lost and afraid

— джесс?.. — удивлённо протянул зак, сбежав по лестнице вниз на звук, что с грохотом раздался во всём доме.       возле двери, в темноте прихожей, не то сидело, не то лежало, не то вообще стояло нечто, очень смутно напоминающее разерфорда. узнав друга по белой макушке, к которой приложили руки, парень приблизился и включил свет. — срань господня… — выругался младший. — джесс, какого хуя с тобой произошло?       разерфорд отнял руки от готовы, посмотрел на измазанные чем-то ладони, как-то непонятно усмехнулся и попытался встать. попытка была провальной, и он снова рухнул, а рядом с ним на коленях мгновенно оказался эбэлс, поспешивший помочь встать. теперь зак мог полностью осмотреть джесси, а тот выглядел просто отвратительно. его лицо было в крови: бровь рассечена, нос разбит, губа треснута, а под глазами начинали темнеть синяки, прямо как небо в сумерках, совсем незадолго до ночи. эбэлс взял лицо парня в свои ладони и постарался аккуратно стереть струйку крови, текущую по подбородоку, пока та не упала, на что джесси вздрогнул и опустил голову, избегая испуганного взгляда напротив. ему было так чертовски стыдно, и он не мог сделать ничего другого, кроме как постараться сбросить тёплые ладони с лица и уйти незамеченным, а потом снова делать вид, что ничего не произошло, а всё это лишь пьяный угар. — джесси, — выдохнул зак, быстро проведя языком по нижней губе, — что случилось? расскажи мне, пожалуйста.       на просьбу он не получил никакого эмоционального отклика, поэтому ушёл, но быстро вернулся и так же сел рядом, держа в руках коробку из-под обуви, где хранились лекарства. эбэлс достал перекись, смочил вату и начал аккуратно водить ею по лицу старшего, пока тот шипел и пытался отвернуться, на что получил подзатыльник и недовольный взгляд. — ау, за что? — наконец подал голос разерфорд, всё ещё стараясь максимально избегать зрительного контакта. — за то, что ты вредная задница, а я хочу помочь, понял? — совсем как мать, скрестив руки на груди, выдал зак.       разерфорду не оставалось ничего, кроме как стыдливо сидеть и чувствовать заботливые прикосновения теплых кончиков пальцев к лицу. когда его лицо стало иметь более-менее божеский вид, то эбэлсу захотелось от чего-то расплакаться, одновременно избить старшего с такой силой, чтобы на нём остались синяки намного больше и ярче уже тех, что были на нём, и расцеловать каждый ушиб, каждую трещину, каждый старый шрам и каждое увечье, которое он не заслуживал., но он сдержался, сжав руки в кулаки и сказав строго: — теперь, пожалуйста, объяснись со мной и скажи куда опять тебя занесло с прогулки «до магазина за сигаретами и обратно», — на это вновь его ждал не ответ, а тяжёлое, очень глупое и какое-то непонятное молчание, которое он быстро прервал. — джесси джеймс разерфорд, если ты сейчас же не расскажешь мне всю правду, то можешь смело идти ночевать на улицу! — крикнул младший и почувствовал прилив превосходства и стыда за сказанное, потому что это было жестоко или как минимум грубо, но это было единственным вариантом вывести парня на диалог.       белобрысый тяжко вздохнул, совсем как подросток, которого заставляет убираться в комнате мать, и сам начал вставать, игнорируя руку помощи. он оперся рукой об дверь и вытащил из-под своей черной кожанки, которой досталось наверное больше, чем самому парню, какой-то помятый веник, раньше бывший видимо каким-то букетом судя по паре сохранившихся в нормальном состоянии ромашек. разерфорд постарался немного подправить его, отрехнув от пыли и как-то очень робко, совсем не в его манере, протянул заку, стоявшему в ступоре и не способному хоть как-то отреагировать на этот жест., но словно очнувшись из прострации, зак забрал цветы и стал рассматривать их, аккуратно перебирая мятые грязные лепестки, вновь погружаясь в себя, уходя от реальности в свой пуленепробиваемый пузырь. джесси с сожалением смотрел на хрупкого парня, который не заслужил такого отношения и был достоин всех цветов этого мира, а не трёх паршивых стебельков, в то время как зак чувствовал слишком много и не мог совладать с эмоциями, от чего слезы бесшумно потекли по его щекам. увидев это, джесси быстро преодолел расстояние между ними и крепко обхватил парня, прижимая к себе и бездумно шепча извинения, только бы солнечный мальчик не чувствовал боль. — прости, прости меня, зак, прости, — говорил он, зарываясь пальцами в отросшие волосы парня, — я так виноват перед тобой. послушай, я действительно пошёл за сигаретами, но по пути решил сорвать тебе цветы, а это оказалась клумба какого-то мудака, и мы подрались, и поэтому я не смог донести их тебе в нормальном виде. блять, я так виноват, солнце… — ты идиот, джесси, — буркнул зак, приподняв уголки губ, вытирая мокрые дорожки на щеках.