Relax me

Познакомились они на работе. Когда в один, не предвещающий ничего интересного день, таец пришёл в салон по объявлению на должность массажиста. Если спросить Ли, видел ли он кого-то необычнее этого молоденького парнишки, он с уверенностью ответит — нет. Юноша вошёл в его жизнь случайно, но изменил её. Увидев парня впервые, Тэён вряд ли мог представить, что их может связывать что-то кроме рабочих отношений, но чем дальше им приходилось видеться, тем чаще администратор замечал за собой, что его тянет к брюнету не просто как к коллеге или приятелю. Может это и странно или сумасшествие даже думать о таких отношениях — Администратор массажного салона и мастер... Один продвигает второго на программы, можно сказать продаёт его, пока второму приходится прикасаться к другим... Не сказать, что красноволосый не ревновал, пусть даже мастер пока и не был его. В моменты, когда администратор слышал мелодичный смех Читтапона посвященный не ему, когда думал о происходящем за дверью... Представлял как его возлюбленного могут трогать другие мужчины, но не Ли, и что брюнет трогает их, а не его. Это раздражало, но кореец понимал, что эта влюбленность лишь его проблема и никто не заставлял западать на парня, работающего в такой сфере. А отменить уже ничего было нельзя. С работы уходить не хотелось, хотя бы потому, что терять возможность смотреть на блеск тёмных глаз, пропадая в нём с головой стало его отдушиной и, быть может, радостью жизни. В моменты, когда не было гостей, и парни, находящиеся в салоне могли заниматься своими делами, Тэён не упускал возможности провести побольше времени с предметом воздыхания, — не важно одни они были или их окружали коллеги. Читтапон, конечно, замечал на себе чужой взгляд не раз, и когда их глаза пересекались, щеки администратора становились такими же красными как и волосы. Это забавляло. Тэн, как его звали на работе, всегда знал себе цену. На выборах мастера, что пойдёт на программу он всегда старался выделиться: к примеру выходил в сетчатом боди с открытыми плечами. Вещь открывала вид на проколотые соски, но интригующе закрывала плотной тканью зону ниже пупка, подчеркивала округлости. Чёрные, отдающие синевой волосы были пострижены под удлинённое каре и ему очень шло. Таец любил внимание к себе, восхищенные взгляды, чувство превосходства в плане внешности над другими парнями в салоне, он даже не был против зависти, что так же радовала и поднимала и так не низкую самооценку. В каком-то плане парень чувствовал себя актёром. Работа была его своеобразным перфомансом, в котором он мог рассказывать о себе легенды, примерять откровенные наряды и отыгрывать образы. Ничего не мог поделать с этой любовью к перевоплощениям. Даже если истории, которые он придумывал, могли совершенно не относиться к нему настоящему, он заставлял верить. Верить и восхищаться, а иногда и подчиняться своей воле; он имел влияние и знал, что и как сказать, чтобы играть не просто так. Стоило какому-то пришедшему мужчине поверить в отыгранный для него образ, и он хотел видеть представление и дальше, даже не догадываясь, что его водят за нос, и готов был платить, и платить много. Так что, денег у юноши всегда было в достатке. Красноволосый же не был слеп. Он видел как массажист играет: с гостями, с начальством в хорошего мальчика, с коллегами в дружелюбного простого парнишку, да и с ним... И может Ли, как единственному, кто видит абсолютно все эти роли, хотелось быть тем, с кем будут честным. Он не желал открыть чужую личность перед всеми или же нагло сорвать маску с чужого лица, но мечтал быть тем счастливчиком, получившим согласие, чтобы аккуратно снять эту маску и оставить увиденное сокровенной тайной. Ему не хотелось увидеть тайца обнажившимся в прямом смысле настолько сильно, как обнажившим свою прекрасную истинную сущность и только ему, только Тэёну. Ли так долго наблюдал за ним, что мог догадаться какую наигранную фразу он скажет следующей, иногда ему казалось, что он ведёт себя как сталкер, осознавал, что это странно, но разными способами оправдывал себя. Он вёл внутреннюю борьбу с самим собой и проигрывал, подчиняясь странному желанию смотреть, изучать, приглядывать, добраться до истины. Почему-то его не отторгала чужая в каком-то плане лживость, — наоборот она и её обладатель только интересовали, и чем дальше Тэён запоминал чужие ужимки, тем больше это поджигало интерес. Иногда он хотел специально подстроить ситуацию и выбить брюнета из колеи, но, будучи преданным своим чувствам, не решался ни подставить, ни причинить неудобства, ни выбить из душевного равновесия. "Если это приносит ему удовольствие, пусть наслаждается, а я подожду, когда всё откроется само" — думал кореец. Так, прождав не один месяц, ожидая когда же таец допустит ошибку в своей игре, красноволосому случайно повезло. Один субботний день. Мастера мирно спят в комнатах, отдыхая после тяжелой трудовой ночи. Тэён считает кассу, чтобы написать отчёт о прошедшей смене, что вот-вот должна закончиться. Звонок в дверь. Ли будит мастеров и идёт открывать нежданному гостю. — Здравствуйте, проходите, — с натянутой улыбкой приветствует администратор. Жирный, лысый, с неприятным запахом изо рта, скупой, — мужчина не нравится парню с самого начала. Тот тупым взглядом осматривал страницы, долго распрашивая о прейскуранте, заставив красноволосого разжёвывать каждую программу, и в итоге выбрав самую дешёвую с таким видом будто делает одолжение. — Я позову мальчиков, а вы пока еще посмотрите, — с этими словами администратор ненадолго отошёл, чтобы поторопить парней. — Все готовы? — спросил Ли, подойдя к комнате мастеров и оглядывая каждого, проверяя внешний вид, отмечая про себя, что все успели собраться. — Да, — ответил один из массажистов. — Мужчина противный, сразу вам говорю, так что будьте аккуратны и если что, — кричите, все поняли? Тэён подошёл к Читтапону распускавшему удивительно гладкие волосы: — Возможно, он выберет тебя, пожалуйста, будь осторожен, — Тэн был удивлён, хоть он и догадывался о чужой симпатии, но предположить, что с виду скромный админ может вот так подойти к нему при всех, было, мягко говоря, неожиданно. — Посмотрим мастеров? — спросил он мужчину, на что получил лишь кивок, — на него даже не посмотрели. Парни, немного сонные, но всё ещё красивые, один за другим выходили из-за ширмы, представлялись и мило улыбались, вставая в ряд. Пухлым пальцем мужчина указал на Тэна, что даже не смотрел на него. — Вот этот, с бабской стрижкой сойдёт, — таец глянул на гостя прожигающим взглядом, и ушёл готовить комнату. — Читтапон, всё хорошо? — волнуясь, но не выдавая себя, спросил Тэён. — Да, конечно, всё в порядке, — юноша повернулся и ответил с дежурной улыбкой. — Провожаю гостя? — Да, всё готово.