За гранью времени. Месть Волка

      Её муж, её кузен, её король, её Эйгон лежал в постели с сильным жаром и головной болью после окончания этих проклятых переговоров. Она никого к нему не подпускала, делая исключение лишь для леди Дейн и лорда Коннингтона. Вместо того чтобы нежиться на перинах в Харренхолле или вернуться в Красный замок или Риверран, все участники переговоров застряли в окрестностях твердыни Харрена Чёрного. Ей всё ещё было не по себе от поведения Мейса Тирелла во время встречи в Большом чертоге замка. Эти таинственные, возникшие из ниоткуда в конце переговоров призраки напугали всех, а её вдвойне или даже втройне из-за ужасного рёва дракона, который несомненно услышали все находившееся вокруг Харренхолла. Не все телохранители из числа Золотых Мечей пережили схватку с призраками во время бегства в лагерь. Погиб, прикрывая отход и единственный королевский гвардеец, сир Ролли Дакфилд. Интересно, погиб ли кто-то с стороны Баратеона и его союзников или братьев Ночного Дозора? Таинственные призраки, возникшие из ниоткуда взявшейся мглы под рёв дракона спутали планы всем участникам переговоров по заключению вынужденного союза людей в борьбе с тем, что считали сказками, да и только. По возвращении в столицу ей стоит оповестить отца о том, что угроза из Застенья реальна и северные дикари были правы. Сейчас в шатре с Эйгоном была лишь Арианна. Девушка не спускала глаз со своего супруга и нервно сжимала ладони, ожидая каких-либо изменений в состоянии Эйгона. Погибнет он, и род Дракона останется в подвешенном состоянии, потому как пол их ребёнка неизвестен, ведь если сюда вернётся из-за Узкого моря Дейенерис Таргариен, ей придётся принять фамилию дома её возможного супруга-консорта, если она захочет сесть на Железный трон, что относительно легко достался Эйгону после правления покойной Серсеи Ланнистер и её сыновей-бастардов.       Вдруг тишину покоя шатра нарушил вошедший в него таинственный телохранитель Арианны, Эдгар:       — Ваше величество, я знаю как избавить нас от мглы и призраков, а также как излечить короля.       Дорнийка с сильным удивлениям во взгляде и нервным заиканием обратилась к нему:       — К-как? Нет же свидетельств о борьбе с этими п-призраками-и-и…       В ответ мужчина уверенно заявил таинственным голосом:       — Боюсь, что мы имеем дело с проклятием крови. Причём сильным и старым.       Если бы Арианне кто-либо сказал о настоящем действующем проклятии до переговоров в Харренхолле и демонстрации живого мертвеца, то она бы назвала его болваном и приказала бы страже прогнать его. Сейчас же, понимая всю серьёзность ситуации с армией мёртвых, что двигается к Стене, слова Эдгара казались чем-то нормальным для её понимания, но пугающим.       — Говори, что нужно сделать чтобы снять проклятие и излечить моего мужа! — от отчаяния девушка закричала.       — Ваше величество, прежде всего мне надо найти четыре предмета, символизирующих смерть, веру, ненависть и отвагу. Также, скорее всего, мне понадобится кровь обоих претендентов на Железный трон, так как мне кажется, что король Харрен Чёрный при своей гибели проклял любого, у кого в родословной предком будет Эйгон Завоеватель. Ведь если ваш супруг в таком болезненном состоянии, то я полагаю, что лорд Баратеон точно так же слёг в постель, — холодным профессиональным голосом заявил наёмник.       Его предположение, что Станнис Баратеон может находиться в таком же положении, что и её дражайший супруг сильно озадачило дорнийскую принцессу. Не будь они союзниками в войне за жизнь, этим фактом можно было бы воспользоваться, и тогда для них оставалась лишь призрачная угроза со стороны Дейенерис Таргариен, если та решится пересечь Узкое море. Лорд Коннингтон и отец точно бы подготовились к вторжению заморских воинов в отличие от тех, кто правил от имени короля Томмена. Только вот стоит заменить мастера над шептунами, ведь Паук не сообщал им о том, что десница Станниса Баратеона вербовал дополнительные войска в Вольных городах чтобы потом высадиться и ударить им в мягкое подбрюшье трона, которым были Штормовые земли.       — Разыщи всё, что необходимо и вылечи моего мужа от этого проклятия, — осипшим от выплаканных ночью слёз голосом решительно сказала Арианна.       Будь у неё более хорошее настроение, то принцесса задала бы своему телохранителю весьма уместный вопрос по части того, откуда простому наёмнику знать о проклятиях и способах их снятия. Но сейчас её это не волновало, девушку больше заботило самочувствие Эйгона. Не хотелось бы, чтобы их ребёнок родился, так и не познав отцовской любви.       — Я сделаю это, Ваше величество, можете не сомневаться. В Асшае местные колдуны прекрасно меня обучили борьбе с проклятиями, — напоследок сказал седовласый и покинул шатёр.