких я могу направить только к тебе. Или тебе напомнить, чем закончилась первая неделя у ординаторов, которые были у Бакуго? — Ни слова больше! Я вас услышал, но для начала я бы хотел всё-таки довести своих ребят. Я обязательно подумаю над вашим предложением. Тем более что мне тогда надо будет выделить время, чтобы провести собеседование с каждым. И на это уйдёт целый день. Но в крайнем случае, я поговорю с другими врачами. А сейчас я бы хотел закончить с оставшимися делами и пойти домой, потому сегодня был довольно сложный день. — Хорошо, можешь идти.       Но тут в кабинет врывается мужчина с длинными волосами, собранными в хвост, и со шрамом под правым глазом. — Айзава, что случилось? — Тошинори встал со стула и направился в сторону коллеги. — У нас там ЧП. Грузовик потерял управление, и в него врезалось где-то три машины, пострадавших около десяти. Нам нужно как можно больше рук, — мужчина посмотрел на зеленоглазого, — Мидория, тебя я тоже попрошу помочь. — Конечно, я сейчас же пойду помогать остальным, — Изуку кивнул и направился вниз, чтобы принимать пострадавших.       Когда веснушчатый спустился на первый этаж, то увидел не самую приятную картину: людей завозили на каталках, кто-то был без сознания, кто-то пытался сам дойти, но в основном, у всех были глубокие порезы из-за стекла. У некоторых людей при первой помощи даже не вытаскивали куски стекла, потому что они могли тут же умереть от кровопотери. Также было несколько человек и с ожогами, видимо, произошёл небольшой взрыв, но Мидория решил узнать точно. — Монома, что произошло? — доктор подошёл к светловолосому парню, который был уже наготове, чтобы оказать медицинскую помощь. — Доктор Мидория! Нам сообщили, что в грузовик въехало три машины и произошёл взрыв, но ни один человек не погиб. — Так, а где все остальные? — Мэй и Кэми уже забрали одного, Шино позвали ассистировать, а Сириус ушла помогать тем, у кого незначительные травмы. — Понятно, тогда ты пойдёшь мне сейчас ассистировать. Бери вот этого красного* и повезли его в операционную. — Есть, сэр.       Веснушчатый уже собрался идти в операционную, но заметил того, кого бы хотел видеть здесь в последнюю очередь, а уж тем более с такими ранениями. — Эй, Изуку, ты чего застыл? — Кацуки повернулся в сторону, куда смотрел зеленоглазый и его немного передернуло, — я займусь этим парнем, не переживай, у тебя тоже сейчас нелёгкая операция, так что иди. — А… Эм… Да, хорошо.       Бакуго зашёл в операционную и посмотрел на парня, которого ему предстояло оперировать. Над ключицей торчал осколок стекла, также мелкие осколки торчали из рук. На ноге был огромный синяк, местами виднелись царапины и ссадины. «Да уж, не повезло этому парню. И так внешность… необычная: разноцветные волосы, так ещë и шрам под глазом. Ну ничего, зашью так, чтобы ничего не осталось.»       В итоге рабочий день продлился ещё на три часа. Все поработали на славу. Никто не погиб после происшествия. Но из больницы никого не выпустили, даже тех, у кого были незначительные травмы. Некоторых врачей уже отпустили с работы, кто работал из-за этой ситуации уже больше суток, но кто-то всё-таки остался. Мидория заканчивал обрабатывать очередные раны пострадавшим, которые находились в приёмном отделении, когда Кацуки появился в его поле зрения. — Каччан! Ну что, как все прошло? — О, ты уже здесь, хотя это неудивительно. Мне с ребятами пришлось повозиться, чтобы не задеть жизненно важные артерии. К счастью, всё прошло успешно. Так что теперь твоему пациентику ничего не угрожает.       Зеленоглазого немного передернуло от этих слов, но он решил ничего не отвечать. — Ты ещё надолго здесь? Я собираюсь домой, — Кацуки посмотрел на часы. — Нет, иди без меня, тебя скорее всего уже Эйжди заждался. — Не, у него сегодня ночная смена, так что, наверное, дома он появится только ближе к утру. — Ну, в любом случае мне ещё отчеты писать, поэтому иди. — Ладно, смотри не засни здесь где-нибудь, — Бакуго помахал рукой Изуку и направился в сторону выхода. — Ага, постараюсь, — Изуку попрощался в ответ и пошёл в свой кабинет, чтобы заняться очередной бумажной работой.       Времени было около часа ночи, а Мидория всё ещё был в больнице. Помимо документации, ему надо было обойти пациентов, которых сегодня оперировали, чтобы проверить их состояние. Вообще этим занимаются медсестры, но зеленоглазый говорит на это, что ему так спокойнее, когда он сам проверяет пострадавших.       В больнице наконец-то стало тихо, и усталость давала о себе знать. Всë-таки Изуку проработал сегодня больше 12 часов, так ещë и такие ситуации его выматывают больше всего. В коридорах иногда можно было увидеть медсестёр, которые только пришли на ночную смену. Мидория очень им завидовал. Ещë больше хотелось спать, когда парень наблюдал за спящими людьми в палатах. Но вот войдя в одну палату (и последнюю по списку), у врача сон сняло как рукой. POV Изуку.       Как же я устал. Такое количество работы и сумбурная обстановка просто убивает меня. Осталась последняя палата, так что надо собрать оставшиеся силы в кулак, а потом уже спокойно ехать домой и ложиться спать, пусть и получится уснуть только часа на три, но это всё лучше, чем ничего. Так, здесь у нас лежит Тодороки Шото. Удалëнное стекло над ключицей, обработка царапин и зашивание пары глубоких ран. Уф, сильно же ему… (зеленоглазый поднял взгляд) Это… это ведь он. Тот парень, в которого я врезался. Ого, так у него разные волосы, почему я до этого не заметил? И почему мне кажется это таким знакомым? Может ли быть такое, что… Нет, за восемь лет я бы его встретил, хотя, кто знает. Так, я просто очень вымотался за сегодня, пожалуй, завтра об этом подумаю. конец POV Изуку.       Веснушчатый присел на стул возле кровати и стал осматривать парня, который спокойно спал после операции. Доктор снова захотел спать, но почему-то ему не хотелось уходить. Хотелось побыть здесь ещë немного, поговорить с Шото, но сейчас им обоим нужно было отдохнуть. Остановившись на последней мысли, Изуку не заметил, как уснул.       Мидория проснулся от того, что его аккуратно поглаживали по голове. Парень вскочил и наткнулся на два гетерохромных глаза. — И как часто вы засыпаете в палате у пациента? — Шото требовалось много усилий, чтобы сдержать смех, да и смеяться ему было больно, но вот улыбку гетерохром не смог сдержать. — Я… Я… Кхм… Прошу прощения.       Зеленоглазый вышел из палаты, проигнорировав то, что у самой двери его окликнули. «Чёрт, вот я идиот. Почему я ничего нормального ему не сказал? Надо же было уснуть именно у него в палате. Дурак. Дебил. Идиот.»       Веснушчатый так бы и продолжал подбирать про себя все синонимы к слову «идиот», если бы не проходившая мимо медсестра, которая спросила о его состоянии, потому что парень сидел на диване в комнате ожидания и тяжело дышал после своего «небольшого косяка». Изуку ответил, что с ним всë нормально и решил спуститься вниз, чтобы немного отвлечься.       Шото проснулся с жуткой головной болью. Он увидел перед собой белый потолок, почувствовал запах лекарств и понял, что находится в больнице. Сколько было времени — его не интересовало. Он начал вспоминать, что случилось, но голова заболела ещё сильнее, поэтому Тодороки решил оставить это дело. Рядом что-то зашевелилось, и Тодороки ни на шутку перепугался, но, аккуратно повернув голову и увидев зеленую макушку, парень успокоился. «Неужели это Деку? Поверить не могу. Даже смешно как-то. Буквально недавно виделись при нормальных обстоятельствах (ну почти), а теперь я валяюсь здесь.» — начал думать про себя Шото и легонько коснулся волос Изуку. «Мягкие», от такой мысли на лице появилась лёгкая улыбка. Через пять минут на его действия отреагировали, и доктор проснулся, посмотрев удивлённым взглядом на гетерохрома. — И как часто вы засыпаете в палате у пациента? — Шото решил немного пошутить, но, судя по всему, это была плохая идея, потому что Изуку не мог ничего из себя выдавить в ответ. — Я… Я… Кхм… Прошу прощения. — Постойте! — разноволосый попытался остановить Мидорию у самой двери, но тот, не ответив, вышел из палаты. Шото ещë пару минут был в ступоре, но потом снова пришел в себя. «Эх, не удалась шутка. Но зато теперь я знаю, где он работает, так что будет возможность с ним увидеться. И скорее всего он завтра тоже зайдет, чтобы проверить меня», с этими мыслями Шото снова заснул. — Эй, Изуку, где ты был? Я заходила к тебе в кабинет, но не нашла тебя там. — Я проверял пациентов. — Опять? Ты ведь знаешь, что можешь доверить это дело медсëстрам. — Асуи, ты знаешь, как я к этому отношусь. Мне проще самому всё проверить, заодно удостовериться в правильности отчëтов, которые предоставляют хирурги. — Всё с тобой ясно. Кстати, как там Тодороки Шото?       И снова Мидории напомнили про этого парня. А ведь он только пришëл в себя. Парню уже становилось не по себе от этой ситуации. Он посмотрел на свою подругу: — А почему он тебя интересует? — Ну как же. Ты ведь знаешь про центральную больницу в Лондоне? — Конечно, там работает… Так. СТОП. Серьёзно? Ты думаешь, что это его сын? Того самого Тодороки Энджи, из-за которого у нас частенько возникали проблемы с сотрудничеством с другими больницами? — А ты много знаешь людей с фамилией Тодороки? — Но что тогда Тодороки-младший забыл в Японии? — Да кто бы знал. Говорят, что у них с отцом всегда были плохие отношения. Видимо, парень решил уехать подальше от отца. Кстати, раз у нас так заладился разговор, может расскажешь, что у тебя с утра случилось? — Асуи приподняла бровь и с интересом посмотрела на Изуку.       Парень вздохнул и начал рассказывать, как он изначально вышел рано, как автобусы встали в пробку, как врезался в человека (да, Мидория решил опустить тот факт, что этим человеком оказался именно Тодороки Шото). Девушка немного посмеялась над рассказом коллеги, но затем томно вздохнула, намекая на то, что уже пора собираться домой. — Тебя когда подменят то? — Кендо обещала быть с минуты на минуту, так что я начну сейчас собираться. — Хочешь, я могу тебя проводить. — Ой, вот только не делай из себя благородного принца, за мной сейчас приедут, да и завтра я буду отсыпаться, в отличие от тебя, так что дуй домой. — Ахахх, какая ты заботливая, ладно, тогда до встречи. — Пока-пока.       Ребята попрощались, и Изуку пошëл домой. Теперь ему осталось поспать где-то час, из-за того, что он уснул у Тодороки. Парень подумал про то, что сегодня он вряд ли зайдёт к Шото после такого. Придя домой в пять утра, Мидория завалился спать, поставив будильник на шесть утра.