Между жизнью и смертью.

      Изуку приехал в больницу через двадцать минут после звонка. Машины скорой помощи ещё не приехали, а значит, что у него есть немного времени, чтобы переодеться. Через пять минут Мидория уже стоял в приёмной и ожидал вместе с другими врачами. Увидев Бакуго, он решил подойти к нему и узнать подробности. — Привет, Каччан. Ты не знаешь, сколько пострадавших должны привезти? — Привет, нам сообщили, что раненых около двадцати. Но это только первый заход. Там половина ТЦ обвалилась, поэтому потом будут ещё искать людей.       Вдалеке послышались звуки сирен, а значит сейчас начнётся самое тяжёлое. И всё будет не так радужно, как в ситуации с грузовиком. И, когда начали завозить пострадавших, врачи в этом убедились. Здесь было очень много «красных» пациентов, поэтому буквально через пару минут треть врачей уже были в операционных. Ситуации были самые разные: люди с ожогами третьей степени, у кого-то были вывихнуты суставы, многих привозили на каталках в бессознательном состоянии с капельницей и эндотрахеальной трубкой для вентиляции легких. Было много открытых переломов. И это ещё не предел. В общем, работы было предостаточно. Спустя пять часов была оказана помощь где-то половине пострадавших. Но количество больных не сильно уменьшалось, потому что на месте происшествия находили новых людей, которым оказывали первую помощь по необходимости и отвозили в больницу.       Изуку и Кацуки уже провели, как минимум, три операции, и это было лишь началом. Из-за того, что зеленоглазый очень мало спал, ему было достаточно тяжело, но он держался. Сейчас в приоритете помощь другим. Самое хорошее в данной ситуации было то, что не было ни одной смерти. Врачи работали по максимуму. Ординаторы только и успевали, что бегать от одной операционной к другой для того, чтобы ассистировать. Но некоторые всё же остались в приёмной, чтобы помогать людям, у которых были незначительные раны.       Время подходило к двум часам дня, а в больницу всё ещё привозили пострадавших. Уже везде по новостям показывали ночное происшествие. Полиция установила, что взрыв произошёл из-за неполадок в системе в самом ТЦ. Пожарные тоже на славу постарались, но тушить пожар пришлось три часа. В общем, день был тяжелым для всех. Также в больницу начали приходить родственники пострадавших, что ещё больше усложнило работу, потому каждый хотел узнать состояние своих близких. Даже Бакуго принял участие в том, чтобы успокоить очередных родителей, хотя он занимался этим в самых крайних случаях. Ну да, сейчас был тот самый случай. Так что ближе к вечеру в комнатах ожидания начали набираться люди, но вот когда там стало не хватать места, стало хуже. Выгонять было не лучшей идеей, поэтому некоторым предложили зайти в кафе при больнице. В итоге где-то в полночь, некоторые родители забрали своих детей, которым не нужна была хирургическая помощь.       Но на этом проблемы не закончились. Самым невыносимым было ожидание послеоперационного состояния пациента. И вот у некоторых были осложнения. Во время повторных операций выявлялись другие заболевания, либо открывалось внутреннее кровотечение. Шёл шестнадцатый час смены, а некоторые врачи ещё толком даже не отдыхали (думаю, вы догадываетесь кто). Да и сама атмосфера в больнице всё ещё нагнетала.       Ребята уже потеряли счёт во времени, когда в больнице стало спокойнее. Вот только нужно было постоянно осматривать пациентов, которые были в очень тяжёлом состоянии. Но на этот раз это дело предоставили медсёстрам, а Мидория и Бакуго решили дойти до кафе и перекусить чего-нибудь. — Да уж, давно мы так не работали. Двадцатичасовой рабочий день, с ума сойти можно. Эй, Изуку, может ты приляжешь здесь на пару часиков, а то ты вообще никакой сидишь. Сколько ты спал накануне? — на веснушчатого было больно смотреть. Синяки под глазами, пустой взгляд, но это ему совершенно не мешало работать. Поверьте, уж этот человек будет помогать другим в любом виде. — Честно, я даже не помню. Может часа четыре. Чёрт, что самое противное — Яги сейчас загрузит меня бумажной работой. Ещё и родственники пациентов на мозги капают. Я уже потерялся во времени, который час? — Думаю, что очень поздно, — Кацуки посмотрел на часы, — да, час ночи. Предлагаю тебе пойти поспать, а я тебя потом разбужу. Потому что я боюсь, что ты можешь где-нибудь уснуть. — Хорошо, у нас вроде в подсобке был матрас. Только, пожалуйста, разбуди меня не очень поздно. Максимум через три часа. — Да-да, я понял. Давай, топай уже.       Поев, Изуку пошёл в подсобку, чтобы хоть немного поспать. Как только он лёг, то сразу же уснул. Через три часа его разбудил Кацуки, и зеленоглазый пошёл к себе в кабинет, где его уже ждал Тошинори с бумажной волокитой.       Всё закончилось только в семь утра. Веснушчатый решил посидеть в парке, чтобы немного развеяться. Он сидел под красивой сакурой, с которой падали небольшие розовые лепестки, приземляясь на зелёную макушку. Изуку даже не мог ни о чем думать, настолько он устал после тяжелого рабочего дня. Но главное, что никто не умер, и это было хорошим окончанием долгой смены. Парень опять начал проваливаться в сон, но услышал рядом с собой вспышку фотоаппарата. Открыв глаза, Изуку увидел Шото, который уже подходил к зеленоглазому, а затем присел рядом на лавочку. — Привет, ты чего здесь делаешь в такую рань? — Тодороки посмотрел на часы, видимо, решил убедиться в том, что сейчас действительно утро, а Мидория сидит в парке. — У меня был 27-часовой рабочий день. В ТЦ недалеко от нас произошёл взрыв, поэтому только десять часов мы принимали пострадавших, ну, а потом…       И Мидория стал описывать его рабочий день. Закончив рассказ, зеленоглазый облокотился на спинку скамейки и прикрыл глаза. Начинала болеть голова, а идти до дома не было сил. — Да, я слышал про взрыв. Ужасная ситуация. Хорошо, что наши врачи работают так хорошо, — гетерохром усмехнулся и слегка толкнул Изуку в плечо. — Что есть, то есть. Кстати, а ты что здесь делаешь так рано? — Я ещё часа в четыре утра проснулся и решил пойти пофотографировать цветущую сакуру, а тут ты оказался, — Шото казалось, что он говорит какой-то бред. Рядом с Мидорией было трудно что-то говорить адекватное, но Тодороки держался, как мог. — Понятно. Тогда не буду тебе мешать. Пойду домой, иначе я здесь усну, — зеленоглазый начал вставать, но его остановили, схватив за руку. — Может останешься? Я всё равно целыми днями один ношусь где-то, а так хоть какая-то компания будет. — Я бы с радостью, но я за последние два дня спал где-то семь часов. — Тогда, если ты не против, я могу тебя проводить до дома, чтобы с тобой ничего не случилось по пути, — Тодороки начал опускать руку, но задержался на шрамах на руке Мидории. А последний стоял и наблюдал за всем этим. Мозги вообще не хотели работать, поэтому Изуку немного сжал руку Шото, но тут же одернул её и всё-таки решил ответить. — Я не против, надеюсь, что это не помешает твоим планам, — зеленоглазый хотел улыбнуться, но вышло не очень.       Парни шли в тишине. Изуку заметил, что гетерохрома что-то тревожило, о чём тот, возможно, не хотел говорить. Но Мидория не был бы собой, если бы не спросил в чём дело. — Тодороки, у тебя всё хорошо? Ты какой-то слишком задумчивый. — Нет, всё нормально. Просто много чего на работе навалилось. Кстати, через пару недель будет фестиваль, ты пойдёшь? — Ну, вообще я обсуждал это с друзьями, так что да, думаю, что мы пойдём. — Хорошо.       И всё же было что-то, о чём Шото хотел поговорить, но решил промолчать по этому поводу. Дойдя до дома Изуку, ребята попрощались, и зеленоглазый завалился сразу спать, а Тодороки пошёл на работу, так как для него был новый заказ.       На фестивале всё было просто замечательно. Красивое шествие, сопровождаемое красивыми танцами и песнями. Все люди были одеты в красивые наряды. Бакуго и Киришима решили сразу от всех отделиться, так как давно не были на таких мероприятиях вдвоем. Остальные ребята (ординаторы) тоже разбрелись по разным лавкам, оставив Изуку одного. Но парень не был против этого. Наоборот, он спокойно смотрел какие-то выступления, любовался разными поделками, сделанными из цветов. А вечером должен был быть салют. Всё проходило хорошо, пока Мидория не заметил Шото, который обнимал девушку. Они мило беседовали ещё с кем-то. В сердце что-то защемило, поэтому Изуку решил пойти домой.       После фестиваля прошло три дня.       Кэми и Мэй делали МРТ пациентке, которая поступила в больницу пару часов назад. — Я тут слышала, что нас хотят передать Бакуго, а Мидория возьмет себе новых ординаторов, — Хатсуме решила завести диалог, чтобы не сидеть в тишине. — И в чём проблема? Нам осталось отучиться полгода, а потом мы сможем работать там, где хотим. — И тебя все устраивает? Неизвестно, как Бакуго может подпортить нам репутацию. — С чего ты это взяла? Лично мне уже всё равно, у кого заканчивать обучение. Мы уже практически квалифицированные врачи, так что для меня не будет проблемой работать в паре с Бакуго, — Кэми посмотрела на экран, где показалась картинка МРТ, — посмотри, у неё опухоль теменной доли мозга. Так, ещё эта опухоль задевает нервы. Будет сложно её вырезать. Пойдём покажем это Мидории, и уже будем тогда думать. И да, выкинь из головы эти дурацкие мысли о Бакуго. Ты хороший врач, будь более уверенной в себе, и тогда всё будет хорошо.       Девочки вышли из комнаты и направились в кабинет Изуку. Оттуда вышла Сириус. — Сириус, он у себя? — Да, можете заходить.       Мэй постучала в дверь, а после открыла её и зашла вместе с Кэми. — Доктор Мидория, добрый день, у нас к вам есть вопрос, — Уцушими подошла ближе к боссу и показали снимки МРТ, — у Джессики опухоль, которую будет достаточно сложно вырезать. Что скажете? — Опухоль доброкачественная, но здесь надо будет повозиться с нервами и сосудами. Однако, если аккуратно и по частям отделять опухоль, то можно избежать разрыва нервов. Я проведу операцию, но позовите, пожалуйста, Оджиро, я попрошу его о помощи. — Хорошо, как скажете.       Девушки вышли из кабинета и направились на ресепшен, чтобы узнать, где сейчас Маширао. Долго его искать не пришлось, так как он по счастливой случайности был в приёмном отделении. — Доктор Оджиро? — Мэй обратилась ко врачу, и когда тот повернулся, продолжила, — доктор Мидория хочет попросить вас о помощи на операции. — Ого, давно я уже такого не помню, чтобы он просил меня о помощи. Хорошо, я сейчас зайду к нему, он же у себя в кабинете? — Да.       Когда Оджиро дошёл до Изуку, то они начали обсуждать план действий на операцию. Было много рисков, но иначе пациентка может умереть через пару недель. Обговорив всё с её родственниками, врачи стали готовиться к операции. — Ну что, начнём? — Изуку посмотрел на коллегу и, получив кивок, попросил скальпель.       Проведя необходимые действия, врач открыл доступ к мозгу. После тщательного отделения опухоли от всех необходимых сосудов, врачи начали извлекать опухоль, но у пациентки начало падать давление. Пошло какое-то осложнение. Но не было понятно из-за чего. И вот Изуку смог найти причину. — У неё метастазы окружили кровеносные сосуды. Почему их не было видно на МРТ? — Такое очень редко бывает. Пошло давление на сосуды, надо хотя бы часть вырезать, иначе кровь перестанет поступать в мозг.       После введения нужных лекарств врачи продолжили аккуратно освобождать головной мозг от метастаз, но становилось только хуже, а потом сердце вообще остановилось. Мидория пытался сделать всё возможное, чтобы привести состояние пациентки в норму. После использования дефибриллятора, сердце запустилось. Всё пришло в норму. Но ненадолго. Так как, в конечном итоге, в артерии оказалась ещё и аневризма, которая открылась, и пошло кровоизлияние в мозг. Вот здесь врачи вообще такого не ожидали. Они боролись до последнего, но пациентку спасти не получилось. После объявления времени смерти, парни вышли из операционной. — Мы ничего не могли сделать, ты ведь сам знаешь, что аневризма при малейшем воздействии может лопнуть. Однако я не пойму, почему снимки половину не показали. Это просто бред. — Я тоже не знаю, в чём дело. Но можно было её спасти, вырезать лишь часть метастаз, а мы начали всё удалять. Это моя вина, — было видно, что Изуку тяжело. У него впервые умер пациент во время операции. Это, пожалуй, худшее, что с ним случалось. — Не надо себя корить за это. Ты сделал всё возможное. Это непредвиденная ситуация. Не каждый врач может так быстро отреагировать. Так что главное не загоняй себя.       Маширао похлопал коллегу по плечу и пошёл на следующую операцию. А вот Мидории легче не стало от его слов. Зеленоглазый пошёл к Тошинори, чтобы рассказать о случившемся. Главврач всё выслушал и сказал приблизительно тоже самое, что и Оджиро, а также решил отпустить Изуку домой, чтобы зеленоглазый всё обдумал. Но вот веснушчатый решил пойти не домой, а в бар. — Изуку! Какими судьбами? — Киришима поздоровался с другом, но вот его мрачный вид немного напряг красноволосого. — У меня сегодня пациент умер во время операции. Нальёшь мне чего-нибудь крепкого? — Оу. Эм… Даже не знаю, что сказать, но ты уверен, что крепкий алкоголь тебе поможет? — Я сейчас только этого и хочу. Пожалуйста, Эйджиро, не задавай лишних вопросов, — у Изуку был совсем поникший вид, поэтому бармен решил не спорить. — Хорошо, сейчас налью тебе.       После того, как Киришима сделал коктейль зеленоглазому, то стал писать сообщение Кацуки. Эйджиро: «Кацуки, ко мне Изуку пришёл и, похоже, собирается напиться» Бакуго: «Он не сказал, что у него случилось?» Эйджиро: «У него пациент умер во время операции» Бакуго: «Так, никуда не отпускай его, я через пару часов постараюсь приехать» Эйджиро: «Хорошо. Жду»       Через час Изуку уже напился в ноль. Киришима не знал, что с ним делать, но тот лишь начинал скандал, если ему не наливали. Эйджиро это немного бесило, но он не мог оставить друга на произвол судьбы. Ещё не хватало, чтобы он пошёл и подрался с кем-нибудь. Но тут подошел какой-то человек, которого Эйджиро часто видел в клубе. — Мидория, что ты здесь делаешь? — парень присел на соседний стул. — Ооо, Тодороки-кун, как я рад тебя видеть, — Мидория протягивал каждую гласную, пока говорил, — а я вот тут запиваю горе. — Что случилось?       Киришима решил вмешаться в диалог. — Здравствуй. Меня зовут Киришима Эйджиро, я друг Изуку. А вы знакомы? — Меня зовут Тодороки Шото. Я попал в больницу месяц назад, где мы с ним и познакомились. — Ох, понятно, не мог бы ты за ним присмотреть, а то у меня клиентов много, мы даже вместе с помощником не можем справиться. А ещё было бы лучше, если бы ты отвез его домой, а то он очень разбушевался, у меня сейчас все люди разойдутся. — Да, без проблем, — гетерохром достал кошелёк и достал оттуда пару купюр, — надеюсь этого хватит за то, что он тут выпил. — Не стоило, я бы потом с ним поговорил на эту тему. — Мне не сложно, главное, чтобы у тебя проблем не было. — Спасибо.       Тодороки с трудом смог уговорить Изуку уйти из клуба. Это было прям целое путешествие. Но в итоге Шото повёз веснушчатого к себе, так как его дом находился ближе, чем дом Изуку. Мидория по пути к машине успел пару раз споткнуться об свои же ноги, но гетерохром крепко его держал, поэтому Изуку ни разу не упал. В машине зеленоглазый уснул. Шото усмехнулся, когда понял, что ему придется нести этого соню на руках. Но это было явно проще и быстрее, чем он бы будил Изуку, а потом ещё держал крепко, чтобы тот не упал на ровном месте.       Оказавшись в квартире, Тодороки снял ботинки с себя и со своего гостя, а затем понёс к себе в комнату и положил на кровать. И тут то Изуку решил проснуться. Но Шото заверил его, что всё хорошо, и уже хотел уходить, но крепкая хватка не дала ему этого сделать. — Не уходи, — буквально прошептав, Изуку ещё сильнее сжал руку Шото.       Гетерохром вздохнул и прилёг рядом с Мидорией. Убедившись, что тот заснул, Шото и сам погрузился в сон.       Изуку проснулся с головной болью. Но ещё больше он был в шоке, когда увидел спящего рядом Шото. Не понимая, что происходит, зеленоглазый стал двигаться назад, а когда начал разворачиваться, то свалился с кровати, едва не задев головой прикроватную тумбочку. Тодороки сразу отреагировал на шум, а когда открыл глаза, то быстро встал с кровати, чтобы помочь Изуку. — Ты в норме? Не сильно ударился? — Шото протянул руку и веснушчатый, приняв помощь, сел обратно на кровать. — Где я? Почему ты лежал рядом? Ничего не помню из вчерашнего. Чёрт, — Изуку положил руки на голову и понял, что если он сейчас не выпьет какую-нибудь таблетку, то голова просто взорвётся, — слушай, у тебя есть что-нибудь от головы? Я сейчас помру от боли. — Лучше пойдём поедим, может тебе станет немного лучше. — Боже, прости меня, пожалуйста, я доставил тебе столько проблем. — Прекращай, всё нормально. Тебе надо было выплеснуть эмоции, и вчера это у тебя хорошо получилось, — Шото вроде хотел поддержать, но что-то не особо получилось, поэтому он решил пойти на кухню, чтобы приготовить омлет, но, видимо, Изуку не собирался заканчивать диалог. — Я не смог помочь человеку. Я просто никчемный врач.       Гетерохром повернулся и увидел, как зеленоглазый сидел с поникшим взглядом. Шото присел на корточки напротив Мидории и взял его руки в свои. — Изуку, ты прекрасный врач. Что бы не случилось, ты всегда придёшь на помощь. Но иногда бывают ситуации, когда любой человек бессилен. Уверен, что во время той операции ты выкладывался на полную, и что-то пошло не так не по твоей вине. Так что отпусти эту ситуацию и иди дальше, ведь у тебя есть ещё пациенты, которым нужна твоя помощь.       Веснушчатый поднял голову и посмотрел в двухцветные глаза. Сколько в них было доброты, искренности и заботы. Изуку снова опустил глаза и увидел, как Шото держит его руки. В следующее мгновение Мидория подаётся вперёд и обнимает Тодороки с надеждой, что тот его не оттолкнет. Так и получается. Гетерохром лишь сильнее прижимает к себе зеленоглазого и желание отпускать его пропадает напрочь. — Спасибо, — шёпотом говорит зеленоглазый. — Не за что. — Ты назвал меня по имени. — Хах, это… Если тебе неприятно… — Нет, это не так. Я даже не против. — Тогда и ты можешь звать меня по имени. — Хорошо, Шото.       Такой дурацкий диалог, но такой необходимый каждому. Они не оттолкнули друга, а это важно. Этот момент продолжался бы вечно, если бы не заурчавший живот Изуку. Парни засмеялись и отпустили друга, хотя очень не хотелось. — Я пойду приготовлю омлет, а ты пока можешь сходить умыться, — Шото показал, где находится ванная, а сам пошёл на кухню.       Когда Изуку умылся, то почувствовал себя намного лучше. Ну и конечно сказалась поддержка Шото. Зеленоглазый обычно не привык к такому, ведь он держал все проблемы в себе, а в этот раз ему помогли такие простые, но такие искренние слова.       Мидория зашёл на кухню и стал наблюдать за тем, как Шото готовит завтрак. Запах стоял просто потрясающий. — Тебе надо было идти работать поваром, ты замечательно готовишь. — Спасибо за комплимент, но это всего лишь необходимое умение в жизни. Я когда-то увлекался кулинарией, но фотографирование мне больше по душе. — Понятно. Кстати, твой отец ведь хирург, почему ты не пошёл по его стопам?       У Тодороки выпала вилка из рук. Изуку сначала не обратил на это внимание, но резкая смена настроения Шото немного напрягла парня, и зеленоглазый подумал, что спросил что-то лишнее. — Давай не будем обсуждать эту тему, пожалуйста, я не хочу о нём говорить, — гетерохром поднял вилку с пола и кинул в мойку. Атмосфера резко накалилась, и надо было что-то делать. — Прости, если спросил лишнего. Я, наверное, пойду, не хочу тебе ещё больше проблем доставлять. — Нет, Изуку, стой. Ты ни в чём не виноват, просто… — Шото, ты не обязан мне ничего объяснять. Я итак свалился тебе, как снег на голову. Да и я на работу опаздываю, — Мидория уже собирался в коридоре и пытался придумать максимальное количество отговорок, чтобы побыстрее уйти. — Позволь мне хотя бы подвезти тебя до больницы, — гетерохром пытался остановить парня, но тот ничего не хотел слышать. — Нет, спасибо, я хочу пройтись пешком, — Изуку уже открыл дверь, но на секунду задержался, — спасибо тебе. И прости ещё раз.       Дверь захлопнулась, а Тодороки так и остался стоять, ничего не сделав. — Чёрт! — в стену полетела небольшая тумбочка, которая стояла около входа, разбиваясь и разваливаясь на части.       Шото полный идиот. Их общение только вышло в нужное русло, а он берёт и разрушает всё в одно мгновение. А всё из-за чего? Из-за дурацкого папаши, который сломал Шото жизнь и из-за которого гетерохром переехал сюда и встретил самого замечательного человека на свете. Но он не смог сдержать эмоции. Как дитё малое. Хотя Тодороки думал, что уже забыл все обиды, начал новую жизнь, но как оказалось, остатки ещё были. И почему Шото вспылил, когда об этом спросил именно Изуку? Об этом гетерохром подумает потом, а сейчас он хотел всё исправить, поэтому быстро собрался и поспешил за Мидорией. Шото решил сразу доехать до больницы, чтобы подождать зеленоглазого. — Тодороки Шото? — журналист поднял голову и увидел блондина, которого он уже явно не первый раз видит. — А вы Бакуго Кацуки? — Да. — Ох, тогда я бы хотел поблагодарить вас за помощь, хотя надо было это сделать раньше. — Ничего страшного. Но я не по этому поводу. Ты ведь вчера забрал Изуку из клуба?       Тодороки немного удивился от такого вопроса, но всё же решил ответить. — Да, я его вчера забрал и отвез к себе. Он вырубился ещё где-то по пути к дому. — Он в порядке? — Да. — Тогда почему ты здесь? — Мы немного повздорили, и он ушёл, поэтому я решил подождать его здесь и извиниться, — Шото было неловко все это говорить, поэтому он частенько отводил взгляд, заодно, высматривая нужного человека. — Знаешь, Изуку такой человек, который вечно винит себя во всём. И он как упрямый баран, который никого не слушает, даже меня, хотя мы с ним знакомы еще со школы. Но после встречи с тобой он изменился. Так что постарайся, чтобы он и дальше чувствовал себя полноценным человеком в этом мире. Уж слишком у него тяжёлое прошлое, которое не каждый может нести с высоко поднятой головой, как это делает этот парень, — Бакуго улыбнулся и пошёл в больницу, оставив Шото со своими мыслями. «Тяжёлое прошлое, да?»       Наконец-то, на горизонте показался Изуку. Он был явно расстроен. И Шото это видел. Он понимал, что сам виноват, поэтому очень хотел поговорить с Мидорией. Когда зеленоглазый заметил Тодороки, то хотел уйти куда подальше, но понимал, что Шото его так просто не оставит в покое. — Изуку, я хочу поговорить, не уходи, пожалуйста.       Веснушчатый медленно повернулся и посмотрел в разноцветные глаза, в которых читалась тревога. — Я тебя слушаю. — Я не хотел тебя никак обидеть. Я без понятия, почему так отреагировал на твой вопрос. Но скажу одно: ты мне правда очень дорог, поэтому я не хочу тебе делать больно. Возможно, когда-нибудь я смогу тебе всё рассказать, но я пока не могу. Поэтому прости меня, пожалуйста, я не хочу, чтобы наше общение вот так закончилось.       Изуку стоял в немом шоке. Он совсем не ожидал услышать таких слов. Зеленоглазый понял, что зря тогда ушел, надо было просто спокойно сесть и все обсудить. Но что сделано, то сделано. Парень начал подходил к гетерохрому, а когда оказался сбоку от Шото, то легонько коснулся его пальцев и, не поднимая на него взгляд, сказал: — Мы оба были не правы. Но мне правда надо идти, поэтому давай поговорим после работы. — Хорошо.       Каждому надо было подумать о случившемся, поэтому лучшим вариантом сейчас было отвлечься с помощью работы, чем ребята и занялись.