Призрачное геройство.

Лампа в уборной комнате, как всегда мерцала, отдавая противным желтовато-зелёным бедным светом, сквозь приоткрытое окошко, слышался гомон ребят, спешивших поскорее попасть домой, после тяжёлого учебного дня.   Изуку лежал у стенки, на грязном полу уборной, смотря потухшим взглядом в пустоту. Тело сильно болело, будто его переехал многотонный грузовик на полной скорости, так что встать сразу не получилось и пошатнувшись, Изуку чуть снова не упал. Кости неприятно ломили и ныли, отдавая волнами боли по всему телу, после взбучки с блондином со взрывным характером. Каччан как обычно наговорил всяких гадостей, оскорблений и унизительных фраз, которые он не скоро забудет, но Изуку уже не было до этого дела. Несколько недель назад, он встретил своего кумира, того кого почитал больше всего на свете, в кого верил всем сердцем… и разочаровался в себе окончательно.   " — Может ли кто-то, кто не имеет причуды, стать героем?! — Изуку ждал, затаив дыхание, что скажет его идол, тот кто может изменить всю его жизнь… — нет. — ответил всемогущий герой и хрупкие мечты Деку рухнули, как карточный домик, сдутый сильным ветром.» — нет. — повторил Изуку. В тот день Каччан оказался в ловушке, его схватил жидкий злодей, и как и ожидалось, в самый последний момент пришёл герой номер 1, спасая его однокласника. С того дня Каччан стал невыносимо высокомерен и ещё более агрессивным. "  — хотя… Если уж тебе так хочется стать героем, есть предложение! Помолись, что бы в следующей жизни родиться с хорошей причудой, — и шагни с крыши в светлое будущее!» -… Шагнуть в будущее… — Деку резко поднялся, от чего перед глазами поплыли тёмные круги, а боль молнией прошила спину. Он точно знал, что Кацуки сейчас на заднем дворе со своими друзьями и если он заберётся на крышу, он его точно увидит. Да. Увидит и наконец оставит в покое.   Нет в сердце больше страха, нет больше надежд и светлой мечты, которая грела его душу все это время, спасала от саморазрушающих, убийственных мыслей. Есть только тупая режущая боль от которой хочется избавиться раз и навсегда. Изуку поднимаясь по лестнице, перебрался сквозь железную решётку, преграждавшая путь и поднявшись к двери, ведущей на крышу, открыл её. Та со скрипом и с тяжёлым трудом поддалась и выйдя на крышу, Изуку подошёл к сетке, загорождающая кайму крыши.   — а вот и ты… — прямо перед ним, как и предполадал Мидория, на заднем дворе со своими друзьями Каччан о чем-то болтал. Он был как на ладони и Мидория от этого немного усмехнулся.   Взобравшись на сеточную огородку, Мидория встал на неё и плохо сохраняя равновесие, закричал что есть мочи. Этот горесный, полный отчаянья крик услышали все, находившиеся перед школой. На Изуку устремились взгляды тех немногочисленных старшеклассников, задержавшихся после школы. Изуку грустно улыбнулся и скинул в низ свою тетрадь для анализа героев номер 13.   — она мне больше не нужна Каччан. — тихо прошептал Изуку. Он заметил как Бакугоу что-то насмешливо кричит ему.   — это уже не важно… — он улыбнулся изо всех сил, стараясь даже сейчас походить на героя… Героя, который не смог его спасти. Мидория сделал шаг вперёд и ощутив пустоту, наконец почувствовал испуг. Внизу послышалось испуганные возглясы. Его страх длился недолго и через несколько мгновений, не осталось ничего кроме ужасающей, всепоглощающей боли. Изуку сдавленно прохрипел, чувствуя как железный привкус появляется на губах. Где-то визжали девчонки, но у Изуку в голове стоял, такой звон, что он не слышал ничего. Перед мутным взором резкой вспышкой возник силуэт Кацуки. Он что-то кричал, что-то говорил, но Изуку не слышал. Он только сдавленно сипел и хрипел, заливаясь в предсмертных словах. Он хотел попрощаться, но все, взуки, свет перед глазами, запахи, вкус, исчезали с невероятной скоростью, но Мидория не боялся, чувствуя лишь спокойствие, безопасность и удовлетвлрение. — вызовите кто-нибудь блять скорую! — Бакугоу первый подбежал к хрупкому телу, из-под которого стремительно вытекала багровая кровь, пачкая собой асфальт. Кацуки чуть не вырвало от взгляда на выпирающие сквозь порванную кожу и одежду сломанные кости и ничего не выражающее лицо.   — Деку! Деку!… Сраный ты задрот, ты какого хуя вытворяешь, кусок дебила?! — кричал на Изуку, Кацуки. Он приподнял Изуку и чуть оттащил на траву. — блять, держись!..   Кацуки перепачкал свои руки почти полностью в крови. Деку сдавленно хрипел и где-то в горле раздавался противный булькающий гортанный звук, будто бы он пытался сказать, но захлебывался в собственной крови.   — твою ж мать, ты придурок! — Кацуки кричал на зеленоволосого от испуга и всепоглощающего наростающего страха.   Изуку попытался что-то сказать, пошевелиться, но внезапно, в глазах потух полыхающий надеждой огонёк и Изуку перестал двигаться.   — Деку… Стеклянные глаза лишь смотрят в пустоту.   — задрот! И без того тёмная форма, чернеет от багровой крови, растекающейся по траве.   — Изуку! Всё звал Кацуки, будто надеясь, что зеленоволосый тут же откроет глаза и все станет нормально. Кацуки на него накричит, у Изуку будет всего несколько переломов и провалявшись пару недель в больнице он поправится… Правда же?   -… СУКА — прорычал Бакуго поднимая Мидорию за шиворот и тряся обмякшее тело. Голова Мидории, некрасиво закатилась назад и легонько безвольно покачивалась из стороны в сторону. Кацуки почувствовал, что его оттаскивают и тот не сопротивляясь отошел. Бакуго уже жалел о всем о чем только можно: что он избивал Мидорию, доводил его…   «я же довёл человека до суицида…» — пулей пронеслось в голове Кацуки и блондин даже опешал.   С того момента прошёл год. Никто так и не и узнал по какой причине Изуку Мидория, хорошист имевший мечту, стать героем, покончил с собой, по этому, для всех это казалось неожиданностью. Даже для Кацуки, который знал истинную причину. С того момента Бакуго не потерял желание быть героем, скорее оно даже увеличилось.   «быть героем… Таким, что бы больше никто не умер.» — твёрдо решил про себя Кацуки. Его мучали кошмары и каждый раз в этих кошмарах был Мидория. Бакуго почему-то думал, что таким образом он ему мстит, и даже не смотря на то, что чувствовал жалость к несчастному, все ещё его ненавидел, хотя и не так сильно и яро как раньше.   Перед глазами возникла тонкая, прозрачная фигурка и вид на школьную площадку. Кто-то крепко, мёртвой, железной хваткой сжимал его руку. Повернув голову, Бакуго чуть не свалился с крыши видя перед собой Мидорию. Его бледные, мертвенно белые прозрачные глаза тупо смотрели в перед, потеряв всякий запал и хоть что-то отдалённо похожее на жизненный огонёк. На веках и губах висели прозрачные нитки, разорванные пополам и когда-то тщательно зашиваемые бальзамировщиком. Гладкие белые, чуть разбухшие щеки, сквозь бледную, почти прозрачную кожу которых просвечивали вены, тонкой сеткой оплетающие лицо мальчика, отвратительно слчетались со всем образом Изуку, в строгом чёрном пиджаке.   — давай прыгнем вместе? — Мидория растянулся в улыбке. — нет, пошёл нахуй, гребаный ублюдок! — выкрикнул Кацуки делая шаг назад и пытаясь слезть с сетки вниз, в безопасность, но тело презательски не шевелилось.   — я так счастлив, что ты согласился. — тихо сказал мертвец, делая шаг с крыши и утягивая за собой Бакуго.   — НЕТ! СУКА СТОЙ, Я НЕ ХОЧУ! — кричал Кацуки, пытаясь зацепиться, использовать причуду или хотя бы замедлить падение, но тело отказывались двигаться и оствавалось лишь крепче сжимать руку мертвеца.   Труп Изуку заливался смехом, и наконец почувствуя столкновение Бакуго со вскриком открыл глаза, судорожно глотая ртом воздух, чувствуя как он жёстко режет пересохшее горло. Кацуки свалился с постели и отойдя от своего оцепенения, Бакуго встал и продолжая легонько дрожать, вышел в коридор, направляясь на кухню. На счастье Бакуго, он никого не разбудил и попив воды, направился обратно в комнату. Лёжа на кровати, Бакуго перебирал в своих воспоминаниях тот самый момент, когда Изуку кричал стоя на крыше. — тебе приснился страшный сон? — раздался на другой стороне кровати раздражающе спокойный голос.   -…   — тебе так часто снятся плохие сны… Хах, что такого может напугать самого Кацуки Бакуго? — решил отшутиться говорящий.   — заткнись ради бога.   — извини. — потупился собеседник, видя как Бакуго повернулся на бок и накрылся с головой одеялом.   — так и… Что тебе снилось?   — завали я сказал! — шёпотом прикрикнул Бакуго на лежащего рядом.   — Каччан… Ты же понимаешь, что я не могу оставить это просто так.   Повернувшись, Бакуго вновь увидел изломанную хрупкую фигурку, бесшумно парившую над постелью. Сердце болезненно сжалось и Кацуки еджа сдержался что бы не отвернуться, что бы не смотреть на застывшего во времени несчастного школьника.   — что тебе ещё от меня нужно? Я помогал со следствием, с похоронами… Я поддерживаю твою мать как могу, прекрати меня преследовать!   — мы же оба знаем, что этого недостаточно Каччан. — призрак повернул голову в сторону Кацуки и уставился на него.   Бакуго пробрало до мурашек и в который раз он испугался этого взгляда.   — так скажи, что тебе от меня нужно!   -… Каччан… — призрак отвернулся, тихо вздохнув. — Каччан, я хочу что бы люди знали, кто меня убил.   Бакуго так и застыл как порожённый молнией. В его голове мигом вспыхнуло возмущение и злость и Бакуго в который раз пожалел, что не может избить духа. Эти слова настолько сильно разозлили Кацуки что тот встал и оскалился, как дикое животное готовое разорвать горло своему врагу.   — Я НЕ УБИВАЛ ТЕБЯ! — прорычал Кацуки в ответ на такую, как ему казалось, наглость.   — ты довёл меня до этого.   — ты сам полез на крышу!.. — только и успел выпалить Кацуки, как его сковал леденящий ужас, потому что Изуку приблизился вплотную, так, что можно было бы почувствовать его дыхание, если бы оно было.   — не лги самому себе Бакуго. — Мидория резко звал блондина по фамилии и такое обращение значило только то, что Изуку очень зол. — ты можешь верить в свои слова сколько угодно, кормить себя ложью, но я заставлю тебя это сделать Бакуго. — мёртвые руки докоснулись до щёк застолбеннвшего Кацуки, перестав просвечивать и обретя материальность. — я заставлю тебя заплатить за мою смерть.   Тут уже Кацуки не выдержал. Всё было как во сне, только ещё хуже, так как Изуку не исчезнет как только он зажмурится. Взяв себя в руки, Бакуго развернулся и открыв дверь, побежал по коридору, ко входной двери и не останавливаясь, схватив куртку отца, открыл дверь и вышел на улицу. Было ещё так рано… 5 часов утра… Кацуки мог бы ещё поспать перед школой, но Изуку и дурацкий кошмар с ним же в главной роли, показали ему средний палец. Бакуго, решил потренироваться на одной из спортивных площадок. Да, это отлично выбивадо дурь из головы и прибежав на площадку, Бакуго занялся своей тренировкой. Мышцы болезненно отозвались в плечах и животе, оповещая о том, что следует передохнуть, но Бакуго не останавливался. Он знал что за его спиной стоит дух, безмолвно наблюдая за тем, как блондин себя изматывает. Наконец упав на землю, не в силах продолжать Кацуки тихо заговорил между отдышками.   — я никого не убивал.   Изуку молча смотрел на бывшего друга и наверное думал о чем-то своём, призрачном.   — я никого… Не убивал…   — идём домой. — Изуку тихо присел на корточки перед Кацуки. — прости я не хотел тебя напугать.   — напугать, меня?! — вспылил сильнее Бакуго — тебя вообще не должно тут быть! Лети на свои ебучие небеса и отъебись от меня! — Бакуго опустил взгляд — я тебя так ненавижу…   — я знаю Каччан. — с болью посмотрел призрак. — пошли домой, скоро начнётся дождь.   — завали пасть! — Кацуки ударил сквозь Изуку пару раз. — как же ты раздражаешь…   -… Каччан. Пожалуйста, идём.   Остановившись, Бакуго ударил сквозь лицо и все же нехотя поплелся домой.