Позволь мне держать тебя за руку

I Привычная жизнь двух девушек круто изменилась после возвращения в Сеул. Лиса вела себя абсолютно иначе чем прежде, что с каждым днём заставляло Дженни напрягаться и думать о причинах перемен в её поведении и настроении. Это однозначно ей не нравилось. Как только они вернулись, то провели следующий день вместе с Джису и Чеён. Одни делились тем, что происходило у них дома за эту неделю, пока другие рассказывали про своё путешествие. Хотя про Японию больше говорила Дженни, пока младшая отмалчивалась и выглядела крайне отстраненно, и на вопросы о её состоянии отмахивалась и отвечала однозначно. Пришедшая осень была совсем не кстати складывающейся ситуации. У Рози и Лисы были какие-то проблемы в офисе, в которые Ким, конечно, не была посвящена. У самой Дженни хватало проблем: новый семестр, оплата учебы и закрытие долгов. Она снова позабыла что такое сон. И всё же некоторые вещи оставались неизменными. Лиса и Дженни вместе посещали приёмы врача, занятия вместе с Чонином и, конечно же, проводили время вместе за вечером фильма. Несмотря на то, что Лиса, зачастую, пропадала до позднего вечера, Ким преданно ждала её, зная, что Манобан плюхнется в её объятия и не будет двигаться ближайшие пару часов. В середину сентября, в теплый осенний день погода резко поменялась, нарушая все субботние планы девушек. Солнце тут же скрылось за пеленой чёрных туч и Лиса стояла возле окна в гостиной, хмуря брови и внутренне раздражаясь. Дженни в это время возилась на кухне, убирая посуду после обеда. — Да, отлично мы прогулялись, ничего не скажешь, — злобно выговаривает младшая, идя на кухню за тем, чтобы принять таблетки. Дженни смотрит на приближающуюся девушку в пол оборота и приподнимает брови, удивлённо глядя на неё. Она быстро скинула с себя резиновые перчатки, оставляя их в раковине. — В чём дело? — обеспокоено спрашивает брюнетка, продолжая наблюдать за действиями Лисы. — Посмотри в окно и всё сама поймёшь, — достаточно грубым тоном отвечает младшая, закидывая в рот пару таблеток и запивая их водой. Она упирается руками в кухонную столешницу, прикрывая глаза и сжимая зубы. Дженни изогнула одну бровь как только услышала ответ Лисы, чувствуя, как внутри разливается неприятное чувство. Она хмурит брови и переводит взгляд в окно, замечая, что погода портится и скоро явно польёт ливень. — Мы можем погулять завтра утром или даже сегодня вечером. Будет… свежо, — спокойно говорит брюнетка, тяжело выдыхая и расстраиваясь, что их небольшой план был подпорчен. Лиса молчит около минуты, стоя на месте и не двигаясь. Она осознаёт, что нагрубила, поэтому оборачивается к девушке, чувствуя, что внезапный порыв гнева улетучивается, оставляя за собой давящее чувство вины. — Прости меня, я не хотела грубить… — Всё в порядке, не думай об этом. — Дженни… Лиса обратила внимание, что девушка даже на неё не посмотрела, поэтому от сказанного лучше ей не стало. Неторопливыми шагами она подошла к старшей, опуская голову на плечо и тихо шепча. — Мне правда жаль, я не хотела тебя обидеть, — она немного ёрзает головой на её плече, попутно сцепляя руки сзади девушки в замок, тем самым обнимая и прижимая к себе. — Ты меня и не обидела, я тоже опечалена тем фактом, что придётся немного изменить наши планы, но думаю, что Джису с Рози всё равно приедут? — последние слова звучали больше вопросительно. Дженни прикрыла глаза, чувствуя, что и самой становится спокойнее от контакта с Лисой. В ответ она чмокнула её в макушку, гладя младшую по волосам. — Я думаю, что к моему списку препаратов нужно добавить успокоительное, в последнее время чувствую себя ужасно нервной и мне это не нравится, — голос Лисы звучал обречённо и тише обычного. — Ещё не хватало, чтобы я срывалась на тебя. — Перестань, — тут же отвечает старшая. — Это нормальное состояние… большинство людей и вовсе не думает о сказанном после. С этой секунды мы об этом забыли. Они стоят так какое-то время, пока Манобан, нарушив тишину, не вздрогнула от раската грома по небу. — Чёрт, зачем же так пугать, — Лиса нехотя отошла от старшей, кладя руку на сердце и тут же слыша стук в дверь, отчего её глаза расширились ещё сильнее. — Как в фильме ужасов… если я не вернусь, то беги и спасайся. — она едва заметно улыбнулась и быстро направилась в сторону коридора. Дженни осталась стоять на месте, кусая губы. Что-то в груди не давало ей покоя и она хмурилась, стуча одной рукой по столешнице. Девушка потерла переносицу и прикрыла глаза на какое-то время, пытаясь не думать об этом. Со стороны коридора она слышит чьи-то голоса и то, что дверь захлопывается. Старшая поправляет на себе одежду и проходит к коридору, облокачиваясь плечом к стене. Теперь она поняла, что гостьями были Джису и Рози, которые приехали раньше положенного. Лиса что-то недовольно ворчала и Дженни едва заметно улыбнулась, ожидая, пока они все зайдут внутрь. — А где мой маленький мальчик? — слышался приближающийся голос Джису, которая как только завернула за угол, чуть дернулась назад. — Дорогая, не пугай так больше, пожалуйста. — испуг тут же сменился искренней улыбкой и она подошла к Дженни, обнимая ту и быстро чмокая в щеку. За спинами тут же показались Лиса с Рози. Одна из девушек лучезарно улыбалась, пока другая испепеляла взглядом спину старшей Ким. — Нет никакого твоего мальчика, только наш с Дженни малыш Луи, не забывайся, — продолжала бурчать Манобан, пока Чеён подходила к Дженни и тоже поприветствовала девушку, крепко обнимая. — Эй, вам двоим что, своих отношений мало? — Лиса сложила руки на груди, всё ещё пребывая в неясности от того, что девушки заявились к ним так рано. Кажется, что пришедших девушек совершенно не заботило ворчание младшей, ибо к нему они уже давно привыкли и просто улыбались на каждую реплику. — Может мне уйти раз вы ещё меня все игнорируете? — она надула губы и выглядела ещё смешнее прежнего. Никто из присутствующих не смог сдержаться и все засмеялись, на что Лиса лишь закатила глаза и продолжила стоять со сложенными руками. — И этот человек позиционирует себя взрослым, — сквозь смех сказала Джису, состроившая выражение лица подобное лицу Лисы. — Продолжай бурчать себе под нос, а я пойду искать по квартире своего любимого малыша Луи. — она показала Манобан язык и быстрыми шагами пошла от девушек вглубь квартиры. — Я её придушу! — сказала Лиса, сразу устремляясь за старшей Ким и что-то крича ей вдогонку. Рози с Дженни, кажется, оставались единственной парочкой, что действительно походила на взрослых людей. Пак, наконец, перевела взгляд на брюнетку, пока та, сообразив, быстро сказала. — Чаю? Вы наверное замерзли пока добирались по такой погоде, — девушка направилась на кухню, видя утвердительный кивок и слыша по шагам, что Рози следует за ней. — Все в порядке? Вы приехали пораньше. — Дженни на секунды забылась и поняла, что последнее предложение звучало не совсем корректно. Она тут же поправила себя и начала извиняться, поворачиваясь лицом к светловолосой девушке. — Я не это имела в виду и совсем не имею право такое говорить... Я просто думала может чего случилось и… — старшая увидела, что Рози начала хохотать и поставила руку перед собой, прося ту остановиться. — Всё-всё-всё, я изначально поняла и ни о чём таком не думала даже. Да и в любом случае даже если и так, то это был бы вполне уместный вопрос. Мы заявились к вам без предупреждения, — Рози поставила одну руку себе под голову и спокойно проговорила дальше. — Но вообще мне нужно было обсудить пару рабочих моментов с Лисой, где важно её мнение, а брать её с собой в офис не особо хотелось, она и без того в последнее время слишком часто там бывает. Дженни понимающе кивнула, оборачиваясь обратно и доставая из шкафа коробку с пакетиками чая, но она быстро меняет своё решение и берёт другую банку, чтобы заварить его в чайничке. Брюнетка опустила голову и покачала ей, сомневаясь в своих действиях, но все же тише обычного проговорила, обращаясь к собеседнице. — Рози, — её голос чуть дрогнул и она сглотнула, поджав губы. — Лиса не вела себя… немного странно в последнее время? То есть… — девушка вновь потерла себе лоб и тяжело выдохнула. — Прости, я понимаю, что даже если что-то и случилось, то ты не обязана мне говорить, но моё сердце разрывается, как только я начинаю думать, что она справляется с чем-то в одиночку, пока я могу быть рядом. Дженни стояла не шевелясь и не замечала как сильно сжимает руки в кулаках. Девушка прерывисто дышала, ибо сильно переволновалась и не могла успокоить себя, поэтому и не услышала как к ней подошла Пак, вставая рядом и обнимая одной рукой, кладя ладонь на плечо и чуть его сжимая. — Дженни, — она нежно обращается к ней и берёт свободной рукой её ладонь в свою, пытаясь привлечь её внимание. — Ну же, посмотри скорее на меня. Брюнетка нехотя подняла красные, слезящиеся глаза. Она видела как Рози улыбчиво смотрела на неё в ответ, чуть склонив голову. — Я прекрасно тебя понимаю, просто потому, что сама не меньше за неё переживаю. Она немного изменилась и я тоже замечала, что она ведёт себя несколько отстранённо, — Пак поменяла своё положение и теперь она уперлась спиной в тумбу, но не отпускала руки Ким. — Но послушай меня сейчас, пожалуйста, внимательно. — светловолосая глянула на старшую, убеждаясь, что та на неё смотрит и, после продолжила. — Я давным давно не видела её такой счастливой с кем-то. И поверь мне, причиной этого стала ты. Сердце Дженни тут же сжалось и она действительно думала, что оно не выдержит и остановится в эти минуты. Она закусила и без того искусанные губы, чувствуя стальной привкус во рту. Прикосновение руки младшей девушки отвлекало, но она сразу приметила, что чувство внутри было не таким, как это случалось при контакте с Лисой. — Возможно сейчас она вошла в четвертую стадию, так называемой "депрессии", когда ей после прошедшего тяжело это принимать и лично я не могу винить её за это, — Рози говорила чрезмерно спокойно, что заставляло и Дженни потихоньку приходить в себя. — Ей тяжело, но она старается максимально скрыть это, дабы не грузить окружающих. Она всегда так делала и я уверена, что будет. Для меня она останется самым сильным человеком, которого я знаю, но все имеют право на подобные моменты и это нормально. Правда сейчас и я задам вопрос. Что-то произошло в Японии?.. — на этих словах Дженни бросило в жар, но Рози закончила, добавив. — Ты ведь была с ней на приёмах? — На всех, кроме последнего, — Дженни стало стыдно, ибо в изначальном плане она должна была быть с Манобан везде. — Она попросила меня тогда и я не могла отказать… мне жаль. — чуть тише закончила Ким. — Нет-нет, ничего, — Рози закусила внутреннюю часть щеки и около полуминуты молчала, обдумывая следующие слова. — Тогда я сама созвонюсь с врачом и обсужу с ним это. Действовать за спиной Лисы не слишком хорошо, так что надеюсь что это останется между нами. Дженни бы и не подумала обсуждать подобное с девушкой, заранее понимая, что та увела бы разговор всеми возможными способами в другое русло. В конце концов старшая кивнула и вновь услышала голос Рози. — Дай ей время, она нормализуется. Я знаю, что это тяжело и пойму, если тебе нужен будет отдых, ты только… — она не успевает договорить и Дженни перебивает её, чего прежде не делала. — Нет, мне это не нужно, — спокойно, но в тот же момент серьезно говорит Дженни, поднимая взгляд на растерянную девушку. — Я просто хочу, чтобы ей стало лучше. Пак грустно улыбнулась и молча обняла девушку, погладив её по спине и тихо заключая. — Я знала, что поступила правильно выбрав тебя в тот день, — она отошла от неё, слыша, как по коридору идут две девушки, о чем-то споря и одновременно смеясь. — Всё будет хорошо, поверь мне. — Рози подмигнула и Дженни облегченно выдохнула, возвращая своё внимание к приготовлению чая. Светловолосая сразу же принялась помогать ей, доставая чашки. — Неделя ничего не значит, ты наверняка пропадала всё время где-нибудь, пока Рози занималась малышом, — Лиса прижимала к себе уже подросшего котёнка, который положил свою макушку ей на плечо. — Это как минимум даёт мне право видеться с ним, мы стали неразлучны и спал он со мной! Да и вообще, — она быстро дала щелбан младшей на что та тут же практически зарычала в ответ. — Я была почти всю ту неделю дома или тебе память отшибло и со мной разговаривал твой фантом? Дженни, даже стоя спиной не могла не улыбнуться. Взаимодействие этих двух действительно походило на перепалки двух маленьких детей, но она также понимала, что между ними невероятная связь и сама Лиса упоминала, что Джису для неё очень важна и она её безмерно любит. — Прекращайте свои препирательства и за стол, нам ещё нужно обдумать план на сегодняшний день в связи с изменившейся ситуацией за окном, — Рози с улыбкой, как ни в чем не было, повернулась к вошедшим девушкам и в этот момент Дженни поняла, что будет стараться ещё лучше. Не только для себя и своего комфорта, но и для Лисы, которой, кажется, это было необходимо. II Дженни хотела верить в слова Рози и искренне пыталась делать всё возможное, чтобы только это воплотилось в реальность и улучшило ситуацию с Лисой. Она давала ей время, не давила и обеспечивала личным пространством, но как бы старшая не старалась, Манобан ежедневно менялась всё больше и больше, отстраняясь от неё. Всё шло с точностью наоборот, как Дженни ожидала. Это разбивало Ким. После их возвращения уже прошло полтора месяца. Для Дженни это всё проходило мучительно долго и за всё это время произошли некоторые изменения в их привычном укладе жизни. Лиса перестала делится всем, что касалось её состояния. Всё доходило вплоть до того, что как только Дженни напоминала о приёме таблеток, младшая выходила из себя и закатывала истерики, говоря о том, что в силах помнить об этом всём самостоятельно. Они пропускали занятия с Чонином и тот, в свою очередь, обеспокоено высказывался о состоянии Лисы, намекая, что ей становится хуже и для улучшения ситуации им стоит больше времени проводить у специалистов. Как бы Дженни не старалась убедить во всем этом младшую, всё заканчивалось хлопаньем двери её комнаты, которое давало понять, что сейчас лучше к ней не подходить. Это начинало изматывать Дженни. Девушка не появлялась у себя в квартире уже пару недель и каждый день была рядом с Лисой, находя её в слезах в комнате или в ванной. Ей ничего не оставалось, кроме как лечь рядом или обнять её, сжимая трясущееся тело в своих руках. Чеён и Джису были также напуганы этим и Пак так и не рассказала девушке о звонке врачу из Японии, когда Дженни отпустила Лису одну. Старшая винила себя в этом и на сердце становилось тяжелее каждый раз, как только она об этом думала. Иногда ей даже не удавалось уснуть, несмотря на то, что рядом посапывала младшая, дыша ей в шею. Из Дженни постепенно уходили силы. Старшая падает на кровать, прикрывая глаза и потирая их ладонями. Сил совсем не было. Ким с надеждой смотрит в сторону окна и даже хорошая погода за ним не даёт утешения. В голове тут же всплывает картина произошедшая пару дней назад. "Грохот в соседней комнате машинально заставил её подняться и двинуться на звук. Выбежав из комнаты девушка тут же поняла, что шум шел из комнаты Лисы и она тут же зашла внутрь, видя как младшая сидит на полу с разбитым ноутбуком и всеми принадлежностями со стола. Дженни испугано смотрит по сторонам, но тут же подлетает к Лисе, беря её дрожащие руки в свои. У неё шла кровь и брюнетка сильно напугалась, что раны были глубокие. Её грудь тяжело вздымалась и она не могла здраво мыслить, но тут же заставила себя прийти в норму и сосредоточиться на девушке перед собой. — Прошу, ничего не делай, я на минуту, — Дженни быстро убегает на кухню, доставая из ящика аптечку, роясь в ней и находя нужное. Она быстро обеззаразила пинцет и тут же срывается обратно в комнату, вновь присаживаясь к ней на пол, совершенно не заботясь о разбросанном кругом стекле. Руки истекали кровью и ситуацию ухудшал их тремор. Дженни не заботит то, что ламинат зальет водой с кровью, но она максимально нежно берет ладони младшей в свои и поливает на них водой из бутылки. Лиса не издает ни звука и лишь глухо плачет, стараясь сдержать вырывающиеся всхлипы. Дженни видит несколько осколков, что глубоко вошли в её руку. Старшая не боится крови, но боится сделать больно. Девушка шепчет, прежде чем аккуратно начать извлекать кусочки стекла. — Я закончу быстро, только потерпи немного, — приступив, она действительно быстро достает пять осколков, более не замечая других. Ким оставляет их рядом на полу и переходит к другой руке, вынимая из мягкой ткани маленькие кусочки разбитого стекла. Дженни ещё раз обливает трясущиеся руки девушки водой и после обеззараживает, перематывая их бинтом, который тут же пропитался кровью. Старшая просит девушку пересесть на кровать и Дженни тут же опускает её в горизонтальное положение чуть надавливая на плечи, после чего присаживается рядом и сдерживает собственные слёзы. — Ты до смерти напугала меня, — своей ладонью, пальцы на которых дрожали достаточно сильно, она вытирает слёзы, бегущие из глаз младшей. — Ты принимала таблетки утром? Ты сказала мне, что сделала это. — Ким прекрасно понимала, что если бы она сделала это, то у неё бы не было такого тремора сейчас. Лиса молчит и даже не смотрит в её сторону, но Дженни не в силах что-то требовать от неё сейчас. В состоянии покоя она придёт в норму, поэтому брюнетка ложится рядом, ожидая, пока Манобан что-то скажет. Но Лиса так и не говорит. Они, наверное, пролежали около часа в полной тишине, пока Дженни не приподнялась и устало не посмотрела на девушку. — Лучше ты будешь срываться, кричать и злиться на меня, нежели приносить вред себе, — Дженни сглатывает слезы, не давая им скатится из глаз. — Я не хочу больше находить тебя в таком состоянии и прошу, Лиса, давай стараться вместе дальше. Мы ведь справлялись и ты не мучала себя так. Я прошу тебя. В голосе Дженни слышится мольба, пока младшая бесцельно смотрела перед собой в одну точку и просто молчала, не зная, что сказать. Она кусает губы и как только старшая замечает это, то тут же кладёт ладонь ей на щеку и большим пальцем проводит по губе, заставляя ту прекратить. Лиса подаёт голос. — Я больше не могу жить жизнью, где всё зависит от таблеток, приёмов врачей и в надежде ждать, что это поможет, — её голос срывается и Ким, кажется, заведомо знает, что она скажет дальше. — Я конечно продолжу пить таблетки, но больше не пойду ни на один приём. Я уже обсудила это с Рози и она явно хочет отговорить от этого, но в этом всём нет смысла, поэтому и ты этого не делай… — Она поворачивается лицом к стене и её тело опять дрожит. Дженни вновь чувствует, как все внутренности сжимает, но она пересиливает себя, понимая, что сейчас поддержка нужна совершенно не ей. Обвивая спину младшей сзади, Ким максимально прижимается к ней, шепча на ухо то, что она рядом и не оставит её, но Лисе становится лишь больнее от услышанного." Ким знала, что принятое Лисой решение всё усугубит, но кажется, что только младшая не понимала этого совсем. Она вспоминает, что Лиса в комнате одна и быстро встает, ощущая прилив энергии. Дженни стучит в дверь и приоткрывает её, замечая Манобан сидящей на полу и разбирающей их фотографии с Японии. Лиса давно не меняла ничего у себя на стене, но будто и не торопилась с этим делом. Её руки уже не были перемотаны бинтами, но на более глубокие порезы Дженни наклеила пластыри, чтобы в течении дня это доставляло минимум неудобств Лисе. Младшая подняла на неё свой взгляд, который был полон усталости, отчего старшая тут же отвела свой. — Это самые живые фотографии, которые я когда-либо делала, — она аккуратно хлопнула рядом с собой и вновь перевела взгляд на фотографии разложенные на полу. Дженни присела рядом и положила свою голову ей на плечо, смотря на действительно поразительные снимки. На многих из них была она сама и Дженни заметила, что Лиса с улыбкой всматривалась в каждый из них. — У тебя талант, ты правда потрясающе фотографируешь, — она видит как младшая подрагивающей рукой тянется к снимку, который Лиса сделала последним за их поездку. Она долго рассматривает его, прежде чем проведя дрожащим пальцем по нему, сказала в ответ. — Все зависит от того, что я фотографирую, — её голос звучал очень тихо, но Ким слышит. — Лучшие воспоминания, помнишь?.. — глаза Манобан были красные и обе не знали от чего точно. От нескончаемых слёз, что бежали из её глаз последние несколько дней с небольшими перерывами или же из-за того, что она перестала спать нормально. — Помню, — отвечает старшая с улыбкой. После того как они посмотрели снимки, Дженни чуть отодвигается от девушки и спрашивает, глядя в глаза младшей. — Я могу задать тебе единственный вопрос, но ты ответишь мне предельно честно. Это касается тебя. Лиса тут же становится серьезнее и заранее для себя уточняет. — Касаемо моего состояния? — Да, верно… Младшая хмыкнула и почувствовала, что начинает злиться, но просто кивнула, ожидая что скажет Дженни. — Что сказал тебе врач приёме в Японии, когда я не была с тобой и почему после него ты словно… сама не своя? — брюнетка смотрит на фотографии и в её голове, весь прошедший сентябрь моментально сливается с теплыми воспоминаниями об их путешествии. Она была готова отдать всё, чтобы вернуться в начало. — Они хотели сделать из меня что-то вроде подопытного и проверять новые способы лечения. Всё звучало очень хорошо, но слишком, чтобы быть правдой и ещё одно совсем ненужное предложение, но оно и не новое совсем, — она вновь издаёт смешок и продолжает говорить, чувствуя, что эмоции смешиваются воедино со злостью. — Задам встречный вопрос, позволишь? Тон Лисы ввёл девушку в замешательство и брюнетка не хотела вновь выводить ту на эмоции, поэтому просто надеялась, что та спросит что-то безобидное, что было наивно и она, конечно же, ошиблась. — Ты пожалела что пришла сюда? Вернее… перефразирую, не отвечай на это. На сколько тебя ещё хватит? — Лиса злилась. Ужасно злилась и не понимала откуда шёл источник этой агрессии. — Мне будет хуже и я буду вести себя явно отвратнее, чем сейчас, потому что просто не контролирую это. — она развела руками в стороны, переводя взгляд на девушку. Дженни молчит и опускает глаза в пол, а Манобан продолжает резать её внутренне без ножа, кидая колкие фразы. — Чеён ушла и ты ведь уйдёшь. Так видимо и происходит с теми, кто контактирует со мной, — она откинулась назад, стукаясь головой о кровать и прикрывая глаза. В этот раз старшая не выдержала и она жутко разозлилась в ответ на слова Лисы про Пак. Она прекрасно знала, как девушка старается ради Манобан и делает всё возможное для неё. — Ты хоть думаешь, что говоришь? Серьёзно? Ты хочешь сказать, что Рози просто взяла и ушла? А ты не берёшь в расчёт, что она каждые выходные здесь? — Дженни поднимается и смотрит нечитаемым взглядом на Лису. — Ты можешь говорить что угодно в мой адрес, но не упоминать Чеён в таком свете при мне. Я не думаю, что ты права в этой ситуации, Лиса, и тебе как минимум стоит подумать над тобою же сказанным. — Ты будешь учить меня жизни? — стальным голосом проговаривает девушка и гневно смотрит на Дженни, пока та разочарованна не покачала головой. — Я не думала, что мы дойдем до такого, — отрезает девушка и движется на выход, перед тем как закрыть дверь, говоря. — Как только будешь готова поговорить, то я буду у себя. От сердца Дженни только что словно оторвали маленькую часть, отчего ей стало не по себе. Она теребит край своей кофты, понимая, что перегнула. Девушка впервые не сдержалась и в ответ поддалась эмоциям. Ей тут же стало стыдно от сказанного и она остановилась в середине коридора, чувствуя подкативший в горле ком. Стены вокруг словно начали давить на неё и в ушах появился шум, Ким разворачивает на сто восемьдесят градусов и когда оказывается рядом с комнатой Лисы, то дверь открывается и она чуть ли не стукается лицом о младшую и они обе застыли в проёме. — Прости… — Я не хотела… Практически одновременно сказали девушки и Лиса тут же притянула Дженни к себе, опережая девушку словами и добавляя к своим извинениям. — Ты не должна извиняться и я не знаю, что на меня опять нашло. Мне страшно остаться одной, но лучше своим поведением я не делаю. Я не хочу делать тебе больно, но делаю, мне так жаль, Дженни. Пожалуйста… — девушка не успевает договорить, ибо старшая тут же ровняется с ней лицом и оставляет нежный поцелуй на её губах. Дженни продолжает целовать её, начиная углублять поцелуй и проходя внутрь комнаты. Руки младшей тут же начинают блуждать по спине Ким. Разум начал существовать отдельно от тела, но старшая останавливается, отрываясь от мягких губ Лисы и напоследок проводя по ним языком, получает игривую улыбку от младшей. — Это значит, что я прощена? И почему же ты прекратила? — Лиса отходит назад, затягивая за собой девушку и не отрывая взгляд от её губ. — Если только ты сделаешь это в ответ, — Дженни повалилась на кровать сверху девушки. — Прости меня. — она останавливается, расставляя руки по обе стороны от её головы. — И не думала над этим, — Лиса останавливается и добавляет. — Ты всё сказала по делу, я веду себя как пубертатный подросток и это ненормально, ибо период подобный давно прошел. Я буду стараться сдерживать себя и не срываться. — младшая прижала к себе девушку и на замену минутной страсти, пришла нежность и спокойствие. III Дженни играла с котом в гостиной, когда услышала, как входная дверь открылась и девушка быстро крикнула, ожидая, что ей ответит Лиса, но ничего так и не дождалась. Брюнетка, постукивая пальцами по полу, смотрит в коридор, где явно была младшая, которая, видимо, совсем не торопилась внутрь. Ким подхватывает играющего питомца на руках и шагает ко входу. Её шаги практически не слышны, ибо она была в теплых носках. Уже была середина октября и вечером было достаточно прохладно и в самой квартире, поэтому старшая экипировалась ещё с самого утра. Она заглядывает в коридор из-за угла и сразу обращает внимание на промокший до нитки плащ Манобан. Дженни чуть было хочет что-то сказать, но Лиса, не глядя на неё и будто мысленно слыша вопрос, безразлично проговаривает. — Мы стояли в каком-то ужасе в центре, грузовик перевернулся на дороге и перекрыл одну её часть, так что мы стояли полчаса не двигаясь с места. — она скидывает с себя плащ, оставаясь в водолазке, спина на которой также была мокрой. — Поэтому не долго думая я отпустила Юнхо. — Лиса переводит взгляд на Дженни и тут же его отводит. — Что сказали в ветеринарной? — Манобан прошла мимо девушки, но старшей показалось, будто только что прошли сквозь неё. Она не видела прежде Лису в подобном настроении, ибо обычно она срывалась и злилась, но не была пугающе серьёзной. Дженни понимает, что молчит слишком долго и чуть заикнувшись, отвечает. — М-мы собирались, но тут же полил дождь и я подумала отложить это до утра, ему уже лучше и я думаю, что тебе бы не помешало принять ванную? — Дженни стояла, не поворачиваясь и словно боясь это сделать. Ей стало жутко не по себе. Младшая молчала и старшая слышала, что дверь её комнаты только что открылась. Брюнетка тут же обернулась, видя, что младшая ушла неслышимо и быстро, но она последовала за ней. Она опустила кота на диван, прежде чем пройти по коридору и не зайти внутрь к Манобан. Младшая стянула с себя водолазку и вновь не обратила внимания на вошедшую девушку. Дженни начинала злиться, ибо раньше Лиса так себя не вела и это всё были новые действия в её поведении. — У тебя всё в порядке? — Манобан прошла вглубь комнаты и, проигнорировав слова девушки, зашла в свою гардеробную. Дженни начинает раздражаться сильнее, хотя прежде она вела себя очень спокойно, несмотря на все выходки Лисы. Девушка вышла через пару минут, полностью переодевшись, пока старшая стояла в середине её комнаты. Однако, Лиса будто намеренно её игнорировала. — Может ты, наконец, скажешь мне что произошло? — Дженни старается говорить максимально спокойно, но в голосе проскальзывают нотки недовольства и теперь Лиса обращает на неё внимание, приподнимая уголки губ в улыбке и хмыкая. — Я сама схожу с Луи в ветеринарную клинику завтра, — она плюхается на кровать, всё больше зля Ким, которая сейчас могла взорваться от гнева, переполняемого её. — Я очень утомилась и буду благодарна, если мы оставим наш разговор до завтра. "Она буквально послала меня," — подумала Дженни и вышла из комнаты, захлопнув её. Ким злилась и если бы не сидевший на полу Луи, девушка явно бы ударила что-то, стараясь успокоить себя, но вместо этого, выдыхает, беря кота на руки и уходя в свою комнату. У неё начались проблемы с деньгами и даже несмотря на то, что в своей квартире она не жила, ей приходилось платить за счета. Девушка также очень старалась отсылать хотя бы немного денег родителям, но на текстах для студентов много не заработаешь. Дженни оказывается в своей комнате и берёт ноутбук, видя около десяти сообщений на почте. Она всегда предварительно просила переводить половину оплаты, чтобы знать, что точно не будет обманута студентами. Девушка потирает глаза и выдыхает, чувствуя, что на сердце совершенно неспокойно. Ким надевает наушники, но оставляет один вытащенным, тоскливо поглядывая на дверь и ещё раз про себя проговаривая: "Она будет в порядке, она придет в норму, все станет хорошо," — глаза начинают слезиться, но она в сотый раз терпит, хватая себя за кофту и сжимая ткань до боли в руке. Девушка постепенно успокаивается. Она решает сходить на кухню, чтобы сделать себе кофе. Дженни иногда поражалась тому, что ещё держится на ногах из-за всей нагрузки, но себя она не жалела, понимая, что на это даже нет времени и желания. Она проходит мимо комнаты Лисы, думая, что та спит, однако была не права, ибо лежавшая девушка за стеной также как и Ким давно потеряла счёт времени и сбила свой режим. В дрожащих руках Лисы были фотографии с Японии, каждую из которых она пересматривала на несколько раз и воспроизводила воспоминания в голове вновь и вновь. В глазах даже не оставалось слёз, ей просто было больно. Лиса любит Дженни, но ненавидит себя за каждое действие и сказанное слово в её адрес. Младшая не понимает как ей стоит вести себя. Брюнетка прикрывает глаза, закрывая их рукой и тяжело выдыхая. Манобан знает, что идя на отчаянные шаги она разрушит все построенное ими, но не находит другого выхода. Она поднимается с кровати и выпивает несколько таблеток успокоительного, которое купила на днях. Обе девушки не спали всю ночь, но занимались совершенно разным. И как только за окном начало выходить солнце, то Дженни заканчивала с последней работой, отсылая её на почту студенту. Она откидывается в стуле и смотрит на сопящего на кровати кота. Брюнетка хочет пойти к Лисе, но та явно спит, поэтому Дженни решает приготовить завтрак. Девушка шаркает по полу ногами, думая над всеми возможными способами поднятия настроения Лисы. Она вновь заваривает себе кофе, заходя на кухню и потягиваясь, чтобы размять затекшие мышцы. Дженни начинает быстро перемещаться туда-сюда, вытягивая из ящиков ингредиенты. Было утро субботы и предчувствие подсказывало старшей, что Джису и Чеён заявятся к ним рано. Дженни неожиданно для себя слышит звук открывающейся двери и поворачивается, когда шаги по полу доходят до кухни. Она тут встречается со взглядом младшей, веки которой практически закрывались. Они молчат и Лиса делает вид, будто ничего не происходит и она здесь одна. Ким закусывает губу, оборачиваясь обратно и на секунды теряясь, и забывая, что она вообще делала. — Дженни, — тихонько подаёт голос младшая, но он звучит также равнодушно и холодно как и вчера. — Ты можешь остановиться? Нам нужно поговорить. Старшая тут же перестаёт возиться за столом, опуская руки под воду и напрягаясь всем телом. Чувство страха прошлось по ней и она продолжила убеждать себя, что накручивает, но сердце бешено барабанило в груди. Девушка поворачивается и видит Лису, которая выглядела уставшей. Её волосы были растрепанны, а под глазами виднелись уже нескрываемые синяки. — Ты хотела что-то сказать? — голос Дженни дрогнул, а дрожь мелко бьёт все тело. На сердце Лисы падает камень, как только она слышит что Ким ей ответила. Она не хочет, не может, но делает, поднимая холодный взгляд на девушку и спокойно говоря. — Ты сможешь собрать вещи до приезда Рози? Один вопрос. Всего семь слов и Дженни пронзает тупая боль. Её дыхание перехватило и она бегает глазами по лицу девушки, не понимая, что происходит. Она была жертвой, загнанной в угол и не в силах спасти себя. — Т-ты, — её голос окончательно сломался и она моргает, пытаясь сосредоточиться хоть на чём-то, но все кажется нереальным и выражение лица девушки напротив лишь усугубляет всю ситуацию. — Я позвонила Юнхо и он приедет через полчаса, — Лиса встаёт, продолжая держать себя из последних сил, думая, что сейчас упадёт на пол в конвульсиях, которые доведут её до секундной смерти. — Напомни мне сумму, которую должна тебе Рози, пожалуйста. Какие переводы она делает? Воздух выбило и губы дрожат. Глаза краснеют и она поднимает их, прикладывая почти все усилия на это действие. Ей кажется, что она спит, ибо происходящее - самый страшный кошмар, который она могла себе представить. В груди пылало пламя, сжигавшее все её чувства и лишь делая мучительно больно. — Что ты сказала? О чём ты вообще говоришь? — без запинки выдаёт она и смотрит на лицо Лисы, молясь, что она скажет, что это всё неправда, что ей мерещится, что угодно, но только не это. — С этого дня ты больше не работаешь тут. Я должна была предупредить заранее, но постараюсь всё это компенсировать, пока ты не найдёшь новую подработку... — также спокойно говорила Манобан и в её голосе не слышалось ни капли неуверенности. Дженни чувствует подошедшие слёзы, которые она впервые не держит и даёт сбежать им из глаз. В ушах запищало и всё покрылось пеленой, она хватается за столешницу сзади и думает, что сейчас её веки потяжелеют навсегда. Лиса впервые видит слёзы девушки и не сдерживается, уводя взгляд и пальцы сами, словно не слушаясь её, с болью врезаются в ребра и даже сквозь ткань пробивают кожу. Старшая трясущимися руками вытирает слёзы, но это было безуспешно, ибо секундно появлялись новые, сбегая вниз и падая на пол. Брюнетка задыхается, но с подходящими всхлипами, кричит на Лису, срывающимся голосом. — Зачем ты это делаешь? Зачем ты это говоришь, Лиса? — её губы не прекращая дрожат. В глазах мутнеет и она качает головой. — Тебе самой не больно от подобного? Лиса молчит, сглатывая и понимая, что сейчас поставит точку. Она прикрывает глаза, ухмыляясь. Эта усмешка наносит Ким окончательный удар, сопутствуя со словами, которые останутся в голове Дженни. — Мне всё равно, — она разворачивается, доставая из кармана дребезжащий телефон. Ей звонила Рози, но она скидывает и выпрямляется, более не смотря на Дженни и говоря. — Это была работа для тебя, но для меня ничего не значило и не значит. Мне больше не нужна нянька. — Ты врёшь! И в первую очередь себе самой, ты... зачем всё это было? — у Дженни сжимается сердце и ей становится ещё больнее прежнего, отчего она тут же сдавливает в руке свитер. Она догоняет девушку, разворачивая её к себе и вновь срываясь, прокричала ей в лицо. — Скажи, что всё произошедшее в Японии было ложью, скажи мне это глядя в мои глаза. Но Лиса не может сказать об этом. Всё что угодно, кроме этого. Она не отводит взгляд от девушки, но ничего и не говорит. Молчит, запоминая каждую черту лица и перед тем как отойти от неё, тихо заключает: — Уходи, я больше не нуждаюсь в тебе.