Между нами

Каждый сантиметр твоего тела Станет километрами между нами. Скажи мне эти три слова, что ты так давно хотела: Давай останемся друзьями, Давай останемся друзьями, Давай останемся друзьями. — Бакуго, нам надо поговорить, — в который раз начинает Тодороки. — Нам не о чем говорить. — сдерживается Бакуго. — Но… — Тянет двумордый. — НАМ НЕ О ЧЕМ ГОВОРИТЬ! — Бакуго срывается и выходит из комнаты, громко хлопнув дверью.       Как его достало. Как же его достали. Все. Все, кто его видят, сразу начинают вместо "привет" и "пока" это. Говорят о случившемся и сочувствуют, а сами словно специально совершенно неискренне давят на больное. Ещё и смотрят с жалостью, а ему не нужна их жалость!       Хотите, жалеть кого-нибудь другого: жалейте половинчатого — он их всех слушает, словно ему это нравится. А для всех СМИ, родных, одноклассников это как будто шоу. Иида со своей дурацкой поддержкой, Урарака вечно бегает рядом, сожалеет и сама чуть не плачет. Единственное исключение Мидория Инко. Она на них даже не смотрит. Она даже говорить об этом не может! Вот что значит, человек понимает, а не делает всё напоказ.

Я напьюсь, я сильно напьюсь. Я так хочу позвонить тебе, но, пожалуй, воздержусь.       Необходимо выпить. Просто необходимо. Опять хлопнула входная дверь Тодороки — снова куда-то свалил. Ну и пусть идёт — дома он только под ногами мешается.       В пьяную голову лезут разные мысли, а чувство вины лишь усиливается. А кто виноват? Да никто не виноват! Виновник скрылся с места ДТП. Бакуго уверяют, что поиски этого урода ведутся днём и ночью, но уже две недели ничего. Бакуго орёт, кричит, посещает их офис каждый день — толку ноль.       Вот так просто сбила машина Деку, нет героя номер один, и вместо того, чтобы реально начать вести поиски, они выступают по телевизору. Всем нет дела до этого ублюдка.       Пусть Бакуго лишат звания героя, но он всё равно из-под земли достанет того, на чьём капоте кровь Деку. Уж он обещает это. Он будет мстить жестоко и мучительно. Он его просто убьёт, а потом и Тодороки за полное бездействие.

Я ненавижу твоих бывших, ненавижу настоящих, Ненавижу твою глупую собаку, но почему всё еще люблю тебя? Я всё еще люблю тебя. *Fleshback*

— Ва-а-а-а-а, этот дом такой огромный, — восклицает Изуку. — Да заткнись: дом как дом, — фыркает Бакуго. — А мне планировка нравится, — соглашается Тодороки. — Вот разгалделись, как бабки, ей-богу, — Бакуго проходит внутрь нового дома. — Эй, Каччан, помоги нам вещи занести.       Бакуго вообще-то отказать хотел, но эти зелёные глаза так и светятся звёздочками... У него всегда такие глаза, когда он смотрит на Всемогущего, восхищается Тодороки, когда его мама приходит в гости. Его мама единственная среди их родителей более-менее нормально приняла новость, что они геи, так ещё и встречаются втроём. Вот его мать чуть не убила, когда узнала, что у неё внуков не будет. А Тодороки отец почти отправил к психиатру — видимо, и его, как свою жену, хотел в психушку упечь. *Fleshback*

Ну где ты там? Как ты там? Напиши хоть слово. С кем ты там? Кто с тобой? Сиди почаще дома. Да, я не буду больше писать: Я ведь сказал всё, что я хотел сказать. Моя рука у телефона.       Где его черти носят? Бакуго резко бьёт стаканом по столу. Его захлестнула слепая злость. "Он у меня за всё ответит. За всё". Как так, блин, вообще можно: Деку умер, а ему хоть бы что. Целыми днями пропадает, ночует неизвестно где, приходит в стельку пьяный. Ему ведь и позвонить можно. Но нет, гордость не позволит. Да, они любовники , но кроме Деку их хоть что-то ещё связывает? Серьёзно? Если бы не он, они бы не встречались. Да, они уже привыкли друг к другу. Да, Кацуки начал восхищаться Половинчатым. И на этом всё? Двумордому определённо плевать на него.

Каждый сантиметр твоего тела Станет километрами между нами. Скажи мне эти три слова, что ты так давно хотела: Давай останемся друзьями, Давай останемся друзьями, Давай останемся друзьями.

*Fleshback* — Подожди, Каччан, давай не здесь, — отталкивает его Деку. — Здесь надёжно. Хотя~, — тянет Бакуго, — пойдём.       Пришла ему в голову мысль поцеловать Мидорию прямо на встрече выпускников. Он и утянул Деку в ближайшую подворотню. Всё равно на этом мероприятии так скучно: там просто хвастаются, кто на каком месте в рейтинге героев, кто где живёт. Неужели им реально это так надо? А одноклассники не так далеко — они рядом и пока ничего не знают об их отношениях. Никто пока не знает. — А Тодороки не обидится, что мы ушли без него? — Деку всегда думает про обоих парней. — Нет. Захочет — позвонит, — отрезает Бакуго.       Да, с Половинчатым, конечно, веселее. Но он там принимает поздравления от учителей и выслушивает, каким замечательным героем он стал. Вот всегда он такой. Был бы менее холодно-вежливым и более живым — цены бы ему не было. — Пришли, залезай, — указывает Бакуго на крышу небольшого пятиэтажного дома в одной из не очень центральных улиц. — Что это за здание? — Деку пытается лучше рассмотреть выцветшее голубое строение, похожее на частный домик или школу. — Раньше склад был, — отвечает Кацуки и хватается за железную лестницу, прикреплённую к наружной стене склада. Деку залезает следом. — Тут красивый вид, Каччан. А сюда можно залезать? — восхищается Деку, видимо, догадавшись, что Бакуго, как всегда, забил на правила. В ответ Кацуки пожимает плечами, мол, не знаю. Хотя подозревает, что здание заброшено, но от этого их пребывание тут законным не становится. Какая вообще разница, если Деку здесь?       И он прижимается своими губами к его губам, обнимая за талию, в ответ чувствует, как Деку обнимает его шею. *Fleshback*

У тебя там давно уже своя жизнь, У тебя там, наверное, новый парень. С кем ты тусуешься на выходных? Я вторую неделю один по району гуляю. "Давай останемся друзьями." Ха. Тебе легко говорить. Как можно дружить с тем, кто из головы, блядь, не вылезает.       Стук в дверь. Кто-то снаружи не может попасть ключом в замочную скважину. Ну да, кто-то. — Двумордый, опять напился что ли?! — Бакуго резко открывает дверь. Тодороки падает от неожиданности. — Вставай! Вот ты пьяница! — раздражённо кричит на него Бакуго, при этом поднимает и закидывает его руку на своё плечо. Вот сейчас дойдут они до дивана в гостиной, и больше никогда он не будет иметь ничего общего с Половинчатым. Поиграли в любовников, и хватит с них. Он не Деку — держать не будет. Вот протрезвеет эта скотина и пусть валит на все четыре стороны. — М-м-м… ты там... тут... зелёный, — неразборчиво говорит Тодороки. И что там несёт этот Двумордый? Всё, дошли до дивана и слава богу. С него хватит Двумордого, алкоголя и всего в принципе.

Ты разбила сердце пацана, сердце пацана. Я тебя ненавижу, также сильно как люблю. Ещё один стакан, всего один стакан, и я тебе позвоню. *Fleshback*

— Ну теперь ты точно Половинчатый, — Бакуго, смеясь, показывает пальцем на облитого несколькими цветами краски Тодороки. — Как дети, всего-то надо было кухню покрасить, — бормочет Двумордый. — Каччан, ты такой цветной, — Деку проводит по нему кисточкой с зелёной краской. Той же краской, которая у него и на лице, и на руках, и на всей одежде. — Ты сейчас тоже будешь, — говорит Бакуго, предвкушая месть, подбрасывает банку с голубой краской и взрывает её. Сама банка отлетела куда-то в сторону гостиной, а краска на них троих. — Теперь мы все голубые! — возмущённо вскрикивает Деку. — Да мы итак были, — замечает Половинчатый. И зачем только они купили столько краски ещё и нескольких цветов? — Всё, я в ванную, — отряхиваясь от краски, говорит Мидория. — Я с тобой, — одновременно отвечают ему возлюбленные.       "Даже с растворителем", — думает Тодороки, — "как тяжело будет отмыться". Бакуго про себя отмечает, что маляров, видимо, всё же придется нанимать: сами они с этим уже не справятся. А Мидория ни о чём не думает. Ему просто весело, и он счастлив, как ребенок. *Fleshback*

Давай, мы будем говорить как настоящие друзья: "Алло, привет, ну как дела?". Ничего не изменилось с тех пор как ты ушла. Ну как там твоя псина? Я всё ещё люблю тебя.       Ближе к середине следующего дня Половинчатый протрезвел и соизволил явится в комнату Бакуго. — Бакуго, нам надо поговорить. Не про него, — тихо и неуверенно входит в комнату Тодороки.       В ответ Кацуки только фыркает, показывая, что сейчас готов выслушать один, последний раз. — Давай останемся вдвоём, — предлагает Двумордый.       Бакуго всё также безмолвен. — Ну, в смысле парой, — ему крайне неловко.       Бакуго удивлённо поднимает бровь. Вот это заявление — так и вертится в его голове.       Видя, что собеседник начинает оттаивать, Тодороки набирается уверенности. — Нам обоим сейчас тяжело, и всё же у нас нет причин расходиться. А причины остаться ещё есть, — хотелось сказать, что причины, помимо воспоминаний о Мидории, но он старается обходить эту тему. Не только потому что Бакуго это злит до безумия, но и потому что слишком больно вспоминать самому. — А, чёрт с тобой. Чтоб больше не напивался. По крайней мере, без меня, — Кацуки никогда не этого скажет вслух, но Двумордый действительно прав, и он благодарен Тодороки за то, что тот сказал эти слова. — Тогда мир, — кивает Половинчатый и быстро целует Бакуго. Тот не отстраняется в знак примирения. — Собирайся, Половинчатый: надо сходить за продуктами, а то у нас в холодильнике последний огурец от одиночества повесился.

Каждый сантиметр твоего тела Станет километрами между нами Скажи мне эти три слова, что ты так давно хотела: "Давай останемся друзьями"

*Fleshback* — А теперь туда вези, Каччан, — Деку сидит в тележке для покупок, Половинчатый стоит на нижней перекладине тележки между её колес, а Бакуго везёт тележку. Они всегда так ходят за покупками. Это похоже на игру. Они всегда покупают много сладостей и чипсов, хоть Двумордый и напоминает каждый раз, что это вредно, а он готовит нормальную еду.       Они всегда покупают много ненужного, но всех устраивает. Деку смеётся. Он часто смеётся — его легко рассмешить. Подъезжают к кассе. Кассирша на них странно смотрит. Все кассирши на них так смотрят. Деку не замечает, Половинчатый привык, а Кацуки каждый раз злится. — Какие-то проблемы? — Задал вопрос Двумордый, вот-вот опередил Бакуго. — Молодые люди, это не совсем культурно, — объясняет кассирша пожилого возраста. — ДА МЫ, БЛИН, САМА КУЛЬТУРНОСТЬ, ПРОСТО КУЛЬТУРНЫЙ СИМВОЛ, НАС ХОТЬ ЩАС В МУЗЕЙ!!! — Рявкает Бакуго. — Каччан, будь повежливее, — напоминает Деку.

*Fleshback*

Каждый сантиметр твоего тела Станет километрами между нами. Скажи мне эти три слова, что ты так давно хотела: Давай останемся друзьями, Давай останемся друзьями, Давай останемся друзьями.

— Туда, — указывает Тодороки на стеллаж с макаронами.       Он как всегда стоит на нижней перекладине тележки, а Бакуго везёт её. Это снова похоже на игру, просто теперь вдвоём. — А теперь туда, — показывает Половинчатый на отдел с фруктами. — Нет, туда, — Бакуго резко разворачивает тележку к отделу с мясом.       Интересно, Деку видит это с небес, или как там ему все говорят? Если бы Деку это видел, он был бы счастлив.       В начале их отношений, когда они с Половинчатым ещё не прониклись любовью на троих и сильно ревновали его друг к другу, он очень беспокоился. А потом радовался, когда они ради него начали теснее общаться и что-то делать вместе. Он всегда им говорил, что, если он уезжает или уходит, они должны ладить и вести себя хорошо. Прям как мама двум драчливым сыновьям. А им тогда уже не хотелось ругаться. — Ну что, на кассу? — Говорит Половинчатый. — Да, — спокойно отвечает Кацуки и поворачивает тележку к кассе.

***

Изуку Мидория, сбила машина. Погиб в возрасте 23-х лет.