Между жизнью и смертью.

— Так куда ты идёшь?       Шото сидел на кровати и наблюдал, как Изуку пытался подобрать одежду на вечернюю встречу. — В ресторан. Там будет Мелисса и её отец, который давно уже хочет со мной познакомиться. — Выглядит, как знакомство с родителями. — Там будет Тошинори. — Пф, успокоил. — Шото, да чего ты взъелся? Посидим, поговорим, и разойдемся по домам, — веснушчатый приложил к себе уже третью рубашку и повернулся к Тодороки, — кстати, как тебе эта рубашка? — Тебе идёт больше без неё, и ещё когда ты лежишь со мной, а не по ресторанам ходишь в компании красивых девушек. — Котёнок, прекрати уже ревновать, — Мидория подошёл к гетерохрому и повернул его лицо к себе, — ты правда думаешь, что я способен кого-то ещё полюбить кроме тебя?       Шото ничего не ответил, а лишь обнял парня и уткнулся в грудь веснушчатого. Гетерохром прекрасно знал, что Изуку любит его и никогда не бросит, но всё же его что-то настораживало. Не могло быть всё так просто. Из мыслей его вытащил голос Мидории. — Шото! — А? Прости, я задумался. — Надеюсь не над тем, как бы меня оставить дома. — И над этим тоже, — Шото ещё сильнее сжал парня в объятиях. — Шото, отпусти, мне надо идти. — Возвращайся поскорее. — Обязательно, — Изуку опустился на колени и поцеловал любимого.       Шото попытался воспользоваться ситуацией и потащил зеленоглазого на кровать, но Изуку быстро просёк, что сейчас может произойти, поэтому сразу же встал и продолжил одеваться.       Наконец-то, выйдя из дома, Изуку вызвал такси и поехал в ресторан. Помещение было двухэтажным и выглядело очень дорогим. Изуку стало не по себе, потому что он даже и думать не мог о том, чтобы здесь побывать. Но буквально через пару секунд он услышал знакомый голос. — Добрый вечер, Мидория.       Изуку повернулся и увидел Мелиссу. Она выглядела потрясающе. Длинное вечернее платье, милая цепочка на шее, волосы убраны в пучок, а на руках были черные митенки. — Добрый вечер, Мелисса. Прекрасно выглядишь. — Спасибо, — девушка посмотрела в бок и убрала выпавшую прядь за ухо, — ну что же, пойдёмте? — После вас, — Мидория открыл дверь и пропустил Мелиссу внутрь.       Как только ребята зашли, к ним сразу подошла официантка, и Шилд сказала, что у неё забронирован столик. Девушка всё поняла и отвела гостей на второй этаж, где Изуку заметил Тошинори, а напротив него сидел отец блондинки. Шилд встал из-за стола, чтобы поздороваться. — Здравствуйте. Наконец-то я смог с тобой повидаться, Мидория, — мужчина вытянул руку вперёд, — Дэвид Шилд. — Приятно познакомиться, мистер Шилд, — Изуку пожал руку и сел рядом с Тошинори. — Ох, можно просто Дэвид. Не люблю эти формальности. Друзья Тоши — мои друзья. — Хорошо, — Мидория улыбнулся и взял меню, которое принесла официантка.       Дэвид спрашивал Изуку обо всём. Об учёбе, о работе, а Мидория в свою очередь расспрашивал о бизнесе мужчины. Уж очень ему понравилась идея создания и имплантация настоящих органов человека. Как с помощью 3D машины можно создать почти любой орган (и вот как раз над этим «почти» и работает Дэвид) и помочь людям. Дать новую жизнь, новую надежду. Шилд просто поражался знаниям этого парня. В какой-то момент разговор дошёл до того, что мужчина предложил поработать у него в лаборатории, но Изуку отказался, ведь он всё-таки работает в другой сфере. — Но у тебя такие познания в микробиологии, что я просто диву даюсь. Ты всё-таки подумай над моим предложением. — Спасибо, Дэвид, но я уже решил связать свою жизнь с хирургией. Но как только у вас будут какие-то продвижения в вашем проекте, я обязательно помогу всем, чем смогу. — Эй, Дэвид, хватит загребать к себе моих учеников. Несколько человек уже к тебе вот так перешли. — Ох, Мидория прям нарасхват. Смотрите как бы дело до драки не дошло, — Мелисса решила напомнить о своём присутствии, потому что было сложно вклиниться в разговор, который даже на секунду не прерывался. А потом ещё и Тошинори решил вставить своё слово. — Не волнуйся, я не буду на него давить. Тем более, ты так хотела с ним работать.       Мелисса в этот момент хотела провалиться сквозь землю. Вот и как ей теперь посмотреть Изуку в глаза? — Ого, интересно, почему же? — Да, теперь осталось ещё спасибо сказать Тошинори, который решил поддержать эту тему. — Ну… Я просто как-то увидела новость в интернете, что ты взял на практику талантливого парня. Но на тот момент я была только в институте. После института я работала у папы, а потом уже захотела поработать в больнице, — Мелисса посмотрела на сидящего напротив Мидорию, у которого, кажется, не было ни одной эмоции. По крайней мере тех эмоций, которых ожидала блондинка. Веснушчатый сидел абсолютно спокойно, как будто и не про него вовсе говорят. — Ого, видишь, Изуку, не только мы хотим завоевать твоё внимание, — Тошинори с Дэвидом немного посмеялись, после чего повисло неловкое молчание. — Кстати, Мелисса, как тебе в нашей больнице? — Изуку наконец-то решил сменить тему разговора. — Мне очень нравится. Очень жаль, что лаборатория пострадала из-за взрыва. Думаю, что до этого она была просто в идеальном состоянии. — Да, с ней чего только не случалось, но это был край, — теперь беседу вели Изуку и Мелисса, — но я думаю, что небольшой ремонт всё вернёт на свои места. — А где же вы храните все материалы из лаборатории? И как же вся техника? — поинтересовался Шилд. — На цокольном этаже, в подсобке. Мы прибрались и сделали пока рабочее место там, — ответил Изуку. — Понятно. И когда вы собираетесь делать ремонт? — Надо нанимать рабочих, но мы уже активно ищем, — сказал Яги, попивая вино из бокала. — Так давай я своим напишу. У меня есть знакомые, которые вам такой ремонт сделают, сверкать всё будет. — Ну что ты, я потом с тобой не расплачусь, — Тошинори отмахнулся, хотя он бы не отказался от такого предложения, но его друг итак много для него сделал. — Тоши, это абсолютно не проблема. Главное, чтобы эти замечательные ребята могли работать, — Дэвид показал на Мелиссу и Изуку, — ведь так? — Согласен, — веснушчатый отпил чая и посмотрел на часы. Было уже двенадцать ночи, — ох, уже так поздно. — И правда, — шатен посмотрел на часы, а затем перевёл свой взгляд на дочку, — ну что, надо уже, наверное, потихоньку закругляться? А то всем на работу завтра. Ах да, можете не волноваться, ужин за мой счёт. — Ох, а это точно нормально? — Изуку немного удивился такому «подарку». — Абсолютно. В конце концов это я вас пригласил, так что можете не беспокоиться. — Спасибо большое за вечер, но должен откланяться, так как мне нужно идти, — сказал Изуку, поднимаясь из-за стола. — Что, неужели дома ждут? — Дэвид тоже встал, чтобы проводить нового знакомого. — Да, можно и так сказать. — Ну, конечно, наверное, ваша девушка уже заждалась.       Мидория многозначительно улыбнулся, но отвечать не стал, да ещё и Мелисса вмешалась в разговор. — Папа, ну что ты мучаешь человека. Пусть уже едет домой. — Прошу прощения. Просто вы как раз в таком возрасте, когда должна зарождаться семья. — Давайте не будем поднимать эту тему, — зеленоглазый, всё также улыбаясь, взял свою куртку и, попрощавшись со всеми, ушёл. — Тоши, для него это больная тема? — Дэвид сел обратно за стол. — Ну, скажем так, я не хотел бы вам рассказывать то, чего он не хочет сам говорить. И я прекрасно его понимаю.       Да, Тошинори всё знал. Было такое ощущение, что у него был какой-то человек, который всё ему рассказывал, но он просто очень наблюдательный. Поэтому видел Изуку и Шото на выставке, видел, как парни выходили из больницы вместе, держась за руки. Он не был против (хотя кто ж его спрашивал?), но и никому не рассказывал. Да и зачем? Об этом знают лишь те, кто действительно близок Изуку, и кому он доверяет. — Хм, ну ладно, наверное, не стоило мне поднимать эту тему. Личная жизнь на то и личная.       А вот Мелисса с каждой секундой погружалась всё дальше в свои мысли. Почему Изуку так отреагировал? Может, у него кто-то есть? Или он просто не хочет говорить об отношениях, или что ещё хуже, он порвал с кем-то недавно? Девушка очень хотела бы знать ответы на эти вопросы, но вот последнее предположение она обдумывала больше всего. Конечно, ведь в таком случае у неё появляется шанс. Мелисса решила всё-таки вернуться из своих мыслей, иначе мужчины начали бы думать всякое. У девушки начала болеть голова, поэтому она решила прогуляться. Но вот на улице она встретила Изуку. — Мидория? — блондинка подошла к лавочке, на которой сидел зеленоглазый. — А ты чего ушла? — Мидория посмотрел на экран телефона, а затем снова поднял взгляд на девушку. — У меня голова разболелась, вот решила подышать свежим воздухом. А вы чего здесь сидите? — Жду такси. Всё-таки это место далековато от моего дома.       Мелисса прикусила губу, а затем решила задать интересующий её вопрос. — Мидория, у вас есть человек, которого вы любите? Ничего не подумайте, просто было немного странно, когда вы так отреагировали на папин вопрос. — Да, у меня есть такой человек. Я его очень люблю, поэтому поскорее хочу домой, — вдалеке появилось такси, — но мне действительно было приятно познакомиться с твоим отцом.       Мидория встал с лавочки и пошёл в сторону приехавшей машины. — Что ж, увидимся на работе, — Мидория помахал блондинке. — Да.       Как только такси уехало, из глаз Мелиссы пошли слёзы. Она хотела услышать всё что угодно, но когда Изуку отвечал ей, он был таким счастливым. И нормальный человек порадовался бы, пожелал счастья, но только не Мелисса. Она решила узнать, о ком же говорил веснушчатый. Чтобы не показываться в таком виде папе и Тошинори, девушка написала сообщение, что она поехала домой. А сама решила прогуляться в парке, чтобы внимательно всё обдумать.       Изуку доехал до дома очень уставшим. Всё-таки беседа с Дэвидом его утомила. Зеленоглазый вошёл в квартиру, но в помещении был выключен свет. «Шото, наверное, спит. Да и я бы уже хотел поскорее лечь. Час ночи. С ума сойти. Неужели мы так долго разговаривали?»       Но тут дверь спальни открылась, и оттуда вышел Шото. — Прости, я тебя разбудил? — но когда Мидория увидел, что Тодороки не выглядит сонным, а в комнате горит свет лампы, стоящей на столе, то понял, что его парень ещё не ложился спать. — Нет, я всё равно сидел разбирал фотографии с недавней фотосессии. — Давно сидишь? — Я начал практически сразу после того, как ты ушёл. — Ого, ты, наверное, уже устал сидеть с этим. — Бывало и хуже, — когда Изуку повесил куртку на вешалку и разулся, Шото сразу же обнял веснушчатого, — как посидели? — Неплохо. В основном мы с Дэвидом разговаривали. Он даже предлагал работать у него в лаборатории. Ты ведь знаешь Дэвида Шилда? — Биотехнолог, у которого на окраине города своя огромная лаборатория? Конечно, знаю, я был на её открытии и брал у него интервью. — Ого, здорово. И что, там действительно такая большая лаборатория? — Ну, думаю, что она по площади, наверное, как ваша больница, может, чуть меньше. — Интересно. Надо будет как-нибудь съездить туда, — Мидория поглаживал гетерохрома по волосам, — эй, мы так и будем стоять? Я спать хочу, да и судя по твоему виду, ты тоже. — Я соскучился, поэтому дай так немного постоять. — Шото, пойдём ляжем, у меня был очень насыщенный день. — Хорошо, — гетерохром немного отстранился, но через секунду закинул парня себе на плечо и потащил в комнату. — Эй, я и сам мог бы дойти, — Изуку хоть и сопротивлялся, но очень скоро его уже положили на кровать и начали раздевать, — и это я мог бы сам сделать. — Неет, дай мне за тобой поухаживать.       Шото снял пиджак и аккуратно повесил на стоящий рядом стул. Дальше он принялся за пуговицы рубашки. Гетерохром расстёгивал каждую пуговку, пока Мидория просто сидел и наблюдал за этим. Тодороки снял рубашку и огладил голый торс. — И всё-таки без рубашки тебе действительно лучше. — Только без неё?       Ответа не последовало, но на лицах обоих появилась ухмылка, после чего Шото опустил руки на пах зеленоглазого. От такого движения последний закинул голову назад и немного простонал. Тодороки поцеловал уже стоящий колом член через ткань и начал снимать брюки. — Хватит… тянуть… Я больше не могу, — Изуку уже тяжело дышал, ему было очень приятно от всех этих махинаций, но ему хотелось поскорее перейти к самому интересному.       Гетерохром снял с себя и с веснушчатого оставшуюся одежду, положил ноги парня себе на плечи и резко вошёл на половину. Изуку вскрикнул и ухватился за простыни. Шото стал покусывать кожу на внутренней стороне бедра, оставляя багровые засосы, а затем медленно проводил языком, оставляя легкий поцелуй. После того, как зеленоглазый привыкнул, Тодороки вошёл полностью. Мидория выгнулся и вытянул руку вперед, кладя еë на щëку парня. — Я люблю тебя.       Шото снял ноги с плеч и завёл их за спину. Веснушчатый не растерялся и обхватил его талию ногами, а сам Тодороки наклонился вперед, впиваясь в пухлые губы, и обнял любимого за спину. Последовали сильные толчки, от которых Изуку бурно кончил. Спустя пять минут Шото излился внутрь зеленоглазого и ещё раз поцеловал того в губы. — И я тебя. Очень сильно.       Парни смотрели друг на друга, и оба готовы были утонуть в глазах напротив. Они показывали свою любовь как только могли, и всё равно казалось, что этого будет мало. Они готовы на всё ради своей второй половинки, готовы послать всё к чертям собачьим, лишь бы им было хорошо вместе. Никто из них не переживёт, если сделает больно своему любимому. Хоть Шото и ревновал, он знал, что ему не о чем беспокоиться, он знал, что эти изумрудные глаза больше ни на кого не будут так смотреть, что эта ослепительная улыбка предназначена лишь ему одному. Тодороки просто не упускал возможности подразнить своё солнце, чтобы в их жизни было хоть какое-то веселье. Да уж, романтики им хватало: они ходили на свидание (правда в основном это бывало после долгой смены в больнице), они рассказывали друг другу что-то новое и со смехом вспоминали самую первую встречу (именно ту самую, восемь лет назад на концерте). Что же касается остальных, то лишь малый круг людей знал об их отношениях. И на удивление, каждый искренне радовался и желал благополучия паре. Им этого было достаточно. Нет, они не боялись, что их могут осудить, не понять, просто не видели смысла горланить об этом на весь город. Хотя некоторым людям действительно не хотелось ничего говорить. Но в скором времени это всё равно бы прояснилось, но парни не переживали по этому поводу. Они живут здесь и сейчас, и на данный момент, лежа на кровати и обнимая друг друга, они ни о чём не думают, кроме того, что никогда не отпустят своего любимого человека. — Кстати, Каччан приглашал посидеть как-нибудь на выходных в клубе, — Изуку приподнялся на локтях и переместился на грудь Тодороки, который в свою очередь положил руки на его спину. — И по какому поводу? — Скажем так, их много. — Интересно услышать. — Ну, во-первых, мы стали парой, во-вторых, мы стали жить вместе, в-третьих, должны же мы наконец-то устроить офигенное двойное свидание, — зеленоглазый улыбнулся и убрал пальцем несколько красных прядей в сторону. — Заманчивое предложение. Я посмотрю, что у меня там с работой. — Ой, как будто ты у нас один занят. Ты ведь сам знаешь, что я могу застрять в больнице на пару дней. — Это точно. Ну, тогда как соберётесь, скажи мне. — Хорошо. А теперь спать, — веснушчатый поцеловал Шото в нос и лёг рядом. — Спокойной ночи, солнце, — Тодороки в ответ поцеловал парня в лоб и, обняв его, стал засыпать.       Это был первый день за долгое время, когда Изуку опоздал на работу. Да, он благополучно проспал, потому что Шото выключал все его будильники. За это гетерохром получил пару раз подушкой по лицу, а Мидория, максимально быстро собравшись, поспешил на работу. — Привет, Изуку. Чего опаздываешь? — Привет, Асуи. Не представляешь, проспал. Ни одного будильника не услышал, — парень восстанавливал дыхание, а заодно отмечался в журнале. — Ого. Бывает же такое. Кстати, тебя Кацуки искал, ему нужна твоя помощь. Там пациент поступил с желтухой, ему нужна пересадка печени, но вот нормальной донорской печени нет. — Какая же у него группа крови, что у нас нет нужного материала? — Первая отрицательная. — Ничего себе. Вот так «повезло». Ладно, где сейчас Кацуки? — У себя в кабинете. — Хорошо, спасибо. — Да не за что.       Парень пошёл вызывать лифт. Когда двери открылись, веснушчатый увидел Мелиссу. — Доброе утро, доктор Мидория, — девушка держала планшетку и что-то заполняла на бумаге. — Доброе. Ты из лаборатории? — Да, хочу зайти к Тошинори, чтобы поговорить насчёт аппаратов, которые нужны для некоторых анализов. Всё-таки сложно без них работать. — Да уж. Слушай, насчёт вчерашнего… — Если вы про моего отца, то не стоит говорить что-то на эту тему. Он всегда любил поднимать темы, которые могли быть неприятны другим. Уж я то знаю. Пожалуй, это мне стоило извиниться за свой вопрос. — Ничего страшного, — лифт доехал до четвёртого этажа, — тогда, раз этот вопрос исчерпан, то хорошего тебе дня. — И вам.       Двери лифта открылись, и Изуку вышел, даже не посмотрев на девушку.       Веснушчатый дошёл до нужного кабинета и, постучавшись, зашёл внутрь. — Привет, Изуку, заходи. — Привет, — Мидория зашёл внутрь и присел напротив Кацуки, — ну, что у тебя тут? Мне Асуи рассказала вкратце. — Я обзвонил практически все больницы, но у них не оказалось нужной печени. Осталась ещё пара вариантов. Я думаю, что в одной больнице будет нужный нам препарат. — Ну, так в чём проблема? — Это больница святого Салиса.       Мидория немного посмеялся, но, увидев серьезный взгляд друга, успокоился. — Ты серьезно? Каччан, уже три года прошло… — Не буду я им звонить. После того, что они тут устроили. Нет. Ни за что. — И только из-за того, что ты до сих пор дуешься на Мирио-сенпая, ты решил позвать меня? — Хватит так его называть. Он никогда не был для меня сенпаем, он только и делал, что презирал меня. Я из-за него чуть здесь места не лишился. — Мда, тяжелый случай. Хорошо, я ему позвоню. Но тебе надо уже отпустить эту ситуацию. — Возможно. Но не в этой жизни.       Изуку достал из кармана телефон и стал искать нужный номер телефона. Давно он уже не звонил этому человеку. В основном с Тогатой были связаны приятные воспоминания, но почему-то именно у Бакуго не сложились отношения с этим врачом.       Пока Изуку звонил Мирио, Кацуки стоял у окна, оба парня вспомнили то время, когда они сами ещё были ординаторами. FLASHBACK. *три года назад* — Всем доброе утро, — светловолосый парень зашёл в свой кабинет, где его уже ждали три ординатора. — Доброе утро, — в один голос сказали ребята. — Итак, сегодня у нас много дел, поэтому давайте сразу решим ваши вопросы, — после небольшого молчания врач продолжил, — хорошо. Тогда. Маширао, идёшь со мной в операционную. Кацуки, Изуку, вы продолжаете следить за пациентом после операции. Всё, свободны.       Бакуго и Мидория вышли из кабинета и направились к нужной палате. — И всё-таки мне не нравится его анализ крови после операции. Количество лимфоцитов слишком снизилось, — веснушчатый шёл с листком бумаги, на котором были написаны результаты анализа. — Так сказал бы Мирио-сенпаю, думаю, что он бы понял, в чём дело. У пациента была всего лишь операция по восстановлению костей после открытого перелома. Что могло пойти не так? — Я не знаю, но я очень хочу это понять.       Когда парни подходили в палате, то услышали, как запищали приборы жизнеобеспечения, а значит, с пациентом что-то не так. Изуку сразу стал проверять дыхание, в то время как Бакуго стал проверять внешние изменения на теле. — У него повысилось потоотделение. — Тяжелое дыхание и температура высокая. — Надо сбить температуру и отправить его на МРТ.       После того, как мужчина пришёл в норму, ординаторы повезли его в комнату МРТ. — Ну, что думаешь? — Кацуки сидел рядом с Изуку и ждал, пока на экране компьютера покажется картинка. — Я не знаю, скорее всего придётся показать эти снимки Мирио-сенпаю. — Слушай, может у него лимфосаркома? Ухудшение иммунитета, обильное потоотделение, все признаки на лицо. — Возможно. Но тогда ему операция не поможет. — Да, ему придётся ходить на химиотерапию. — Смотри, — на экране стали показываться картинки, — у него действительно опухоль грудной полости. Пойдём скажем боссу.       Тогата смотрел на снимки, а затем сказал: — Ну, молодец, Изуку, у него действительно лимфосаркома. — Это Бакуго поставил диагноз. Не я. — Да? Что же, хорошо. Я сам скажу пациенту, а вы пока можете проверить, поступили ли новые пациенты.       Парни кивнули и вышли из кабинета. — Почему-то у меня такое ощущение, что он хочет выпереть меня из больницы, — Бакуго нахмурился и убрал руки в карман халата. — С чего ты это взял? —Да ты сам посуди. Каждый раз, когда я ставлю диагноз, Тогата пытается присвоить это вам с Оджиро. А я вечно в пролёте. — Каччан, не переживай, всё будет нормально. Сейчас в больнице есть места, поэтому я думаю, что мы все в итоге будем здесь работать. Если только Маширао не надумает уйти в другую больницу. — Я на это надеюсь.       Ближе к вечеру парней вызвал Мирио к себе в кабинет. — Ну и? Сами скажете или мне? — Мирио-сенпай, вы о чём? — Изуку шагнул вперед. — Мне сказали, что когда вы были сегодня на операции, то ослушались прямого приказа врача. Кто это из вас был? — Но ничего такого не было… — Бакуго, я ведь знаю, что это ты.       Блондин держался из последних сил, чтобы не сорваться. — Сколько раз мне повторять, чтобы ты не самовольничал? Однажды тебе это выйдет боком. — Я ничего не делаю, что могло бы навредить пациенту. — А кто повредил стенку артерии при удалении аневризмы?       Парни переглянулись, Кацуки уже хотел что-то сказать, но его прервал Изуку: — Это моя вина. — Изуку, я очень ценю, что ты прикрываешь своего друга, но он должен уметь брать ответственность за свои ошибки. — Я его не прикрываю, это действительно я ошибся. Однако в итоге выяснилось, что пациент много пил, это повредило ткани стенок, из-за чего они стали очень тонкими. Так что в такой ситуации любой мог бы ошибиться.       Мирио посмотрел сначала на Изуку, потом на Кацуки. — Ладно, на сегодня свободны.       Мидория кивнул и, взяв Кацуки за руку, быстро вышел из кабинета. — И зачем? — Затем. Я не хочу, чтобы ты потерял место из-за такой ерунды. В конце концов ты выкладываешься больше всех, но и косячишь в плане дисциплины больше всех. Попробуй хотя бы один день прожить без своих выкрутасов. — Как я могу быть спокойным, когда некоторые врачи халатно относятся к своей работе? Как я могу молчать, когда врачи гробят пациентов, ставя неправильный диагноз? Я надеялся, что здесь действительно высококвалифицированные врачи, а не просто жалкие докторишки, которые сидят здесь лишь из-за денег. Я хочу помогать людям, чтобы они могли вернуться к своим близким, чтобы люди не плакали из-за того, что я совершил ошибку на операции. — Ладно, я тебя понял. POV Изуку.       Я знал, что Каччан пошёл сюда на практику из-за меня. Чтобы я здесь ничего не натворил. Ведь именно в этой больнице умерла моя мама. И именно на операционном столе. И то, что Кацуки говорил, это косвенно касалось и меня. Он всегда умел поддержать, не вскрывая старые раны. Я ему был благодарен за это. Поэтому я тоже хотел бы ему помочь. Я бы очень хотел работать с ним здесь, и чтобы все говорили: «Смотрите, здесь работают лучшие хирурги города». Без Каччана я бы точно пропал. Они с Киришимой всегда меня поддерживали, поэтому я хочу работать в этой больнице, чтобы помогать другим.       Я не расстроюсь, если в итоге останусь один, что у меня, может, и не будет семьи, но счастье других будет греть мне душу.       Но вот я совсем не думал, что у нас в больнице окажется крыса, которая придумывала разные сплетни, якобы Каччан в чём-то провинился. В один день мы чуть не вылетели из больницы. Конец POV Изуку.       Вечером после очередной смены парни пошли в гардеробную, чтобы забрать свои вещи. Но в помещении они услышали, как кто-то говорит по телефону. — Да, уже скоро… Да этот болван даже сказать ничего не успеет… Его зеленоглазый дружок тоже ничего не сможет сделать. Даже будет лучше, если они оба вылетят отсюда.       Последние два предложения жутко разозлили Кацуки, поэтому он пошёл к тому парню и начал его бить по лицу. — Ну, а теперь попробуй сказать мне это в лицо. Зачем тебе надо, чтобы мы вылетели отсюда? — Я… Я вам ничего… Не скажу, — из его носа шла кровь, парень тяжело дышал, поэтому толком не мог сказать и одно предложение.       В итоге этот парень действительно ничего не сказал, так ещё и пропал после того, как смог улизнуть от Кацуки.       Но вот на следующий день этот случай не обошел обоих парней, которые опять стояли в кабинете босса и ждали выговора. — Вы уволены. Оба.