Между двух огней.

— Нет, продолжай… — она касается его щеки здоровой рукой, заставив посмотреть на себя. — Я хочу тебя. По-настоящему, полностью, я… Я хочу тебя, — целуя его, продолжала шептать Харрис. — Хорошо, хорошо, *ноти банни, — усмехается Александр, забираясь на постель и притягивая Агату ближе. — Но ты будешь слушаться меня, договорились, банни? Девушка кивает, кусая нижнюю губу, и смотря в глаза Александра. Аккуратно начав расстегивать ее фиксатор для руки, он откладывает его в сторону и начинает снимать кофту, расстегивая каждую пуговицу. Он наклоняется к её губам, целуя медленно, чувственно, пока его тонкие пальцы продолжали снимать эту лишнюю кофточку. Скинув аккуратно ее с тела, он спустился губами к ключицам и шее, продолжая осыпать поцелуями. Расстегнув ее лифчик, он стягивает бретельки по её плечам, не прерывая линию поцелуев. — Не знала, что ты можешь быть нежным… — шепчет Агата, тихо хихикая. Алекс поднимается к её уху, кончиком языка не отрываясь от кожи, и кусает мочку уха девушки, из-за чего её тело покрывается мурашками. — Это пока твоя рука не заживет… — прошептал мужчина, свободной рукой ведя по изгибам ее талии и опускаясь к ягодицам. — Потом я все равно выпорю тебя, — продолжая обжигать нежную кожу дыханием, он отвесил легкий шлепок. — Я совсем не против, папочка Алекс… — довольно улыбается девушка, наклоняясь чуть ближе и цепляясь за его ушко. — Я даже надену тот неприличный костюм зайчика. — Ноти банни… — качая головой, улыбается Нильсен. Он вновь берет в руки ее фиксатор, осторожно одевая на девушку и плотно цепляя, чтобы не было еще какие-нибудь повреждений. На секунду он остановился, пальцами коснувшись ее плеча, где под крупным пластырем были скрыты швы. — Все в порядке, — прошептала брюнетка, цепляя его подбородок кончиками пальцев и прильнув к губам. Обхватив ее за талию одной рукой, он упирается второй в постель и укладывает поверх одеяла, спускаясь поцелуями ниже. Не разрывая взгляда, он начинает расстегивать пуговицы своей рубашки, наблюдая за тем, как ее здоровая рука скользит по собственному животу и прячется под тканью юбки. Он ухмыляется, наблюдая за её действиями, пока все пуговицы не были расстегнуты напрочь, и он не приступил к ремню. Стянув с себя брюки с боксерами, он снимает следом и юбку Агаты. — Дальше я сам, — ухмыляясь и прикасаясь к её руке, он вытаскивает ее пальчики и меняет их на свой член, медленно проникая в нее. Александр привык к разному типу секса, а в своих увлечениях с БДСМ осторожность — важная часть. Осторожность и доверие. Именно поэтому ему хотелось, чтобы Агата сама сказала ему, что хочет его. Ему было важно, чтобы она доверилась ему и, пускай, он планировал проиграть чуть жестче, сейчас это было неважно.

Она его.

Она полностью принадлежит ему. Её тело, её голос, её глаза. Её стоны сейчас только для него, её пальцы сжимают только его тело, её губы целует только его сейчас. Все ее естество было для него прямо сейчас и будет дальше, до самого конца. Он совершил ошибку, за которую расплачивался по сей день, когда предложил Макото к ним присоединиться. Эта ревность обуревала им, как дикие волны Калифорнии. Алекс двигается глубже, сплетает пальцы с её. Он наклоняется, пытаясь насытиться её губами, каждым стоном. Нильсен цепляется второй рукой за её бедра, слегка приподнимая таз, и проникая по всю длину. Харрис ногтями впивается в его пальцы, оставляя полумесяцы на коже. Двигается в такт. Тяжело глушит стоны в его плечо, пальцами сломанной руки сжимая собственный живот, чтобы не сорваться. — Ааа… Алекс… Агата утыкается в его шею, скрестив ноги на его спине. Приняв сидячее положение, Александр смотрит на нее, проведя рукой по щекам и убирая влажные пряди. Он целует ее в шею, оставляя еле заметный укус, пытаясь обнять и прижать крепче рукой, пока вторая сжимала ее волосы. — Все хорошо, моя банни? — усмехнулся он, целуя ее губы. Агата кивает, начав первая медленно двигаться на нем вверх-вниз. Нильсен устраивается удобнее, упираясь спиной в стенку, и позволяя девушке взять его под контроль, хотя, учитывая ее состояние, все было наоборот. Она двигалась неспешно, но периодически резкими движениями. Глаза в глаза. Губы в губы. Она все ближе и ближе. Александр улыбается, чувствуя ее коготки на своем теле, которыми она провела от самой груди к животу. Швед проводит рукой по ее талии, спускаясь меж бедер. Тонкие пальцы начинают раздвигать складочки, сначала плавно массируя. Он позволяет привыкнуть ей. Чувствует, как в висках пульсирует кровь, учащается ее дыхание с каждым его действием. Она сжимает его член своим влагалищем, напрягается, и Алекса настигает разрядка. Когда Харрис кончает на него через несколько секунд после активных действий Алекса пальцами, её губы сильнее сжимаются на его плече. Кажется, завтра будет синяк, но плевать. Тяжело дышит, упираясь лбом в его плечо, которое совсем недавно кусала до крови, чтобы их никто не слышал. Александр смотрит на изгибы ее спины, ведя пальцами от самого копчика до шеи. Приподняв ее голову, он смотрит в глаза девушке. — *Du är min nu. Ingen kommer att röra dig… — прошептал Нильсен, проведя большим пальцем от её линии скул до пухлых губ. — Что ты сейчас сказал? — улыбнулась Агата, смотря в его голубые глаза. — Как-нибудь скажу потом, — усмехнулся мужчина, потянувшись к её губам навстречу и целуя. Агата соскальзывает с Нильсена, падая на подушку боком. Притянув брюки за штанину, Алекс надевает обратно боксеры и пристраивается сбоку, аккуратно обхватив ее за талию под больной рукой. — Спи, ноти банни, спи, — поцеловав ее в шею, произнес на ушко Александр. — Если ты не научишь меня шведскому, я больше не буду с тобой разговаривать. — Это угроза или подарок? Я же с радостью откажу, ты же знаешь. — Дурак, — тихо смеется Харрис, закрываясь носом в подушку. Через несколько минут тишины Агата быстро уснула, а из-за усталости, что скопилась к концу дня, Алекс тоже не долго ждал, начав вырубаться.

«Ваши отношения с Александром продолжают активно развиваться»

ㅤㅤㅤㅤㅤ

***

Проснувшись и не обнаружив рядом Агату, Александр принял сидячее положение. Когда он окончательно открыл глаза и смог присмотреться к обстановке, тут же услышал шум воды из её душевой. Незапертая дверь была приятным бонусом к живой Харрис, которая заставит напрячься любого из-за своих приключений. Приоткрыв дверь, он зашел внутрь и скинул с себя боксеры, тихо подкрадываясь к Агате со спины, но девушка оборачивается в последний момент. — У тебя радар на меня? — усмехнулся мужчина, прильнув к её губам и получив свой заслуженный утренний поцелуй. — Нет, просто сквозняк пошел, когда ты открыл дверь, умник, — смеется Агата, обнимая его одной рукой и отвечая на поцелуй. — Как справляешься, капитан Крюк? — Ты когда-нибудь перестанешь давать мне прозвища дурацкие? — *Så fort du är med mitt efternamn, — ухмыляясь, ответил Александр, и начал мылить голову девушки. — Когда-нибудь ты получишь по губам за то, что так издеваешься надо мной. — Слежу за ней, помогаю, мою ей голову тут, а она мне по губам дать хочет. Банни, я же точно выпорю. — Это угроза или подарок? — хитро расплываясь в улыбке, произнесла Харрис. Алекс поцеловал ее в плечо, начав смывать пену с волос девушки, и не упуская возможность лишний раз прикоснуться к её телу. Пробыв в ванной еще минут десять, они начали спокойно выходить. Агата вытащила фен и быстро подсушила корни, не без помощи Алекса, конечно. Когда он помог ей одеться и сам ушел к себе в комнату, Харрис сняла телефон с зарядки и спустилась вниз, встретив внизу половину семейства. Фредерик и Винсет играли шахматы, а Чарльз наблюдал за ними краем глаза, пока общался с Микаэллой. — Добрый день, Агата, сегодня ты поздно встала. Все в порядке? — спросил Чарльз, посмотрев на племянницу. — Да, просто вчера устала, — ответила Харрис, сохраняя абсолютное безразличие, но, встретившись взглядом с Микаэллой, она с легкой улыбкой кивнула в знак приветствия. Микаэлла не виновата, что ее дядя такой чурбан черствый. Она все еще была зла на него. Ладно Фредерик, но Чарльз! Он — ее дядя, а не посторонний мужчина, но даже он не забеспокоился, что ее не было дома, учитывая, что происходит сейчас в их жизни. Пройдя на кухню, она увидела Элизу и Данте, которые мило общались, кажется, позабыв о возможных угрозах со стороны. — Привет, — громко, чтобы они ее услышали, сказала Харрис. Данте тут же отскочил от Элизы, перестав обнимать ее со спины, и посмотрел на Агату. — Привет, Агата. Будешь блинчики? Элиза решила поэкспериментировать, — сказал кузен, протягивая ей один блин, сложенный в два раза. — Нет, спасибо. У нас кофе остался? — подходя к шкафчикам, спросила Агата, но Данте ее опередил, достав банку растворимого. — Новые духи, сестренка? — усмехнулся мужчина, поставив перед ней банку, а в этот момент нельзя было не уловить этот аромат. Эти духи ей подарила тетушка, какие-то супер классные из Парижа, хотя Агата все равно не разбиралась в этом. — Нет, старые. Я просто ими редко пользуюсь, чтобы не транжирить просто так, — улыбнулась Агата, повернувшись к чайнику. — Я сейчас поставлю чайник, — произнесла Элиза, что стояла ближе к нему, и подходя к плите. Когда Агата собиралась что-то ответить, у нее зазвонил телефон, а на экране высветился номер Каморро. Харрис отошла немного в сторону, упираясь спиной в стену и смотря на кузенов с другого конца кухни. — Алло? » — Привет, Гайка. Рядом есть кто-нибудь?» — Нет, одна, — ответила девушка, проигнорировав очередное прозвище и лишь мысленно закатив глаза. » — Тогда так. В общем, я понял, кто убил Аннет, но это совсем не телефонный разговор. Скоро я подъеду, твоя задача: собрать всех и сказать, что я скоро приеду с новостями. Из дома никого не выпускать, потому что ты сильно удивишься, когда узнаешь, что интересного я нашел. Ничего не уточняй и не говори, просто будь наготове. Со мной будет полиция, чтобы сразу арестовать нашего убийцу. Агата…» — Я поняла. У меня только вопрос, я могу сказать хотя бы Алексу, или… — тише, с еле скрываемой дрожью в голосе, спросила Агата. Каморро молчал. Тяжелое дыхание было слышно даже через телефон. » — Ладно, хорошо. Ему можешь, но, Агата, будь осторожна, прошу тебя. Я буду в течение часа. Приказ ясен, боец?» — на последних словах она слышит его усмешку, и сама невольно улыбается. — Так точно. » — Я всегда на связи.»

«Совсем скоро Вы узнаете правду»

С этими словами Каморро сбросил звонок, а Агата сжала телефон, прижав его к груди. Встретившись взглядом с братом и сестрой, она улыбнулась и вышла из кухни, когда ей на встречу спускался Александр. Воровато оглядевшись, девушка потянула Нильсена за собой снова в чулан, где они были только вчера. — Я понимаю, тебе меня мало, но… — Каморро звонил, — прервав его самовлюбленную речь, сказала Харрис. Улыбка с лица Александра тут же слезла, и он посмотрел более серьезно. — И что, как сильно продвинулся? — Он нашел убийцу тетушки. Томас сказал, чтобы я собрала всех и никого не выпускала до его приезда. — Быстро же он, однако. Интересно, что мы упустили? — Мы многое, что упустили, Алекс. Если ты не заметил, но наши последние недели были полны такого треша и дерьма, что нам было просто не до расследования. Ну, не считая Волка и той книги, что мы нашли в библиотеке, у нас не было никаких зацепок, — кричала шепотом Агата, с трудом сдерживаясь, чтобы не закричать громче. — Ладно, тихо. Тогда сейчас мы выйдем, и ты пойдешь собирать всех к приезду детектива, а я — звонить Сэму. — Отлично. Агата аккуратно открывает дверь, выходя обратно в коридор, и продвигается к гостиной. Когда она уже собиралась во весь голос протрубить о новостях, из своей комнаты вышел Данте, надевая попутно куртку. — Данте, ты куда? — В магазин, я быстро. У нас сахар закончился, и конфеты к чаю, — ответил он, проверяя наличие кошелька в кармане. — Это подождать не может? — В чем проблема? Я не в Канаду еду за сладким, — фыркнул раздраженно кузен, из-за чего теперь на их бытовой разговор обратили внимание все остальные. — Проблема в том, что звонил детектив Каморро и просил всех не покидать дом, у него есть для нас новости, — выпалила Агата, начав внимательно наблюдать за реакцией каждого. Не считая четы Нильсенов, абсолютно спокойным оставался только Фредерик, который продолжил играть в шахматы, лишь бегло окинув взглядом хозяйку поместья. Она не знала, хорошо это, или плохо. Фредерик ни разу за все это время не вступал в конфликтные темы, был молчаливым наблюдателем, в отличие от дядюшки Чарльза. После всего, что произошло, её отношение к Чарльзу слишком необъективно, потому ей сложно сказать, что он не виноват. Может, она отчаянно хотела верить в то, что именно он убийца, ведь, черт возьми, у него были мотивы. Её бизнес, её деньги. Он всегда был лишь тенью за худой Аннет со стальным характером. Данте и Элиза? Нет, она сама слышала, как в кафе Элиза говорила, что они в тот вечер были заняты с Данте. Как трахались в момент, когда убивали тетушку, и как виновато чувствует себя Элиза за это. Но, что если это тоже ложь? Хотя, им незачем было тогда скрывать и врать об их ночи, когда они находились в кафе. Да и Данте не скрывал, что они были в городе в тот день… Нет, вряд ли. Данте слишком добр, а Элиза… Она просто Элиза. Она не способна даже мышек убить, постоянно сдавала их в зоомагазин, когда Марта находила их дома. Убить родную тетю? Не в этой жизни точно… — Нет, Данте, сиди на месте, раз так сказали! Агата хлопает глазами несколько раз, возвращаясь в реальность, и смотря на брата. Данте стоит возле двери, а перед ним Александр, пока Чарльз активно запрещал выходить из дома. — Боже, да тут идти десять минут! Неужели я один хочу съесть торт, когда мы, наконец, узнаем, кто был убийцей? — возмутился Данте, но послушно скинул с себя куртку. — С чего ты взял, что мы узнаем, кто убийца? — спросил Фредерик, откинувшись на спинку дивана, пока Винсент в этот момент поставил шах и мат ему, что, кажется, Фредерика вообще не удивило. — Просто так вряд ли бы он пришел сюда и просил всех оставаться в доме, — пожала плечами Элиза, скрестив руки на груди. Пока все бурно начали обсуждать происходящее, Агата поднялась в свою комнату, чтобы побыть наедине со своими мыслями, ну, и не слушать всех остальных. Совсем скоро они узнают, кто убил тетушку, а внизу назревает скандал. Ей катастрофически нужна была тишина. Пройдя в комнату, Харрис открывает ящик со своими таблетками, но вместо ожидаемых лекарств была записка. «— Твою мать, только тебя еще не хватало!» — мысленно выругалась Агата, убирая телефон в карман брюк, и потянувшись к письму. ㅤㅤㅤㅤㅤ

«Ну, милая Агата, сыграем в последний раз? Хочешь найти меня раньше, чем я доберусь до тебя? Ох, я знаю, чего ты хочешь! Я тоже очень хочу нашей встречи, ведь она будет последней для одного из нас. Давай сыграем прятки по туннелям? Кто кого найдет раньше, тот и будет жить, иначе… Умрут все, кого ты любишь, милая Агата. ㅤㅤㅤㅤㅤНаша последняя игра началась. ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤТвой Серый Волк. »

Агата судорожно перечитывает текст несколько раз, и хоть весь ее здравый смысл кричал о том, что сейчас самое время просто бездействовать, настоящее любопытство с перемешанной злостью и мучениями, что ей пришлось пройти… Агата не могла бездействовать. Не хотела. Выйдя бесшумно из комнаты, она прихватила с собой клюшку для гольфа, и зашла в комнату Данте. Здесь был кратчайший путь к туннелям, где она вот-вот встретится лицом к лицу с Волком…