Между жизнью и смертью.

— Ну что, как прошло свидание?       Изуку подавился своим утренним кофе, а затем посмотрел на человека, который сел напротив него. — Каччан, ты сдурел так пугать меня? Я только хотел спокойно позавтракать, а тут ты с какими-то идиотскими вопросами. — Завтракать? В полдень? Тебе не кажется, что в это время некоторые люди уже обедают? — Ну я же не виноват, что мне с утра позвонила Тсую и попросила срочно приехать на операцию, поясняя это тем, что какой-то пациент очень хотел, чтобы я его прооперировал. Так что я полетел в больницу, даже толком не позавтракав. Ну, а потом появились ещё дела, поэтому у меня только сейчас выпала минутка поесть. — Ахаха, да уж, вот это у тебя веселуха с утра пораньше. И всё же, я жду ответ на свой вопрос, — Кацуки ухмыльнулся и стал есть сэндвич, который купил в буфете. — Понятия не имею, о чём ты, — Изуку уже хотел уходить, потому что прекрасно понимал, о чём спрашивал Бакуго, и уж точно не хотел разговаривать на эту тему, но строгий взгляд и неожиданно появившаяся чужая рука на подносе заставили зеленоглазого остановиться. — Дурачка из себя не строй, всё ты понимаешь, а ещё знаешь, что я от тебя не отстану, так что сядь и давай рассказывай, я даже готов тебе кофе купить. — Нет, спасибо, не могу много кофе пить, — веснушчатый запустил руку в волосы, думая над тем, как бы всё рассказать, хотя по сути рассказывать было нечего, — ну если вкратце, то мы так и не сходили никуда. — Чего? То есть я вчера смотрел на то, как вы с Тодороки мило стояли и болтали, а затем пошли куда-то, чтобы сейчас услышать, что вы никуда в итоге не сходили? — Просто около кафе какому-то мужчине стало плохо, в итоге у него оказался сердечный приступ и пришлось его везти в больницу, и я поехал с ребятами, чтобы провести операцию. —рукалицоМдаа, ну ты и болван, Деку. А мне позвонить не додумался? Хотя у меня тоже была операция вечером, но это не важно. Ты как всегда печешься о других, но о себе думаешь в последнюю очередь, — Бакуго решил первым встать из-за стола, так как у него скоро должна была быть операция, — если не хочешь, чтобы тебя из больницы вперед ногами вынесли, то напиши Тодороки и сходите уже куда-нибудь. — И чего ты так обо мне печёшься? — Потому что мы друзья. — Боже, сейчас умру от такой заботы, — Изуку потянулся за телефоном, который начал вибрировать, — так, мне звонит Кэми, и скорее всего ей нужна моя помощь, так что я пойду. Хорошего дня, Каччан. — И тебе.       Мидория встал из-за стола и быстро ушёл, в то время как Кацуки лишь обреченно вздохнул и пошёл готовиться к операции.       Весь день веснушчатый думал над словами Кацуки. Может правда стоит написать Тодороки, ведь не зря они вчера обменялись телефонами. Хотя зеленоглазый пытался понять, что же вчера произошло.

FLASHBACK.

— Я здесь знаю одно круглосуточное кафе, так что это не проблема. Если вы конечно не устали и готовы пойти. — Да, хорошо, всё-таки вы просидели и прождали меня, так что я не смогу отказаться. — Вот и славно.       И парни направились в сторону кафе, до которого идти минут 20-25. Первое время парни шли молча, потому что никто не знал, с чего начать разговор. Но Шото начала надоедать эта тишина, так что он решил спросить хоть что-нибудь. — Давно вы работаете доктором? — Уже шесть лет. Сразу после института записался в ординаторы, потом меня стал учить сам главврач больницы, так что через три года я уже смог полноценно работать в больнице. — Ого, да вы прям талант. — Хах, возможно. А чем вы занимаетесь? — Вообще, официально я работаю журналистом, но, по правде говоря, я больше просто фотограф. Поскольку у меня самые качественные фото, то с меня снимают частенько такие вещи, как конференции, заседания и всё прочее. — Здорово, и вам нравится? — Я люблю фотографировать. Вот только иногда мне мешают сильно невнимательные люди, — Шото немного посмеялся, смотря на Изуку. — Ох, неужели вы всё ещё обижаетесь из-за того случая? Какой вы, однако, злопамятный, — веснушчатый в шутку надул щёки, а у Шото сердце пропустило удар из-за того, насколько это было мило.       Потом ребята шли опять молча. И почему так сложно вести диалог? Ведь каждый хочет о многом спросить, рассказать что-то, но оба боятся того, что окажутся не правы в своих предположениях, что над ними посмеются, поэтому они молчат. Единственным вариантом было задавать вопросы на нейтральные темы. — Если вас опять побеспокоит рана, то обязательно загляните в больницу. — А что если я просто вам позвоню и сообщу об этом? — Шото достал свой телефон и включил его, снова посмотрев на Мидорию, — не дадите свой телефон? — Ну, можно и так, наверное, — Изуку продиктовал свой телефон и начал расспрашивать Шото про его работу. В итоге оказалось, что Тодороки часто ездит на художественные выставки, свои же работы он редко выставляет, хотя его работы просто завораживали (У гетерохрома как раз оказалась парочка фотографий, так что Изуку оценил их на все 100/10). После такого душевного разговора, Шото всё-таки решил узнать то, что его интересует уже очень давно. — Эм. Мидория, я хотел у вас спросить… — Давай на «ты», а то мне этой официальности и в больнице хватает. — Хорошо. Так вот, я хотел у тебя спросить… — Помогите! Кто-нибудь! Здесь мужчине плохо!       На другой стороне улицы сидела женщина и просила о помощи. Рядом с ней лежал мужчина без сознания. Изуку сразу же кинулся на помощь, а Тодороки последовал за ним. — Что случилось? Я врач, работаю в центральной больнице, — Изуку тоже присел рядом с мужчиной и стал нащупывать пульс. Есть, но слабый. — Я… Я не знаю, я просто шла мимо, как он вдруг передо мной упал, я подбежала к нему и стала звать на помощь. — Так, главное успокойтесь. Тодороки, можешь вызвать скорую, пожалуйста? — Да, конечно.       Скорая приехала через пять минут, и мужчину уже завозили на каталках в машину. — Доктор Мидория? А вы здесь какими судьбами? — к Изуку подошёл один из фельдшеров, работающих на таких вызовах. — Вечер добрый, Йосецу. Да вот, прогуливался после смены, но услышал, что зовут на помощь, так что не смог пройти мимо. — Да уж, в этом и заключается работа врача: помогать остальным. Не буду вас тогда напрягать, мы сейчас же отвезем его… — Авасе, он не дышит, нужна реанимация, срочно поехали в больницу, — ещё один фельдшер уже подключил необходимые приборы, но ничего не помогало, единственный вариант сейчас — это операция.       Зеленоглазый хотел поехать с ребятами, но вспомнил, что он был не один. А что Шото всё это время? Правильно, стоял и смотрел на то, как работает этот веснушчатый парень. Ни доли сомнения, полностью погруженный в работу, как будто он готов отдать всего себя, лишь бы помочь остальным. Так что гетерохром понял, что сегодня не удастся нормально поговорить, и Мидория обязательно будет волноваться за этого человека, если останется, а не поедет с ребятами. Поэтому он подошёл к Изуку и сказал, чтобы тот ехал с ними. — Ты уверен, Тодороки? Ты ведь полдня меня ждал, — парень увидел утвердительный кивок и уже залезал в машину, как услышал последние слова Шото: — Ничего, восемь лет ждал, один день будет не проблемой, — после этих слов гетерохром побрёл в какую-то сторону, известную только ему, оставаясь со своими мыслями наедине. — Что? — Мидория как будто не услышал этих слов или он просто не хотел их слышать, а может, наоборот, слишком хотел услышать эти слова, но это прозвучало так… Изуку даже сам не понял, что произошло, как он уже оказался в машине скорой помощи и ехал в больницу, оставив Тодороки одного. Конец FLASHBACK.       «Я вообще то услышал или у меня от усталости глюки пошли?». За своими мыслями Изуку и не заметил, как дошёл до своего кабинета, возле которого его ждала Кэми. — Что случилось? — веснушчатый открыл дверь и предложил девушке зайти. — Я хотела с вами посоветоваться насчет снимков МРТ, так как там есть на что взглянуть. — Хорошо, давай посмотрю.       В итоге Мидория ушёл полностью в работу, тем самым отвлекая себя от вчерашнего дня. Вот только ближе к вечеру зеленоглазому снова пришлось об этом вспомнить, ведь недалеко от входа больницы снова проходил Шото, но после того, как Тодороки сел на лавочку, Изуку знатно напрягся. «Да он грёбаный сталкер. Ему реально больше нечем заняться? Интересно, что на это скажет Каччан? У него как раз кабинет сюда выходит.»       Изуку быстро поднялся на третий этаж и, найдя нужный кабинет, постучал в дверь. После утвердительного ответа, парень зашел внутрь. — Ух ты, не ожидал тебя увидеть у себя в кабинете, — лишь взглянув на вошедшего, Бакуго снова уткнулся в ноутбук, — зачем пожаловал? — Да вот хотел на кое-что посмотреть и посоветоваться с тобой. — Я точно не сплю? Ты? За советом ко мне? — Кацуки наблюдал за тем, как его друг подходит к окну, затем интерес взял вверх, и он тоже решил присоединиться, а заодно узнать, в чём же дело.       Увидев в окне Тодороки, Бакуго присвистнул, а затем посмотрел на Мидорию. — Ну и чего ты ждешь? Быстро собрался и пошёл к нему. Тем более я тебе сегодня говорил, чтобы ты ему написал, но он всё сделал за тебя. — Да ты с ума сошел? Как я ему в глаза буду смотреть? Мне капец как неловко. Может, он просто мимо проходил, ведь у него в руках фотоаппарат, он наверняка целый день работал, и вот просто решил передохнуть… — Ага, и просто решил остановиться около больницы, где ты работаешь. Так. Либо ты сейчас же валишь отсюда, либо я открываю окно, и ты летишь прямо на руки своему принцу. — Как же ты бесишь. Только не смей опять наблюдать за этим кошмаром. — И пропустить то, как ты краснеешь? Ну уж нет, я даже на камеру это сниму и тебе потом отправлю. Ты ведь хотел от меня совета? Вот топай к нему, — Кацуки начал выпроваживать Мидорию из кабинета, ещё пару раз сказав, чтобы тот не нервничал из-за таких пустяков.       Вот только Изуку заставил себя выйти из больницы только через двадцать минут, потому что вспомнил, что забыл телефон у себя в кабинете, а заодно размышлял над всем происходящим. Правда, когда он вышел на улицу, то Тодороки нигде не оказалось, и Изуку не мог понять, что ощущал в этот момент: облегчение или растерянность. В итоге веснушчатый решил не думать об этом, тем более что пришедшая смс полностью развеяла все мысли. Киришима: «Можешь зайти в клуб после работы? Хотел с тобой кое-что обсудить».       Немного удивившись такому сообщению, зеленоглазый направился к Эйджиро. На улице было одиннадцать вечера, так что народа практически не было на улице. Изуку всегда нравилось в такое время прогуливаться, ведь было прохладно, потому что днём можно было помереть от жары. Мидория быстро добрался до клуба, в котором в отличие от улицы было много людей, хотя сегодня суббота, так что это не удивительно. — Привет, Эйджиро, — подходя к барной стойке, веснушчатый помахал рукой своему приятелю. — Привет, Изуку. Будешь что-нибудь пить? Сегодня за счёт заведения, — бармен подмигнул и показал на бутылки, стоящие позади него. — Хм. В таком случае, сделай мне что-нибудь на свое усмотрение. — Вечно ты так, ну ладно, начну с лёгкого, потому что разговор предстоит долгий. — Что-то случилось? — Нет, просто у Кацуки через две недели день рождения, поэтому я хочу закатить тут офигенную вечеринку, — парень начал доставать необходимые бутылки и наливать всё в нужных пропорциях. — Точно, я обычно про все днюхи вспоминаю за пару или тройку дней. Ну тогда рассказывай, какие у тебя планы, — парень сел поудобнее на стуле и стал ждать, пока его друг начнёт рассказывать.       Буквально через десять минут перед Изуку стоял стакан с мохито, на краешке висела долька лайма, внутри плавали мята и лед, и дополняла этот шедевр зеленая трубочка. Мидория любил этот напиток как минимум за его цвет, ну и конечно же за вкус. Да, красноволосый делал прекрасные коктейли, и даже после пяти относительно легких напитков ты будешь трезвым как стёклышко. В общем, хвалить Киришиму можно было до бесконечности, но вернёмся к их разговору. — Итак. Ты попросил меня прийти, чтобы обсудить вечеринку, которая будет только через две недели, не рановато? — Просто я уже давно об этом думал, так что мне нужно было чьё-то мнение. И конечно же я обратился к тебе. — Ну тогда ты обратился по адресу. — На самом деле, я ещё хотел устроить небольшой сюрприз, но это уже задумка другого человека, который тоже сюрпризом приедет, так что если всё остальное ты сейчас одобришь, то она приедет за пару дней и мы начнём приготовления. — Она? — Я и тебе не хотел говорить, но поскольку вы итак увидитесь, пока мы будем всё мастерить, так уж и быть, скажу. Приедет Очако. — Это же здорово! Давно мы не виделись. Когда она крайний раз приезжала? Года три назад? — Ну, где-то так, хотя честно, я уже и не помню. Сейчас, подожди минутку.       Эйджиро подошёл к своему помощнику и попросил подстраховать его на ближайшее время, а сам тоже сделал себе коктейль и предложил Изуку сесть где-нибудь за столик с удобными мягкими креслами. Такой столик как раз оказался около окна и ещё достаточно далеко от музыки, чтобы можно было спокойно говорить, а не кричать из-за того, что плохо слышно. Усевшись на кресла, парни начали обсуждать планы на день рождения Кацуки, а если быть точнее, то Киришима предлагал, а Изуку соглашался, потому что, пусть это и было очень банально (а именно поход в кино, в боулинг, а затем в парк), зато на каждом месте Эйджиро придумывал какие-то необыкновенные штуки, так что Изуку был доволен каждой мелочи, заодно мог тоже что-то добавить. — В общем, как-то так, — наконец-то закончив дискуссию, красноволосый посмотрел на часы, — ой, вот это мы засиделись, время то уже полвторого, прости, что так задержал, хочешь я тебе завтра кофе отправлю, во сколько у тебя смена начинается? — Обычно я начинаю где-то с восьми утра, так что да, я был бы не против чашечки кофе. Тогда на сегодня закончим, я поеду, спасибо за напитки, всё было супер, — Изуку улыбнулся и стал прощаться с Эйджиро.       Парни попрощались, зеленоглазый поехал домой, а Киришима продолжил работать, но на душе у него было спокойно, потому что теперь можно спокойно готовиться к дню рождения любимого.