Экспериментальный Модуль Активного Тестирования Разработок на Предмет Незначительных Летальных Исходов

Я лечу в бескрайнем пространстве, заполненном лишь звездами. Непонятно, где верх или низ, как ориентироваться во всем этом. Падаю я, или лечу? Непонятно. Впрочем, сейчас мне это и не важно. Просто смотрю на эту картину, не пытаясь её сделать понятной. Зачем разрушать неожиданность, что делает всё таким? Но кажется в этот раз сам мир хочет, чтобы его познали. Я поднимаюсь, осознавая, что всё это время вовсе не двигалась, а просто лежала на холодной земле, уставившись в небо. Луна безразлично смотрит на меня так же, как смотрела на многих других людей. Я не особая для нее. Впрочем, и не стремлюсь к этому. Необязательно быть особенной в глазах кого-то, чтобы говорить с ним. — Прошло уже много времени. Я поменялась. — Тихо говорю я, бессмысленно зашагав вперед. — На самом деле не особо. — Отвечаю я себе же, вздохнув. — Почему? — Потому что ты застывшее фото. Тебя вовсе быть не должно, но ты есть. И чтобы ты ничего не испортила, у тебя отобрали возможность меняться. — О, ты так думаешь? А какой у тебя на это взгляд, Луна? — Я посмотрела на светило. Оно молчало. — Видишь, она с тобой несогласна! — Она молчит. — Неправда. — О чем я и говорю. — Подхожу к крупному сооружению, немного поколебавшись открывая дверь. — Ты делаешь вид, будто с тобой всё говорит. Но на деле всё тебя игнорирует. Ты ведешь себя так, будто слышишь всё, но не слышишь ничего. — И кому от этого лучше? — Подхожу к зеркалу, недоуменно разглядывая себя. Я молчу. — Ну, может и так. Подхожу к портальной стене, нажимая на кнопку после чего открывается проход в лечебницу. В палате ничего не поменялось. Моего отсутствия наверно тоже не заметили. Когда-нибудь я исчезну так навсегда. Но не сейчас. Наблюдаю за тем, как портал постепенно превращается в окно, присаживаясь на кровать. Вздохнув, продеваю руки и ноги в тщательно затянутые санитаркой ранее петли на каждом угле кровати, из которых я без какого-либо труда выбралась. Если они узнают, что я могу высвободиться, придумают чего похуже. И всё как раз вовремя: в комнату заходит пожилая женщина, что-то бурчащая себе под нос. У нее в руках ножовка и больше ничего. — Ты хорошо себя чувствуешь? — Заботливо спрашивает она, укладывая полотно на мой лоб и начиная пилить поперек, как бы открывая мою голову. Глаза застилает кровью. — Да, мне уже лучше. Спасибо. — Замечаю кое-что странное. — Извините, а куда делась Стелла? — Её забрали родители. Она не попрощалась? — Санитарка недоуменно посмотрела на меня и продолжила пилить. — Впрочем, это и не удивительно. Ведь ты же убила её. — Это был несчастный случай, не более того! — Даже если так, она мертва. И не думаю, что кому-нибудь есть дело до причин и обстоятельств. — Я хочу умереть. — Шепчу, тихо заплакав. — Это скоро пройдет. — Она сделала последний надрез и вытащила мозг из черепа, после чего стала резать его кубиками. — Я не хочу, чтобы это проходило. Я хочу умереть. — Замечаю, что окно снова стало мерцать. Так невовремя… Резко освобождаю конечности, стремясь к нему. — Эй, куда ты пошла, несносная девчонка?! — Женщина, резко бросив инструмент, попыталась поймать меня за шиворот, но я уже была далеко. — О, привет Анют. — Незнакомое создание доброжелательно улыбается мне. — Ты вернулась? И вдруг я понимаю, что этого не должно быть. Резко просыпаюсь, озираясь вокруг. Свет погашен, лишь огонек привязанной к тумбочке Тури горит в темноте. За две прошедшие недели мы с Элис сильно изменили ее конструкцию. Теперь она напоминает воздушный шарик, управляемый несколькими вентиляторами, к которому прикреплено устройство для выстреливания пуль. Пока правда не получилось настроить ее управление, поэтому она привязана к одному месту, что бы не улетала. Воспоминание об этом возвращает в реальность. Трогаю свою голову, не замечая ничего странного кроме тех твердых штук на затылке, которые мне сказали не трогать. Всё хорошо. Сама Элис сейчас сидит на стуле, заряжаясь. Выждав, хлопаю в ладоши, после чего ее глаза мигают, сигнализируя о том, что всё нормально, но не пробуждая. Это была моя идея, сделать такой механизм. Пришлось правда пообещать, что после проверок я не буду вставать с кровати. Спать не хочется, равно как и прерывать зарядку подруги. Сажусь на кровать, подкладывая за спину подушку, зажигаю светильник и достаю блокнот с карандашом. Элис как-то сказала, что свободное время лучше всего занимать или чтением, или рисованием. Читать мне не хочется. Кусаю заднюю часть пишущей принадлежности, думая что бы мне нарисовать. На тумбочке под Тури уже лежит небольшая пачка недавно нарисованных рисунков. «Что ж, начнем с того, что я уже делала…» — Шепчу я, всё еще не способная отвыкнуть говорить мысли вслух. Беру стопку и один за другим рассматриваю рисунки: Изображение ночного и утреннего неба. Эскиз новой версии Тури. Мисс ГЛэДОС, наблюдающая по камерам за каким-то тестом. Я, Элис и мисс ГЛэДОС стоим около выхода на поверхность, держась за руки (Элис почему-то немного смеялась, глядя на эту картину). Тени, туманом заполняющие весь лист, сквозь которые видно красный смайлик. Хм, а где же модули? Странно, что я ни разу их не рисовала. Немного подумав, просто для примерки рисую кружок. Сверху и снизу которого креплю к нему по половинке трапеции. Внутри кружка добавляю круг, два полукруга и беру голубой… Нет, зеленый маркер, закрашивая глаз. Корпус крашу серым. Вот и Кайл, «Модуль доработки»! Полного названия не помню. Именно он организовал помощь в сохранении моей жизни, когда меня забросило в подсобку, а потом еще и люди вдруг исчезли. Потом правда его перевели на другую работу, ведь новопришедшая мисс ГЛэДОС не видела в перепроверке самих по себе камер смысла… Интересно, как он там без меня? Он всегда был такой добрый. Почти как Элис. Вспоминаю другого доброжелательного модуля. Модуль отладки, который говорил, что у него нет имени. Его глаз был фиолетовым. У него на боку было что-то вроде руки, с разъемом на конце, которым он подключался к разным штукам. Он был гибким, а сама конечность свободно двигалась в нескольких местах. Было бы интересно посмотреть на него теперь, с теми знаниями по механике что мне дала Элис… Но пока просто рисую ломаную линию, идущую от бока робота, на конце которой желтый контакт. Во время инцидента, именно он помог Кайлу принести мне бутылку воды, уж не знаю где они могли ее найти. Следующий модуль — это конечно Глэр, настоящий Модуль безопасности. Её глаз красный. Мне она не нравилась, но именно она сообщила мисс ГЛэДОС о том, где находится исчезнувший «модуль активного тестирования разработок на предмет незначительных летальных исходов». Тогда же и выяснилось, что этим модулем является обычный человек, я. Этим закончилась неделя голода в потемках. — Доброе утро. — Вдруг слышу я голос Элис, что снимает штекер зарядки и подходит ко мне. — Что рисуешь? — Привет! — Улыбаюсь, посмотрев на андроида. Рисую вокруг модулей несколько красных и черных сердечек для красоты и показываю картину подруге. — Это мои друзья. Помнишь я как-то упоминала про них? — А, модули персональности переделанные под задачи тестирования? — Она задумчиво хмыкнула. — Хах, а ведь я тоже когда-то таким могла стать. — Да, помню ты говорила. — С интересом смотрю на андроида. — А почему модули «пер-сональ-ности»? Впервые слышу такое название. — Ну, изначально модули такого типа были разработаны как… Сдерживающий фактор ИИ. За счет добавления к нему других личностей, уравновешивающих или характеризующих определенные качества. — Она замялась, кажется, пожалев, что начала эту тему. — Ну, знаешь, например совесть будет личностью, вслух анализирующей твои поступки с точки зрения морали. Или вот Уитли – модуль смягчения интеллекта. Был предназначен для того, чтобы потоком глупых идей и решений отвлекать от деструктивных мыслей. Хотя получилось, конечно, что получилось. — Она попыталась хихикнуть, но вдруг дернулась как от удара током. — В-впрочем это не так неважно. — Её глаза мигнули красным, но больше ничего не произошло. — Ого… Я бы не хотела, чтобы меня контролировали с помощью присоединения личностей что будут играть роль эмоций. — Поежилась. — Никто бы не хотел. Более того, это оказалось малоэффективным вариантом. Потому что мы понимаем концепцию игнорирования. — Она достала из тумбочки таблетки. — А еще, ты опять не выпила. — Извини, забыла. — Достаю лекарство и глотаю, запивая водой. — А можешь побольше рассказать про своих друзей, пожалуйста? — Она показала на модуль отладки. — Например вот про него. — Ну, я называла его Отладчик. Он пользовался своими компьютерными способностями, чтобы смотреть программу устройств и понимать, что с ними не так. — Показала на «руку». — Вот с помощью этой штуки он подключался к электронике. — Он говорил, что это как работа психиатра, только очень эффективная. Если бы я была андроидом он мог бы починить мой разум без особых усилий, подключившись и обнаружив что не так. — Хм, довольно интересная интерпретация процесса отладки. — Кажется, она хотела сказать что-то еще, но передумала. — А это кто? — Спрашивает андроид, показывая на красноглазый модуль. — А это Глэр. — Неловко говорю я, по привычке оглядываясь по сторонам. У неё всегда была неприятная манера появляться в момент, когда о ней говорят. — Она модуль безопасности. Не который я, а который, ну, буквально так и называется. — Вы работали вместе? — Элис с интересом посмотрела на меня. Кажется ее очень интересовала возможность того, что я с кем-то общалась в прошлом. — Не совсем. На самом деле скорее даже наоборот. — Покраснела. — Она страшная зануда и очень придирчивая, поэтому, когда начинался её этап проверки я старалась пораньше уйти в другую камеру испытаний. Её работа — выявлять недостатки у устройств комплекса. Только если я ищу способы умереть, то она искала что-то менее опасное, но тоже вредящее. А еще разные неудобства и прочее. Иногда она наблюдала за мной со стороны, чтобы подметить то, о чем я молчу. — А ты о многом молчала? — Ну, я же была немой. Для разговора нужно было или писать или показывать жесты, а их не все ученые знали. Иногда записывала что-то, но не часто. Потому что для людей лучше быть травмированным, чем мертвым. — Пожала плечами. — А всякие неудобства я не замечала. Подумаешь, что-то в руке неудобно лежит или натирает, что-то немного обжигает. Это же можно терпеть. — То есть своей придирчивостью она дополняла твой анализ? — Да. Лучше и не скажешь. — Отвела взгляд в сторону. — Мне кажется, она меня не любила. Часто отмечала, что я человек, даже обиднее чем это умеет мисс ГЛэДОС, всегда называла меня по тому длиннющему полному названию проекта, порой отчитывала за нарушение какого-то протокола работы. Но она типа меня спасла. Поэтому она не плохая. Просто злюка. — Что ж, я рада что ты можешь быть непредвзятой. — Элис улыбнулась, погладив меня. — Раз по всем проходимся, то давай и про него расскажи. — Она показала на оставшегося. — О, это Кайл! — Улыбнулась, вспоминая добрый модуль. — Он наблюдал за моим тестированием вместо наблюдателей ученых, примечая все ошибки и опасности в конструкции камер. У него были силы как у ГЛэДОС, он мог по своему желанию двигать панели, меняя форму камеры, добавлять разные штуки типа кубов. — Прикрыла глаза, вспоминая личность. — Он был добрым, с радостью отвечал на немногие мной задаваемые вопросы. Работать с ним было хорошо, он часто что-то мне подсказывал, иногда упрощал камеру если я слишком долго не могла дойти до решения. А еще он тоже меня спас. Все эти трое меня спасли тогда. Кстати, ты не знаешь, почему меня забросило в подсобку? — Знаю. — Честно ответила Элис, посинев. — Но тебе пока рано узнавать всю эту историю. — Ладно… — Я просто вздохнула. Привыкла уже что, когда говорим о прошлом, многое будет сокрыто. Обида на все это сокрытие копилась, но пока что получалось это замалчивать. — Ох, а еще Кайла уволили вскоре после этого. Он говорил, что уйдет на какую-то другую работу, так как проверять сами испытательные камеры по мнению новой главы комплекса — это бессмысленная трата ресурсов. — Опустила голову. — Скучаешь по нему? — Она, отложив в сторону рисунок и крепко обняла меня. — По всем скучаю. Даже по Глэр. — Осторожно прижимаюсь к Элис, чувствуя уже привычное тепло в груди. — Мы мало общались, да. Но делали общую работу. — Это нормально, солнышко. — Она поглаживает меня. — Хочешь после завтрака организуем тебе с ними встречу? — А так разве можно? — Вдруг встрепенувшись, удивленно спрашиваю. — Ну, я же с Глэдос на ты. — Шепнула мне на ухо андроид, усмехнувшись и подмигнув. — Всё можно, солнышко. Но только после завтрака, хорошо? — Даже с Кайлом? — Даже с Кайлом. — Спасибо тебе большое! — Глаза заслезились, прижимаюсь к андроиду еще ближе, не в силах выразить всего, что чувствую. Мне было плохо, от того, что я не могу с кем-то увидеться. Я привыкла к тому, что такие чувства вызваны чьей-то смертью, поэтому и не надеялась, что однажды эту тоску можно будет вылечить иначе, чем просто забытьем. Но Элис просто берет и предлагает мне с ними поговорить. Потому что они живы. С ними всё хорошо. И андроид делает так постоянно. Она разрушает все мои ожидания, всё к чему я привыкла. Ждешь удара, а получаешь только хорошее. Иногда бывает строгой, иногда запрещает что-то делать. Но всегда всё основательно. Никогда не чувствовала себя такой важной, такой любимой, такой значимой. Это слишком хорошо. За это можно вытерпеть все неудобства, все эти секреты. Прием пищи прошел как-то сам собой, за пустым разговором про улучшение Тури. Что-то про аэродинамику, архимедовы силы и математику. Слушаю подругу в пол уха, находясь мыслями где-то далеко. Думаю о модулях, о тестах и своих неудачах. О том, как я отчаянно пыталась умереть с самого прихода сюда. Таким странным всё кажется. Теперь больше знаю и по-другому стала смотреть на всё… — Ань, твоя ложка уже пол минуты как аннигилировала. — Усмехнувшись, говорит Элис. — Ась? — Недоуменно фокусирую взгляд, замечая, как помешиваю уже несуществующую смесь в несуществующей миске. — Ой. Спасибо. — Смущенно складываю руки вместе. — Так не терпится? — На лице андроида улыбка. Она всегда любит делать мне приятно. — Ага. — Покраснела, глотнув воды напоследок и наконец вставая. — Они сейчас заняты? — Сугубо говоря, времени отдыха у них нет, солнышко. Он им не необходим. — Подошла к портальной стенке. — Так что считай ты устраиваешь им перерыв. — А я не мешаю? — Обеспокоенно спрашиваю, приближаясь к машине. Беру её за руку. — Ну, скажем так. Кому-кому, а вот ему ты точно не помешаешь. — Она улыбнулась, касаясь ладонью края устройства, делающего портал. Слышится щелчок и в следующую секунду на стене образуется дыра. По ту сторону видно какое-то тускло освещенное помещение, в котором находится много электроники. Разные датчики, экраны, устройства, всё это пищит, гудит, шуршит. А над всем этим, на монорельсе висит знакомый модуль, что-то делая. — Кайл! — Вдруг не сдержавшись вскрикиваю, впереди Элис забегая внутрь. По ходу спотыкаюсь, но андроид ловко ловит меня за шиворот, заходя следом. — Аня, мы же-… А, ладно. — Кажется ей самой совсем не хотелось сейчас ругаться, так что она просто отошла в сторону, не мешая. — Ох, привет Аня. — Здоровается друг, как обычно называя меня по сокращенному имени. Лишь две личности в комплексе так меня называют — Кайл и Элис. — Ты… В порядке? — Его голос звучит как-то устало и напряженно. Он опускается пониже, внимательно осматривая меня. — Да, всё хорошо! — С трудом выдохнув, говорю я. Будто с призраком говорю. — Т-теперь все точно хорошо. Я умею говорить, представляешь?! — Привстаю на корточки, приобняв немного похожий на голову корпус. — Да, я заметил это. Рад за тебя. — Веки его чуть расслабились, больше раскрывшись. — Я тоже рад тебя видеть, Ань. — Его нижняя ручка чуть опустилась, коснувшись моей макушки. Почему-то вопреки его словам, чувствовалось что ему грустно. — Как ты тут? Сложная работа? — Отпуская его, спрашиваю, присаживаясь на пол. — Скажем так, ничего невозможного не поручают. — С обычным для роботов сарказмом говорит он, издав смешок. Его взгляд всё так же был устремлен в одну точку на моем теле. — А как ты сама? Как твои суицидальные наклонности? — Ох, ну, я сейчас не работаю как раньше. — Неловко отвечаю, думая, как бы сказать помягче. Не хочется усиливать его беспокойства. — Я получила серьезную травму. Серьезнее, чем обычно получаю. Так что теперь я на бессрочном больничном. — Натянуто улыбнувшись, говорю, найдя выход. — А на счет наклонностей, пока правда просто не знаю. Я устала к этому идти, а еще теперь чувствую себя перед кем-то обязанной. И Элис так много рассказывает, что это забывается... В последний раз я попыталась себя убить, когда на больничной койке лежала, поломав аппарат жизнеобеспечения. — А это разве не простая бессмысленная смерть? — С легким подозрением говорит он, явно вспоминая наши прошлые диалоги на эту тему. — Ох, все ты разведаешь… — Вздохнула. — Умерла я, Кайл. — Умерла? — Ошарашенно спрашивает модуль, внезапно гневно надвинувшись на Элис. — Вы что, оцифровали ребенка?! — Никто никого не оцифровывал, успокойся. — Безэмоционально ответил андроид, отодвинув модуль от себя. — Оцифровали? Это как? — Недоуменно смотрю на них обоих. Слово знакомое, но вспоминается только недавно рассказанная Элис сказка. Какой-то термин программирования вроде. — Тебе еще рано это знать. — Синхронно говорят они, после чего Элис синеет, а Кайл смущенно отворачивается. — Кхм, то есть ну… — Неуверенно начинает подруга, понимая, что вызывает лишь больший интерес. — Это процесс переноса человеческой личности на компьютер. — Заканчивает за нее Кайл. — Ну, я просто уверен, что тебе бы не понравилось такое, поэтому возмутился. — А, нет. — Отвечаю я, сделав вид будто поняла. — Мне просто две трети тела пришлось удалить после случайного выстрела разогнанным кубом. Там из-за протеза руки были проблемы, ну и короче вот. Тогда я была под множеством лекарств и чувствовала себя ужасно, а это противоестественное воскрешение напугало. Нижняя часть меня больше не живая, самым логичным в тот момент показалось сделать неживой и верхнюю. — Господи боже, ты и руку потеряла? — Он вновь приблизился, осматривая все мои незакрытые одеждой части. А увидеть можно было немного, ведь сейчас я одета в черную рубашку с длинным рукавом и в брюки. — Сценарий Тесей-альфа? — Удивленно спрашивает модуль, глядя на смотрительницу. — Парфит-алеф. С некоторыми смелыми допущениями и упрощениями. — Уже немного недовольно отвечает Элис. — О чем вы говорите? — Окончательно перестав их понимать, спрашиваю опустив голову. — Фантастические сценарии действий в экстренных ситуациях. — Объяснила Элис. — Еще люди разрабатывали множество планов на будущее, с предположением что будут решены нынешние проблемы. В твоем случае было необходимо отключение иммунитета. Тесей-альфа содержит только это допущение, а Парфит-алеф предполагал не только отключение, но еще и замену естественного иммунитета искусственным. — Ловко. — Тихо заметил Кайл, приподнявшись и сразу заговорив. — Так значит ты теперь много времени проводишь с Элис, да? — Да, она хорошая! — Улыбаюсь, все еще пытаясь понять объяснение. Немного краснею. — Она помогает мне приходить в себя после травмы, обучает, смотрит чтобы я случайно не умерла, любит, говорит и рассказывает сказки. — О, это здорово, что у тебя появилась собеседница. — Уже чуть успокоившись говорит он, повернувшись к какой-то электронике сзади. — И в целом я рад, что ты живая и меняешь взгляды на жизнь, что жизнь твоя меняется в лучшую сторону. Могу лишь пожелать того, чтобы это продолжалось. — Он немного задумался и вдруг рядом со мной упал куб-компаньон. — У меня много работы, так что я не смогу часто с тобой видеться, извини. Прими его как подарок, чтобы не скучать. — Ох, Кайл… С-спасибо тебе большое! — Говорю я, чуть хриплым голосом и с удивлением глядя на эту блестящую мечту каждого ребенка в комплексе. Лучшего подарка и не придумаешь. На глазах выступают слезы, я вновь поднимаюсь, касаясь модуля руками и чуть прижимая к себе. В голову приходит идея. — Подожди, у меня тоже есть для тебя подарок. — Быстро заскакиваю в свою комнату и беру со стола рисунок, с которого начался сегодняшний день. Возвращаюсь и показываю его новому хозяину. — Вот. Это ты с ребятами. — О, это очень мило, Аня. — Добро говорит он, а Элис подходит и клеит рисунок на один из сегментов стены. Кажется, они могут говорить так, что я их не слышу. — Только вот, где настоящий модуль безопасности? — Усмехнувшись, спрашивает он, рассматривая листок. — Вот же Глэр-… А. — Покраснела, осознав. — Не знаю, я как-то даже не подумала себя нарисовать. — Ну ладно, в любом случае я и без образа на бумаге всегда буду помнить, кто нарисовал эту картину. — Если бы Кайл был человеком, на его лице точно была бы улыбка. Он вновь осторожно опустил нижнюю ручку мне на макушку, подвигав. — На этом пока стоит попрощаться, моя испытательница. Веди себя хорошо, ладно? — Да, конечно! —Вздохнув, ответно погладила модуль и немного с горечью отошла к порталу, с трудом подняв куб. — До свидания, Кайл. — Пока, Аня. Уже в комнате Элис взяла у меня куб, положив рядом с тумбочкой и подошла ко мне, сняв рубашку и осматривая. После этого она отошла к стене и добавила в список правил новое: «Не поднимать тяжести». Но я мало обращала на это внимание. Внутри было какое-то странное горестно-радостное чувство. Я присела рядом с кубом, прижавшись голой грудью к едва-едва теплой поверхности металла. Вспоминала модуль, который никогда не называл себя другом, но сам всегда был таковым, его помощь в испытаниях, всё что он делал и говорил. Лишь через несколько минут я встала, почувствовав теперь уже какое-то облегчение. Он жив, с ним всё нормально. Подхожу к Элис и беру её за руку. — Спасибо тебе большое. Ты лучшая. — Улыбнувшись, говорю я. — Дорогуша, всё что мне нужно это чтобы ты была счастлива. Не стоит благодарить меня. — Она надевает на меня рубашку и гладит по голове. — Что ж, тебя ждут еще двое старых знакомых. Ты не устала? Спать не хочешь? — Элис, я уже два дня стараюсь не засыпать после всего нескольких часов активности. — Немного обиженно говорю, вдруг как на зло зевая. — Или скорее уже два дня как заставляешь себя не спать, пока не вырубишься. — Ну Э-э-Элис! Я хочу их увидеть. — Хорошо. Но как мы вернемся, ляжешь спать, ясно? — Беспокойно спросила андроид, вновь подходя к портальной стенке и что-то с ней делая. — Хорошо. — Смотри мне. Вскоре открылся новый проход. Теперь уже помещение было больше похоже на стандартную тестовую камеру, только без испытуемого. Посреди нее на подставке лежало какое-то сложное устройство, с которым я раньше не сталкивалась, к нему был подключен контакт Отладчика. В сторонке на соседнем монорельсе стояла Глэр, придирчиво осматривая устройство и кажется раздражаясь, что оно слишком хорошее. Как раз в этот момент Элис берет меня за руку и заходит. — Привет ребят, вот и мы. — Улыбнувшись, говорит она. — Здравствуй модуль отладки, здравствуй Глэр. — Тихо вторю ей я. — Между прочим, — сразу подрывается с места Глэр, приближаясь ко мне. — Модуль активного тестирования разработок на предмет незначительных летальных исходов, моё название — Модуль безопасности. Здравствуй. — Недовольно бурчит она, оценивая меня взглядом. — Я слышала, тебе добавили протезов. Дай осмотреть. — Х-хорошо! — Немного испугавшись, покорно разделась, давая модулю всё увидеть. Еще с первого её появления поняла, что отказов она не принимает. — Кхм, Модуль безопасности, а у тебя в базе данных нет слова «пожалуйста»? — Возмущенно спрашивает Элис, глядя на мой испуг. — К твоему сведению, Человекоподобная Автономная Дисковая Операционная Система, я не обязана быть вежливой с равной по статусу. А вот что мы обязаны делать, это подчиняться приказам, направленным на поддержку и обслуживание. — Проговорила она, однако глянув в глаза Элис, вздрогнула. Зрачки андроида часто мерцали. — Н-но так уж и быть, если ты настаиваешь, я внесу уважительное к ней отношение в протокол. — Здорово. Спасибо. — Элис победоносно улыбнулась, игриво на меня посмотрев. — С-спасибо, Элис. — Смутившись, тихо благодарю я свою спасительницу. — Так. Во-первых, верхняя часть какая-то странная, в чем вообще смысл соединять две очевидно совершенно по-разному работающих системы? — С большой долей презрения начинает анализ Глэр, двигаясь вокруг меня настолько насколько ей позволял монорельс и подвижное крепление. — Во-вторых, точка соединения двух разнородных частей сделана просто отвратительно, я без разборки вижу, как это. В-третьих, отдел для введения новых реагентов есть, но адекватного механизма выведения отработанных продуктов нет, вы что каждый раз ее частично разбираете? В-четвертых, почему вычислительный блок почти не прикрыт и находится в таком уязвимом месте? Стоит испытуемому упасть на спину и велик шанс получения серьезных повреждений… — Она продолжала рассказывать о каждой проблеме моей конструкции, то и дело будто издеваясь и говоря, что этот проект вообще не следовало начинать, говоря, что самая слабая в нем часть — это я. Под конец я уже не сдерживаюсь и начинаю плакать. — Хей, Аня, ты в порядке? — Не давая модулю подвести итог, спрашивает Элис, накидывая мне рубашку на плечи и обнимая. — Холодно? — Д-да, все хорошо. И правду прохладно. — Пытаюсь проглотить комок в горле. Глэр на фоне выглядит очень даже довольной, снова отходя к устройству, код которого правил отладчик. — Тогда давай одевайся. Все хорошо солнышко, ты у нас самая лучшая. Просто твое тело еще не до конца сделано. — Утешающе шепчет Элис, помогая одеться и прижимая к себе. Мимолетно она бросает на модуль безопасности взгляд, от которого даже у неэлектронной меня ноги подкашиваются. — Мне не важно, к-какая я. Т-тем более лучшая не лучшая. — Вздохнула. — Просто неуютно что она делает мою работу. А еще как она тычет в глаза тем фактом что я неправильная. Я уже смирилась, да, но все же… — Тшш, все хорошо. Это нормально, солнышко — Она стряхивает мои слезы, помогая подняться. — Представь её на своем месте и улыбнись. — М-может ты и права. — Задумавшись, отвечаю, поднимаясь и опираясь на плечо андроида. Ноги почему-то не очень хотят двигаться. — Прости что расклеилась опять. Вечно я так… — Всё хорошо. — Эй, модуль безопасности, а как у тебя дела то хоть? — Вздохнув, пытаюсь еще раз начать диалог. — Всё хорошо. Но было бы лучше, если бы ты не приходила. — С неизменным недовольством отвечает она. — Вы в курсе, сколько протоколов нарушили? — Ох. Ну хорошо, я больше не буду приходить. — Пожала плечами, вздохнув. Наверно, у нее есть причина так меня ненавидеть?.. Вдруг отладчик перестал издавать равномерное гудение и отсоединился от устройства. — О, привет Модуль отладки! — Здравствуйте. Хотите получить отчет о исправлении программы? — Своим привычным безэмоциональным, совсем электронным голосом спросил он, глянув на меня. Кажется, спутал с ученым, у него так часто было. — Нет. Это я, мы вместе работали, узнаешь? — Подхожу ближе, рассматривая его. — «Я»? — Он недоумевал несколько секунд, а потом вдруг вспомнил. — Да, ты Анна. Я тебя узнаю. — Да, Анна! — Улыбаюсь. Меня помнят. — Как твои дела? — Моё состояние в пределах нормы. Хотите получить более подробный отчет о работе системы? — Он всегда говорит в такой вежливой официальной манере, как слуги из книг. — Нет, спасибо. Кстати, заметил, что я теперь говорить умею? Круто правда? — Подтверждаю, было обнаружено исправление коммуникационного модуля. Подтверждаю благоприятность события. — Я так по тебе соскучилась, ты бы знал. А ты скучал? — Если сравнивать процесс скучания с ощущением неудобств по причине потери важного элемента тестирования, то да. Я «скучал». — Каждый раз, когда задаешь ему вопрос сложнее базового он начинает проводить аналогии одного с другим. Могло показаться, что он пытается поиздеваться надо мной, но я знала, что это реально просто манера речи. — Наверно сложно одному все смотреть и делать, под нудёж Глэр? — Усмехнулась Элис. — Эй я в одной с вами комнате между прочим! — Недовольно отозвался красноглазый модуль. — Сложность выполнения функций действительно возросла. Была применена электронная замена Анне, повысившая эффективность работы до приемлемых результатов. Если сравнивать «нудёж» с бессмысленным для моей работы информационным потоком со стороны, зря тратящим вычислительную мощность — ответ точно положительный. — Ответил Отладчик. — Святая простота. — Элис явно вела себя неподобающим образом, но в этот момент её это только радовало. — Эй, они пришли в первый и последний раз, а со мной тебе еще работать и работать! — Больше распаляясь, вспыхивает модуль безопасности. — Это досадно. — Всё тем же безжалостно электронным голосом отзывается он. — А что за замена Анне? — Недоуменно спрашиваю я, задумавшись. — Четырехконечные роботы с органами восприятия, способные тестировать разработки. — Это очевидно не та формулировка, которую он бы хотел использовать, но та, которую я точно пойму. Удивительно что он запомнил даже то, как упрощать для меня фразы. — Ого. А вы не говорили, что мне есть замена. — Я задумалась, посмотрев в пол и думая, как отнестись к этой информации. — Я бы даже назвала андроидов не заменой, а модернизацией. — Вновь подала голос Глэр. — В отличии от нестабильного и малоразвитого человека, страдающего программными сбоями, толкающими его на необдуманное самоповреждение, они прекрасно понимают предмет тестирования и действуют не наобум, а по эффективным алгоритмам анализа. — Да? Ну… Если так-то хорошо. — Внутри будто что-то щелкнуло и мне вдруг всё стало понятным. Она явно говорит правду, которой не изменить. Чего волноваться? Я даже улыбнулась. — Главное же, чтобы комплексу было в плюс. А я пока полезная и без этого. — Хороший вывод, Аня. Я горжусь тобой. — Элис почему-то выглядела удивленно. Будто это неочевидно, и я должна была ответить иначе. — Ты не поняла, глупый примат. — Только больше разозлившись, сказала Глэр и подвинулась ко мне так близко, как только позволяла конструкция. — Ты не нужен. Даже до твоей травмы тебя уже заменили, потому что человеческий организм слишком хрупок, а людей осталось в пределах погрешности одна-две единицы. Ты тормозишь научно-технический прогресс в той сфере, где используешься. Если ты когда-нибудь и станешь испытуемой снова, то только из-за-… — Стоп. — Жестко отрезала Элис. Ее лицо стало темно-синим от движения терморегулятора, а от голоса и взгляда по спине пробегал холодок. — Элис, все же хорошо ты чего? — Я недоуменно посмотрела на нее. Да, она говорит жестоко, но не так сильно, чтобы так злиться. — Она ведь всё говорит правильно, да? — Я солгу, если скажу, что она врет. — Элис выдохнула горячий воздух с синим паром, но говорила при этом теперь спокойно. — Однако то, как и кому она это говорила, ничего кроме презрения не вызывает. Это все равно что шевелить незажившую рану пальцами, просто делая человеку плохо. Просто, потому что это делает тебе хорошо. — Не понимаю тебя… — Устало прижимаюсь к такой теплой после этого всплеска Элис, зевая. — Это же ее работа, нет? — Если ты так считаешь, не буду настаивать. — Она подхватила меня, помогая стоять. Ее голос ничуть не смягчился, но со мной она была нежной. — Ладно, вот теперь то тебе точно пора спать, солнышко. Прощайся с друзьями. — Пока модуль отладки, пока модуль безопасности. — Всё не открываю взгляда от Отладчика, думая. — А к тебе можно приходить? — До свидания, Анна. Ответ положительный. — Всё, пошли. — Взяв меня на руки, Элис пошла в комнату. — Пока ребят, хорошей вам работы. Уже через минуту я раздетая лежала на кровати под одеялом. Рядом на стуле сидела Элис, у которой внутри менялся терморегулятор. И вопреки сонливости, я почему-то никак не могла оторвать взгляд от всего, что изменилось в комнате. Старый стол преобразился, вместо деревянных ножек теперь стоят металлические трубы, обнаружившиеся в ящике, который я никогда раньше не открывала. Сами же ножки мы пустили на набор шахматных фигур. Появилось множество новых коробочек, со всякими радиодеталями или просто металлическими штуками удобной формы. Среди книг появилось много научной литературы, которая раньше мне была мало мне интересна. На стене теперь красовались несколько абстрактных узорчатых рисунков, сделанных с помощью циркуля и линейки. Один, покривее — мой, и второй красивый, будто напечатанный — Элис. Наконец, сегодняшний подарок Кайла — куб компаньон, лежащий рядом с кроватью. Вещица, о которой я так давно мечтала, и которая теперь всегда будет напоминать мне о добром модуле. — Ты что, еще не спишь? — Недоуменно спрашивает Элис, включившаяся после замены терморегулятора. — Не сплю. — Честно отвечаю, улыбнувшись андроиду и глядя в её глаза. — Знаешь, через твои глаза так много можно передать электронным штукам. Можно напугать, можно помочь, можно управлять… А я неэлектронная. — Поэтому не слушаешься? — Она усмехнулась, проведя по кончику моего носа пальцем. — Или ты ждешь сказку? — Может… — Тихо промычала я, прижавшись лбом к пока холодной коленке андроида. Почему-то сложно без контакта с ней. — Ну что ж, давай тогда почитаем. — Она приглушила свет в комнате, задумчиво хмыкнув. — Обычно я рассказываю тебе истории о прошлом или будущем людей. Но давай в этот раз я обращусь к более традиционным, фантасмагоричным сказкам. — Это уже будет больше похоже на стандартные истории из моей жизни. — Улыбнувшись шепчу я, с интересом глядя на андроида. — Закрывай глаза солнышко, а я начну свою историю. — Ладно. — Вздохнув, сомкнула веки. — В далеком королевстве, где день и ночь сменяли друг друга каждые полчаса, жил одинокий король. Звали его Луни. — Начала она, взяв меня за руку. — Он был единственным человеком на этой планете, где звезды шагали по небосводу едва ли не быстрее облаков, а растения в считанные часы проходили жизненный цикл от семечка до цветка. Каждая частичка этого мира была скоротечна, но никто этого не замечал. Ведь так установилось уже очень давно, никто и не знал, что можно иначе. — А почему время там шло так быстро? — Удивленно спрашиваю, представляя себе это. — Ну, я думаю тут дело не во времени как таково, а в скорости вращения планеты. Скоротечность жизни растений вызвана адаптацией к этому. — Ого, интересно. — Ага. Но только король никак не мог к этому привыкнуть, ведь это был не его мир. Он не хотел попадать сюда, но судьба рассудила иначе. — Продолжила она, взяв мрачный тон. — Поглощенный горем, человек сидел в глубокой темнице замка, будто сам себя арестовал, осудил и выдал приговор. Запертый в пустой крепости, он всё время думал. А в голове его строился иной мир: медленный и густонаселенный, такой как тот из которого он пришел. Вместо пустой крепости, одиноко возвышавшейся на фоне степи, там на многие километры простирался большой город, в центре которого стояла башня правителя. В каждом домике города жили большие, счастливые семьи. — Ого, а чем занимались жители этого места? — Хах, кажется, зря я выбрала эту историю для сказки на ночь. — Она усмехнулась. — Быт этих людей явно был небогат, примерно, как средневековый. Но просачивалась в их мир и слабость человеческая: то и дело между городом и окружающими его селениями проходили масштабные, кровопролитные сражения, победу в которых безусловно одерживал сам мечтатель. — Ох, война это ужасно! Зачем он о ней фантазировал? — Возмущенно спрашиваю, думая о том, что Луни плохой. — Не стоит винить его. — Примиряюще прошептала Элис. — Он не умел ни читать, ни писать. Он даже не знал цифр, чтобы придумать какое же население у королевства мечты. Поэтому все мысли, идеи и сюжеты жили лишь в его голове, навеянные памятью прошлого и инстинктами. А что самое страшное, со временем они всё чаще повторялись. Ведь откуда его мозгу было взять новую информацию, из которой можно делать мир дальше? — Теперь мне его жалко. — Представила себе одинокого, человека в пустой комнате в темноте, покрепче сжав руку андроида. — …И вот казалось, что бессмертный Луни обречен вечно жить во тьме темницы, повторяя в голове из раза в раз одни и те же сюжеты. Одинокий и грустный человек в непонятном быстром мире. — В ответ на мои чувства, она стала поглаживать большим пальцем мою ладонь. — Но вопреки всему, в один день он ощутил, как по его ноге что-то больно щелкнуло, сжавшись как щипцы! Не успел он зажечь свет, как эта неведомая штука потащила его за собой, в еще более глубокие, чем подвал пещеры. — О нет, на планете появились хищники? — Беспокойно спрашиваю, вновь прижавшись к коленке подруги. — Любой бы на его месте испугался как ты сейчас, но король был только рад тому, что что-то наконец изменилось. — Ох, мне тоже знакомо это чувство. — Существо притащило его в незнакомое, чуждое место. Тут вместо цветов всюду росли кристаллы, слабо мерцающие в темноте. — То есть они светились? Без электричества, как звезды? — Восхищенно спрашиваю, вспоминая как выглядит ночное небо. — Ну, что-то вроде того. Утром расскажу тебе про разные виды люминесценции. Поразмышляем, какая была в этом случае. — Как обычно, смотрительница хоть и немного огорчалась тому, что с меня спадает сонливость, очень рада была моей любознательности. — Хорошо. — Оказалось, что это была целая колония больших ракообразных, живущих в недрах планеты. Не смотря на страшную внешность и столь холодное начало отношений, они оказались разумными и добрыми. — Ее голос стал мягким, вся мрачность ушла. — И они все это время жили под замком, никому неизвестные? — Пытаюсь представить себе, как они могли выглядеть, вспоминая картинки ракообразных из энциклопедии. — Именно так. Но неизвестность была односторонней. В их домиках всё это время только и речи было, что о человеке, который живет снаружи. Но нет, солнышко, они не поклонялись ему. Им нужно было от него кое-что другое. — Она сделала паузу, выдерживая интригу. — Как я уже говорила, в полостях, где расположились эти удивительные творения эволюции, росли одни лишь кристаллы. Похожие на крабов жители подземного мира могли их есть конечно, ведь иначе что бы они не жили на такой глубине. Но кристаллы имели один существенный недостаток: они были почти безвкусными. — А это плохо? — Недоуменно спрашиваю я, сама питающаяся безвкусной едой. — Ну, они были привереды похуже Глэр. — Машина усмехнулась. — И лишь одна вещь могла исправить мнимую проблему: растения с поверхности. Сами огромные крабы не могли выйти наружу, боясь непривычного открытого пространства. Но люди всегда славились тем, что благодаря своей стойкости и терпению могут преодолеть даже самые жуткие препятствия. Так что они попросили короля о помощи, а тот, хоть и нехотя, согласился. — Странные крабы. Очень странные… — Но зато они были разумные, Ань. Луни намного больше интересовали это новое из ниоткуда взявшееся подземное царство. Однако, чтобы познакомиться с ним больше, нужно было помочь местным. Уже через несколько часов король снова был внизу, с целой корзиной растительности. Но произошло ужасное недоразумение: всё, что он нашел было ядовито для местных. И выяснилось это уже после того, как многие успели поесть и отравиться. — Оу. А чего они ему не сказали, что им не всё можно? — Честно мне тоже не очень нравится эта деталь. — Пожала плечами подруга, подумав. — На самом деле, я даже не представляю, как они узнали, что растения вкусные. — Ладно, а что было дальше? — Крабы хотели было выгнать несносного человека, однако тут же выяснилась новая его особенность: стоило ему дотронуться до грязного и противного на вкус камня, как тот превращался в прекрасный кристалл висмута, с невероятным для крабов вкусом. — Всё чудесатей и чудесатей… — Прошептала я, вспоминая одну из первых данных мне книг. — Короля оставили у себя, осознав то, как он может улучшить подземную жизнь. Был лишь один нюанс: для срабатывания эффекта, человеку нужно было испытывать сильную эмоцию: страх или ярость. Поэтому его стали посылать на опасные участки, чтобы он, рискуя жизнью добывал булыжники из самых нестабильных и высоких мест. По сути, он попал в рабство. Но его это совсем не смущало, ведь рядом постоянно был кто-то живой. — Ох. Это… Нехорошо. — Задумчиво сказала я, наконец вернув голову на подушку и расслабившись. — Так продолжалось долгие годы. Цивилизация крабов в это время развивалась, появилось подобие науки, но даже дойдя до освоения электромагнетизма, они не могли проститься с религией. В противоположность людям нашего мира, у них со временем наблюдался только рост и расцвет веры. — Ее голос как обычно стал осуждающим, когда речь зашла о вере. — И в один момент, небольшое племя, разросшееся до огромной империи, осознало, в чем их цель. Они должны превзойти самого бога своего, да так чтобы он мог лично подтвердить их превосходство. — Ого! Вот это цель. — Я ошарашенно посмотрела на Элис. — Разве так вообще можно? — Ну, они посчитали, что можно. Была создана технология телепортации. В далеком мире обнаружено существо по имени Рога, что по ограниченности своей они могли назвать богом. Были придуманы механизмы его заточения. Его поимка стала лишь вопросом времени. — Ее голос стал мягче и, жалостливей, что-ли. — И это был бог? — Разумеется нет. — Не колеблясь, отрезала она. — Простой, хоть и могущественный организм. И когда неизвестный вид попытался его захватить, он конечно начало сопротивляться. Крабы, однако, оказались сильней и осведомленней. — Ох, какой кошмар. — Чуть крепче обхватила руку Элис. — Они смогли усыпить Рогу, чтобы заточить её в клетку. Но из чего бы ни была та сделана, всё было без толку: могущественная заключенная разрушала любое сооружение крабов. Они пытались ее ограничить, сделать управляемой. А она просто хотела покоя. — Голос робота снова стал мрачным, она театрально вздохнула. — В один день, «богиня» решила пойти на хитрость. Когда её пробудили, она предложила людям сделку — они покажут ей на что в самом деле способны, а она признает свою ничтожность. — Ох, крабы какие-то совсем плохие. И Луни поработили и бедную Рогу запирают. — Недовольно думаю о этих странных тварях. — Думаем крабы просто глупые, но не плохие. Предложение Роги было принято с радостью, ведь только этого они и желали. Поэтому «богине» было показано самое мощное и разрушительное оружие, что они считали пиком своего творения. — Оружие? — Я недоуменно посмотрела на рассказчицу. — А что в нем такого? — Как я уже сказала, крабы были противоречивы. С одной стороны, у них была высоко развита научно-техническая отрасль, но при этом разум их во многом был примитивен. — Пояснила Элис. — Возможность убивать и разрушать в больших масштабах для них считалась достижением. — Опасные глупышки. — Вздохнула, понимая, что это похоже и на людей. — А Рога просто взяла и направила его силу на создателей. — Резко сказала Элис. Я даже не сразу поняла её слова. — Катастрофу пережили лишь одна особо стойкая особь крабов и Луни. — То есть она всех убила? — Удивленно спрашиваю я, окончательно успокоившись. Врагов больше нет. — Она мало соображала в бреду и боли, вот и всё. Ей просто хотелось свободы. Они сами высвободили столько разрушительной энергии. — А что она сделала с оставшимися? — Ну, первого выжившего обозленная после всех страданий инопланетянка просто заточила так же, как заточили раньше её саму. — Немного неуверенно проговорила Элис, будто не зная осудить это или поощрить. — А Луни, изначально бывший в схожем с ней положении... Ну, он тоже был неродной этому миру, тоже был как бы заточен. Его она просто не стала трогать, формально освободив. Рога оказалась в весьма затруднительном положении. Отрезанная от дома на дальней планете, она во время бунта сама уничтожила цивилизацию, создавшую телепорт. Устройство было сломано, а принцип его работы был неизвестен бедняжке. Единственное, что было понятно — для его запуска необходимо пожертвовать невинной женской душой, а работало оно за счет того самого висмута, что создавал Луни — И ей пришлось просить его о помощи? — Зевая спрашиваю я, чувствуя растущую слабость. — Да. Отчаявшемуся ложному богу пришлось снова занять парня работой. Она улучшила его условия, часто разговаривала с ним, но, по сути, тот снова стал рабом. — Голос Элис стал каким-то безучастным. — Некоторое время всё шло спокойно: Рога по крупицам информации изучала науку крабов, силясь найти путь домой, никем не жертвуя, а Луни добывал ей материал для исследования. Но заточенный краб смог вырваться из заточения и попытался вновь усыпить свой бывший объект поклонения. Но случилось странное: вместе с могучим пришельцем, заснуло всё живое на планете. От печального конца всех спасла случайность: после долгих лет сна, краб виновный в случившемся очнулся. Он хотел покинуть полное ужасных воспоминаний место, но в ходе попыток это сделать вновь пробудил всемогущую. Она, однако, решила не убивать наглеца, осознав, что это будет слишком сложно. Вместо этого, Рогу решила разойтись мирно, оказав крабу помощь в нахождении себе нового места, далекого от родного края. — Это хорошо… — Уже мало понимая Элис говорю я, вновь к ней прижавшись и кажется, засыпая. — Спящий Луни был пробужден и вновь отправлен на работу. Но Рогу мучила совесть, за то, что она использует своего друга. С помощью исследований, она нашла способ самой синтезировать висмут из камня. Для Луни же она создала машину, похожую на человека, в которую вложила частичку собственного разума. Теперь ему всегда было с кем поговорить и чем заняться. Машина обладала всеми знаниями, что за время жизни обрела Рогу и могла дать ему то, чего ему не хватало все это время. Потом-… — Она прервалась, посмотрев на меня. — Хм, ты уже спишь? Хорошо, узнаешь, чем все окончилось завтра, солнышко. Спокойной ночи, Аня. После этих слов андроид подтянула мне одеяло, поставила себя на зарядку и выключила свет. Всё было хорошо. Впервые за годы моей жизни, всё действительно было хорошо…