Ночная орхидея

— Неважно выглядишь, — заметил Джису, сев за парту рядом с бледной Ючжон. Девушка бросила в его сторону злой взгляд и отсела подальше, застегнув поплотнее кофту. — Отвали. — Сердишься? — С чего бы? Джису всё-таки сел поближе, коснулся рукой её волос и нахмурился, заметив на шее два аккуратных следа от укуса. — Что это? — Вампир укусил, — скривилась Ючжон. — Что же ещё это может быть? — Не смешно, — серьёзно ответил ей юноша. — Ты вчера не встречалась ни с какими подозрительными личностями? — Только с тобой, — огрызнулась девушка, ударив его по руке. — Сказала же, отвали. Джису поморщился от лёгкой боли в руке, но всё-таки оставил Ючжон в покое. За окном начался дождь, и мысли юноши улетели куда-то далеко из здания университета. Ему было интересно, где сейчас Юн Джонхан. Прячется ли он от дневного света? Спит ли в гробу? Хранит ли в тайном холодильнике упаковки человеческой крови? Умеет ли превращаться в летучую мышь? Что-то маленькое пролетело мимо, ударив брюнета по голове. Джису заглянул под парту и увидел скомканный в небольшой шарик лист бумаги. — Чо за… — он не успел даже поднять его, а по макушке ударил ещё один. — Йя! — Хон Джису, чем ты занят? — окликнул его преподаватель. — Простите, — невинно улыбнулся юноша. — Ручка упала. — Ты всегда так эмоционально реагируешь, когда роняешь ручку? Джису услышал за спиной смешок и сжал зубы. — Просто очень неожиданно вышло. Извините. Он развернул подобранный с пола листок. «Смени одеколон — он перебивает аромат твоей крови», — было написано красивым почерком. Джису почувствовал, как по телу побежали мурашки. Он обернулся, но, кроме занятых конспектированием студентов, никого не смог заметить. На втором листочке была нарисована летучая мышь с острыми клыками и подпись «Бу!» — Придурок, — прыснул Джису и уткнулся носом в тетрадь, услышав предупредительное покашливание преподавателя.

***

Весь день Джису провёл как на иголках. Ему постоянно казалось, что за ним наблюдают, но это чувство не вызывало в нём страха, а наоборот, пробуждало жгучий интерес. Он прекрасно знал, кто был его наблюдателем, и ему хотелось поймать его с поличным. Брюнет заглянул в мужской туалет и, убедившись, что там никого нет, уселся на подоконник открытого окна. — Пс, Юн Джонхан! — ответом ему была тишина. — Да блин. Юн Джонхан! Мне что, каждый раз грозиться из окна вывалиться, чтобы ты появился? Когда его затылка и шеи коснулись холодные мокрые пальцы, он громко взвизгнул и свалился на пол. — Истеричка, — усмехнулся появившийся в окне Джонхан. — Все нормальные люди заходят через дверь, — заметил Джису и, неловко отряхнувшись, встал на ноги. — Ты вроде говорил, что я должен ценить свою жизнь, а сам чуть до инфаркта не довёл. — Но не довёл же? — приподнял одну бровь Джонхан. — От спасибо тебе, — съязвил брюнет. — Зачем звал? — вампир запрыгнул внутрь и прикрыл окно. — Я думал, вампиры боятся солнечного света. — А где ты увидел солнце? — Джонхан поднял взгляд на затянутое тучами небо. — Ещё вопросы? — Это от твоих зубов остался след на шее у Ючжон? — А если да? — блондин облокотился о стену и скрестил руки на груди. — Она моя девушка. — Бывшая, — поправил его вампир. — И кровь у неё так себе, если честно. — Всё-то ты знаешь, — усмехнулся Джису и подошёл ближе. — А моя кровь? Какова она на вкус? — Когда я попробовал её в первый и последний раз, это плохо кончилось, — Джонхан сжал кулаки и спрятал в карманы плаща. — Поэтому не знаю и знать не хочу. — А вдруг что-то изменилось за… — юноша поднял задумчивый взгляд к потолку, — 500 лет, верно? Джошуа курил? А кофе баловался? А всякими закусками на завтрак, обед и ужин? — Ты хочешь, чтобы я тебя укусил? — перебил его Джонхан. — Ну, если с Ючжон ничего не случилось, то и я буду в порядке, — брюнет внимательно посмотрел на вампира. — Да? — Нет. — Почему? Вампир оттолкнулся от стены и сделал два шага по направлению к Джису. Юноша замер, ощутив на щеке чужое дыхание. Горячее. — Просто ты особенный, — прошептал блондин и отпрянул, услышав скрип двери. — Ой… — вошедший студент смущённо попятился. — Я, кажется, помешал. Простите. — О чём он подумал? — тихо спросил Джонхан, проводив его внимательным взглядом. — Его кровь аж забурлила. — Наверно, — Джису усмехнулся, когда взгляд вампира остановился на его лице, — что ты хочешь меня поцеловать. Ведь я же особенный. — Но не в этом же смысле, — блондин опустил взгляд на пухлые губы. — Или в этом? — Не узнаешь, пока не попробуешь. Брюнет не сразу понял, что прижат к дверце одной из туалетных кабинок, а во рту хозяйничает чужой язык. Он возмущённо замычал, но Джонхан был таким настойчивым, что долго сопротивляться не получилось. Джису расслабился и обнял блондина за шею. Нижнюю губу пронзила слабая боль. Словно от укола. По телу разлилось приятное тепло. Юноша застонал в поцелуй, не совсем осознавая, что происходит. — Чёрт, — Джонхан отпрянул, испуганно посмотрев на чуть припухшие губы, на которых блестели капельки крови. — Эй, ну, ты чего? — обиделся Джису. — Не понравилось, что ли? — Я не сдержался, — вампир, облизнув клыки, медленно отступил. — Но ведь все живы? — хихикнул брюнет. — Ну… относительно. Ты 50 на 50. Ну и… как? — Что? — не понял Джонхан. Он чувствовал себя странно. Спектр его вампирских эмоций был достаточно скуден. От спокойствия, как безмятежная вода в озере, до раздражения, которое вызывал в нём только Джошуа. Пару раз он злился, а тосковал вообще лишь однажды. И вот сейчас в нём бушевало новое чувство, которое казалось знакомым, но давно забытым. — Моя кровь, какова она на вкус? — Как мой личный сорт героина, — ответил блондин и рассмеялся собственному ответу. — Бля, — выдавил из себя Джису. — Я даже не знаю, радоваться мне или огорчаться. — В идеале — держаться от меня подальше. — Ммм, нет, — сморщил нос юноша. — И не надо снова пугать меня преждевременной смертью. Мне кажется, я знаю, почему Джошуа попросил найти себя. — Почему? — Джонхан накинул на голову капюшон, когда в туалет вошли несколько ребят. — А впрочем, неважно. Он выскользнул в коридор и услышал за спиной громкий голос Джису. — Ты и сам это прекрасно знаешь, Юн Джонхан. Мне суждено всегда быть рядом с тобой, — юноша прыснул, увидев несколько девушек, замеревших в безмолвном восторге. — Прекращай отрицать очевидное. — Вот же блинский блин, — вздохнул блондин и откинул капюшон. Он обернулся, глядя то на Джису, то наблюдавших за ними студентов. — Ничего хорошего тебя рядом со мной не ждёт. — Ну, почему же? — заиграл бровями юноша. — Несколько минут назад было очень даже неплохо. — Ты… — слова застряли у Джонхана в горле, и он впервые за сотни лет обрадовался, что уже умер и не может краснеть от смущения. — Это был просто… — Поцелуй? Стоявшие неподалёку девушки уже даже не пытались скрыть восторженные писки. Вампир сглотнул, борясь с желанием прибить наглеца прямо здесь и сейчас. — Бесишь. — Это называется иначе. За полтысячи лет существования бок о бок с Джошуа Джонхан понял одну вещь: переспорить его невозможно. И вот, спустя двадцать лет, он снова оказался бессильным перед его напором. Развернувшись на сто восемьдесят градусов, блондин пошёл прочь: — Делай, что хочешь. Несколько секунд спустя его аккуратно взяли за запястье. — Ты сам разрешил. Вампир застыл под козырьком у входа в университетский корпус: дождь закончился, и сквозь течи начали пробиваться солнечные лучи. — Дьявол. Когда на улицу выбежали любопытные студенты, от Джонхана и Джису не осталось и следа.