Курица, виски, тюльпаны, кексы

      Двое мужчин стояли в очереди. Один был заметно старше и жеманно улыбался, второй же выглядел даже мило. Да, это был очень приятный парень. Сложно было представить ситуацию, которая свела их вместе с такой разницей в возрасте.       Тем не менее, они вели очень неджентльменский разговор. В конце концов эти люди не были сливками общества. Так, два сапога — оба не того размера.       — Ты ведь знаешь, как это делается, языком с одной стороны, потом с другой, хорошенько сжать, чуток покатать между пальцами, — говорил тот, что был постарше. Красные линзы прятали его ехидный взгляд. Кассирша кашлянула. Между мужчинами и ей был еще один покупатель, старик, он покачал головой и буркнул: «Пидоры». — И получается самокрутка.       — Ты ведь теперь куришь сигариллы, — молодой парень не обратил внимания на реакцию окружающих и просто продолжил разговор.       — Ну, да, — отмахнулся его спутник. — Помню, мне всегда говорили, что я слишком глубоко беру, когда я только начинал.       — Это он про фильтр, — с обворожительной улыбкой шепнул кассирше парень. Она слегка покраснела, но все-таки недовольно нахмурила брови. — Ты выиграл.       — Я знаю, — хохотнул мужчина постарше, выставив на обозрение ряды идеальных зубов. Он имел наглость самоуверенно заявить, что сможет опошлить любую тему, и второй, конечно, заставил его доказать это. — Значит, ты платишь.       Целый час они ходили по супермаркету, пока брюнет в очках рассказывал о случившихся с ним в прошлом вещах. Кончилось все рассказом о том, как он начинал курить в старые добрые семнадцать. И каждая его история звучала на грани с полнейшей вульгарностью.       Наконец, подошла их очередь.       По ленте медленно поползла коробка жареной курицы, бутылка виски, а также букетик розовых тюльпанов и упаковка не менее розовых кексов.       — Два педерастичных набора. Один жесткий, другой — еще более жесткий, — хмыкнул первый мужчина, потирая бороду, и твердым тоном сообщил: — Нам два пакета.       — Конечно, — очень хмурая кассирша отдала молодому человеку его сдачу и принялась вытаскивать из-под прилавка пакеты.       Наконец, это магазинное представление закончилось. Они вышли на улицу, и повеселенный этим старший задымил.       — Флетчер, — улыбнулся парень. Второй мужчина вопросительно поднял бровь. Тогда первый пояснил: — До скорого.       — Пока, Боб, — кивнул Флетчер, подхватив бумажную сумку поудобнее.       И они разошлись.