The Attack of Dead Men

      Осовец - неприступная крепость, которую нельзя была обойти или объехать, из-за чего была главной проблемой немцев. С самого начала войны её пытались захватить. Обстрел, штурм, штурм, обстрел. Сколько же можно, когда будет последний раунд? Похоже, что крепость так и не будет взята и останется в владении русских. Однако же последняя атака планировалась шестого августа 1915 года... Последняя атака, которая должна была положить конец.

******

Turmoil at the front Wilhelm's forces on the hunt There's a thunder in the east..       Очередная битва между русскими и немцами окончилась. Цена, казалось бы, была невелика - пара десятков человек в сумме погибла на поле сражения. Очередная битва не казалась бойцам чем-то особенным, ведь они привыкли всё время терять бойцов. Даже если рядом с тобой упал, весь раненный и изнурённый боец, который бился до последнего, даже если вот-вот снаряд готов в тебя прилететь, то охраняющее Осовец были готовы стоять до конца. До последней капли крови, которая окрасила всё поле, окрасила его алым оттенком. До последнего бойца, который готов умереть за Матушку Россию, лишь бы не дать захватчикам пройти! До последнего глотка кислорода...До последнего вздоха...Последнего вздоха...       Молодой военный Пётр Союзов был в Осовце с самого начала войны. Средний ростом и некрупного телосложения, парень пошёл на фронт. Чёрные кудрявые волосы скрывались под фуражкой, чисто выбритое лицо зачастую не блистало улыбкой, а карие глаза не бегали по окружающему вокруг, а часто смотрели только в одну точку. Размеренный, спокойный и приятный на слух голос позволил бы парню быть диктором, а не сражаться на поле брани. Он всех здесь знал, а все знали его. Некоторое бойцы его возраста могли его недолюбливать. Как ни как, это могла быть и обычная зависть, что его карьера идёт очень хорошо. Но вот с матёрыми вояками, потрёпанными не только временем, но и тяжёлой судьбой, он имел хорошие отношения. Именно они его научили как действовать, если поваленный немец тебя схватил за ногу или как лучше стрелять. Именно они помогали бойцу в некоторых моментах и не раз спасали жизнь, за что тот часто этим же благодарил и их. Также, будучи располагая какими-либо связями, они доставали бойцу сводки с всех фронтов. Однако же не только "старики" войны хорошо ладили с Петром. Его лучшим другом с начала войны являлся Алексей Кобыльцев, парень чуть старше Союзова, ростом значительно выше, однако карьера его шла немного хуже. Каштановые короткие волосы не закрывали серо-зелёных глаз, а басистый голос больше внушал страх, чем доверие. Несмотря на свою внешность, особым интеллектом он не отличался. Нет, не подумайте, он не был глупым, как пробка. Возможно какие-то интеллектуальные способности у него были, но за всё время общения с Петром он никогда не проявлял своей умной стороны. - Филипп, нигде не видно Кобыльцева? - волновался за своего друга Пётр и дрожащим голосом спрашивал, - Его нигде не видно с конца битвы, а здесь его нигде нет. - А-а? Алексей? Нигде здесь нет? Так это ж...Мож его того? Тю-тю? - матёрый военный показал жестами как бы выстрел в голову. - Умеешь успокаивать... Ладно, сейчас не до этого, - парень надел свою фуражку, под которой вылезало пара кудрявых локонов, и вышел из мед.части. Темп его шагов ускорился, парень пытался сохранять спокойствие, однако тревожные мысли всё сильнее затмевали его голову. Как ни как, единственный из тех, кто уже не один и не два раза спасал его и вправду мог умереть, так и не поквитавшись. Однако чья-то массивная рука тепло коснулась плеча Союзова и слегка надавило на то. Уже знакомые ощущения захлыстнули парня и небольшая улыбка появилась на его лице - Лёша? - Ха-а! Петя! Идём-идём, чего стоишь, сейчас всё расскажу! - с своей обычной улыбкой он пошёл к палатке, после чего присёл на одну из коек и оглянулся по сторонам, - Ты бы видел, что там было! Сейчас расскажу, может чего скажешь. Ты ж читаешь свои, эти...Короче, читаешь что-то с фронтов!       Во время последней битвы юный Кобыльцев, кое-как выживший от снаряда, отлетел в сторону отступающей немецкой армии. Его накрыло другими трупами немцев, которые тоже отлетели от взрывов. Из-за маленького роста парня, его практически полностью накрыло , однако же сквозь отверстия среди трупов к нему как-то поступал кислород. Однако перевёрнутый кем-то труп начал постепенно уменьшать количество кислорода, из-за чего в скором времени Алексей очнулся. Ничего нельзя было увидеть, а сам парень пытался выбраться. Выбраться из неизвестно чего, ведь для бойца было только одно: запах разлагающихся трупов, засохшая кровь, успевшая пропитаться в одежду и звук ворон, летавших над бывшим полем битвы. Начав сначала с освобождения с своего лица двух бойцов, а затем уже пытаясь выползти из груды трупов, Кобыльцев успешно через время оказался под открытым небом. На небе была, как показалось мужчине, кровавая луна, но это просто попавшая кровь тому на глаза придала такой оттенок, после чего он попытался разобраться где он.       Обеспокоенный взгляд упал на фонари и мужчин в странном одеянии. Форма была у них немецкая, а лицо было прикрыто странным устройством, о котором Алексей ничего не знал. Взгляд демона в маске обрушился на парня, но тот вовремя успел залечь в грязь, попытавшись притвориться трупом, после чего успешно выдохнул и начал ползти. Грязь, сплошь усеянная трупами, на которых сидели чёрные вороны. Они смотрели своими пустыми, полными черноты и отсутствия какой-либо жизни в них на Кобыльцева, а тот видел только своё отражение в этих маленьких глазёнках. Лужи, пропитанные и смешанные кровью двух враждующих сторон. Сейчас не важно, кто это был - командир или только прибывший на фронт, немец или русский, человек, который был готов убивать или миротворец. В гробу были все равны. Хотя какие гробы сейчас? Слишком много раненных, слишком много умерших. Война никого не щадит. Никого       У Петра с детства родители отмечали талант: парень писал стихотворения, маленькие рассказы, да и вообще был прирождённый писатель. Он начал с юных лет вести свой дневник, куда иногда писал черновики или какие-нибудь идеи, но даже на войне он не прекращал этого делать. За это его и полюбили матёрые вояки и частенько спрашивали, не написал ли он чего такого. Старикам было скучно, ведь на фронте, кроме битв и мирного времени, которое давалось для подготовки к другой битве, ничего не было. А тут и писатель юный, да ещё какой! Все аплодируют стоя, а иногда готовы и поддать что-нибудь, что осталось с пайка. Военным требовался писатель, готовый предложить хоть что-то интересное, а писателю - публика, даже не важно какая.       Что касалось Алексея, то он представлял себя каким-нибудь офицером, а может даже полководцем? Он пошёл в армию по своей воле, а когда услышал о войне, то весь засиял. Для него это было не ужасным событием, отнимавшим миллионы жизней, рушившим судьбы и не щадящим никого, а шансом продвинуться по карьерной лестнице. Однако же пока это никак не проявлялось, что сильно огорчало. А что поделать, если кроме обороны крепости ничего не происходит, кроме вечеров, когда Петр читает свои произведения? В любом случае, он всё время надеялся на лучшее. - Вот увидишь, стану каким-нибудь полководцем! Поведу своё войско на вражескую территорию и завоюю городок какой-нибудь, а мне медаль или что-нибудь получше дадут! Кто знает, может даже повысят! - однажды разговаривал Алексей с Петром. - Ха-а...Это война, здесь тебе не шутки. Возьмут и запросто убьют и вот твой конец близок! - немного в хорошем настроении шутил Союзов, положив руку на плечо друга. - Вот как? И пойдёшь ли ты со мной до этого конца? - Обязательно! До самого конца... Вместе.       Вернёмся к Алексею. Он сначала полз, а затем уже начал, хромая на одну ногу, идти в полный рост к своим. Шёл, а его дыхание было неровным. Вдох-выдох, выдох-вдох, вдох-вдох. Задача на сейчас - уйти поскорее к своим и не оглядываться! Даже если стрельба, то он должен вернуться к себе! Расстояние всё больше сокращалось, сотни метров становились десятками, а десятки - парой и вот уже свои окопы! Братцы, родные мои! Он успел прибежать и избежать своей смерти. Его успели быстро залатать и отправили отдыхать, однако утром он пошёл пройтись и искал Петра, в итоге чего завёл разговор. - Маска? Подожди-ка! Не-ет... - он начал рыться в своей тумбочке, после чего достал какие-то документы и подсел к Алексею, затем тыкнул на какую-то из картинок, - вот такие маски были на тех демонах? - Да-да! Что это такое? Неужто что-то страшное? - обеспокоенный внезапно сменившимся лицом Петра спросил его друг. - Это наша смерть и погибель... Федор, собери всех здесь, пожалуйста! - обратился к одному из военных, после чего в казарму пришло несколько десятков человек. Не все, но достаточно для того, чтобы они передали друг другу новость. Пётр встал перед всеми и выдохнул, - Что же братцы, вот и падёт наша крепость! Немцы хотят отравить нас газом! Нет нам спасения от него, только у немцев есть какой-то способ защититься. - Неужто нельзя спастись? Должен же быть какой-то выход, товарищ Союзов! - очень громко выкрикнул один из бойцов. - Немцы закрывают лицо, дабы спастись от этого газа. Рвите тряпки и перекрывайте ими рот и нос, дабы не вдыхать. Завтра всё решится... - Союзов выдохнул, после чего сам начал рвать белоснежные тряпки, подготавливая для себя маску, дабы хоть как-то защититься от газа. Всё решится завтра. They've been facing poison gas 7,000 charge en masse       И вот настал роковой день. Поле боя захлыстнул жёлто-зелёный газ, который постепенно накрывал всю большую территорию. Трупы после недавнего сражения покрывались каким-то осадком, а всё живое на пути умирало: вороны, недавно сидящие на трупах, замертво падали, все покрытые каким-то осадком. Их и без того мёртвые глаза теперь излучали только страдание и безграничную смерть. Трава, растения и всё окружающее умерло. Ничего не оставалось живым перед газом. Однако не только газ был использован немцами. Град из снарядов обрушился на крепость, дабы окончательно добить ту и не оставить защищающимся шанса на выживание. Никто не должен был выжить. Turn the tide of the attack And force the enemy to turn back       И вот войско наступает. Не менее семи тысяч немецких бойцов пошло в бой, дабы забрать крепость. Она была им как на блюдечке. Войска в газовых масках видели перед собой только чёрную траву, потухшую растительность, но вот они подошли близко к крепости и ужасное зрелище предстало перед войсками. Русские войска, кожа была зеленоватого оттенка. Судьба также распорядилась с Петром и Алексеем. Два, будто бы бездыханных тела сотрясались от кашля, отдавая последние свои минуты жизни. Казалось бы, конец? Но перед глазами Петра замелькал странный силуэт. Худая, тощая женщина с белоснежной кожей шла тому на встречу. Ветер развивал её чёрное платье, а та уселась перед парнем и смотрел ему чёрными глазами буквально в душу. Над ней летали вороны, а сама девушка с улыбкой легонько взяла за челюсть Союзова. - Назови мне одно предсмертное желание. Любое твоё желание я исполню, только скажи, - легко и спокойно говорила девушка, беззаботно улыбаясь парню.       Выкашливая кровь на тряпки, парень кое-как смотрел на девушку. Казалось бы, он труп. Мертвец! Однако же из его дрожащих губ очень тихо доносились какие-то слова. Чего уж там губы? Парень сам дрожал и начал потихоньку вставать, попутно озвучивая своё желание: - Кх...Ещё... ещё одну атаку, дабы защитить крепость... - хрипел и выкашливал свои лёгкие парень. - Ещё одну атаку...       Девушка в чёрном платье усмехнулась. Она посмотрела назад на солдата, вставшего в полный рост. Перед тем как развеяться на ветру, она опять посмеялась и сказала: - Я принимаю твоё предсмертное желание. Удачи, боец~ ... And that's when the dead men are marching again       Не более ста бойцов, поражённых ужасным газом, встали на ноги. Они отхаркивали кровью, они выплёвывали свои лёгкие, но их лица...Они были полны ярости. Пожелтевшая кожа, мертвые глаза, дрожащие руки, сжимающие оружие...Мертвецы шли в атаку. Измученные, отравленные, они бежали с единственной целью — раздавить немцев. Отсталых не было, торопить не приходилось никого. Здесь не было отдельных героев, роты шли как один человек, одушевлённые только одной целью, одной мыслью: погибнуть, но отомстить подлым отравителям. Внезапный пулемётный огонь разразился на поле битвы и начал накрывать немецкие войска. В некогда белоснежных тряпках, а сейчас - окровавленных, бойцы шли в атаку, резали штыками противника. Что мертво - то не убить. - УРА-А! ЗА РУСЬ! ЗА БАТЮШКУ ЦАРЯ! - кричали бойцы. Любой ценой отбить, но не дать врагу захватить крепость.       Некоторые из бойцов умирали сразу же на поле, кто-то падал на землю, но полз и пытался пойти до конца! Измученный Алексей сжимал в руках клочки родной земли, после чего закидывал руку повыше, смешивая в луже свою кровь с кровью павших бойцов, но всё равно шёл в атаку! Однако же судьба не оставила ему других шансов. Прямо на поле боя он умер. Однако же он умер как боец, держа в руках оружие и сражаясь до последнего. Германские войска, испуганные таким зрелищем, обернулись и начали бежать, бежать по своим и чужим трупам, получая в спину пули и оставаясь на поле битвы навсегда. Русские шли в свой последний бой...

******

      Крепость так и не была взята штурмом, но была оставлена русскими войсками, когда её оборона не представляла какого-либо смысла. Никто из русских солдат в той битве не выжил, однако же они отдали свою жизнь во славу родине, до последнего пытаясь отдать свой долг родине. В будущем, данная контратака войдёт в историю, как "Атака мертвецов".