Дибелла одобряет

Данстарское убежище встретило меня смертельной тишиной. Не смотря на то, что здесь обитают лучшие убийцы во всём Скайриме, тишина была редким явлением из-за неугомонного шута. Хранитель всё время напевал какие-нибудь жуткие песенки, говорил сам с собой или рассказывал что-то Матери Ночи. Сейчас это место настораживало, как в первый раз. Вытащив на всякий случай Бритву Мерунеса, я тихой походкой пробралась к гробу нашей Матери. Цицерона по-прежнему не видать. Открыв крышку, невольно выходит вздох облегчения, мумия на месте. -Слышащая…ты забыла про свои обязанности… Отец Ужаса разочарован в тебе… Услышав такой скрипучий голос в голове, по спине вновь пробежали мурашки. Сегодня всё как в первый раз. Склонив голову, мне показалось, что даже взгляд у мёртвого тела стал более осуждающим. Это то чего я ожидала, но всё же надеялась избежать. Оглянувшись на пустой коридор, мой взгляд снова вернулся к полу. Встав на колени, в голове всплыл образ маленькой девочки, которая провинилась перед родителями и сейчас просит прощения. -Мне очень жаль, дорогая Мать. Прошу прощения за свою наглость и беспечность, перед тобой и Отцом. Пожалуйста, простите меня… -Глупое дитя, встань с колен, ибо не злимся мы на тебя больше. Ты занималась благими делами для мира и твоё отсутствие оправдано. Только впредь не забывай про свои обязанности Слышащей. Ибо этим ты заставляешь страдать всё Братство. -Да, матушка. Я вернулась, и теперь буду брать заказы как прежде. Тёмное Братство снова будет вселять страх в сердца простых жителей. Слава Ситису! Слава Отцу Ужаса! В груди разливается приятное тепло, от осознания что Мать и Отец не злятся на меня больше. Это чувство возвращения домой, стоит всех смертей невинных. Сзади кто-то резко закрыл мне глаза, не будь я уверена, что здесь безопасно, сразу бы вонзила клинок в шею наглеца. Но единственный кто так беспечно мог подойти к убийце со спины — это сумасшедший шут. -Угадай, кто? -Чей же это голос, наполняющий моё сердце теплом? Конечно, дорогой Цицерон! Слышащая всегда узнает верного Хранителя. Когда руки освободили обзор, я с улыбкой обернулась, чтоб сразу обнять брата. Мужчина всё в такой же оранжево-красном костюме с колпаком на голове, весело рассмеялся от моих слов. Раскинув руки, будто прочитав мои мысли он крепко сжал меня в объятиях. Это мой Цицерон! Всегда смеющийся безумный убийца, готовый на всё ради Матери. Как же я соскучилась по его шуточкам и голосу. -Как же давно бедный Цицерон не прикасался к Слышащей! А всё из-за того, что сестра просто исчезла, никому не сказав, почти на два месяца! Как же мы волновались, ну конечно Мать и её верный Храниетель больше всех! Глупый-глупый Назир предположил, что с великой Слышащей могла произойти беда. И жалкий Цицерон хотел прийти на помощь…только вот…не знал где находиться сестра…а Мать Ночи не говорила…конечно, ведь шут червей не может услышать её голос. Слушая такой привычный сбившийся рассказ, я понимала, как сильно мне не хватало этого места. Ведь здесь мой дом, в котором меня всегда ждут. Казалось, даже сердце под шутовской одежде прыгало и танцевало от счастье. Такое вполне в его стиле. Поймав момент, когда собеседник сделал паузу, чтоб отдышаться, я задала мучавший меня вопрос. -А где все? Здесь так непривычно тихо, уж подумала, как бы не случилось чего плохого. -Ох, как это мило, только что вернувшаяся сестра волнуется обо всех остальных, прочих! Бедный Цицерон ждал её возвращения больше всех, а её волнуют только другие братья и сёстры. Но дурак червей всё понимает! Они более важны для Тёмного Братства, чем ни на что не годный Хранитель Матери Ночи. Хо-хо-хо, ха-ха-ха, грустная печальная жизнь у дурака! От такого голоса даже у жестокого Отца Ужаса наверное сжалось бы сердце, а у меня уж тем более. Какой же у него всё-таки удивительный талант манипулировать другими благодаря разным маскам. И голос зачастую имеет решающую роль. От высоких истерических нотках он быстро может стать тихим и мелодичным, так же грустным и жалким. Наверное, именно поэтому из всех в братстве Цицерон самый опасный, а так же безумный. Подняв голову к карим глазам, грустно улыбаюсь глупому брату. Нежно положив ладони на холодные щёки, притягиваю лицо шута ближе к своему, чтоб наши лбы соприкасались. -Ошибаешься, Ци-ци. Нет, никого из Тёмного Братства важнее тебя и конечно же, Матери Ночи. Я так рада видеть, что ты цел и здоров, но и о других поволноваться стоило бы. Ведь они не так шустры, сильны, быстры и хитры как мой дорогой Хранитель. -Слышащая…говорит так сладко, что глупый Цицерон не может усомниться в её словах. Раз так, то значит, дураку червей не стоит ревновать сестру к другим членам Братства. Они пошли на миссию в Виндхельме. Больше бедному Цицерону не известно. -Спасибо и на этом. Значит, у меня есть время до их прихода отдохнуть. Надеюсь, ты разбудишь меня, когда все вернуться в убежище. Я отпускаю лицо, которое уже успело стать горячим и встаю с колен. Отряхнувшись, думаю направиться в свою комнату для того чтоб поспать, как следует. Только вот жалобный голос сзади, заставляет обернуться. -Конечно, бедная Слышащая устала. Ей нужно отдохнуть. У неё нет времени на болтовню с глупым шутом. Одинокий Цицерон снова останется наедине с тишиной и будет ждать возвращения братьев и сестёр, для того чтоб разбудить Слышащую. Тяжело вздохнув, в голове возникает резонный вопрос «у кого глаза более жалостливые? У котёнка в переулке Морфола или у взрослого мужчины сошедшего с ума от тишины?» И как не посмотри последний вариант всегда выигрывает. Возможно, я сама виновата, что оставила его одного на такой большой срок. Ведь прекрасно знала, никто не хочет разговаривать с шутом, который напевает жуткие песенки. Погрузить в убивающую тишину, того, кто уже из-за неё сошёл с ума…даже для меня жестоко. Сдавшись, я вновь улыбаюсь и протягиваю руку, сидящему на полу брату. -Раз тебе нечем заняться, почему бы не полежать со мной? Мне бы пригодилась защита, пока я сплю. Конечно, мы оба знаем, что это ложь, но широкая улыбка на лицах доказывает, что она не так уж и плоха. Цицерон сияет от радости, беря меня за руку. Только вот поднимается он совсем без моей помощи, не успев опомниться, весёлый шут уже тащит меня за собой подпрыгивая по пути и насвистывая мелодию. -Цицерон поможет бедной сестре отдохнуть. Кровати в убежище жёсткие и холодные, хранитель Матери Ночи согреет их для тебя! А ещё споёт чудесную песенку про то, как убил недавно гонца. Глупый гонец, резвый гонец, хотел доставить письмо драгоценному камню. -Подожди-ка! Какому драгоценному камню? -Вроде сапфир? Не помнит глупый Цицерон! Да и какая разница? Камень ему не ответит! Ха-ха, хо-хо, не ответит уже никто и никогда! -Стой, Ци-ци! Где это письмо? Я, кажется, знаю, кому именно оно адресовано… Шут остановился, придя в мою комнату и отпустив уже заболевшую от крепкой хватки руку, начал расхаживать, туда-сюда приложив указательный палец к подбородку. Это выглядело так комично, что я даже не сдержала смешка. Потирая кожу, возле запястья, внимательно следила за его раздумьями. В конце-концов он кажется, вспомнил и резко остановился рядом со мной. -Точно оно в твоём комоде! -Подожди-ка…в моём комоде? -Да-да, определённо там! Я вздохнула, потирая уставшие глаза. Думаю, сон отошёл на второе место. Сейчас важнее узнать, как часто этот проказник лазил в моей комнате. Здесь очень много ценных вещей, для моих воспоминаний. Поэтому такое наглое вмешательство…раздражает. -Цицерон ты лазил в мой комод? Зачем? -Ну…чтоб проверить…все ли вещи драгоценной Слышащей на месте. А то эти новички парой шатались то там, то тут! Смели даже заходить в твою комнату! Но верный Цицерон всегда прогонял их! -То есть ты просто волновался как бы они чего не украли у меня? -Да! Возможно…не только… -Ци-ци! -Хранителю было одиноко без сестры, поэтому он заходил в свободное время в её комнату и просто… -Что? -Просто перебирал вещи! Каждая из них была связана с тобой и напоминала о тебе… Сейчас этот взрослый мужчина был похожим на нашкодившего мальчишку. Весь сжался и отпустил голову, так что его рыжие волосы не позволяли заглянуть в глаза. Тяжело вздохнув, моё раздражение уступило место чувству вины. Всё-таки это я оставила его одного на такой длительный срок. Не удивительно, что он соскучился и полез в мои вещи. Но нужно узнать, что этот шут ещё делал в моей комнате. От этого вопроса зависит, стоит ли мне менять постельное бельё или нет. -Ты только перебирал вещи? И всё? -…дааа… -врёшь! -Ну, возможно глупый Цицерон осмелился трогать не только вещи… -А что же ещё ты делал в моей комнате? -Спал… -Что? -Когда ночи были особенно холодны и одиноки, бедный Цицерон приходил спать в комнату Слышащей. -Только спать? Казалось, мужчина не понял мой вопрос с намёком и в замешательстве наклонил голову в бок. Это даже насмешило меня, зная, что невинности и чистоты в нём совсем не осталось. Подумав что стоит спросить прямо, я открыла рот и резко закрыла, увидев стремительно краснеющуюся кожу шута. Его бледный оттенок стал совсем пунцовым, что даже поразило меня в некоторой степени. -О чём это думает извращенная Слышащая?! Цицерон никогда бы не подумал порочить и марать белоснежную постель, чем-то непристойным! -Ха-ха-ха-ха, ой не могу! Посмотри на себя! Покраснел как настоящий помидор! Ха-ха, вот умора! -Жестокая сестра смеется над бедный дураком! Это ранит в самое сердце! Как грустно и больно! -Прости-прости, просто такая невинная реакция от тебя редкость. Взрослый мужчина, лучший убийца в Братстве, краснеющий от неприличных мыслей. Невероятно уморительно! -Ах, глупый Цицерон хотел помочь Слышащей заснуть, в ответ получил очередную насмешку! Непростительно! Думаю, полагается наказать сестру за её жестокие шуточки над дураком червей! Как же я упустила этот звериный блеск в карих глазах собеседника? Из-за смеха бдительность действительно ослабла. Вот и не успела среагировать, когда мои руки схватили и резко толкнули в плечо прямо на кровать. Так я и оказалась в лежащем положении под злобно смеющемся Цицероном. Его правая рука скрепляет мои кисти, левая же крепко держит плечо не давая вывернуться. Ноги, тоже зафиксированные так, чтоб пнуть было нельзя. Улыбающееся лицо шута было прямо напротив меня, так что даже мужское дыхание касалось моих губ. -И что же теперь будет делать пойманная Слышащая? Ведь теперь она точно никуда не уйдёт от Хранителя. Может нам принести сюда гроб Матери Ночи и просто замуровать дверь? Никто нам не помешает и шанса сбежать у сестры не будет! -Мать Ночи будет от этого не восторге. Как никак без нас Тёмное Братство исчезнет. Мы должны служить Отцу Ужаса. -Ох, честная сестра даже не даёт помечтать бедному дураку червей! Тогда возможно Цицерон может надеяться на утешительный поцелуй? -Как же я могу тебе отказать? Усмехнувшись, закрываю глаза, полностью отдаваясь ощущениям. Сухие и грубые губы нежно как крылья бабочки касаются моих губ. Будто не решаясь зайти дальше. Но стоит мне приоткрыть их, как внутрь врывается язык, заставляя поцелуй перерасти в более страстный. Да и руки шута уже не держат запясти, а притягивают за талию. Ближе, как в первую ночь, нежно, завлекающие в ловушку ласки, которые перерастают в грубые синяки на коже, засосы и укусы в открытых местах. Спать с безумцем, тоже самое что ходить по канату над океаном с рыбами убийцами. Одно мгновение и ты в небе с птицами, другое и уже умираешь растерзанной в зубах хищников и задыхаешься под толщей воды. Цицерон мог, как нежно огладить каждый шрам, так и крепко сжать шею в своих руках, желая забрать весь кислород. С ним никогда не знаешь, выживешь ли после такого. Именно поэтому каждый раз как последний наполняет удовольствием, заполняя каждый уголок души и даёт такой всплеск эмоций смешенных с адреналином, что на утро невольно болит голова. Это больше похоже на борьбу за лидерство. То я оттяну его рыжие волосы, заставляя открыть шею, оставляю лёгкий укус и багряную отметину. То мои руки внезапно оказываются зафиксированными за спиной, заставляя грудью упираться в мужское тело. Мне остаётся лишь зубами тянуть за шнурки на одежде шута, тем самым, оголяя его. Когда руками он прикасается к моей груди, воспользовавшись свободой, я толкаю его на простынь, заставляя полностью лечь. -Всё-таки я люблю быть сверху! Снимая через голову остатки одежды, как кошка выгибаюсь, прикасаясь голой разгоряченной кожей к его холодным рукам. Такой контраст сносит голову нам обоим. Поцелуи, укусы, ласки, здесь только мы вдвоём и мы наслаждаемся этим временим. Наверное, новичков смутят громкие стоны, которые так хорошо отражаются от стен убежища. Ведь их приход мы точно пропустим. Но это не важно! Пока я двигаюсь вверх и вниз, полностью контролируя ситуацию сверху, Цицерон обязательно сменит позицию в следующем раунде. И так до победного. Ха-ха, пока оба не устанем. Только так мы можем заснуть в объятиях друг друга, никак иначе. Кажется, я слышала чей-то смех?