Разговор

— Ты меня любишь, — выдохнула Сиф внезапно для себя самой. Они лежали на развороченной постели, пытаясь отдышаться, и ладонь Локи так уютно устроилась на её животе. Он ей сказал: нравишься. Ещё когда предлагал пожениться. А уже потом Сиф разглядела, насколько это... преуменьшение. Во взглядах Локи, в жестах, прикосновениях... И никогда — в словах. А окончательно поняла только сейчас. Он поднял голову от подушки, и в прозрачно-зелёных глазах мелькнуло что-то странное. Горькое?.. — Люблю, не люблю — какая разница? — губы Локи сложились в невесёлую усмешку. — Ты верная жена и достойная царица для Асгарда, мы с тобой неплохо общаемся и в постели довольны друг другом, пройдёт ещё немного времени — и ты родишь мне детей… Чего ещё желать? Он откинулся на подушку, прикрыв глаза, ладонь соскользнула с живота, и Сиф вдруг стало как-то холодно. Неплохо общаемся — это разговоры ни о чём за завтраком, обедом и ужином. Или о делах. Но никогда — по душам. Ну хоть про постель — правда. Сиф не следила за Локи и не интересовалась его жизнью. Знать не знала, какой он в этом. И с радостным удивлением поняла, что ей в мужья достался искусный любовник. Показал ей, как бывает хорошо до звёзд под веками, до того, чтобы, забываясь, жадно льнуть к нему и в голос просить ещё. Но… Всё-то он знал. Что Сиф пошла за него из чувства долга, стала царицей, чтобы служить Асгарду — теперь так. Что, будь её воля, предпочла бы видеть другого и мужем, и царём. Но другой мотался где-то на далёком краю вселенной с этой беспардонной девицей, которая пришла и мимоходом отобрала то, на что Сиф так надеялась, чего так терпеливо ждала все эти годы… А сколько ждал сам Локи? Сколько раз думал, что надеяться не на что? Но ведь дождался же! Хотя… Разве этого он желал? Чтобы жена — любимая — задыхалась под ним от страсти, а потом, как схлынет удовольствие, отводила глаза? Прикусив губу, Сиф придвинулась ближе, прижалась щекой к его груди, обняла неловко. «Бедный ты мой», — промелькнуло в голове. И почти тут же железная рука сгребла за волосы, и Локи оторвал её от себя. — Вот не надо, — почти прорычал он, — не надо меня жалеть! — А я и не жалею, — Сиф поморщилась, мотнула головой, выворачиваясь из хватки. — Что уж мне — и в обнимку с собственным мужем полежать теперь нельзя? — Лжёшь, — припечатал Локи и повернулся спиной. Сиф со вздохом упала обратно на постель. Вот дура. Врать богу обмана! Но как сказать, что да, она его не любит так, как он хотел, — и всё же ей не всё равно? Да и знала ли она, чего Локи действительно хотел? Некоторое время Сиф молчала, глядя в потолок. Обновить бы… Красивая вязь узоров местами уже облупилась — и это в царской-то спальне! Потом покосилась на уныло сгорбленную спину. Глубоко вздохнула, позвала негромко: — Локи… — Я тебя внимательно слушаю, жена моя, — кисло пробубнил тот. Гордый. Упрямый. Обидчивый. И вот как с ним?.. — Локи, мне не всё равно! Может, я не люблю тебя, как ты хотел, и не знаю, смогу ли полюбить, но мне не наплевать, правда! И… ты меня даже близко не подпускаешь. Вечно как в броню закованный, даже сейчас, когда лежишь передо мной в чём мать родила! Дай мне узнать тебя хоть немного! — Ты не лучше, — отозвался он, но всё же повернулся. — Тоже вечно как в броне. И позволил переплести пальцы, снова придвинуться, прижаться щекой. — Вздумаешь опять за волосы таскать — в морду получишь, — пообещала Сиф. Локи ничего не сказал, только хмыкнул невнятно и погладил её по голове, будто извиняясь. Может, что-то у них и получится...