Мания

      Весь день Настя провела с Анной, шляясь по магазинам и на вечернем сеансе в кинотеатре. Брюнетка держалась подальше от дома намеренно, а в назначенный срок подошла к остановке. До восьми было еще десять минут, но нужный мужчина уже был там. Заметив любовницу, Костя сверкнул улыбкой, и крепко обнял хрупкое тело, завязывая с девушкой глубокий поцелуй.  — Ну что, идем? — сладко улыбнулась она, взяв мужчину за руку. Синеглазый довольно расплылся в улыбке и направился за девушкой. Путь предстоял недолгий: Настя провела Костю через пару дворов и, подведя к нужному подъезду, приложила металлический ключ. Пара быстро поднялась на третий этаж. Настя напряженной не казалась, но переживала достаточно сильно. Она искренне надеялась, что привела Костю не напрасно, и Лена хорошо отнесется к незнакомцу. Задержав руку на ручке двери, Настя выдохнула и резко открыла ее.       Первым вошел Костя, а, ощутив аромат, доносящийся с кухни, вопросительно посмотрел на спутницу. Настя, в свою очередь, с максимально возможной ей актерской игрой, изобразила удивление и страх. По «легенде» она вовсе не знала о присутствии матери в доме и сейчас должна пребывать в шоке.       Взгляды синих и серых глаз встретились и они, казалось бы, моментально поняли чувства друг друга. В насыщенно синих глазах мужчины Настя не увидела ни страха, ни тревоги, лишь небольшую толику удивления, но, взглянув на Настю, он понял, что и она не ожидала такой встречи. Тем временем из кухни послышались приближающиеся шаги. Сердце Насти было готово выпрыгнуть из груди от волнения.  — Ты поздно сегодня, — заворачивая за угол в прихожую, проговорила Лена, — кушать будешь?       Женщина замерла, обнаружив дочь в компании мужчины. Глаза ее резко расширились, а рот слегка вытянулся. Она взглянула на девушку, а после на мужчину. В квартире повисла напрягающая и давящая на уши тишина, прервать которую осмелилась лишь Настя:  — Мам, это Ко…  — Вы, стало быть, Константин? — осуждающе перебила Лена.  — Да, я, — кратко отозвался мужчина.  — Что ж, — осмотрев спутника дочери, продолжила светловолосая, — раз вы пришли, прошу к столу. На ужин плов с салатом, — она развернулась и направилась в сторону кухни.       Лена вела себя именно так, как предполагала Настя, но реакции Кости она предугадать не могла, что сильно ее тревожило. На удивление девушки, мужчина спокойно снял обувь и, пройдя несколько шагов, дождался Насти. По этому инциденту он не проронил ни слова.       Пара вошла в светлую комнату, и тут же получила приглашение сесть за стол. На нем уже стояли две горячие порции с пловом, а в центре стола находилась большая тара с порезанным салатом.  — А ты не будешь? — несколько робко спросила Настя, присаживаясь.  — Я поела, — коротко ответила Лена, взгляд ее внимательно изучал лицо Константина. Есть что-то в такой атмосфере было трудно, но Настя, пересиливая себя, пару раз зачерпнула ложкой блюдо и медленно прожевала. Она не сводила взгляд с присутствующих.  — Сколько вам лет, — видя, что мужчина начал принимать пищу, начала спрашивать Лена.  — 39, — спокойно отозвался Костя. Он всем видом излучал спокойствие и непоколебимость.  — Выглядишь старше, — презрительно заметила Лена. Уважительный тон ее резко пропал, — где работаешь, если не секрет?  — Мам, — вклинилась Настя, — какое это имеет значение? Женщина проигнорировала вопрос дочери, тяжело смотря на Костю.  — Я работаю в ФСБ, — так же спокойно, как и прежде, ответил Костя.       Меньше всего Настя хотела, чтобы мать узнала о месте работы любовника, а теперь, раз это случилось, девушка твердо поставила локоть на стол и устало стала массировать виски. Лена же, услышав новость, вопросительно перевела взгляд на дочь, а, отметив ее реакцию, вновь на Костю.  — Как далеко зашли ваши отношения, — женщина более не желала оттягивать этот вопрос мирной беседой. В глазах ее пылал огонь, Лена с каждой секундой все больше подозревала, что ее девочка давно не «девочка». Костя покончил с пловом и, отодвинув тарелку, трезво взглянул в серо-зеленые глаза Лены:  — К чему эти вопросы, — медленно и уверенно спросил он, — Все мы взрослые люди, включая вашу дочь. И она уже достаточно взрослая, чтобы принимать серьезные решения.       Лена на несколько секунд замерла, показалось даже, что она забыла, как дышать. Для женщины все стало ясно: мужчина перед ней лишил девственности ее дочь, и конечно, ей не мог нравиться тот факт, что ее первым стал не «муж», а «мужлан».  — Настенька, — ласково обратилась она к дочери, — пойди к себе, дорогая. Взрослым нужно поговорить. — Не пойду, — недоверчиво взглянув на мать, ответила девушка. — Я говорю, — разделяя каждое слово, вновь заговорила Лена, — пойди в комнату. Займись уроками, пожалуйста. Настя вновь недоверчиво покосилась на мать.  — Иди, — поддержал Костя, — мы просто поговорим, — он ласково посмотрел в серые глаза и девушка удалилась. Когда дверь в спальню подростка закрылась, Лена прикрыла дверь в кухню и стала глубоко дышать, успокаиваясь. Костя, в свою очередь, внимательно изучал лицо женщины: она кого-то сильно напоминала ему, но воспоминания были очень расплывчатыми.  — Итак, — серьезно начала Лена, — сколько ты хочешь, что бы ваши встречи прекратились?  — А почему я должен прекращать их? — усмехнувшись, спросил Костя.  — Тридцати тысяч хватит? — продолжала женщина.  — Ты смеешься надо мной, — утвердительно проговорил брюнет, — я не заинтересован в деньгах, моей зарплаты более чем хватает на жизнь…  — Послушай, ты, — женщина со злобой оперлась о стол ладонями, — если ты думаешь, что я позволю тебе продолжать встречи с моей дочерью, то глубоко заблуждаешься. Я таких как ты знаю, и для чего вы романы крутите мне тоже прекрасно известно.  — И что теперь? — мужчина медленно поднялся и выпрямился, возвышаясь над Леной, — я нарушил какой-то закон? У тебя на меня ничего нет, и управы на меня тоже нет, — он слегка усмехнулся, — а вот, я, если захочу, могу пробить на тебя что то…  — Ты угрожать мне вздумал в моем же доме?! — женщина разъяренно смотрела в синие глаза.  — Ни в коем случае, — насмехаясь, отозвался Костя.  — Чего ты хочешь, за прекращение встреч с Настей, — упорно продолжала спрашивать женщина. Мужчина с минуту подумал, а после проговорил:  — Если мои свидания с юной Настей прекратятся — мне нужно будет, кем-то заменить ее…  — Это твои проблемы, — резко ответила Лена, — в твоем возрасте еще можно девчонок подцепить, как видишь.  — А в твоем? — Костя усмехнулся, заметив излишнюю раздражительность женщины. Он моментально списал ее на недостаток сексуальной жизни.  — Пошел ты…  — А может, мы поможем друг другу? — Константин расплылся в довольной пошлой улыбке, — я соглашусь перестать спать с твоей дочерью, если ты заменишь ее. На постоянной основе, конечно.       Мысль его была так проста и пряма, что Лена, сначала даже, подумала, что что-то не так поняла, но после, злобно прошипела:  — Да ты из ума выжил!  — Ммм, так значит, я теперь могу в открытую забирать Настю к себе? — наигранно задумавшись, озвучивал Костя, — ничего же, если она полнедели будет ночевать у меня?       Мужчина специально давил на Лену, добиваясь положительного ответа, а любуясь скрипом зубов женщины, подмечал, какая она легкоуправляемая, мысленно усмехаясь.  — Хорошо, — лицо светловолосой исказила гримаса отвращения, — но ты в течении недели бросаешь Настю. И так, чтобы не было заметно, что это я повлияла.  — А… Не хочешь портить отношения с дочкой? Понимаю, да… — кивнул Костя, — но не думаешь, что недели будет маловато для безболезненного разрыва?  — У тебя неделя, — отрезала Лена, — семь дней общаешься с ней, но с каждым днем все холоднее, а потом говоришь, что нашел другую, а лучше, говоришь, что ты и все кто как ты подонки и сам прекращаешь ваши отношения, понял?  — А ты жестокая, — подметил Костя, — хочешь, что бы она так страдала? Или я тебе настолько не нравлюсь? — он усмехнулся.  — Я никогда не пожелаю для дочери ничего плохого, — женщина сверкнула разъяренными глазами, — а максимально плохое для нее сейчас — это ты. Костя на несколько секунд задумался, а после спросил: — Как зовут то тебя?       Женщина протянула длительную паузу, раздумывая, называть ли ему свое настоящее имя, или соврать. Светловолосой не хотелось, чтобы такой моральный урод, в ее глазах, звал ее по имени.  — Елена, — сквозь зубы ответила женщина.  — Хорошо, Леночка, — сладко протянул Костя, выписывая на салфетку номер своих контактов, — встретимся завтра в девять, — он подвинул тонкий материал к женщине, — позвони мне. Брезгливо глядя на написанную кривую запись, Лена медленно положила салфетку в карман.  — Лена, Лена… Лена… — проговорил Костя, мужчина что то упорно старался вспомнить, — а ты… не Гребенщикова Лена, случаем? Глаза женщины округлились.  — Хотя вряд ли, у Насти то фамилия другая… — размышлял брюнет.  — Это… — начала шокированная Лена, — Почему такое предположение о фамилии? — трезво спросила она.  — Напоминаешь кое-кого, — Костя улыбнулся уголками губ.       Лена поймала себя на мысли, что их гость тоже кого-то напоминает ей, но за все то время, она так и не поймала ту ниточку воспоминаний, ведущую к его личности. И только сейчас до женщины медленно доходило, чьи повадки прослеживаются в поведении, внешности и голосе мужчины.  — Баринов? — замерев, громко спросила она. По спине мужчины резко пробежали мурашки. Он медленно повернулся к собеседнице и, взглянув ей в глаза, тихо проговорил:  — Давно я… не слышал этой интонации…       Оба стояли, будто в прострации, а в головах проплывали давнишние воспоминания. В какой-то момент Лена опустила голову и, шагнув ближе к гостю, смачно ударила его, одарив пощечиной. Сила удара была так велика, что, не ожидавшему мужчине пришлось сделать шаг назад. В этот удар женщина вложила всю свою злобу, боль и ненависть к нему, царящих в ее сердце когда-то.       Оказывается, пара была знакома давным-давно, и, учась в старших классах, они завели роман, закончившийся Настей и фееричным побегом Баринова Кости в другой город. В то время родители заставляли детей вступать в браки, коли так случилось, что у пары будет ребенок; но, в это раз, прознав о беременности подружки сына, родители быстро собрали вещи и смотались неизвестно куда.       Лена же была обречена на косые взгляды и откровенные оскорбления в свой адрес из-за быстро растущего живота. Девушку клеймили «гулящей», «шалавой» и «проституткой». Возможно, Лена и избавилась бы от ребенка, будь эта отрасль медицины достаточно хорошо развита в те года. Девушка демонстрировала мужество и силу, вынося и родя ребенка в свои годы, да еще и без отца.       Какое-то время после рождения Насти, Лена проклинала Костю за появление в своей жизни, после, проклинала за пропажу из нее, а сейчас и вовсе, была благодарна за такую чудесную дочку. Правда, презрение и отвращение к нему у нее осталось.  — Да… Заслужил, — потирая хрустнувшую челюсть, отозвался Костя.  — Ты понимаешь, что спал с собственной дочерью?! — возмущенно воскликнула Лена.  — Да… теперь дошло, — мужчина вновь выпрямился, — а еще дошло, что мы с тобой снова встретимся в постели…  — Ты больной… — на лице женщины отразилось отвращение, — все, прощайся с ней! Не хочу тебя видеть больше, — Лена открыла дверь на кухню, — и не вздумай запомнить, где мы живем. Мужчина ухмыльнулся, и расслабленно вышел из кухни. Услышав шаги и гомон, Настя тоже вылезла.  — О чем говорили? — спросила она напряженно.  — О тебе, киска, — Костя нежно обнял девушку за талию и сладко поцеловал на глазах у Лены, — еще спишемся, — прошептал он пошло, — жаль, что так вышло с вечером… но мы наверстаем, обещаю… Обувшись, он вежливо попрощался и вышел. Настя выжидающе посмотрела на мать.  — Ну и? — нетерпеливо спросила она, — ты даешь добро?       Лена сочувствующе посмотрела на дочь и, вместо ответа крепко обняла ту, принося тысячу извинений. Такое поведение матери так и осталось для Насти загадкой.